палата N10

Запах таблеток переполнял помещение, а белый цвет порядком надоел. Палата номер 10. Ли Минхо. Людей было немного, и все они были спокойными, по крайней мере сейчас. Минхо тоже сидел молча и наблюдал. Рядом с ним находился ещё один парень. Хотя, может, его там и вовсе не было. Он уже не различал своё собственное воображение от реальности. За целый год нахождения здесь ни один врач не смог ему нормально помочь. Улучшения были какое-то время, а потом всё снова вставало на свои места. Единственное, чего они добились — он стал более спокойным. Стал таким же, как и все находящиеся здесь. Сегодня у него приём у нового врача, только вот Минхо было уже всё равно. Здесь всё было странным: люди, врачи, охрана. Постоянно за тобой кто-то наблюдал. Каждый вечер играла тихая музыка, и был строгий режим. Утро начинается ровно в 6:00, дальше по расписанию завтрак, таблетки, занятия с врачом. Только Минхо не мог понять, почему всем дают одни и те же таблетки. Разве у всех не разные диагнозы? Но он не часто задавался этим вопросом — всё же, они лучше знают. Он даже не помнил, как попал сюда. Он не помнил ничего до жизни в больнице. Его это сильно настораживало, как и в целом всё, что здесь происходило. Было ощущение, что здесь все под неким гипнозом: медленные, взгляд затуманенный, мало движения и все послушные, что не очень-то похоже на нездоровых людей. Утро началось как обычно, а потом последовали таблетки. Только вот Минхо больше не хотел их принимать — с ними что-то не так. Но как ему этого не делать, если потом стоит проверяющий? Учитывая их состояние, их нетрудно обмануть. Он просто сделал вид, что закинул их в рот, а на самом деле оставил в руке, и его не поймали. Всё оказалось даже слишком легко. Странно, что никто больше такого не проворачивал. Следующим по расписанию было знакомство с новым врачом. Минхо зашёл в кабинет и сел на стул. Новый врач был молодым. Он был не таким, как все. Не был заторможенным. Он был… нормальным. — Здравствуй, Ли Минхо. Я Хан Джисон. Хан Джисон. Имя неприятно зацепилось где-то в глубине сознания, будто он уже произносил его — не вслух, а про себя. Минхо нахмурился, пытаясь ухватиться за это ощущение, но мысль ускользнула, как и все остальные. — Вы можете звать меня просто Джисон, — спокойно сказал врач, усаживаясь напротив. Он не открывал папку сразу. Это было странно. Все предыдущие врачи первым делом смотрели в бумаги, а не на него. — Как вы себя чувствуете сегодня? Минхо пожал плечами. — Нормально. — «Нормально» — это как? — Джисон слегка наклонил голову, изучая его лицо. — Спокойно? Пусто? Или просто всё равно? Минхо замер. Обычно на этом месте разговор заканчивался. Врачи кивали, делали пометки и выписывали те же самые таблетки. Но сейчас вопрос прозвучал… слишком точно. — Всё равно, — после паузы ответил он. Джисон кивнул, но ничего не записал. — А вы помните, когда вам стало «всё равно»? Минхо напрягся. — Месяца два назад? — Нет, — тихо сказал врач. — Это произошло раньше. В кабинете повисла тишина. Минхо почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. — Вы смотрели мою карту? — Конечно, — Джисон наконец открыл папку. — Но там написано далеко не всё. Минхо усмехнулся. — Здесь у всех так. — Не у всех, — врач поднял на него взгляд. — Только у тех, кто слишком много помнил. Минхо резко выпрямился. — Что? На этой ноте их беседа закончилась, и его снова повели в палату. Что значит «слишком много знать»? Он ведь ничего не помнил. Хотя сегодня ему показалось, что что-то он всё-таки вспомнил. Хан Джисон. Это имя вертелось на языке. Где они виделись? Он разве не новый врач? Тогда почему такой знакомый? С этими мыслями Минхо ворочался всю ночь и проспал от силы часа три. И вот снова утро. Снова всё повторяется. Снова, снова, снова. Таблетки, которые он не выпил в прошлый раз. Раз с ним ничего не случилось, он решил не пить их вовсе. От них разум яснее или ему так показалось? Это неважно, сейчас так точно. Важен только один человек здесь. Единственный нормальный, который, видимо, что-то знает. И Минхо тоже нужна эта информация, потому что здесь явно что-то не так. Ему надо понять, что именно. Не выпив таблетки, он положил их в свой тайник прямо в палате. Всё равно здесь работают слишком заторможенные люди, так что проблем не будет. Всё оставшееся время он наблюдал за людьми, персоналом, охранниками. Всеми. Они наблюдали за ним, а он — за ними. Что-то в их поведении казалось жутким и пугающим. Они постоянно смотрят на него. Но почему именно на него? Здесь столько пациентов, но взгляды он вечно ловит на себе. Время подошло к встрече с Ханом, которую он ждал. Даже очень. — Здравствуй, Минхо. Как самочувствие? — Наверное, лучше, чем вчера. Не знаю, с чем это связано, — пожал плечами Минхо и продолжил наблюдать за каждым действием врача. Он снова не дотрагивался до папки, ничего не записывал, как будто уже всё знал. Это не могло не настораживать. — Может, ты сегодня собраннее, чем вчера? — лёгкий намёк, который Ли сразу понял. Он знает, но не говорит прямо. Знает, что тот не пил таблетки. И, видимо, они имеют эффект не просто успокаивать, а какой-то ещё. Минхо выпрямился. Он не ответил сразу. Медленно отвёл взгляд, будто разглядывал трещину на стене, но на самом деле считал дыхание Хана. Слишком ровное. Слишком спокойное. — Таблетки… — начал он осторожно. — Они ведь не просто, чтобы спать лучше? Хан чуть наклонил голову. Не удивился. Именно это насторожило сильнее всего. — А как ты сам думаешь? — спросил он вместо ответа. Минхо сжал пальцы в кулак. Значит, разговор можно вести. Значит, он уже ближе, чем вчера. — Когда я их не пью, — продолжил он, — люди смотрят иначе. И вы тоже. Как будто… я становлюсь неудобным. Молчание затянулось. Где-то в коридоре хлопнула дверь. Хан наконец сел напротив — впервые так близко. — Есть вещи, — сказал он тихо, — которые лучше вспоминать постепенно. — А есть вещи, которые вообще нельзя вспоминать? — резко перебил Минхо. Хан посмотрел ему прямо в глаза. Впервые — без этой мягкой врачебной отстранённости. — До определённого момента, — ответил он. — Да. Минхо усмехнулся, но улыбка вышла кривой. — И я… близко к этому моменту? Хан не ответил сразу. Потом встал, взял папку — первый раз за всё время — и сказал, уже у двери: — Ты ближе, чем были остальные. Дверь закрылась. И тогда Минхо понял: всё гораздо сложнее, чем он думал. Даже слишком. После этого он следил не только за персоналом, но и за временем. Пристально следил, смотрел на часы. Когда кто сменяется, когда подают ужин. Ему надо было знать всё. Но сосредоточиться было сложно. То повернётся на шорох, то ещё что-то. Вот время на часах показывает 14:10. По его меркам должен был начаться обход. Он точно был в этом уверен. Не знает откуда, не знает почему. Просто был уверен. За дверью проскользнула тень. Это должен был быть санитар или охранник, и Минхо повернулся — буквально на секунду. Или это ему так показалось? Когда он вновь посмотрел на часы, время было 16:37. С часами что-то не так? — сразу же пришла мысль в голову. Тогда он решил спросить время у работников, но все как один отвечали: «Уже вечер». А солнце садилось. Как это возможно? В теле нет ни усталости, ни следов прошедших часов. Так что тогда произошло? Таблетки он не пил уже два дня, значит, это не могло быть их действием. Может, дело было не в них? Или, наоборот, они слишком долго работают. Иначе как объяснить сдвиг во времени и потери памяти на столь долгое время? Как можно полностью забыть свою предыдущую жизнь? Как? Ночь наступила так же быстро, но ответы на вопросы Минхо всё не находил. Единственная зацепка — таблетки. И Хан Джисон. Он не просто врач, нет. Он нечто большее. Он что-то знает. И знает давно. Пропуск таблеток по утрам уже стал привычным, всё шло своим чередом. Минхо перестал чувствовать себя сумасшедшим. Он был абсолютно здоров, даже слишком. Собранность и ясный ум начинали его пугать. Давно он такого не испытывал. Практически всегда парень был в затуманенном состоянии. Сейчас он убедился в этом окончательно. Только что он тогда здесь делал? Как очутился? Вопросов всё больше, и только один человек мог на них ответить — тот, что молчал. Чем дальше он забирался, чем дольше не принимал таблетки, тем отчётливее становилось чувство дежавю. Оно не накрывало резко — медленно сжималось внутри, будто он повторял путь, уже однажды пройденный. Как будто он всё это уже делал. Но не помнил. Минхо списал это на воображение и недосып. Так было проще. И безопаснее. Наконец настало время встречи с врачом. Эти встречи Минхо не пропускал. Он брал от них всё, что только мог — любые крупицы информации. Но надо было действовать осторожно: сейчас он под прицелом и прекрасно это понимает. — Садись, Минхо, — Хан указал на стул напротив. Он, как обычно, не открыл папку. Даже не прикоснулся к ней. Минхо сел, не сводя с него взгляда. — Ты так и не записываешь ничего. — А нужно? — спокойно ответил Хан. — Обычно врачи что-то записывают. Хан едва заметно улыбнулся. — Обычно — да. Повисла пауза. Минхо почувствовал раздражение — не резкое, а тянущее, неприятное. — Ты знаешь, почему я здесь? — А ты? — вопросом на вопрос ответил Хан. — Ты знаешь, почему ты здесь? — Нет, — резко. — Я ничего не помню. — Не помнишь — не значит не знаешь, — тихо сказал он. Минхо сжал пальцы. — Ты сейчас пытаешься меня запутать? — Нет. Я пытаюсь понять, — Хан чуть наклонил голову, — насколько быстро ты приходишь к выводам. — К каким выводам? — Например… — он сделал короткую паузу. — Почему ты перестал принимать таблетки. Воздух будто сгустился. — Это проверка? — спросил Минхо. — Это наблюдение. Хан наконец открыл папку — всего на секунду. Минхо успел увидеть строки, выхваченные взглядом: Статус: стабилен. Когнитивная активность повышена. Осознание — быстрее, чем в прошлый раз. Что значит «в прошлый раз»? В сердце что-то кольнуло. Он что, делает это не первый раз? Значит, он знает, что Минхо вынюхивает. И он знает, что именно. Пока он думал, папка резко закрылась, и он встретился с карими глазами напротив. — Вы разве не новый врач? — спросил Минхо, пытаясь не выдавать своего волнения. — У вас был кто-то до меня? — Был, — ответил Хан быстро, без колебаний. — Кто? Где он сейчас? — Ты его знаешь хорошо. Даже очень, — спокойно отвечал он. — Но не все выдерживают. Не все могут дойти до конца сразу. До какого конца? — А я? Я могу дойти до конца? — Ты лучше, чем раньше. — Раньше? Что это значит? — Боюсь, наш приём закончился. На сегодня хватит. Большего тебе знать не нужно, — тихо добавил он. — А если я уже знаю? Хан замер у двери и, не оборачиваясь, сказал: — Тогда постарайся вспомнить аккуратно. Некоторые воспоминания ломают быстрее, чем таблетки. Дверь закрылась. Здесь всё опаснее. Нужно выбираться быстрее. Он действует слишком медленно — можно не успеть. И Минхо это прекрасно понимает. Весь оставшийся день Минхо снова следил за временем, но сдвига не было. Значит, таблетки всё же имеют накопительный эффект. Ночь настала незаметно. Спать не хотелось. Минхо разглядывал трещину на потолке и погрузился в свои мысли.Ему нужно было придумать план побега и прихватить с собой улики, чтобы сдать эту «больницу» и больше никогда не возвращаться сюда. Но единственными доказательствами были папки, до которых сложно добраться, а уж тем более самому. Мозг Минхо заработал активнее, думая над папками, больницей, таблетками. Сердце забилось быстрее — и не от страха, а от чего-то нового. Вдруг перед глазами пронеслись картинки: Палата №9. Минхо снова идёт к Хан Джисону. Они о чём-то говорят. Потом он не пьёт таблетки. На часах 16:37. Снова разговор с Хан Джисоном. Он говорит так же, как и всегда — подталкивает к мысли, но не даёт ответа. Стеклянные двери. Выход. Снова Хан Джисон. Палата №10. Минхо пришёл в себя. Что это было? Сердце по-прежнему стучало с бешеной силой, казалось, ещё немного — и оно выпрыгнет из груди. Палата №9, не 10. И снова Хан Джисон. Он не новый врач. Вовсе нет. Минхо его вспомнил. Да. Он отчётливо всё помнит. Побег. Его побег. Слова Джисона «уже лучше, чем раньше» были сказаны не просто так. Он уже пытался сбежать. Но у него не вышло. Палата была №9. Теперь — 10. Его осенило. Это не номера палат. Это номера попыток. И у него это уже десятая. Но чего они добиваются? Анализируют людей? Зачем? Как только появлялись ответы, вместе с ними приходили новые загадки. Теперь Минхо точно не ошибётся, ведь он всё помнит. А Хану этого знать необязательно. После этих выводов он наконец погрузился в сон. Завтра много дел. Утро. Завтрак. Парень напротив — медлительный, как и все здесь. Ничего необычного. Зато Ли теперь не придётся осматривать территорию: он помнил все входы и выходы наизусть. Скоро встреча с Ханом. Нужно к ней подготовиться. Он не должен понять, что Минхо что-то помнит. В кабинете было тихо. Даже тише, чем обычно. Минхо поймал себя на том, что отметил это сразу-раньше он не обращал внимания на такие вещи. Хан сидел за столом, слегка наклонившись вперёд. Папка лежала закрытой, как и всегда. —Проходи,-сказал он. Минхо сел. На этот раз не стал осматриваться. Просто смотрел на край стола, где дерево было чуть потёрто-будто от чьих-то ногтей. —Сегодня ты раньше,-заметил Хан. —Да,-отозвался Минхо.-Коридор был свободный. Хан кивнул, будто это было объяснением. Несколько секунд они молчали. Минхо чувствовал странное спокойствие,не привычное оцепенение, а ровную, ясную пустоту. Это ощущение ему нравилось, и одновременно настораживало. —Ты хорошо спал?-спросил Хан. —Не очень.-Минхо пожал плечами.- Снова эта трещина на потолке. Хан медленно поднял глаза. —Какая? —Та,-Минхо махнул рукой, словно это было очевидно.-Над лампой. Хан ничего не сказал. Он просто смотрел, и Минхо не понял, почему вдруг стало неуютно. —Она раньше была меньше,-добавил он, сам не зная зачем. Хан отвёл взгляд и наконец открыл папку. Лист перелистнулся один раз. Потом второй. —Ты уверен? —В чём? —Что она стала больше. Минхо нахмурился. —Ну… да. Наверное. —Интересно,-тихо сказал Хан. Он сделал пометку. Очень короткую. —Ты замечаешь детали, которые обычно появляются позже. Минхо усмехнулся. —Может, просто стал внимательнее. —Возможно. Хан закрыл папку. —На сегодня всё. —Уже? —Да. Минхо поднялся. У двери он на секунду задержался, оглянулся-и сам не понял, почему. —Доктор… —М? —Лампочку ведь меняли недавно, да? Хан не ответил сразу. —Нет,-сказал он наконец.-В этой палате лампу не меняли. Минхо кивнул, будто получил подтверждение, которое искал, и вышел. Хан остался один. Он открыл папку и дописал строку: Осознание началось раньше, чем в предыдущей попытке. После разговоров с Ханом всегда странное ощущение, Минхо никак не может к нему привыкнуть.Наверно,он на всех так действует. Пройдя по коридору,Ли начал осматривать номера палат.И они действительно не шли по порядку, и где-то даже повторялись, странно ,что он раньше этого не заметил.Хотя,может,просто не помнил.Это не так важно,главное что сейчас он знает правду,и она очень ему пригодится.Пора приступать к плану побега. Минхо начал следить за персоналом, когда смена,обед ,ужин.Кто и на каких постах стоит,как они себя ведут. Все здесь вели себя одинаково, один Джисон отличался.Персонал всегда улыбался, разговаривал спокойно и это пугало. Минхо быстро понял, что в этих улыбках нет разницы: утро, вечер, усталость, раздражение-ничего не отражалось на лицах.Словно эмоции здесь были неуместны.Или запрещены. Он начал замечать мелочи.Кто первым выходит в коридор.Кто задерживается на секунду дольше.Кто никогда не задаёт лишних вопросов.Смены повторялись с пугающей точностью, как если бы время здесь не шло, а просто прокручивалось по кругу. Иногда ему казалось, что люди меняются местами, но не ролями. Минхо пробовал проверять границы. Оставался в коридоре дольше положенного. Сворачивал не туда. Останавливался без причины. Его не одёргивали и не возвращали назад- только мягко направляли, будто он сам ошибся и сейчас это исправит. От этого становилось только хуже. План побега складывался постепенно. Слишком постепенно.Он мог представить маршрут, время, даже момент, когда дверь останется за спиной. Но каждый раз мысль обрывалась, словно доходила до места, куда ему пока нельзя было смотреть. Он поймал себя на странном: мысль о побеге больше не приносила облегчения. Она была холодной, расчётливой и чужой-как будто кто-то уже продумал её до него. Сначала нужно было разобраться, почему одним здесь позволено быть другими и что именно от него ждут. Наконец план начал вырисовываться, скоро надо было приводить его в действие. Пока это еще возможно, пока Хан Джсион еще ничего не понял.Или,может,уже догадался?Минхо не знал,но оставалось надеяться на лучшее.Он лег пораньше, ведь завтра самый важный день.Решиться его судьба.Поменяется ли число на палате или останется прежним уже навсегда Утро настало незаметно. Для всех оно было как обычно,но явно не для Минхо.Он нервничал,ведь это его решающий ход.Он встал раньше,чем прозвучит сигнал.Число на мониторе стало ниже ,нежели вчера.Это означало,что Минхо менее опасен.Так и было нужно, это играло ему на руку. Таблетки лежали на тумбочке.Минхо взял их в руку, задержал взгляд на шагах в коридоре и, когда никого не было рядом, просто спрятал таблетки в карман халата. Он делал вид, что принимает их-и именно это заставляло персонал относиться к нему привычно. Он знал: главная точка плана-шприц с физраствором, который он подменял заранее. Не чтобы причинить кому-то вред, а чтобы охранник на секунду стал медленнее, менее внимательным. Именно этот конкретный охранник, усталый, всегда за ним наблюдает,в сегодняшний день станет ключевым. Минхо несколько дней "привыкал"его к своему состоянию, чтобы в решающий момент реакция была именно такой. Когда он вошёл в процедурную, медсестра готовила шприцы для стандартного укола.Это укол делали по протоколу каждому охраннику,может,чтобы вакцина,может что-то на подобии таблеток,это было не так важно.Минхо взял один, аккуратно подменил на подготовленный заранее: раствор выглядел одинаково, никто бы не заметил. Всё шло по плану. Охранник подошёл за ним. Минхо двигался спокойно, ровно так, как наблюдал раньше, когда никто не торопился. Шаги охранника стали медленнее, дыхание чуть сбилось, ровно столько, чтобы он стал более невнимательным. Не уследил за Минхо.Тогда то он и приступил к главному.Охранник даже не заметил,как это его начали вести и совсем не к палате. -Мы не туда идём.-ответил он и уже собирался развернулся,на минутку Минхо даже подумал,что ничего не выйдет. -Вы,наверно,не выспались,но моя палата в той стороне-он указал в сторону выхода.Парашек из таблеток хорошо подействовал.Охранник поступил взгляд,а потом послушно,ничего не подарзревая пошёл в ту сторону.По дороге встретится Хан.Он странно смотрел,Минхо не мог прочесть этот взгляд.Он не понимал его.Они спокойно прошли мимо Джисона и направились дальше.Охранник оставил его перед какой-то комнатой,после чего подопечный зашёл в неё,а охранник ушёл.Все шло как надо.Он посмотрел на часы на стене,еще минута и будет перезагрузка системы камер.Минхо заранее изучил расписание системы: каждый день в это время сервер перезагружает индикаторы на 20–30 секунд.Перезагрузка началась,и он рванул к выходу.Дверь легко открылась и он вдохнул чистейший воздух.Без запаха спирта и лекарств.Неужели у него все получилось?Как вдруг послышался голос позади. — Молодец, — слишком спокойный, уверенный голос. Минхо сразу понял, кто это. Он обернулся. Хан стоял у стены, словно был здесь всегда. Руки в карманах, взгляд сосредоточенный, голос мягкий, но ледяной. — Забавно, — сказал Хан. — Ты совершаешь одни и те же ошибки. Зря ты заговорил про лампочку. Зря поторопился. Опять неверно, Минхо. Минхо нахмурился, пытаясь что-то ответить, но тело уже подчинялось тяжести. В плечо ударило тепло. Сначала едва заметно, потом оно растеклось по всему телу. Мутное сознание, странное головокружение — это был шприц. Минхо почувствовал, как мир вокруг медленно расплывается. Последнее, что он увидел, — голубое небо и приближающегося врача. Белый свет. Голова нещадно гудит.Минхо проснулся.Что-то не так. Почему всё такое знакомое? Почему такое ощущение потёртости в груди? Он решил не думать об этом и принял таблетки, которые давали каждое утро. Палата номер 11. Ли Минхо.