зарисовки

      как и обычно, вел'аррин наблюдает издалека, и ему тошно. тошно, потому что какая-то эльфка, которую избранник баала знает от силы неделю, так игриво хватает мастера за руку и пытается уговорить на танцы... так ласково, так... бесстрашно. тошно, потому что весь вечер дитя убийства вьётся рядом с другим эльфом — бледным отродьем, чтоб его. словно кто-то из них пропадёт с этого плана, если они перестанут ходить друг за другом хвостиком. тошно. тошно. вел'аррин морщит губы и давится кислым вином.       никто его не боится. никто, кроме самого вел'аррина, и это даже как-то смешно... раньше он был единственным, кто боялся мастера в наименьшей степени, а сейчас? кажется, он последний на всей земле, кто ещё помнит, как хрустят кости, когда избранник баала заламывает кому-то руки. кому-то, то есть...       — кажется, это последнее спокойное место в лагере. могу я присоединиться?       мысли вел'аррина перебивает незваный гость. дроу поднимает свой надменный взгляд и даже цокает языком, но это не отпугивает пришедшего. разум ещё терзается мыслями о господине, а потому вел'аррин заикается.       — м-м... мне нап-плевать, — он выплёвывает и делает ещё один глоток в надежде, что это поможет с беспорядком в голове. вместо этого кислота оседает на языке и заставляет наморщиться ещё сильнее.       когда-то знакомый тифлинг мягко усмехается и садится рядом с вел'аррином, но недостаточно близко, чтобы нарушить его личное пространство. он мягко покачивает свой бокал, словно перемешивая жидкость внутри, и это круговое движение кажется приятным, излишне завораживающим. вел'аррин отвлекается только тогда, когда чувствует запах табака, и наконец-то смотрит на мужчину. кажется, вино ему тоже не очень нравится, потому что очень быстро бокал ставится на землю где-то у ног. в руках появляется интересная резная трубка, и взгляд не может не зацепиться за острые когти... вел'аррина передёргивает, и он резко отворачивается. тифлинги всегда казались ему пугающими.       рыжая эльфка то хватает свою лиру, то задорно переговаривается с господином, словно пытается ему что-то доказать. от зависти блевать тянет, особенно, когда видно, что делает второй эльф со своими руками, когда подходит к мастеру... вел'аррин смотрит вниз, чтобы не видеть вообще ничего. он тоже отставляет вино в сторону, очевидно, оно не помогает.       — уж кого я не ожидал увидеть ещё раз, так это вас..., — не смотря на то, что говорит он словно из неоткуда, почему-то его голос не пугает. даже не заставляет дёрнуться, но вел на него всё равно не смотрит.       — ... это взаимно. излишне часто я вытаскиваю твою задницу из проблем.       — вообще-то, в прошлый раз...       зевлор загадочно замолкает, а потом и вовсе смеётся. вел'аррин смотрит на него с неприкрытой угрозой, взглядом цепляется скорее за курительную трубку. красивая.       — ладно, извиняюсь за дерзость. я рад, что мы снова встретились, — спокойно продолжает тифлинг. ему, кажется, хочется сказать что-то ещё, но он даже не смотрит на вел'аррина — слишком галантен, чтобы откровенно пялиться. почему-то это наводит на мысль, что у мужчины очень приятная манера речи, и дроу легче скинуть это на алкоголь в крови, даже если он и решил, что не чувствует никакого эффекта от острой жидкости.       — я знаю, — он отвечает чуть тише.       очень сложно не подглядывать краем глаза за новым собеседником и за тем, как он выбивает огонь щелчком пальцев, чтобы закурить. вел'аррин представляет, что выглядит сейчас по-детски нелепо, то и дело бросая взгляд в сторону, но совсем не может себя остановить.       — вы же знаете, что я вас не обижу? — вдруг прерывает тишину зевлор, оставляя своими словами удачную возможность наконец-то полноценно на него посмотреть. нужно быть дураком, чтобы не увидеть — тифлинг пережил не мало событий за свою жизнь, но его глаза говорят об очень добром сердце... к своему сожалению, вел'аррин подмечает, что уже не поверит даже самым-самым нежным глазам во вселенной. на вопрос он вскидывает бровь, и тифлинг по-доброму кивает, прежде, чем отвернуться.       какой странный вопрос. вел'аррин хмыкает и опять начинает рассматривать носы своих сапог. что вообще это должно значить?.. даже раздражает. всё же не сдержавшись, дроу ворует ещё один короткий взгляд, чтобы приметить какую-нибудь новую деталь, которую он тоже находит невероятно успокаивающей. брови сами собой собираются домиком, то ли от раздражения, то ли в недоумении.       — очень смело говорить такие вещи дроу, — вел нервно сглатывает, хотя голос его звучит стервозно. ему несложно держать себя перед другими обитателями фаэруна, но внимательный собеседник, такой, как зевлор, заметит сжатые на сидении ладони.       — вы выглядите.. запуганным. вот и всё, — зевлор кивает головой, и они снова замолкают. обычно привычная и желанная, сейчас тишина резко становится неловкой и тягостной, и вел'аррин чувствует себя провинившимся послушником. так обычно.       вел'аррин не выдерживает и закатывает глаза. язык обыденно щёлкает о нёбо, и приходится немного повернуться корпусом к тифлингу, чтобы было удобнее на него смотреть.       — я не запуганный. у меня просто такое лицо, — он шипит. спокойствие зевлора бесит его ещё сильнее.       — как скажите, — тифлинг усмехается и пожимает плечами. трубка дымится перед его лицом, и на вел'аррина он не смотрит, словно там, в отдалении, есть что-то гораздо более интересное, чем их диалог. кажется, будто он специально ведёт себя так отстранённо, но за их недолгое общение дроу уже успел подметить чужую любовь к задумчивому рассматриванию природы.       вел'аррин снова цокает языком и опускает взгляд в сапоги. прятаться в своей раковине кажется таким же естественным, как чувствовать себя пристыженным без видимой на то причины, и в этом стыду он чувствует себя комфортнее, чем без него. со стороны тифлинга слышится какое-то шуршание.       внезапный смех дитя баала отвлекает весь мир. дроу смотрит, как грузный демон тянет к себе своего любовника, пока листва не скрывает их обоих в своих объятиях. что-то происходит на его собственном лице, чего он не может контролировать. брови разбито сдвигаются к переносице, а уголки губ опускаются только ниже, и хочется потянуться к любимому ножу, и хочется свалить отсюда поскорее. хочется...       — как ваш... — голос зевлора сбивает с мысли. снова. чтобы спрятать свои чувства, вел'аррин использует самый излюбленный способ.       — адище, да когда же мы уже перейдём на ты?! сколько можно мне выкать? — он срывается и смотрит на зевлора. голос вел'аррина хоть и звучит злобно, даже угрожающе, но всё равно не превышает его обычной громкости. кажется, будто это часть его природы — быть полезным, но невидимым.       паладин едва ли реагирует. он смотрит вверх на поднявшегося собеседника и не сводит взгляда. почти не поймать, что же происходит у каждого в голове, но от того же разогревается интерес — зевлору хочется узнать причину такой острой реакции, вел'аррину хочется, чтобы над ним перестали глумиться. он этого никому не скажет.       — я пытался быть вежливым. мне кажется, тебе этого не хватает... — тихо говорит тифлинг и отводит взгляд. только сейчас вел'аррин замечает, как плавно движется чужой хвост... из стороны в сторону. как будто смотреть куда угодно, но не в глаза, станется спасением для разбитого разума.       — м-м-мне...? — дурацкая яма в дыхании сводит с ума. как же позорно. вел'аррин удивлённо наблюдает за чужой ладонью, когда зевлор похлопывает по бревну рядом с собой, будто приглашает сесть рядом.       — садись. они всё равно уже ушли.       щёки горят от стыда, и сердце тоже начинает биться предательски быстро. этого ведь вообще никто не должен видеть, такого состояния... тем более не какой-то там тифлинг. к сожалению, зевлор давно перешёл эту черту в "какой-то там" и стал довольно-таки конкретным тифлингом для вел'аррина, даже если время, проведённое вместе, не было таким продолжительным. до сих пор вел'аррин с неприсущей ему уверенностью может сказать, что доверит зевлору свою жизнь, если потребуется, и это... странное предложение, на язык совсем не ложащееся. к счастью, кажется, этому конкретному тифлингу слова не нужны. вел'аррин рвано выдыхает и садится рядом. теперь их бёдра едва соприкасаются.       никаких вопросов не следует. почему-то именно их ожидаешь больше всего, но зевлор молча курит и смотрит на танцующих гостей. вел'аррин спешит спрятаться от окружающих, уткнувшись локтями в колени, ладонями и волосами закрыв лицо. хочется снова сорваться на чужое спокойствие, потрясти за плечи, но ничего из этого вел'аррин не делает, чтобы не упасть ещё ниже в глазах собеседника. как же жалко он себя чувствует.       — как твой ворон? смешная птица.       смена темы немного помогает отвлечься от самобичевания. вел'аррин убирает руки от лица. глаза его ещё более красные, чем обычно, а серые щёки радуют румянцем, которого зевлор ещё ни разу не видел. дроу выглядит так, словно не очень хорошо себя чувствует, не хватает только шмыганья или дрожи в плечах. от такой картины тифлинг немного улыбается и, кажется, этим смущает ещё сильнее. вел сразу смотрит вниз и заводит волосы за уши.       — ... охотятся. они на охоте, — вел'аррин чувствует себя нелепо. он рвано выдыхает и почему-то продолжает бубнить. — .... у меня теперь их трое. я недавно нашёл третьего, совсем ещё птенец.       какого чёрта он не закрывает свой рот? хочется самого себя ударить по голове. слишком много лишней информации, ну кому это может быть ин...       — птенец? ты заботишься о них сам? или о нём заботятся старшие? — зевлор даже отводит от лица трубку, и не прекращает смотреть на своего собеседника. куда только делась вся его эта галантность и попытки не пялиться?       такое излишнее внимание — не то, что легко выдержать. дроу переминается с места на место, то и дело задевая зевлора своим бедром. это вызывает только дополнительное волнение, и кажется, будто он сейчас снова начнёт заикаться.       — я сам, — он выпаливает до того, как действительно заикнётся. — п-птенец ещё с-слишком маленький, чтобы... отдавать. с-сожрут. он же ч-ч-чуж.. чужой.       вел'аррин нервно сглатывает. он набирается мужества и всё же поворачивает голову на зевлора, и, когда их взгляды встречаются, всё внутри обрушается моментально. это всего лишь какой-то тифлинг. не очень сексуальный, не загадочный, и его рога пугают на пару с длинными когтями, но почему-то всё равно... вел'аррин задерживает дыхание. это вообще не его типаж... и тем не менее, он не прекращает говорить, хотя это и является единственным верным решением.       — я .. я могу показать, — тихий шёпот хорошо слышно, когда так близко. зевлор улыбается и кивает. его трубка куда-то делась.       ещё немного поёрзав на месте, вел'аррин аккуратно берёт в ладони небольшую сумку, которая всё это время висела у него на бедре. только сейчас зевлор догадывается, почему так бережно обращались с этим кожаным изделием ранее. внутри прячется маленький уродливый птенчик, либо такой же неуверенный в себе, как хозяин, либо просто больной физически. то, как аккуратно вел'аррин вытаскивает крошечное, едва пушистое создание, заставляет улыбнуться только сильнее. птичка вертит головой влево-вправо, и сразу становится ясно, что стеснительный характер тут ни при чём. кажется, это дело клыков хищника.       — пришибленный, — констатирует хозяин птицы, и тифлинг кивает. оно прекрасно видно и без комментариев. почему-то забота в движениях дроу умиляет, как будто вовсе её не ожидаешь от кого-то такого. зевлор тянет ладони, словно просит разрешения, но встречает только задетый неуверенный взгляд. по лицу вел'аррина ясно, что с доверием он не спешит, даже если они и спасли когда-то друг другу жизни. всё ещё со скрипом. спустя пару острых мгновений, он что-то для себя решает и аккуратно вкладывает любопытного птенца в тёплые руки, особенно заостряя взгляд на когтях.       — ... его я тоже не обижу, не стоит переживать, — точно? точно-точно? приходится поверить наслово и скусить с языка язвительное замечание. наверное, он и вправду знает, как не навредить, но не опасаться было бы просто глупо. вел'аррин отводит взгляд и ничего не говорит.       — о..он ещё с-слишком маленький, — зачем-то повторяет вел'аррин. он смущенно убирает косы за плечи и смотрит в землю перед собой. внезапное молчание приносит с собой мысль о том, что за эти пару минут он даже не подумал о...       — ты думаешь, я его сожру? — усмехается зевлор. он не отводит взгляда от крошечного создания, которое, к слову, устраивается очень уж удобно в его ладонях. маленькая голова влюблённо трётся о его пальцы, а неокрепший клюв начинает цепляться за рукав рубахи.       в ответ на вопрос ничего не следует. сложно не заметить, как сильно волнуется дроу, даже если сам он никогда этого не признает — трясущиеся коленки и прыгающие ноги предают его полностью. чтобы больше не мучить волнением, зевлор протягивает обратно птенца, не смотря на то, как маленькой зверушке удобно в огненных руках тифлинга. вел'аррин суматошно, но аккуратно перехватывает своего питомца, и руки мужчин соприкасаются. на секунду они смотрят друг другу в глаза, но кое-кто снова прячется, делая вид, что очень взволнован состоянием птицы.       — это очень мило, что ты так о них заботишься.       мило. никто никогда и рядом с ним такого слова не употреблял. вел'аррин морщит губы, но брови его выдают скопленную за десятилетия печаль. нет... скорее обиду. он смотрит на зевлора и не знает, как ему ответить. нутро требует быть ядовитым и колючим, но это глупое слово не даёт ему собраться и стать привычным, обычным — язвительным и неприятным. идиотизм .. это самый простой тифлинг на свете, не сексуальный и не загадочный, даже не красивый, не в его вкусе, но... блядское "но" костью в горле.       — м... т.... — ничего не собирается до конца, и стыд, отвлечённый спокойным диалогом, возвращается в грудь, создавая проблемы со словами. организм требует успокоения: пальцы теребят крышку сумочки, где уже засыпает птенец, и вел'аррин аккуратно отставляет её вниз, чтобы не тревожить маленькое создание.       и ведь даже ничего не сказать против. да, это действительно так, вел'аррин всю свою нежность и заботу дарит именно этим тварям, потому что больше она никому не нужна. никому, то есть одному конкретному отродью, который никогда этого и не просил. ах, если бы он только знал, как много... если бы он только знал. но... мило ли это? вел'аррин никогда не пытался таким показаться.       — агх, — выдыхает дроу. ничего так и не приходит на ум, и он понимает, что уже изрядно устал от социальных взаимодействий. единственное привычное, что он может себе позволить сейчас, это спрятать лицо в пальцах и волосах, свернуться калачиком на этом ебучем бревне и замолчать. зевлора это, похоже, веселит, потому что с его стороны слышится хриплый смех, который он даже не пытается скрыть.       зевлор кладёт ладонь на чужое плечо, и она тёплая, и всё ещё когтистая. вел'аррин смахивает её, но как-то несерьёзно, словно он не против, если зевлор положит её обратно. он не кладёт.       — отвали, — бубнит забитый дроу, и это тоже не выходит у него серьёзно. он поворачивает голову на зевлора, и чужая снисходительная улыбка его раздражает также, как заставляет сердце заикнуться. чего он добивается? просто пьян? не выглядит таким. специально бьёт пощёчины своими странными комплиментами, пытается соблазнить таким образом? ой, много хочет. вел'аррин хмыкает на свои же мысли и выпрямляется. кажется, его напускная уверенность немного восстановилась. он смотрит в противоположную сторону и складывает руки на груди.       — извини, — зевлор снова смеётся при виде этой обиженной картины. даже это он делает как-то мягко, будто ничего не предлагает и не выпрашивает, но вел уже сделал все нужные ему выводы. — сказал, не подумав... но это действительно так. твоя забота приятно удивляет.       вел'аррин вертит головой обратно к тифлингу и хмыкает. ему теперь совсем всё понятно, старый паладин просто не хочет проводить этот вечер в одиночестве, вот и лезет со своими приятными словами и нежными взглядами. вел'аррин не считает себя каким-то особенно красивым, но знает, что имеет на мужчин такой эффект. мысль, что зевлор мог бы действительно так поступить, немного неприятно отзывается в лёгких, но задвигается максимально далеко, ведь другой причины просто не может быть.       — слушай, я недостаточно выпил для такого, — так-то лучше. выверенно, без заиканий, посылать мужчин с подкатами несложно, а язвить им ещё легче. лучше сосредоточиться на этом ощущении, на ощущении хоть какой-то власти.       зевлор вскидывает бровью. его расслабленная поза немного съёживается, и очевидно, что в моменте уже ему нечего сказать. вел закатывает глаза, не надо тут из него дурака строить.       — что? о чём ты?       — ты знаешь, о чём, — отвечает дроу немного тише, и в этом шёпоте уже можно поймать какое-то соблазнительное обещание. правильно, будь тем, кем тебя всю жизнь учили быть.       они всё ещё соприкасаются бёдрами, и не нужно много усилий, чтобы стать ещё ближе. вел'аррин хватается за чужую рубашку, невесомо.       — я могу тебя поцеловать, но не более.       реакция тифлинга ему... непонятна. мужчина удивлённо поднимает брови, не усмехается и даже не радуется такому щедрому предложению. взгляд скачет ему на кроваво-красные губы, и вел'аррин внезапно для самого себя думает, что ему и самому хочется поцеловать зевлора. пожалуйста, пусть это будет вино... боги. как же хочется теперь самому поглумиться — он никогда не видел зевлора таким сбитым с толку, никогда не обращал внимание на то, что его кожа, цветом — спелый нектарин, может становиться ещё румянее. вот так-то, глупый конкретный тифлинг, тебя раскусили.       вел'аррин не дожидается, пока зевлор соберётся с мыслями, и тянется к нему сам. поцелуй невинный, но настойчивый, и пирсинг в губе очень ласково трётся о потрескавшиеся губы зевлора. момент застывает между ними, а рука на чужой рубашке сжимается, не желая отпускать. зевлор не поддаётся вперёд, и только на этой ноте дроу начинает... бояться. ему хочется поцеловаться нормально, но ещё чуть-чуть, и он чувствует, как от него начинают отстраняться. нет, он не мог ошибиться — все эти вопросы, забота какая-то непонятная, ну ведь ни от чего иного, кроме как простой похоти. пожалуйста. он не мог ошибиться.       брови хмурятся. в отчаянии, вел сжимает руку на рубашке ещё сильнее, грубо притягивая к себе ближе. он не углубляет поцелуй, но настойчиво предлагает большего, потому что ему это нужно, как воздух. если зевлор не согласится на эти условия, то только докажет, что удача никогда не была и не будет на стороне жреца. его кубики никогда не падают на нужное ребро.       секунды тянутся в часы, если не в года или тысячелетия. глаза колит от возможного отказа или, скорее, от слёз, потому что хотелось быть принятым хотя бы тут, но в ответ... вел'аррин судорожно выдыхает в чужие губы, готовый прямо сейчас показать свою настоящую слабость и просто расплакаться, но внезапно чувствует ладонь на пояснице. какие же они у него тёплые... и плевать, что когтистые. костлявые пальцы, сжатые до белых костяшек, наконец-то расслабляются, когда крепкая рука зевлора обхватывает кисть уставшей руки.       уже наплевать, прав он был или нет, и слеза всё-таки стекает по серой щеке, когда зевлор поддаётся вперёд и по-настоящему целует. может быть, ему просто нужен был момент, чтобы прийти в себя, может быть... может быть, пора перестать искать причины и просто прочувствовать? пухлые губы немного приоткрываются, чтобы поцеловаться ещё больше — не пошло, не влажно, но очень-очень близко. на губах тифлинга чувствуется табак и дешёвое вино, и колени соприкасаются вплотную, когда вел закидывает руку на чужое плечо и притягивает ещё ближе. его рука не путается в волосах, потому что они недостаточно длинные, но он чувствует, как когти играют с концами его собственных кос. от невиданной нежности хочется расчувствоваться окончательно, но не заканчивать хочется ещё больше.       поцелуй ластится между ними, и кажется, как будто это длится уже целую ночь, и сейчас вел'аррин откроет свои плотно сжатые глаза и увидит солнце, но этого не происходит. он находит себя сидящим на чужих коленях, и сам не помнит, как так вышло. прошло всего несколько мгновений. зевлор улыбается ему как-то странно — не смущённо, не сдержанно, но и не громко. мужчина смахивает образовавшиеся слёзы с лица дроу, как будто хочет утешить, но тем самым вызывает скорее обратную реакцию — ещё немного, и слёзы потекут рекой. вел успевает спрятаться в последнюю секунду, и как-то неестественно для него очень крепко обнимает зевлора за шею, чтобы упрятать лицо в изгибе своего локтя. невыносимо стыдно, но так... тепло. отсюда прекрасно видно радостный хвост зевлора, и хочется его поймать в руку и покрутить.       — это..., — начинает тифлинг, но прежде, чем он успевает сказать свои мысли вслух, его перебивают.       — отвали..., — и снова как-то обиженно, почти по-детски, несерьёзно. зевлор смеётся и скрещивает руки за чужой спиной, немного притягивая ближе.       — нет, я скажу. это меня тоже... приятно удивило. но мне хочется подступиться к тебе правильнее, если, конечно..., — и всё-таки, он тоже смущается. как-то это... мило.       — я не против, — признаётся вел'аррин, внезапно для них обоих.       хочется просидеть так в действительности до самого утра. зевлор шелудит там своими руками, пытаясь что-то сделать, и это даже не раздражает — убаюкивает. по запаху вел'аррин понимает, что мужчина снова закурил свою трубку, может быть, он... ай, да к чёрту. дроу льнёт ближе и закрывает глаза. пусть будет так, как будет — даже, если зевлор действительно всё это задумал специально, и если по этой логике вел'аррин ему проиграл или что-то должен. когда так близко — тепло. когда так близко — спокойно. когда так близко — безопасно.       пальцы зевлора аккуратно пересчитывает выступающие позвонки, и когти уже не пугают.