Медвежья услуга

Геката несвойственно себе быстро закидывала нужные материалы в котёл для заклинания. Несмотря на спокойную атмосферу на Перекрёстке, она не могла успокоиться. Женщина не знала: то ли жалеть, что раскрыла свой ужасный грех перед Мелиноей, то ли радоваться, что хоть кому-то смогла излить душу. Титания всегда считала, что её ошибка в прошлом — это только её ошибка, которую никто не должен знать. Что только она должна страдать от шрамов и стыда. Но когда ученица пришла взволнованная, со словами, что передали ей Мойры, богиня Перекрёстка просто не могла отказать ей в ответе. Тем более раз сами Мойры дали подсказки — значит, необходимо было рассказать. Сам диалог прошёл чудесно. Геката ещё сильнее радовалась, что именно дочка Аида стала её ученицей. Девушка приняла ошибку своей наставницы, хотя сильно плакала из-за их разговора. Что уж говорить — женщина тоже пролила пару слез от облегчения и приятного разговора. Но не это главное. Главное то, как Мелиноя рассматривала спрятанные под маской и перчаткой раненные части тела. Она очень долго сверлила их взглядом, пока наставница рассказывала, что появилось нового в её саду. В какой-то момент девушка даже стала спотыкаться и слишком сильно витала в облаках. Титания даже подумала, что всё-таки зря рассказала об этом своей ученице, тем более когда та еле-еле начала восстанавливать отношения с титаном времени. — Здравствуйте, наставница. Послышался голос юной ведьмы, из-за чего богиня Перекрёстка вздрогнула и, помотав головой, выкинула лишние мысли. Она медленно подняла голову, посмотрела на Мелиною, что внимательно и с обожанием смотрела на неё. Девушка, конечно, и раньше так смотрела на Гекату, но сейчас её взгляд был… слишком восхищённым. — Здравствуй, Мелиноя. Как проходит спуск в Тартар? — спросила женщина, махнув рукой. Мелиноя кивнула, кидая какие-то материалы в котёл. — Всё хорошо. Врагов всё меньше и меньше. Отец активно восстанавливает дом. И я с каждым днём всё быстрее спускаюсь вниз. — Это хорошо, и я надеюсь, ты успеваешь отдыхать? — спросила Геката, наклонив голову набок. Дочка Аида быстро закивала: — Конечно. Тем более благодаря пробуждению господина Гипноса я могу дольше спать. — Отлично. Кивнула женщина, когда Мелиноя начала читать заклинание. Спустя несколько секунд она нахмурилась, понимая, что это не одно из тех заклятий, что она давала ученице. Когда юная ведьма закончила творить, Титания скрестила руки на груди. — Ты решила придумать новое заклинание? — спросила она, подняв одну бровь. Ученица кивнула и неловко улыбнулась: — Да. Я… Эм… Если что, это ничего такого! Правда! Просто безобидное заклинание для Перекрёстка. Пробормотала она, быстро замахав руками. Богиня Перекрёстка какое-то время смотрела ей в глаза, пытаясь найти крупицы лжи, после чего медленно кивнула. — Хорошо. — Надеюсь, эта ночь будет хорошей для вас, наставница, — сказала Мелиноя, снова поклонившись. Геката вздохнула и, кивнув, махнула рукой, показывая, что закончила диалог с ученицей. Та быстро убежала куда-то, странно улыбаясь.

***

Геката спокойно стояла на своём месте и следила за Перекрёстком. Тени бродили то в одну сторону, то в другую. Всё было хорошо и спокойно. Даже Эрида не устраивала сцен и спокойно сидела в своём углу. Может быть, получится ненадолго покинуть это место и пойти подправить защиту на Эребе? Или собрать некоторые редкие травы? Или… — Здравствуйте, наставница. Неожиданно послышался голос Мелинои рядом с Титанией, из-за чего она вздрогнула и посмотрела на поклонившуюся ей ученицу. Неужели она так сильно ушла в свои мысли, что не заметила её? Или девушка наконец-то улучшила свои навыки скрытности? — Здравствуй, Мелиноя. Как проходят твои выходы? — спросила она, кивнув юной ведьме. Та довольно улыбнулась: — Всё проходит хорошо. Смогла добраться до Олимпа. Наставница, а как проходят ваши дела? — спросила дочка Аида, удивив ещё сильнее свою наставницу. Та подняла одну бровь: — Хм… Всё как обычно. Продолжаю работать. — Надеюсь, вас никто не беспокоил? — продолжила задавать вопросы Мелиноя, удивляя тем самым Гекату. — Нет. Всё так же спокойно. Тени и другие жители не стремятся устраивать всякие споры или конфликты. — А вы хорошо отдыхаете? Титания уже нахмурилась из-за таких глупых и необычных вопросов, скрестив руки на груди. — Мелиноя, что со мной, что с Перекрёстком — всё в порядке. Думаю, тебе стоит проведать Мороса. Сын Никсы желал с тобой встретиться. — Ох, хорошо… — тихо сказала девушка, смутившись и замолчав на какое-то время. Женщина какое-то время молчала, но, глядя на такой побитый вид ученицы, тяжело вздохнула: — Да, Мелиноя, я хорошо и часто отдыхаю. Потому что, как ты помнишь, отдых нужен всем, даже титанам. — Отлично! — быстро ответила Мелиноя, улыбнувшись. Она быстро поклонилась наставнице. — Надеюсь, эта ночь будет спокойной, наставница. — Я тоже, Мелиноя. Будь осторожна на своём пути. Юная ведьма кивнула, после чего пошла в сторону Мороса, благодаря чему Геката облегчённо выдохнула.

***

Геката, тяжело вздохнув, пошла в сторону горячего источника. Несмотря на конец войны, работы было всё ещё много, и она поглощала все силы Титании. И если быть честной, она бы продолжила работать, если бы Мелиноя почему-то не настояла на том, чтобы женщина отдохнула хотя бы в горячем источнике. Богиня Перекрёстка долго думала, надо ли сделать маленький перерыв или ещё не время, но решила всё-таки сделать его. Не потому, что она так сильно этого хотела. Скорее, чтобы показать девушке хороший пример и что даже титанам надо отдыхать. Дойдя до горячего источника, Геката подняла одну бровь, потом вторую. Вокруг горячего источника стояли ширмы. На них были пару кругов, что отпугивали теней, что объясняло их малое количество по пути сюда. Также ширмы были расставлены как спираль, из-за чего, чтобы увидеть, кто сейчас плавал в источнике, необходимо было зайти внутрь. Титания устало застонала, начиная массировать себе виски. Она прекрасно понимала, кто и зачем это сделал. Никто на Перекрёстке не стеснялся купаться в горячем источнике. У этого было много причин: начиная с отсутствия других альтернатив и заканчивая воспитанием многих. Тем более никому на Перекрёстке нечего было скрывать… Верно? Геката покачала головой, зайдя внутрь. Она быстро скинула с себя свой наряд, но перед тем, как зайти в воду, задумалась, положив руку на свою маску. Женщина долгое время стояла на месте, после чего, опять вздохнув, сняла маску вместе с металлической перчаткой, кинув их в сторону оставшейся одежды. Набрав в лёгкие воздух, богиня Перекрёстка медленно начала заходить в воду, и когда вода дошла до повреждённой руки, на которой были шрамы, Титания тихо застонала, закрывая глаза и резко погружаясь в воду до самой шеи. О Мойры, как это было приятно! Вода была довольно горяча, и из-за чувствительности повреждённой руки даже слишком горячей, вызывая некую боль. Но это была приятная боль. Вода, соприкасаясь с золото-чёрными шрамами, начала медленно избавлять руку Гекаты от отвратительного золотого песка, что появлялся из ран и которого было слишком много. Не выдержав, она погрузилась сильнее в воду, до самого носа, позволяя жидкости дотронуться и до шрамов на щеке. Раньше Титания не могла почувствовать этого из-за металлической перчатки, что скрывала руку и сдерживала её подёргивания. Всё, что она чувствовала, — это лёгкое тепло, но не больше. Но сейчас… Ох, как давно она не занималась этим! Наверное, ещё во времена, когда Загрей не появился у её друга и даже не планировался! Хотя, несомненно, это странно, что Мелиноя решила сделать эти перегородки ради более комфортного купания для наставницы.

***

Геката медленно моргала, следя за тем, как заклинание готовилось в котле. Она заторможенно положила руку на своё лицо, начиная массировать глаза. Из-за усталости всё плыло, и сложно было разглядеть многие вещи. Всё же даже для титана несколько месяцев без сна не очень хорошо сказываются. Женщина не знала, сколько минут сверлила взглядом котёл, пока не заметила Мелиною, что очень тихо и осторожно закидывала материалы. Странно. Обычно девушка, даже когда наставница была сонной, здоровалась с ней или хотя бы кланялась. Тут же втихую она опять создаёт что-то? Титания решила пока что не вмешиваться. Юная ведьма кинула последний ресурс и тихо стала читать неизвестное заклинание. Видимо, опять собственного написания. Спустя несколько секунд крышка котла закрылась, и дочка Аида стала ждать чего-то. Геката на это только скрестила руки, всё ещё ожидая либо реакцию на себя со стороны ученицы, либо окончания варки заклятья. Через какое-то время крышка открылась, и Мелиноя достала из котла… пару свечей. Богиня Перекрёстка подняла одну бровь, смотря на эти свечи. Девушка осторожно подошла к ней и положила руку на плечо наставницы. — Наставница, прошу прощения за то, что беспокою вас, но… Не могли бы вы принять этот дар от меня? — сказала она, протягивая, судя по всему, ароматические свечи Гекате. Та подняла одну бровь от удивления, но протянула руку в ответ, забирая дар. — Зачем они мне, Мелиноя? У нас на Перекрёстке хватает свечей, а такие не особо нужны сейчас, — спросила женщина, рассматривая их. Мелиноя смущённо помялась: — Наставница, это специальные свечи для сна. Дора говорит, что они очень хорошо помогают в случае бессонницы. — Мелиноя, — тяжело вздохнула Титания, покачав головой. Девушка положила руку на своё сердце, посмотрев на наставницу грустным взглядом: — Наставница, я за эти месяцы не видела, как вы полноценно отдыхаете. — Мелиноя, я… Я отдыхаю, не стоит беспокоиться об этом, — ответила богиня Перекрёстка, начиная медленно массировать себе виски. Юная ведьма стала выглядеть очень обеспокоенной: — Правда? Я слышала от Селены и Артемиды, что вы всё время были рядом с котлом. Также я заметила, что во время наших драк вы двигались чуть медленнее, чем обычно. — Когда ты… — удивлённо пробормотала Геката, убирая руки с лица. Почему Мелиноя резко стала такой наблюдательной в сторону своей наставницы? Наверное, это даже хорошо, если бы только девушка была внимательна со всеми, не только с Титанией. Женщина какое-то время молчала, глядя на грустное лицо ученицы, после, тяжело вздохнув, махнула рукой, пряча ароматические свечи в свой плащ. — Хорошо… Думаю, я… Пойду сделаю маленький перерыв. Сообщи Немезиде о том, чтобы она присматривала какое-то время за Перекрёстком. — Хорошо, наставница! Будет сделано! — бодро ответила Мелиноя, улыбнувшись. Богиня Перекрёстка кивнула, слабо улыбнувшись под маской, после чего медленно пошла вглубь леса, в сторону, где была её палатка.

***

Геката медленно сняла с себя плащ, платок и шляпу. Она кинула их на свой стол, где лежала огромная куча свитков. Женщина наконец-то добралась до своей палатки, в которой было множество защитных амулетов, знаков и кругов. Немного подумав, Титания сняла с себя маску вместе с металлической перчаткой. Возможно, она чуть подольше полежит на кровати. Богиня Перекрёстка подошла к своему столу и, покопавшись в своём плаще, достала те самые ароматические свечи, что ей подарила Мелиноя. Она какое-то время рассматривала их, после чего, поставив на стол и щёлкнув пальцами, зажгла их. По комнате сразу распространился приятный аромат сабельника, смешанный с корой ивы. Вздохнув, Геката подошла к своему ложу, что было на земле. Она медленно улеглась на него, положив голову на подушку. Женщина медленно моргала, рассматривая потолок своей палатки. Вряд ли она сможет надолго заснуть. Повреждённая рука, как обычно, непроизвольно дёргалась и вызывала сильную боль, так что Титания немного поспит, а после даст своему телу немного отдохнуть. Но запах от ароматической свечи всё продолжал и продолжал распространяться по палатке, и богиня Перекрёстка не заметила, как стала всё медленнее и медленнее моргать. Боль в руке как будто стала отступать, и наконец-то она спокойно заснула. Неясно, сколько часов Геката спала, но проснулась она только когда Селена поднялась на небо, что, похоже, означало, что женщина проспала целый день.

***

— Держи спину, Мелиноя! — крикнула Геката, кидая один из огней в спину ученицы. Та зашипела и попыталась сделать рывок, но, к сожалению, врезалась в одно из деревьев, что были на поле битвы наставницы. Девушка быстро замотала головой и отбежала на большое расстояние от противника. Женщина недовольно цыкнула, глядя на поведение Мелинои. Почему-то она не так активно нападала на Титанию. Всё, что она делала, — это уворачивалась, отбивала атаки и ничего больше. Будто ожидала, что богиня Перекрёстка устанет и прекратит бой. Это было совершенно глупое и наивное предположение, которое неизвестно откуда появилось. Геката просто не понимала, почему юная ведьма не может даже немного ударить свою наставницу, хотя, когда добиралась до этого места, спокойно боролась с другими ведьмами и врагами. Откуда резкий страх нанести ей вред? Почему именно в этой битве она стала бояться сделать этого? Конечно, в последние их битвы Мелиноя так же почему-то боялась сделать больно богине Перекрёстка, но просто отказываться драться… Женщина сделала очередную огненную атаку, и это была последняя такая, которую смогла выдержать дочка Аида. Получив огонь в спину, она вскрикнула и упала на землю. Мелиноя трясущимися руками попыталась встать с земли, но ничего не вышло, из-за чего она устало упала. Под ней медленно начал появляться круг возврата. — Это было очень плохо, Мелиноя, — сказала Титания, медленно подходя к ней. Девушка стыдливо опустила голову: — Прошу прощения, наставница. — Твои враги не будут давать поблажек тебе в бою. — Да, наставница, — тихо отвечала юная ведьма, продолжая держать голову опущенной. Богиня Перекрёстка какое-то время молчала, после чего, вздохнув, встала на одно колено перед ученицей, глядя на неё обеспокоенно: — Мелиноя, что случилось? Неужели заклинание, что ты создала для Арахны, начало на тебя сказываться? Думаю, мне стоит тебя осмотреть на Перекрёстке, когда ты вернёшься и немного восстановишься. — Нет-нет-нет, всё хорошо! — быстро ответила Мелиноя, посмотрев на наставницу испуганным взглядом. — Честно, со мной всё хорошо! Я… Эм… Я просто отвыкла от сражений с вами, наставница. Дайте мне только немного времени, и я снова буду в строю. Геката подняла бровь на это оправдание. Оно было настолько бредовым, что даже дочка Аида смущённо опустила голову снова. Вероятнее всего, Титании стоило выпытать у ученицы реальную причину такого поведения, но, к сожалению, круг под ней полностью проявился, забирая девушку обратно на Перекрёсток. Богиня Перекрёстка на это только покачала головой, вставая с земли.

***

Геката задумчиво рассматривала теней, что бегали по Перекрёстку. Она не знала, стоит ли спрашивать об этом Мелиною или нет. Это, наверное, слишком странная просьба, учитывая, кто и о чём спрашивает, но другого варианта не было. Никса, несмотря на своё пробуждение, редко бывала на Перекрёстке и была занята только своими детьми. Аид также был занят работой по восстановлению своих владений. И, к сожалению, других существ, что находились в Тартаре и взаимодействовали с Кроносом, у Титании не было. А ведь необходимо было узнать, что он сейчас делает и не планирует ли что-то. Заметив Мелиною, женщина махнула ей рукой, подзывая. Девушка быстро подошла к наставнице, поклонившись: — Здравствуйте, наставница. — Приветствую тебя, Мелиноя, — ответила Титания, кивнув ей. Юная ведьма слегка обеспокоенно посмотрела на неё: — Что-то случилось? Геката покачала головой: — К счастью, нет. Мелиноя, я бы хотела с тобой обсудить Кроноса, — начала она, задумчиво положив руку на свой подбородок. Дочка Аида вздрогнула и неловко отвела взгляд: — Ах… Ом… Наставница, а можно вопрос? — неожиданно сказала она. Богиня Перекрёстка посмотрела на неё, но кивнула. — У меня случилась некоторая проблема с одним из заклинаний, что вы мне дали. — С каким именно? — спросила Титания, скрещивая руки на груди. Мелиноя немного задумалась: — Это связано с великим даром Геи. Мне не получается добыть один ресурс для него. — Несомненно, это одно из сложнейших для тебя заклинаний. Ты должна была получить одобрение богини, что можешь получить его, а также преподнести ей сложнейший дар. Первый шаг ты уже выполнила, так как в каком-то смысле спасла её сына. А со вторым что случилось? Девушка помялась, будто вспоминая что-то: — Ах, я… Я никак не могу добыть змеевидный тростник. Женщина подняла одну бровь: — Змеиный тростник? Её ученица быстро закивала. Геката скрестила руки на груди: — Что ж, думаю, тебе стоит поискать планктон на вершине Олимпа. Из-за действий Тифона этих паразитов довольно много, и думаю, если ты немного покопаешься в испорченной земле, то сможешь найти их. Дальше просто посади в своём саду и дождись, когда он вырастет. — Ох, благодарю! Я вспомнила, что в последний выход на поверхности как раз собрала немного планктона. Думаю, стоит его как можно скорее посадить, чтобы преподнести дар Геи, — быстро ответила юная ведьма, делая мелкие шажки в сторону своего сада. Женщина удивлённо моргнула: — Мелиноя, пост… — Спасибо большое вам, наставница, за вашу помощь. Постараюсь во время следующего выхода на поверхность принести что-нибудь полезное для Перекрёстка, — продолжила говорить Мелиноя, быстро сделав поклон своей наставнице. — Мелиноя… — Желаю вам спокойной ночи, — сказала напоследок девушка, после чего убежала в сторону своего небольшого сада. Геката недоумённо, с нотками гнева, смотрела ей вслед. Ей необходимо было догнать свою ученицу и отчитать её за такое нахальство, но, к сожалению, Титанию позвала одна из теней, сообщив, что к Эребу приближается небольшая толпа остатков армии Кроноса и что, вероятнее всего, женщине придётся избавиться от них.

***

Геката медленно погрузилась в горячий источник до самого носа. Она медленно дышала, закрыв глаза, стараясь хоть немного расслабиться. Вокруг никого не было слышно — только шелест листвы и движение воды от движений богини. Спустя несколько минут тишины Титания не выдержала и, зарычав, выпрямилась, слегка вылезая из воды. Это просто невозможно! Как бы она ни пыталась игнорировать эту проблему, но, судя по всему, Мелиноя, узнав про её травму, решила якобы облегчить жизнь своей наставницы. Причём самыми нелепыми способами! Начиная от всех этих приятных предметов и заканчивая глупыми вопросами и плохими попытками уйти от нужных тем. И это необычное поведение начинают многие замечать. Немезида странно поглядывает на Мелиною, что не может дойти нормально до Тартара из-за застревания на битвах с Гекатой. Эрида, непонимающе смотрит на подругу, что постоянно приходит к ней на поверхность. Морос, что извиняюще смотрел на Гекату. Конечно, он вряд ли знал, что всё-таки случилось, но, понимая, что в этом были замешаны его сёстры, парень чувствовал некую вину за собой. И ах да — подозрительный взгляд Селены, особенно после ширмы, что создала Мелиноя. Она ведь прекрасно помнила, что Геката не всегда носила маску и перчатку, и, видимо, ей стало ещё сильнее интересно узнать, что же её подруга скрывает, раз она рассказала дочке Аида, но не ей. И ведь не в этом проблема. Может быть, Титания немного была бы и не против такого внимания. Особенно ей нравились подарки: ширма, что позволяла ей полностью насладиться горячим источником, или ароматические свечи, что позволяли женщине заснуть, не мучаясь от боли. Но богиня Перекрёстка чувствовала себя… будто беспомощной. Вся эта забота Мелинои выглядела так, будто Геката ещё немного — и исчезнет. Будто Титания только недавно получила эту травму и сейчас пыталась с ней смириться. Она давно приняла, что из-за её самодовольства её жизнь стала слегка ограниченной. Не надо следить за каждым её вздохом и цензурировать свою речь, чтобы, не дай Мойры, обидеть Титанию! Это поведение ведь так же мешает юной ведьме. Она из-за заминки с наставницей просто не могла добраться до Тартара, тем самым реже виделась с семьёй. Геката и Аид ещё не смогли придумать быстрый спуск с Перекрёстка до дома, из-за чего девушке всё ещё приходилось делать это по-старому. Мелиноя ведь только стала налаживать контакт с ними — и тут такая проблема. Долго думая, Геката, вздохнув, вышла из воды и стала медленно надевать на себя одежду. Она поговорит со своей ученицей. Хочет она того или нет, но необходимо прекратить эту странную заботу со стороны дочки Аида. Это будет лучше для всех, в особенности для Титании, так как ей больше не придётся терпеть это всё, вспоминая, почему же Мелиноя решила проявить такую заботу.