Problem children. Проблемные дети

Эвелин и Сэм остались одни с детьми. Время ночь, все дети спят, а двое подростков сидят в своей комнате и разговаривают. —Как думаешь, эта Сева и вправду спасет всех? —спросил Сэм. —Я думаю она просто одержима этим желанием и сходит с ума. А все одержимые не добиваются того, чего хотят. Это мое мнение. —легкомысленно проговорила Эвелин и поправила челку. —Но она столько всего добилась, это классно, я верю в нее. —Пф! Она та ещё дерзкая тварь, строит из себя главную. —Эвелин махнула рукой и усмехнулась. —Почему ты так ее ненавидишь? —любопытно было спросить Сэму. —Тебя это волновать не должно. —грубо ответила та. —Хорошо, а почему со мной ты так груба? —Я не обязана быть с тобой хорошей паинькой! Отвали, чел. —в итоге Эвелин встала и резко ушла, хлопнув дверью. Сэм остался в недоумении, ему было слегка обидно, что он так и не смог подружиться с ней. Каким бы было твое последнее желание, если бы ты знал, что смерть неизбежна и тебе осталось прожить так мало? Пока остальные живут и радуются, у них ещё так много времени. А ты все откладывал, говорил, что успеешь. А в итоге... Все твое время просто забрали, отняли возможность закончить начатое. Так какое твое последнее желание, дитя?... Увидеть маму? Почувствовать ее нежные объятия хоть раз, хоть раз снять с себя эту ответственность и позволить празднику проникнуть в душу. Что? Тебе это не нужно? Дитя, скажи, скажи мне, твое последнее желание... И слова ребенка пронзили небеса, донёсся хриплый детский голос: —"Домой хочу я... В никуда, где есть тепло и холод. Хочу увидеть чудо. Нет, не для меня все это, моя судьба уже предрешена. Хочу одно лишь, лишь одно желаю: пусть победят... Пусть одолеют наши этот голод, пусть страх исчезнет из их глаз, и души вырвутся наружу, и дети станут ликовать, о желанная свобода, я всем хочу ее отдать. Но моя свобода - смерть. У вас свобода пусть иная будет. И желание последнее мое: похороните на цветочном поле." И опрокинул дитятко свое последнее слово, и глаза свои сомкнул на долгие века. И люди больше не услышат, наши юные, смешные голоса. Теперь их слышат только небеса. Душа его, по калейдоскопу, невзрачно путь держала, и не найдя опоры, не ухватившись ни за что, он ощутил свободу, ни одна стена теперь не держит ни его, ни душу. Он познал свободы путь свой, не закончив даже детский сад. И все навек молчат... Сегодня в здании умер от рака лёгких маленький мальчик, лежащий в больнице убежища. Вылечить его было невозможно. Вместо того, чтобы отнести его учёным, чтобы те даровали ему новую жизнь, они оставили его тут. Ведь он пожелал свободы. Этот мальчик прожил так мало, и ничего не успел. Он вечно опаздывал, подводил, и не выполнял обещания. Родители говорили ему, что он вырос таким сам, и что у него было самое лучшее детство. Но истиной ли была эта сладкая речь? Ребенок думал, что он по характеру такой, что его родители воспитали "правильно", а он оказался таким неблагодарным. Но если присмотреться лучше, то это сами родители виноваты, они не учли, что взрослые проблемы могут нанести детскому разуму огромную боль. Он не понимал почему он такой, в душе он был добр, справедлив, но эта его темная сторона разрушала ему жизнь... Что с ним не так? Этот вопрос терзал его день за днём. Знаете как тяжело измениться? Особенно когда не начал в детском возрасте. Родители говорили ему меняться, пока не поздно, но сами они при этом не делали ничего. Они не дарили ему даже самой простой поддержки... Так и закончил он свою жизнь, с болью в душе и с мыслями, что он не такой, какой должен был быть. Ты неблагодарный, ты не заслуживаешь быть в тепле и уюте, ты не заслуживаешь внимания родных. Ты вытворяешь плохое, понимая это, но тебе тяжело измениться. Что? Почему? Почему все именно так? Ты стараешься улыбаться и игнорировать, но внутри тебя кипит буря эмоций. Теперь ты не умеешь эмоционально реагировать, все происходит у тебя внутри. А когда ты один, эти чувства поглощают тебя и мучают до тех пор, пока ты не найдешь кому высказаться. Но никто тебя никогда не поймет. Родные стараются для тебя, но тебе от них нужно лишь внимание, точнее нужно было. Они все испортили, теперь твой разум отвечает им тем же, а ты и не догадываешься, что обижаешь их. В тайне их ненавидишь. Правда ли будет твоя благодарность после взросления? Или ты так и останешься с этой вечной обидой? Но что если никогда не взрослеть?.. Не заслуживаю тепла, так буду же в холоде. Пойду в лес и лягу в сугроб, закрыв очи и больше никогда не открывая их. Уснуть навечно. Боли не будет. Лишь лёгкий холод будет касаться тебя из-под одеяла сугроба. Выспись наконец, получив долгожданный покой. Теперь тебя больше ничего не потревожит. Пусть они посмотрят на твое сухое лицо, пусть представят, как ты больше не одинок. Как ты навечно остался в своем выдуманном мире. В этой реальности тебе было плохо, теперь ты нашел себя там... В месте, где ты главный герой. Ночь была крайне беспокойной. Дети увидели труп мальчика. "Подготовительная" команда сопротивления, состоящая только из девочек: Йеко, Сильвии, Фени, Фэнси и Эмили подготовили все для похорон. Они уложили ребенка в гроб (правда самодельный, из бумаги и картона), написали красивыми буквами его имя и по рации вызвали Твинки. Черный кот спокойно вышел из вентиляции и посмотрел на гроб безэмоционально. Внезапно коробка засияла пурпурным, под пристальным взглядом Твинки. Розовые глаза черного кота сияли, а после его магия подняла гроб и унесла за собой в вентиляцию. Твинки удалился, не сказав ни слова. Твинки и труп мальчика в гробу передвигались долго, пока не дошли до самого низа. Холодная земля и жёлтые лилии, больше ничего в этом месте не было. Души, которых видели только "испытавшие", пялились на новенького своими светящимися глазами, которые в их образе являются самыми яркими. Черный кот с помощью магии вытащил ребенка из гроба и положил на "цветочное поле", а после сел в отдалении и стал ждать. Внезапно все вокруг стало мрачным, лишь лепестки цветов будто светились жёлтым. Душа синего цвета медленно покидала тело усопшего мальчика и пока выглядела бесформенно. Синие мерцание отражалось на цветах и в глазах Твинки. Он все ещё спокойно сидел и смотрел на происходящее. Когда душа мальчика начала принимать форму его прошлого тела, но теперь с большими неоновыми глазами, из которых текли вечные неоновые слёзы, в его окружении появились остальные души детей. Все цвета радуги и ее различные оттенки мерцали вокруг него. Мальчик был напуган, но уже в скором времени остальные души взяли его за руки, посмотрели на Твинки и исчезли. Твинки встал и неспешно ушел, оставляя вечный покой в этом месте. Йеко, Сильвия и Феня сидели в главной детской комнате и активно что-то обсуждали. Вскоре к ним присоединилась и Фэнси с Варей. —Как думаете, когда Сева сможет уже пустить нас на первое серьезное дело? А то мы только трупы хороним и за порядком следим. —спросила Сильвия у ребят. —Мы и так приносим большую пользу команде. Если бы не мы, тут был бы хаос. А людей для важных операций нужно немного, впрочем, если ы понадобимся, Сева обязательно попросит у нас помощи. —ответила Йеко – девочка с радужными волосами. —Пф! Да брось, мне кажется мы ей никогда не понадобимся в таких планах, она слишком мнительная на счёт нас. —сказала Фэнси – агрессивная девочка с бордовыми волосами. —Мы важны как никак. Может мы и не можем помочь там, но здесь мы довольно полезны. —убеждала всех Йеко – самая старшая из их компании. Феня и Варя всегда молчаливы, по этому они просто сидят и наблюдают, Феня прислушивается. —Ладно, собрание окончено. Можем пока позаниматься своими делами. Пока, девочки. —сказала Йеко, вставая и уходя восвояси. Так и начались новые будни в убежище. Феня – слепая девочка, видит мир не глазами, а мозгом. Она ощущает мир, слушает. Сейчас она сидит в своей комнате и читает книгу для слепых руками, таким образом она отвлекается от своих воспоминаний и мыслей. Вскоре книга была дочитана и Феня подошла к шкафу, взяв оттуда инструмент – флейту. Подойдя к дивану так, будто она все видит, она села на него и приставила флейту к губам. Зазвучала мелодия, Фене нравилось слушать собственную игру, она чувствовала каждую ноту. Услышав мелодию флейты, в комнату зашла Сильвия. Феня не прекратила игру. Сильвия тихо подошла и села напротив Фени, внимательно слушая ее исполнение. Прошло несколько минут и Феня закончила. Ее взгляд смотрел в пустоту, но казалось видел Сильвию, каждый ее зелёный волос, зрачок, потёкшую подводку у глаз, которая всегда была на ее лице. Феня первый раз за долгое время заговорила: —хочешь попробовать? Сильвия посмотрела на нее и слегка улыбнулась, она тихо и робко ответила: —хочу, но пожалуй на ксилофоне, мне его звучание нравится больше. После этих слов Сильвия взяла из шкафа ксилофон и села напротив Фени. Она начала стучать по клавишам аккуратно, создавая красивый звон, а Феня уже подключилась на флейте. Услышав мелодию Сэм решил заглянуть в эту местность. Когда он зашёл игра не прекратилась. Тогда он сел на один из стульев и стал слушать, ему нравилось это маленькое, но волшебное представление. Когда дети не отчаиваются и просто наслаждаются тем, что у них есть. Музыканты всегда молчат, их слова - музыка. Йеко укладывает детей, читая им сказку на ночь. Сказку про то, где все хорошо и все счастливы. Да, Йеко самой двенадцать, но делать нечего, ответственность пала на ее плечи, и она должна помогать. Дети слушали ее с восхищением, очаровываясь тем, что в жизни бывает добро и счастье. В скором времени каждый начал засыпать, с хорошими мыслями и надеждой. Фэнси сидит в комнате одна и слушает "Короля и Шута" в наушниках, рядом сидит Варя и не знает чем себя занять. Фэнси вытаскивает один наушник и даёт Варе. —На, послушай что-то годное. Варя без слов взяла наушник и засунула в ухо. Оно было большим для нее и вываливалось, но Варя старалась этого не показывать. В наушниках проигрывалась песня "Проклятый старый дом", одна из любимых песен Фэнси. Варя заслушалась и представляла все, что происходило в этой песне. В каком-то плане ей показалось, что тема недостающей свободы ей знакома. Дети тут тоже взаперти. Фэнси посмотрела на нее и усмехнулась, видя как Варя задумалась. Эмили. Ещё одна девочка, состоящая в подготовительной команде сопротивления. Про нее часто забывают, будто ее вообще и нет. Она ведёт себя достаточно тихо. Ей 11 лет, у нее длинные персиковые волосы, голубые глаза и узкие зрачки. Носит молочную футболку, которая настолько длинная, что напоминает скорее платье. История у Эмили печальная, в принципе как и у всех ничего радостного нет. В детстве ее родители увлекались наркотическими веществами, и без спроса дочери давали ей тоже самое. По этому зрачки ее тонкие, а жить ей осталось от силы пять лет. Учёные уже хотели сделать из нее очередное существо, но команда успела спрятать детей раньше. На данный момент Эмили просто ходит по ванным комнатам, коридорам, залу. Ей просто делать нечего. Иногда на стенах она рисует маркерами какие-то рисунки. Так вот откуда все это появляется. Но Эмили не подозревала, что из теней кто-то наблюдал... Проходя очередной темный коридор, ей вдруг зажали рот рукой и прижали к стене. Эмили слегка вздрогнула от неожиданности. Кто это мог быть? Перед ней стояла Эвелин и прижимала холодное лезвие ножа к ее шее. Но зачем? Эмили не чувствовала страха. Ей всеравно когда и как умирать, раньше или позже, от ножа или от наркотиков. Всеравно исход один. —Ну, ну, я хочу видеть страх в твоих глазах, иначе мне будет скучно тебя убивать. —Тихо и игриво высказала Эвелин, а после продолжила: —В любом случае мне надо убить как можно больше, страха я увижу ещё. Не успела Эмили моргнуть, как Эвелин уже перерезала ей глотку. Та захрипела и упала на пол. Кровь струилась фонтаном на пол, персиковые волосы и молочную футболку. Вот и смокинг смерти, кроваво-красный залился в глаза и Эмили умерла. Без лишних слов, без скорби или хотябы воле жить. Эвелин прикрыла мертвые глаза Эмили и стала убирать труп в мешок, после оттирала кровь с пола, стен, ножа. Все прошло легко и быстро. А Эмили наконец забрал король вечного сна. Эвелин отнесла труп в подсобку и заперла ее на ключ. —Надо будет придумать как их кремировать, а то смердить будет. Раздались шаги и Эвелин ушла, видимо искать очередную заблудшую жертву. Душа персикового свечения вышла из тела, осмотрелась, посмотрела на остальные души, которые зазывали ее к себе и скрылась в стене здания. Не зря говорят, что это здание живое, что оно дышит. После игры, Сильвия и Феня стали общаться. Две самые не общительные девочки общаются между собой. Сэма в комнате уже не было. Феня рассказывала про свое прошлое, Сильвия тоже. —А тебя мама чем обычно наказывала? —спросила Феня у Сильвии. —Меня запирали в кладовой комнате на 12 часов, без еды и воды. Там было так темно, что я привыкла к темноте и одиночеству. Яркий свет до сих пор недолюбливаю. —Почему люди отыгрываются на детях? —задала риторический вопрос Феня, вздохнув. Вдруг, слепая девочка уловила едва заметные шаги к их комнате. Будто почувствовав неладное, она быстро встала и потянула Сильвию за руку. —Прячься! —прошептала Феня. Сильвии долго объяснять не пришлось. Феня спряталась в шкаф, а Сильвия под кровать. В комнату вдруг резко вошла Эвелин, с яркими словами восклицая: —Да начнется судный день! Та крепче сжала рукоятку ножа и осмотрелась. —Где же вы? Детки... Не бойтесь... —говорила ехидно и хитро, ходя по комнате, Эвелин. Сильвия и Феня заняли на опыте что такое затаиться, будто их вообще не было в комнате. Тогда Эвелин ходила и искала их. Особого труда это не составило, так как комната не особо большая. Эвелин подошла к кровати, под которой пряталась Сильвия... Один шаг и наклон отдалял прячущуюся девочку от лезвия ножа. Феня прислушалась и услышала эту ситуацию. Как только Эвелин начала медленно наклоняться, Феня резко постучала по своему шкафу изнутри. Эвелин резко встала и ухмыльнулась, посмотрев на шкаф злобно. Та медлить не стала и резко подойдя, открыла дверцу, за которой пряталась слепая красноволосая Феня. Эвелин резко схватила ее за горло и бросила на пол. Феня слегка пискнула от боли, но после медленно встала... Казалось, что слепые глаза девочки реально смотрят прямо в зрячие глаза Эвелин. Убийца в свою очередь посмотрела на нее с улыбкой. —Не бойся, я сделаю твою смерть такой же быстрой, как и смерть твоей подружки. Как кстати всех вас зовут? Ха, мне в принципе всеравно, вы и так умрёте. —вела свой монолог Эвелин, рассматривая нож. Ее разные глаза мигали злобой на что-то, но она скрывала свои внутренние проблемы. Феня спокойно стояла и смотрела в пустоту. Эвелин резко сделала выпад вперёд, чтобы пронзить сердце маленькой Фени, но та с невероятной скоростью увернулась. —Как?! Ты же слепая! —воскликнула Эвелин. —Слепая, но не тупая. —ответил ей незнакомый голос сзади. Не успела Эвелин обернуться, как ее сильно ударили по голове. Как только Эвелин упала, за ней показалась Фэнси. Феня прислушалась. —Как ты здесь оказалась? —спросила та. —Сильвия вызвала меня по рации пока пряталась. —ответила Фэнси, потирая руки. Сильвия уже вылезла из-под кровати. —Что делать с ней будем? —спросила Сильвия, указывая на Эвелин. —Да связать и закрыть в подсобке эту тварь. —резко ответила Фэнси. —Сева придет и расскажем ей все. Девочки кивнули и потащили Эвелин к подсобке. Сильвия нашла верёвку и крепко связала девушку. Красноволосая открыла подсобку и в нос ей ударил запах трупа. Феня отскочила. —Что такое? —спросила Фэнси, подходя ближе. То, что она увидела в подсобке, заставило её побелеть. В это время сюда на всех парах мчалась Йеко. —Что случилось?! —спросила обеспокоенная Йеко и медленно посмотрела в подсобку. Все молчали. —Оу... Эмили... —жалобно протянула Йеко. Прошло несколько часов, труп похоронили как положено. Твинки ужаснулся. Второй за ночь это уже их предел. Тем временем нынешняя команда сопротивления уже пробрались к подземным комнатам. Винсент сидит на камерах и наблюдает за всем, он сосредоточенно следит за всем, в этом ему нет равных. Оливер стоит у двери на двойной защите. Севианна с несколькими существами, которые имеют магию успокоения и глубокого сна, издают звуки, чтобы призвать всех заблудших душ в одно место. Звуки - музыка, которая так знакома тем душам. —Все готовы? —спросила по рации Севианна. Ей ответил Арлекино: —Все отлично, красавица. Сева цокнула языком. —Арли, отдай рацию Уильяму. После она слышала шуршание и голос Уильяма: —мы готовы. —Я начинаю. —ответила Сева. Существа рядом с Севой начали слегка напевать, даже малейшего шума душам достаточно. Уже через мгновение на них медленно надвигались хтонические твари, заблудшие души были олицетворением тьмы. Это те, кто не нашел себя, кто закрылся в оболочке страха. Сева, будь им просветом надежды. Монстры издавали мертвецкие звуки, открывали свои зубастые рты, скребли пол длинными острыми когтями, от них смердит гнилью. В их глазницах непроглядная тьма, а внутри сидит маленькая душа того самого обиженного и напуганного ребенка. Сева выглядела решительно, в ее взгляде не было той серьезности, скорее доброта и понимание. Существа-союзники стояли сзади и наблюдали, чтобы с Севой ничего не случилось, в случае чего они вмешаются. Тьма подходила все ближе. И вот, самое большое существо остановилось перед Севианной и нависло над ней, угрожающе шипя и скребя зубами. Существо с черным мехом и черепом крупного животного стояло перед ней, выжидая. Оно не хотело нападать? Или боялось? Сева слышала в его непонятных звуках плачущего ребенка, тогда она медленно протянула руку. —Ты напуган... Малыш, я могу помочь. —говорила Севианна нежным и медленным голосом. Существо вдруг резко укусило ее руку, Сева зажмурилась, но не вскрикнула. Кровь стекала по ее предплечью от запястий, но она терпела. —Тише... Тише... Я понимаю твою боль, твой страх. Малыш, не все люди так жестоки. —Сева замерла и всё ещё говорила нежным и сочувствующим голосом. Существо всё ещё не оттаяло и сильнее рычало, а где-то внутри плакал ребенок... Внутри сознания существа появилась маленькая Севианна. Девочка молча подошла к плачущему ребенку, который прижал колени к голове. Маленький мальчик плакал, а вокруг него была тьма и множество спутанных мыслей. Тьма почти окутала и саму маленькую Севу, но она засияла. Свет Севы разогнал тьму. Мальчик всеравно плакал и не позволял ей подходить: —не трогай меня! Пожалуйста! Уходи... —дрожащим голосом умолял мальчик. —Как тебя зовут? —спросила маленькая Сева, садясь напротив мальчика. —Какая разница! Это не имеет значения, ты всеравно меня потом бросишь! —Я... Я никогда не брошу. И... И они никогда не бросят. —маленькая Сева указала в темноту, где были светлые души. Мальчик вытер слезы и перестал плакать, всхлипывая и шмыгая носом. Он посмотрел на Севу. Она... Не казалась такой угрожающей, она даже меньше него и ее свет согревал. —Меня зовут Джон... —наконец ответил мальчик. —Приятно познакомиться, Джон! Я Севианна. —маленькая Сева протянула мальчику руку. Тот улыбнулся на ее широкую улыбку и медленно взял ее руку. Внезапно свет, исходящий от Севианны, озарил черную душу Джона. Спутанные мысли испарились, тьма стала поглощаться светом, мальчик почувствовал облегчение и тепло. Теперь его душа стала сиять бирюзовым цветом, приобретая свой свет. Севианна улыбнулась ему и обняла. Джон полностью растаял и обнял ее в ответ, а после они взялись за руки и ушли в свет. Сева остановилась у белой стены и улыбнулась мальчику, провожая его взглядом. Душа медленно покинула старое тело Джона, который был в этом существе, и его приняли другие души, забирая с собой в радужное бытие. Маленькая Сева прикрыла глаза... А после открылись глаза у взрослой Севы в настоящем времени. Впереди уже не было существа, который кусал ее руку. Теперь на этом месте никого нет. Душа нашла покой. Но остальные твари все также были напуганными детьми. Тогда Сева вздохнула и прикрыла глаза, лёгкий свет снова стал исходить от нее и быстро озарил существ... Пока путь свободен, Уильям и Арлекино пробирались к плачущему малышу. —Черт, он заткнуться когда-нибудь сможет? —жаловался Арлекино. —Имей терпение. —тихо и с улыбкой говорил Уильям. Вскоре они дошли до небольшой пещеры, где и был ребенок. Но беда, на пути прямо в полу был какой-то механизм. Тогда Уильям сказал: —Арлик, я выше. Ты будешь держать меня за верёвку, привязанную к тому крюку на потолке. —Уильям указал на потолок. —Я подтянусь за малышом вперёд, а после ты подтянешь нас назад, чтобы я не задел механизм. Такие штуки обычно срабатывают даже при малейшем касании. —Понял. Где веревка? Давай завяжу. —ответил Арлекино. Вскоре Уильям был связан по плечи и пояс, руки свободны. —Вроде все прочно. —сказал Арлекино, смотря на Уильяма. —Отлично, вперёд. —Уильям закинул верёвку на крюк, дал один конец Арлекино и ещё раз проверил прочность. Ребенок всё ещё плакал и действовал на нервы. Но Уильям был решителен. Уильям медленно потянулся вперёд, Арлекино напрягся, держа верёвку. Рыжий почти дотягивался, но ребенок сидел на месте и не принимал помощи. Ситуация накалялась. —Ну давай, маленький, я здесь чтобы помочь! —кряхтел Уильям, пытаясь дотянуться до ребенка. Ребенок только плакал, но он протянул руки! Уильям воспользовался ситуацией и схватил его ручки, а после перехватил поперек тела. —Отлично! Арли, тяни! —громко восклицал Уильям. Он сам волновался. Арлекино не терял времени и потянул их вдвоем за верёвку. Арли старался, почти вытянул, но было тяжеловато. —Черт! —кряхтел он. —Слишком тяжело! Руки скользят. —Давай, Арлекино! Ты сможешь! —поддерживал его Уильям и крепче держал бунтующего ребенка в истерике. Вдруг, к Арли подбежала Сева и помогла ему тянуть верёвку. —Давай! —крикнула она. Видимо все неупокоенные души уже были освобождены. Они уже почти вытянули Уильяма, но вдруг веревка стала трещать... Появился небольшой надрыв... —Черт... —прошептал Арли. Уильям слышал треск веревки. —Она не рассчитана на такой вес! —крикнула Сева. —Пожалуйста, Уильям, держись! —кричала девушка. Внезапно, по непонятным причинам, механизм стал работать. Веревка треснула сильнее... Арли сильнее держал верёвку и нервничал, ладошки потели и он старался делать все аккуратнее. Сева резко позвала существ на помощь, но не успела она оглянуться, как веревка с треском оборвалась... Уильям больно упал в крутящийся механизм, который сразу засосал его ногу. Уильям громко крикнул от разящей боли. Ребенок в его руках испугался от этого ещё больше и больше заплакал. Сева и Арлекино быстро рванули к нему, Винсент и Олли, увидев этот ужас по камерам, тоже уже оказались на месте. Уильям быстро передал ребенка в руки Севы и оттолкнул ее. Сева не понимала что он делает. Уильяма все сильнее засасывало, в ход пошла вторая нога и он сильнее кричал от боли. Арлекино, Олли и Винсент пытались вытащить его, но Уильям их оттолкнул: —Ребята! Этот механиз..АЙ... —он тяжко дышит и кричит от сильнейшей боли. —Механизм очень легко засасывает, не подходите ближе! Парни не спешили отходить и пытались вытянуть за руки рыжего. —Ну же! Давай! Не сдавайся! —кричали три парня. Сева держала ребенка и стояла позади, в ее стеклянных глазах бегали зрачки, туда-сюда... Истерические крики от боли, плач ребенка, шум механизма... Парни не успели и все отошли. Тело и руки уже полностью были в механизме, и он начал свой процесс. Ужасающие вопли от боли издавал Уильям. Машина сначало начала выворачивать наизнанку его ногу, затем вторую, после дошло до паха, торса, фаланги пальцев и предплечья тоже вывернулись наизнанку. Ключицы, спина, шея, голова... И рыжие волосы. Ужасающие механизм машины зажевал его рыжие волосы и прекрасное лицо с канапушками. Органы, скелет, кровь и все мышцы были наружу, а кожа и все остальное были внутри. Вот такая вот изнанка. Вопль затих, механизм тоже. Слышно только бурлящую кровь из вен и едва слышимый хруст костей, а также плач ребенка. Сева упала на колени. Винсент подбежал к ней и забрал ребенка, а Олли и Арлекино сели рядом. Арлекино взял ее лицо в ладони и заставил посмотреть на себя, но Сева смотрела сквозь него, она не могла сейчас говорить или плакать. Глаза были полностью стеклянными. —Сева, Севочка, Севыч, пожалуйста, посмотри на меня. —отчаянно пытался вернуть ее внимание Арлекино. Олли положил руку на его плечо: —Арли, я думаю у нее шок, ей сейчас лучше как можно быстрее покинуть это место и отвлечься. Арлекино обеспокоенно посмотрел на желтоглазую и встал, помогая ей встать тоже, поддерживая девушку. Винсент успокаивал малыша, но тот явно был голоден и истощён, по этому рыдал. Олли подошёл к нему и оглянулся на друзей, стараясь не смотреть на кровавое месево в механизме. —Идете? —спросил Оливер. —Сев, идём. —Арлекино потянул ее за руку, но та стояла на месте как камень и до сих пор, не моргая, смотрела на механизм и остатки от Уильяма там. Арлекино вздохнул: —Ребят, идите без нас, ей нужно время. Мы останемся здесь и "похороним" должным образом Уильяма. Ребенку нужна еда. Олли и Винсент кивнули, кинули грустный взгляд на Севу и ушли, довольно быстро. Сева и Арлекино остались наедине, а после подошли и существа. Твинки примчался сюда по первому зову и ужаснулся. Парящие существа с магией сна и упокоя стояли на месте и смотрели на остатки Уильяма, их пурпурная и облачная магия окутала глаза пеленой. Твинки сел рядом с Севой и молча смотрел в ту же сторону. Сева все стояла и не двигалась, не моргая. Арлекино стоял рядом и поддерживал своим присутствием. Сева не плакала, она отпустила мирно и спокойно, но ее гложило чувство, что она не смогла сохранить ещё одну жизнь. Твинки не стал ей говорить про смерть Эмили и предательство Эвелин, чтобы ещё больше не давить на нее. Оранжевая маленькая душа Уильяма медленно вышла из изуродованного тела. Она подлетела к глазам Севы и озарила их светом и теплом. "—Ты справишься, лучик. Не сдавайся." —прозвучал эхом голос Уильяма на прощание. Сева медленно кивнула и улыбнулась, по щекам потекла золотая слеза, губы дрожали, вот и нервный срыв не за горами. Теплота его объятий оставила след в ее сердце в последний раз. Лучик надежды поселился в ее сердце, а после душа медленно ушла в стены здания, где его с теплотой приняли остальные. Душа Уильяма явно удивилась, когда увидела душу Эмили. Взяв ее за руку, он улыбнулся и растворился в радужном бытие. Сева снова упала на колени и с яростным криком ударила пол. Земля сотряслась и в полу осталась большая трещина от ее кулака. Арлекино сел рядом и осторожно положил руки на ее плечи. Сева оттолкнула его и взревела. Она закрыла лицо руками и стала плакать, снова. Она должна была быть сильной, но эмоции снова брали верх. Арлекино спокойно сидел где-то в отдалении и наблюдал, давая ее эмоциям выход наружу. У Севы сияли глаза, она стала накаляться и становиться горячей. Твинки вздрогнул и подбежал к ней, чтобы исправить непоправимое. —Сева, послушай, тебе надо успокоиться! Иначе ты спалишь здесь все! —старался вразумить ее черный кот, но желтоглазая не слушала. Глаза сияли сильнее, тело становилось все горячее. —Арлекино, убегай! Она сожжёт тебя и не заметит. —кричал Твинки. Арлекино знал один прием, который однажды подсмотрел у Уильяма. Он резко поднял Севу на руки, не смотря на обжигающую боль, а после перекинул ее через плечо, кинув на пол не сильно и прижал ее голову к холодному полу. Сева стала остывать и успокаиваться. Эта слабость всегда на нее работала, будто какой-то алгоритм действий был записан в ее разуме, заставляя успокаиваться после его выполнения. —Нам следует уходить, Сев. —прошептал Арлекино. Сева не реагировала и глубоко дышала, лёжа на полу. Арлекино отпустил ее и помог встать. —Прошу, пойдем. —тихо сказал Арлекино. И вдруг, из темноты послышался знакомый голос и шаги... —Так так так, ребятки. Вы все так глупы, попались прямо в сети ещё раз. —В темноте блеснул один синий глаз, а после силуэт вышел из темноты. Форест, собственной персоны. Твинки и существа встали рядом с Севой на защиту, Твинки зашипел, его глаза стали сильнее сиять пурпурным. Арлекино истерично улыбнулся и достал осколок из кармана, смотря на предателя. —Неужели, явился, серая мышка. —угрожающе подходя, и говоря как всегда с издёвкой, протянул Арлекино. Он двигался весьма вальяжно и самоуверенно. Форест лишь усмехнулся. —Не тебе со мной сражаться, шутяга, ты не победишь в этот раз. —спокойно ответил Форест. —Да неужели? —Арлекино резко рванул вперёд на Фореста, намереваясь покончить с ним раз и навсегда, но Форест поднял руку и Арлекино резко отбросила холодная волна, оставляя после себя эффект холода, дезориентации и паралич всех конечностей. Арлекино стал чувствовать себя ужасно и не мог двигаться, лишь хмуро смотрел на Фореста. —Я смотрю, наш маленький шут спустился с королевского трона. —с издёвкой проговорил Форест, подходя ближе к нему. Арлекино улыбался, не смотря на то, что ему сейчас грозила смерть. Как только Сева увидела Арли в опасности, она резко встала, и сама того не поняв, резко махнула рукой и откинула Фореста волной огня в стену. Но странно, на Форесте не осталось ожогов. Твинки подбежал к Арлекино и излечил его магией, Арли встал. Он смотрел, как Сева накаляется снова, и как мерцают ее глаза. Твинки, существа и Арли переглянулись. Они поняли, что это был не их бой. Они отошли, чтобы в случае чего помочь Севе, но сами остались в безопасности. Твинки создал поле безопасности для них. Харли Сойер наблюдал за ними через камеру и ухмылялся, а на столе у него лежала кнопка, активирующая ту самую машину, которая убила Уильяма. —Что за магия в тебе?! —резко спросила разъярённая Севианна. —Оу, так ты ещё не поняла? Это вторая сыворотка, полная противоположность тебе, вторая лучшая разработка Харли Сойера. —Форест посмотрел в камеру, будто ожидая что его похвалят, но в ответ получил красное мигание в камере. Он снова устремил взгляд на Севу. —И что он тебе приказал? —спросила та, ее злость нарастала, в кулаках начинал зарождаться огонь. —Забрать тебя и при особом желании убить твоих дружков. —Форест усмехнулся и посмотрел на Арлекино с Твинки, которые находились под защитой магии. Сева вспыхнула ещё сильнее, теперь ее ноги тоже излучали огонь, глаза буквально были солнцем. —Это ОН АКТИВИРОВАЛ МАШИНУ?! —голос Севы стал раздвоенным и громоздким, будто голос самого бога солнца. Форест в ответ лишь усмехнулся, оба его глаза вспыхнули синим свечением. —О да, детка. Это сделал он. Харли Сойер. Твой родной папочка, кстати говоря. —Форест будто специально распалял огонь в Севе, и у него получилось. Сева вся, резко и полностью вспыхнула огнем, свет, тепло и гнев исходили из нее. Она излучала огромную силу, но не контролировала эмоции. Но Форест умел контролировать эмоции и магию. Он за день сумел взять контроль, когда Сева всю жизнь пыталась. Пол вокруг Фореста покрылся льдом, пальцы стали острыми сосульками, а над ним бушевала метель. Кто же победит? Огонь, или холод? Сева подняла руки и резко пустила в сторону Фореста огромное количество огненных шаров. Форест быстро закрыл ее атаки своим ледяным дыханием, а после, льды стали подниматься из-под земли, острия которых шли к Севе. Севианна резко сломила эти льдинки, когда топнула ногой и пол содрогнулся. Форест усмехнулся. —Хорошая реакция, а как насчёт этого? —Форест не дал времени подумать и пустил в нее поток холодной энергии, которая доходила чуть ли не до потолка. Сева быстро среагировала в последний момент и создала огненную стену. Но так как она ещё не очень хорошо владеет своей магией и не знает свои возможности, стена продержалась недолго и леденящий напор сбил Севу с ног. Та отлетела и упала на землю, тяжело дыша и дрожа от холода, который пробивал все ее тело, заставляя замереть. Арлекино забеспокоился и уже было хотел помочь, но Твинки остановил его: —Пойдешь туда и умрёшь сразу же. От сильного холода энергия Севы может взорваться. —сосредоточенно сказал Твинки. —Что, прямо вместе с ней? —Арлекино слегка усмехнулся, нервно шутя. —Незнаю... —ответил Твинки. Беспокойство накалялось, как и сердце Севы. —Ну что, твой маленький огонек потух не успев разгореться? —Форест медленно подходил ближе и угрожающе улыбался. Сердце Севианны - огненной девочки, билось невероятно быстро, кровь разгонялась с нечеловеческой скоростью. Та нашла в себе мощь и силы и медленно встала. Колени не дрожали, взгляд был яростен и устремлён на Фореста. Парень удивлялся, но не показывал это не лице. Больше он ничего не говорил, а был настроен серьезно. Он поднял руки и снова пустил в Севу несколько ледяных атак. Но Сева была настолько разогрета, что эти атаки не успевали долететь до нее и таяли. Форест поддался лёгкой панике и продолжил атаковать, не давая Севе хода. Но атаки с каждым разом становились слабее от ее огня. Сева сделала шаг, затем ещё шаг. Взгляд солнца по прежнему смотрел в сияющие голубые глаза Фореста. Форест не сдавался, он создал шар льда в руке и пустил его в пол. Пол, стены и потолок начали медленно замораживаться, жизням Арлекино, Твинки и двум существам грозила смерть. Это и есть слабость Севы. Внезапно, тело Севы начало гореть, будто огромный костер. Ее глазницы были самим солнцем, кожа на лице и всем теле начала обугливаться и трескаться. Форест взглянул на нее с испугом и отчаянно старался использовать свою магию, но проблема, его вирус был против него, когда вирус Севы полностью синтезировал с ней. В помещении становилось невыносимо жарко, Твинки поспешил увести Арлекино и остальных отсюда. А вот Форест опоздал, двери были закрыты. Камеры, через которые наблюдал Сойер, стали плавиться. Сойер по ту сторону экрана, который специально закрыл двери, ухмылялся, смотря на помехи. Кожа Севы начала трескаться сильнее и отпадать, стопы медленно покидали поверхность и начали парить вместе с последующим телом. Форесту было жарко, он отчаянно пытался сохранить свою жизнь холодом, но вирус внутри него сопротивлялся, а потом и вовсе уснул. Пот струился по телу парня, стараясь сохранить прохладу внутри организма, но тщетно. Сева стремительно потеряла всю кожу, а внутри горел мощный огонь, свет пробивался из нутра. Этот свет был совершенен, он слепил каждого, кто на него посмотрит, сжигал каждого своим пламенем. Вот он, вирус в симбиозе с девушкой, которая не знает границ и сама, без его помощи, имеет огромную мощь. Самосознание полыхало, как и тело. Комната становилась красной от накаливания камней и стали. Стальной пол стал плавиться и исчезать под ногами. Выжить было невозможно, Форест кричал от боли и отчаяния, старясь вразумить ее, по было поздно. Мгновение и свет полностью заполнил комнату, создавая белизну. Свет не прекращался и усиливался, а Севианна преобразилась. Она стала самим порождением солнца, будто маленькая звезда со своей системой, запертая в стенах. Но в такой белизне света и огня невозможно было разглядеть ее полностью. Ее нужно было успокоить, иначе температура может уничтожить и здание со всем живым. Сойер подождал, а затем по интуиции нажал кнопку тушения огня. Севу окутала прохладная вода и мигом она упала на плавленный пол, который вступил в реакцию с водой и стал твёрже. Пар заполнил комнату вместо света и огня. Сева лежала на полу и глубоко дышала, гнев, страх, все эмоции наконец вышли наружу, но не в полной форме. Сева поняла: если бы она полностью превратилась, то убила бы все живое. Это заставляло ее чувствовать себя слишком опасной, не умеющей контролировать себя. Вспомнив что было и осознав ситуацию, Сева медленно встала и осмотрелась. Что ж, вместо Фореста около двери валялась кучка праха. Такая жалкая и серая... Сева обомлела. Слишком много событий за эту ночь. Так много, что реакция вируса заставила психику Севы сорваться. Она стояла на месте, смотрела в пустоту, все тело тряслось в судорогах и она упала. Вирус может выдержать напряжение в качестве нагрева тела, но психика и разум могли не выдержать. Внезапно, дверь, которая едва держалась, выломал Арлекино и быстро подбежал к Севе. Он поднял ее на руки и быстро стал уносить отсюда, пока не прибыл Сойер. Твинки бежал за ними. В убежище было могильно тихо, до тех пор, пока не пришли ребята с плачущим ребенком, а после и Арлекино с Севой на руках. Сильвия, Феня, Йеко и Фэнси прибежали на звук открывающейся двери. Сэм плелся за ними после недолгого сна. Светало, но дети поняли что рассвет настал по настенным часам. Мурашки на миг пробежали по спинам четырех девочек. —Сева жива? —тихо спросила Йеко, беспокоясь за бледность Севы. —Жива. —коротко ответил шут, с лица которого ушла привычная улыбка, вместо нее появилась серьезность. Девочки переглянулись обеспокоенными взглядами, а после Йеко решилась сказать: —Произошло убийство... Эвелин убила Эмили. Все застыли, даже часы замедлили ход. Подготовительная команда сопротивления опустили головы, кроме Фэнси, она гордо возразила: —Я ее вырубила когда она покушалась на жизни девочек, ненавижу когда сильные покушаются на слабых. —резко сказала та. Арлекино молча ушел с Севианной в свою каморку, а Олли с Винсентом, до сих пор пораженные потерей их помощи и лучшего друга, пошли в детскую комнату, чтобы как следует отмыть и покормить бедного ребенка. Все молчали. Винсент казался потерянным и безэмоциональным, когда мыл ребенка на пару с Олли. Оливер заметил его подавленность, но пока ничего не говорил. Нужно время чтобы все это переварить. Уход и питание ребенку были полностью обеспечены. Подростки изрядно устали. Ночь сменилась утром и все нуждались во сне. Когда Винсент и Олли ушли в комнату основателей, Винсент устало сел на кровать и поник. Оливер сел рядом и заглянул ему в глаза, а после без слов обнял. —Я... Я боюсь, что обстоятельства вынудят меня перестать быть добрым. Я, я не хочу смерти, но и не хочу убивать... Я просто хочу мир и справедливость. —грустно тянул Винсент, его голос дрожал. —Винс, ты всегда будешь добрым, несмотря на обстоятельства. Даже если ты закроешься от внешнего мира, в твоём сердце всегда будет добро. Оно будет внутри и никуда не денется. —тихо ответил Олли, крепко прижимая к себе Винса и поглаживая его кудрявые волосы, собранные в пушистый хвостик. Голос Винсента раздался эхом не только в голове Олли, но ещё и в этих стенах: —Порой мне кажется, что главная роль досталась не нам. Наш автор старается уделить нам больше внимания, но какой ценой? —О чем ты, Винс? —Олли слегка забеспокоился за эмоциональное состояние Винсента и отстранился, держа его за плечи и смотря в его прекрасные разные глаза. —Я незнаю... —искренне ответил парень с мятными волосами. Утро уже положило свое начало. Винсент и Олли спали в одной кровати, так им было спокойней. Арлекино был не в своей комнате, а в своей каморке. Он уложил Севу на свою кровать и лег рядом, так он и уснул с бессознательной Севой. Где-то в 9 утра Сева проснулась. Все ещё спали. Желтоглазая медленно повернулась и увидела сзади Арлекино, который убито спал, пуская слюну на подушку, его волосы были растрёпаны, а красная кофта спустилась с плеча. Сева чувствовала себя не лучше, чем тогда. Она вдруг вспомнила, что оставляла на утро. Сева тихо перелезла через спящего Арлика и пошла босыми ногами прочь из его каморки. Через некоторое время она оказалась у себя в комнате. Холодный пол морозил душу. Взглянув на свой стол она тихо вздохнула и открыла тот самый маленький подарок, обёртка которого бросалась в глаза разноцветными рисунками. Внутри коробочки лежал браслет, он был с серебряной цепочкой, на цепочке весело мерцали разноцветные буквы: "У, В, О, А, Т, С - друзья навсегда." Порядок цветов был таким: оранжевый, мятный, серый, красный, черный, жёлтый. Остальные буквы разноцветные. Сева поняла, что это первые буквы имён всех ее друзей и самой её. Она погладила большим пальцем букву "У" и не сдержала всхлип и настырные слёзы. Надев браслет на свою правую руку, она тяжко вздохнула. Сдаваться сейчас нельзя. И ждать тоже. Все продуманно уже наперёд. Спустя время Сева снова оказалась в каморке Арлекино и легла рядом с ним, она прижала его к себе как мягкую игрушку. Сон бы не пришел к ней, если бы не дикая усталость. Дети снова отправились в мир снов, впереди самое тяжёлое. Их главный враг больше не будет играть с ними. Подросткам предстоит пройти через это, не смотря на страх, боль и кровь родных и близких друзей... Души умерших снова посетили сны подростков, но дарили они добро и мимолётное чувство счастья и беззаботности.