Бывший клятвопрестепник

Пролог.    В трюме небольшого корабля, качавшегося на пенящихся волнах, было темно хоть глаз выколи, а в влажном воздухе застыл холод. Здесь, на мокром деревянном полу сидел Уиллем Уайт.    Когда-то, на самом деле не так уж давно, он был рыцарем. Не самым известным, не самым умелым, за жизнь выигравшем лишь один небольшой турнир, выходцем из малоизвестного и небогатого, но имевшего доброе имя, рода Уайт. Впрочем, теперь Уиллем был не славным рыцарем, а трусливым клятвопреступником.     За деяния свои он уже должен был лишиться головы, хотя, учитывая тяжесть преступления его не удостоили бы простого обезглавливания, а придумали бы какую-нибудь более изощрено-жестокую казнь, но пока что этого не случилось. Ведь сразу после совершения ужасного, прихватив лишь кошель и клинок, Уиллем стремглав покинул родину. Он скакал на запад, сторонясь деревень и опасаясь каждого встречного, ночевал в лесах и канавах, питаясь чем попало под руку, и в итоге уперся в море. Тогда-то ему и пришлось потратить все свои деньги на возможность попасть на борт этого корабля. По началу, Уиллем даже не знал куда именно плывет, ему было важно только само бегство, только куда-нибудь, лишь бы подальше. И с чем с чем, а с этим «подальше» Уайту повезло.     Он был уже месяц в плавании, хотя капитан уверял что погода благоволит, а попутный ветер гонит их вперед. Капитан, странного вида косматый старичок, лет шестидесяти, с белыми от седины волосами и растрепанной бородой, всегда ходивший в своей треуголке, всю дорогу только и твердил о том, как им повезло с ветром, с погодой, с штормами, что такого спокойного и скорого плавания у него еще в жизни не было, и о том что за это надо благодарить богов. Старик говорил одно и тоже просто без умолку, чем порой выводил Уиллема из себя. Но ничего кроме как слушать капитана ему не оставалось.     Кроме них, на корабле было еще шестеро угрюмых и неразговорчивых матросов, которые целыми днями играли то в кости, то в карты, так что Уиллем поражался, как им еще не надоело. В редкие разы когда ему удавалось с кем-то из них заговорить или присоединиться к игре в кости, то поговорить по-человечески почему-то не получалось.     Так же, были еще четверо попутчиков. Таких же беглецов как и Уиллем, еще более неразговорчивых чем матросы. Пускай все они и были «братьями по несчастью», если в этом случае вообще можно так выразиться, на какой-либо контакт никто идти не хотел.     Поэтому, весь этот месяц Уиллем провел в бестолковой скуке, наедине со своими мыслями и со своими грехами. Пока в один день капитан не разбудил его своим грубым голосом и возгласами «Прибыли господа! Прибыли!».   Глава 1.     Поднявшись из темного трюма на влажную палубу, свет ударил Уиллему по глазам. Он поморщился и огляделся.     Справа, слева и позади, как и впредь было лишь бескрайнее волнующееся море, с водами цвета чистого лазурита и белеющей пеной. Над головой застыло серое, будто покрытое слоем пыли, небо, стоит заметить на редкость низкое. Впереди же Уиллем увидел землю. Покуда хватало глаз, у берега раскинулись холмы, поросшие пушистым мхом и низкой травой. А корабль их, приближался к городу на берегу.    Вплотную к морю, стояли рыбацкие хибары, несколько пристаней и пара-тройка кораблей на якоре. Сразу за хибарами начинались внешние стены. Толстые крепостные укрепления, высотой в двадцать пять футов, если не больше. На определенном расстоянии располагались сторожевые башни, еще выше, с множеством бойниц, всего Уиллем насчитал их с пол дюжины. А ворота обращенные к морю, были укреплены еще сильнее, и пускай сейчас огромные деревянные створки были открыты, всё равно они казались какими-то неприступными. И всё это было выложено большими каменными блоками, причем такого камня Уиллем еще не встречал, он был настолько темным, что казался почти чёрным.    За внешними стенами начинался город. Множество небольших, приземистых и неказистых домов теснились на ровных, будто вымеренных по линеечке, улицах. Город был возведен на холме , вокруг крепости на его вершине.    И что что, а крепость поразила Уиллема. За внутренними стенами, с парой ворот и четырьмя башнями, располагался двор, который из-за высоты стен было почти не видать. А в центре двора стояла сама крепость, хотя правильнее, как показалось Уиллему, было - цитадель. Огромное, квадратное сооружение из всё того же темного камня, порядка пятидесяти футов в высоту, почти без окон, а те что имелись были лишь бойницами. Вся эта громадина, стоявшая к тому же на вершине холма, почти что «подпирала» низкое серое небо.     «Этот город почти неприступен, ни с моря, ни с суши» - пронеслось в голове у Уиллема, когда он как заколдованный смотрел на это всё. Ему доводилось раньше бывать в замках и городах-крепостях на родине, но они и в подметки не годились этому городу.    Уиллем и не заметил старика-капитана подошедшего к нему:    - Вы, я вижу, поражены. Не так ли господин? - спросил он усмехнувшись, распространяя запах дешевого рома.    - Ну, вы правы капитан. - ответил Уиллем, отойдя на шаг назад, дабы не так сильно чуять смрад старика. - Славный город, я бы сказал «почти неприступный».    - Что что, а это точно подмечено. - капитан расхохотался, хотя Уиллем ничего смешного в своих словах не услышал. - Величественная же хрень, этот Бьёрг, но я слышал, что в глуби Сагастоса есть крепости и более великие, чем эта.     - Кто знает… - тихо отозвался Уиллем.    - Тоже верно. - сказал старик задумчиво, после чего почесал свою белую бороду. - Сагастос удивительная и таинственная земля. Нам о ней почти ничего не известно. Даже я, прожженный морской волк, считая этот, двадцать два раза переплывавший Колоссальное море, нигде кроме Бьёрга и не был.    Старик казалось хотел еще что-то рассказать, но его отвлекли матросы, позвавшие капитана по какому-то делу. Уиллем же, остался стоять на палубе и глазеть на величественный город-крепость Бьёрг.   Глава 2.     Корабль пришвартовался, и Уиллем сошел на причал. За месяц в море он уже отвык стоять на чем-то твердом и устойчивом, не качающимся на волнах из стороны в сторону. А в влажном воздухе, полном запаха морской соли, стояла прохлада ранней осени.    Очень скоро после того как корабль встал на якорь, к нему подбежали пятеро местных рыцарей. Высоких и крепких мужей, в кольчуге, высоких кожаных сапогах, с стальными наколенниками и налокотниками, а также в простеньких наручах. Шеи их закрывали горжеты, на головах были шлема, напоминавшие Уиллему барбют, но с полноценным забралом, представлявшем собой сплошную металлическую маску, в которой было лишь пара вырезов для глаз.     Поверх кольчуги были сюрко, красного цвета, с необычным гербом. На нем изображалось оранжевое солнце, встающие, а быть может, садящееся за горизонт, и силуэт странного человека, с клыками во рту, когтями на пальцах, красными глазами и молочно-белой кожей, этот силуэт в сердце пронзал черный клинок.     Вооружены рыцари были мечами, висевшими в ножнах на поясе, копьями, которые они держали в руках, а за спинами у них было по арбалету с небольшим колчаном. В общем, люди были добротно экипированы и хорошо вооружены.    Рыцари на редкость серьезно и дисциплинированно осматривали корабль и багаж, после чего перешли к людям. Уиллем удивился, когда после того как он вывернул все карманы и отдал все что держал в руках, его попросили сделать еще несколько действий.     Вначале он открыл рот, после чего солдат, здоровый серьезный дядька, осмотрел его, будто выбирал коня. Затем, ему долго и пристально рассматривали глаза, словно пытаясь что-то увидеть в них. Потом ему осмотрели кисти и пальцы, особое внимание уделяя ногтям. И в конце, смотрели и даже ощупывали кожу, скрытую под одеждой, из-за чего Уиллему пришлось частично раздеться, что было не так уж приятно, при такой-то погоде.    В итоге, рыцарь который осматривал его повернулся к другому и одобрительно заключил «Точно человек».  Глава 3.     «Что это вообще было? Как можно усомниться в том, что я человек?» подумал Уиллем, получая обратно свой меч, единственное имущество, которое у него осталось, не считая тех обносков, что когда-то были вполне добротным шерстяным костюмом. Он вопросительно посмотрел на капитана, которого продолжали досматривать, тот лишь улыбнулся и буркнул «Обычная процедура в этих краях. Привыкнете».    Вскоре, Уиллем оказался на причале один. Капитан с матросами отправились разгружать все те скудные товары которые привезли, а попутчики растворились в воздухе прежде, чем Уайт о них вспомнил. Ему ничего не оставалось, как отправиться в город, пройдя через огромные ворота.     Он шел по одной из улиц, рассматривая всё вокруг.     Под ногами был тротуар, циклопическая кладка небольших камней округлой формы, почерневших от старости. Справа и слева шли дома, небольшие, один-два этажа максимум, с покрашенными светлой известковой краской, кирпичными стенами, с прямоугольными окнами, и все с односкатной, бесчердачной крышей, выложенной из черепицы темно-коричневого цвета. Как заметил Уиллем, у очень многих домов был цоколь, не подвал, а полноценный цокольный этаж, ну а у некоторых других домов стояли маленькие прилавки. И вокруг, совсем не было зелени.    В общем, город был бесцветным, словно пейзаж, выполненный простым карандашом на листке бумаги. Почерневший тротуар, светло-серая краска кирпичных стен, темная черепица и серое небо. Мир в Бьёрге - лишился красок.     И прохожие здесь, были какими-то иными, нежели на родине Уиллема. Молчаливые, неторопливые и немного угрюмые люди. Здесь не было обычной для таких городов беготни и галдежа, а было тихое шарканье сапог и негромкие разговоры некоторых лавочников. Эта тишина оглушила Уиллема.     Да и внешне народ отличался. Мужчины в среднем выше Уиллема на голову, а то и больше. Хотя, на родине его рост считался, пускай не значительно, но выше среднего. У всех прямая осанка и широкие плечи, также почти не встречалось толстяков. Все были какими-то безбородыми, максимум с грубой щетиной. Поголовно одни темноволосые брюнеты и шатены, предпочитавшие средней длины стрижку или маленькие пучки на затылках. У многих были орлиные носы и скулистые лица, притом густые брови и почти отсутствующие ресницы. Глаза в основном были цвета янтаря или желтого топаза, но были и более привычные, карие глаза.     Женщин почти не было видно. А те что встречались - были выше привычных Уайту девушек, у всех были длинные ноги и узкие запястья, всегда убранные волосы или косынки, спокойные лица, тонкие губы и какой-то слегка задумчивый взгляд. Очень многие женщины были стройны, некоторые встречались с большим бюстом, но в большинстве своем они все были каким-то более подтянутыми. Стоит сказать, такие женщины определенно нравились Уиллему, хотя пока что, каких-то похабных мыслей в его голове не всплывало.     Народ одевался скромно, в лаконичные и неброские костюмы, в основном из шерсти, а те кто победнее ходили в сукне. Не было какой-то моды и никто, даже молодежь, которой к слову было пруд пруди, не стремился показать себя или как-то особо выделиться из толпы.    Уиллем попал в достаточно тихое и спокойное общество, где не было беготни, где не было принято понтоваться и выставлять все на показ. Умиротворение и некое уныние, вот что читалось в лицах прохожих.   Глава 4.    Уиллем остановился на тротуаре. Он уже несколько часов бесцельно бродил по улицам Бьёрга, с каким-то проснувшимся в нем детским любопытством изучая архитектуру и прохожих, в рамках приличия конечно же. Всё это притупило его чувства и отвлекло от действительности. Он был очень голоден.     Весь месяц он питался скудно. Дважды в день капитан выдавал матросам и всем остальным по пайку. Несколько галет, солонина, по кусочки твердого сыра и по кубку паршивого рома. Хотя Уиллем не жаловался, это было куда лучше чем то, что ему доводилось есть во время своего бегства. Но сегодня, из-за прибытия даже этот небольшой паёк он не получил, а следовательно, за день ничего не ел. Это стало проблемой, ведь сильный голод уже начинал скручивать ему желудок.     Уиллем думал, как ему поступить. Он мог продать кому-нибудь свой клинок и на вырученные деньги питаться несколько дней. Но что тогда делать дальше, когда деньги кончатся? Уиллем даже подумывал что-то своровать, но он быстро отринул эти мысли. В итоге, к нему в голову пришла необычная и дерзкая идея, а именно - наведаться к местному лорду.     Как Уиллем думал, там, у лорда, его могли накормить как гостя, еще он смог бы разузнать что-то о местных, ему могли подсказать куда пойти и к кому обратиться, а возможно, получилось бы выпросить службу мечом у лорда. Последнее, конечно было в приоритете, ведь ничего кроме как махать клинком и скакать но коне, он особо не умел. Твердо решив, Уиллем зашагал вверх по холму, к цитадели.    Подойдя к восточным воротам внутренних стен, Уайт обнаружил, что они открыты, но там в карауле стояло трое солдат. Он подошел к одному из них, вежливо поздоровался и заговорил:    - Уважаемый, могу ли просить вашего лорда об аудиенции? - спрашивал Уиллем со всем почтением, смотря снизу вверх на солдата, который был выше его почти на фут.     - Чего? - спросил стражник переглянувшись с товарищами.    - Я прошу о встрече с лордом. - повторил Уайт, решив что рыцарь не расслышал его.     - Какой еще лорд? - серьезно спросил стражник, словно не понимая что значит слово лорд.     - Ну… - Уиллем явно был сбит с толку таким вопросом. - Лорд местных земель, владелец города.     - Не знаю я никакого лорда. - уже с раздражением ответил солдат.     Тут Уиллем заметил, что другие караульные напряглись, пристально рассматривая его с явным подозрением и настороженностью.    Уиллем и правда выглядел подозрительно. Одетый словно беспризорник, в серых шерстяных обносках и потрепанном походном плаще. Невысокий, на фоне остальных в Бьёрге, небритый, оттого ходивший с уже полноценной бородой, с отросшими до плеч, сальными и пыльными каштановыми волосами. Ко всему прочему, он был голубоглазым, что явно в этих краях считалось чем-то необычным, о чем можно было судить по реакции некоторых прохожих.     Может быть, приходить к лорду в таком виде было ошибкой:     - Тогда, могу я встретиться с кастеляном замка? - спросил Уиллем, уже не ожидая успеха.    - С кастеляном? - повторил рыцарь, но уже другим тоном. - А кто проситель аудиенции?    - Проситель… - Уиллем тревожно помешкался. - Сир Уиллем Уайт. - ответил он, наконец поняв, что здесь его не считают преступником и он может спокойно пользоваться своим именем.     - Хорошо, я пошлю за кастеляном. - любезно ответил стражник. - А пока, пройдемте.   Глава 5.    Уиллем пошел за рыцарем.     Они прошли в ворота и оказались во дворе. Там было много построек, вполне привычных для двора замка. Кузница, конюшня, арсенал и всё в этом духе. Вокруг кружили придворные и множество рыцарей. Тут они подошли к дверям цитадели.     С земли она казалась еще более огромной, уходящей башнями почти до самого неба. У больших железных дверей стояло четверо солдат, они молча кивнули тому, что шел с Уиллемом, после чего без единого слова открыли ворота. Уайт оказался внутри.    Здесь, в цитадели, было какое-то неисчислимое количество коридоров и помещений. Темные каменные блоки освещали факела, которыми было все увешано, но из-за почти полного отсутствия окон тут все равно царил полумрак. Еще Уиллем заметил, что за этими толстенными каменными стенами, было куда холоднее чем на улице.     Вскоре, Уиллем с рыцарем пришли в какую-то небольшую комнату с камином, деревянным столом, скамьёй и креслом. Судя по всему, это была приемная, так как солдат сказал «Ожидайте здесь, кастелян скоро подойдет», после чего он закрыл дверь и ушел, оставив Уайта наедине. Уиллем присел на скамью, поближе к зажженному камину, потому что бродя по закоулкам цитадели, он серьезно замерз. Комнату кроме камина освещали пара почти прогоревших факелов, отчего царил сумрак.    Уиллем прождал сколько-то времени, пока не услышал шаги за дверью. К нему вошел мужчина.    Старик, лет пятидесяти пяти, может шестидесяти. Ростом как Уиллем, крепкий для своих лет. Лицо у него было худое и жесткое, поросшее щетиной, а волосы на голове уже поседели и появилась залысина. На его левом глазу была повязка, а правый глаз, единственный, был цвета янтаря. Одет старик был в красные широкие штаны, красную бархатную рубаху и черную мантию. На мантии, над сердцем висела большая золотая брошь, изображавшая тот же герб, что был у рыцарей на груди. А справа на мантии, висело необычное украшение. Пятнадцать золотых колец, сплетенных в небольшую цепочку.     Уиллем встал, а старик молча пошел к креслу. Только сейчас он заметил, что пришедший сильно хромал на правую ногу и передвигался с помощью длинной трости:     - Здравствуйте, светлейший. - поздоровался Уиллем, поклонившись. - Я просил стражу о встрече с лордом, но они кажется меня не поняли. Поэтому пришлось послать за вами. - торопливо изъяснялся Уайт, пока старик садился в кресло. - У вас, я полагаю, много дел. Поэтому прошу простить, за то что отвлек.    - Извинения излишни. - отрезал старик, хриплым басом. - Вы просили аудиенции у лорда? - спросил он ухмыльнувшись.    - Да, светлейший. - ответил Уиллем, наконец-то сев. - Моя просьба была слишком дерзкой?    - Нет, нет не в этом дело. - старик почесал щетину и посмотрел на Уайта. - Вы ведь прибыли сегодня утром, на корабле. Верно?    - Всё так, всё так. - подтвердил Уиллем, качая головой.     - Тогда понятно. Дело в том, что в Сагастосе нет лордов.    - Что? - Уиллем сильно удивился. - Как это, нет лордов? Простите, я не понимаю. - Уайт потряс головой, будто отнекиваясь. - Но кто тогда владеет городами, управляет армией и распоряжается казной? Кто, если лордов нет? - Уиллему как-то не верилось в услышанное, в его понимании, отсутствие лордов, это дикость.    - Всем этим занимаются люди, подобные мне. - спокойно ответил старик, без тени гордыни.    - Как вы? - повторил Уиллем, подумав «Может, они своих лордов зовут как-то иначе? Как в других заморских королевствах и княжествах.» - Могу попросить вас назваться?     - Конечно. - старик выпрямился и кресле. - Я, магистр Бьёргского ордена и кастелян Цитадели Рассвета, по совместительству. - сказал он официально. - Меня зовут Артур Данклэд.     - Для меня большая честь, Магистр Данклед. - сказал Уиллем почтительно. - Но, ответьте, чем же магистр отличается от лорда? - спросил он, немного наклонившись.    - Разница существенна. - улыбнулся Данклэд, явно ожидая такого вопроса. - Магистр получает власть не от отца или брата, или какого-то еще родственника. Его избирают, на общем собрании ордена. В этом всё дело. Рыцари Сагастоса сами избирают того, кого считают достойными власти. А если магистр плохо справляется с обязательствами или творит поступки не по чести, его могут запросто заменить. Избрав нового магистра.   Глава 6.      - Ну вот допустим. На собрании, одного из кандидатов не избрали, его это разозлило и он вместе с верными ему людьми начал мятеж. Что же тогда? - спросил Уиллем.     - Врать не буду… - проговорил Данклэд,  вновь примкнув к кубку. - Прициденты были, а охотничьи до славы мужчины есть всегда. Но подобное случается редко, скорее как исключения.    Уиллем и Магистр Данклэд уже четверть часа сидели в приёмной и вели беседу.     По просьбе Уайта им даже подали обед, а Данклэд удостоил Уиллема чести поесть вместе. Слуга, парниша лет тринадцати, принес жареной курицы, вареного картофеля, ломоть свежего хлеба и добротного эля, который после того паршивого матросского рома, казался просто божественным.     Артур Данклэд оказался и правда приятным человеком. Он относился к Уиллему не как к мигранту с сомнительным происхождением, нагло явившегося к нему посреди дня, а как к равному, будто бы они уже когда-то знакомы.    Магистр поведал ему, что Сагастос - огромный континент, в несколько раз больше его родины. Здесь территории на которых живут люди, де-юре закреплены за определенными орденами. Некоторые из них совсем малы и напоминают скорее небольшую деревенскую общину, а некоторые другие столь велики, что должно называть их империями, нежели орденами. Бьёргский же орден, был где-то посередине между двух крайностей.     Как говорил Данклэд: «Все ордена нейтральны к другим, между ними нет вражды и ненависти, не говоря уже о войнах. Имеется некое соперничество, но оно вполне условно». Как рассказывал Магистр, все ордена едины перед неким общим врагом, правда он всё таил, что это за враг. И сказал, что по неписаному закону чести, каждый рыцарь из одного ордена обязан прийти на выручку рыцарю из другого ордена.     Уиллему была интересна это невиданная им ранее, сложная система, а Магистр Данклэд не отказывал ему в том, чтобы говорить о том, как там в орденах всё устроено.     Но спустя время, Уайт вспомнил о службе, о которой он хотел попросить, и решив, что более подходящего момента не будет, сказал:    - Магистр Данклэд, а вы не могли бы принять меня в орден? - спросил Уиллем, посмотрев в глаз собеседнику. - Может быть, я не был великим воином, но с мечом всегда держался достойно. Этому делу меня обучали всю мою жизнь, такой как я явно не будет лишним. Прошу.    - Нет, сир Уиллем. - сурово возразил Данклэд. - Вы ведете себя опрометчиво. - подметил он. - Вам не понравится то, с чем мы сражаемся. - добавил магистр, как-то таинственно.    - Я на всё готов. - решительно выпалил Уиллем. И это было абсолютной правдой, ибо терять ему больше было нечего, отчего жизнь, теперь не казалась ему такой уж ценной. - Я готов стоять пред любым врагом!    - Ну, что вы. - улыбнулся Данклэд. - Какой пыл. - он снял одно из золотых колец у него на мантии. - Вы знаете, сир Уиллем, за что вручается такое кольцо?    - Не знаю, магистр. - Уиллем присмотрелся к кольцу. - За какие-либо заслуги, я полагаю.    - Такое кольцо вручается за убийство вампира. - ответил Магистр, сбив Уиллема с толка.     - Вампира? - Уайт неуверенно усмехнулся. - Нежить, живущая столетиями, которая пьет кровь, боится солнца и может обращаться летучей мышью? Простите, я полагал, это лишь сказки, которыми старухи пугают своих внуков, дабы те не гуляли по ночам.     - Сказки эти, на Сагастосе становятся более чем реальностью. - сказал Данклэд возвращая «вампирское» кольцо на место. - Оба моих сына погибли в битве с вампирами. - добавил он в сторону, тихим голосом, после чего примкнул к элю.     - Вы не шутите… - по коже Уиллема почему-то пробежали мурашки. - Ордена и правда сражаются с нечестью?     - Всё верно. - магистр покачал головой. - Вампиры, полчища подконтрольных им, безмозглых упырей, дампиры, они же вампирьи бастарды, а также всякая другая погань, по типу грифонов, волков-людоедов и морских змеев. И конечно, убогие мира сего. Ведьмы, колдуны, чародеи и чернокнижники. - тут Данклэда вдруг передернуло. - Некроманты, да упасут нас от них все боги что есть и были. Славно хотя бы то, что на тысячу убогих, наберется не больше полу дюжины чертовых некромантов. Вот с чем мы имеем дело в Бьёргском ордене. - добавил он выдержав паузу.    - Просто не верится. - Уиллем все думал что его обманывают, но это было не так.     - Желания служить поубавилось?    - Ни капли. - вдруг выдал Уайт, пускай поджилки его тряслись, духом он был и правда уверен. Иного выхода не было.    Магистр Данклэд посмотрел на него исподлобья, долгий, испытывающий взгляд янтарного глаза оценивал Уиллема. После этого, магистр допил свой эль и тяжело вздохнул:    - Что же, переубедить вас мне не удаться?    - Не удаться. - подтвердил Уиллем, наконец уняв дрожь.    - Ну, тогда. Вы были правы сир, крепкие бойцы нам нужны. Тем более такие, которых не придется учить основам фехтования, верховой езде и дисциплине. - Магистр слегка улыбнулся. - Через пару дней, в Цитадель Рассвета прибудет один из моих лучших воинов.    - Один из лучших воинов? - Уиллем насторожился.    - Да, капитан Зайдер. - после этого Данклэд подозвал слугу, чтобы тот отнес всю посуду и принес еще эля. - Он изъявлял желание опробовать тех, кому собираются вручить мечи ордена.    - И? - спросил Уайт, уже чувствуя к чему все идет.    - Не разочаруйте его, сир Уиллем. - Магистр опять кинул на собеседника серьезный взгляд. - А я пока обдумаю ваше предложение и посоветуюсь с рыцарями ордена.