Иной сценарий

Аэропорт Пирсон в Торонто гудел, как встревоженный улей. Огромное пространство из стекла и бетона давило на уши. Феликс шел впереди, низко натянув кепку, а за ним, сбившись в кучу, семенили остальные. Купив билеты на удивление без проблем, они сели в зал ожидания. — Нам нужны лекарства. Сейчас, — Феликс резко остановился у аптечного пункта, едва не столкнувшись с Дейзи. — Я пойду с тобой, — Дейзи кивнула на Риту, которую Кристина и Агата поддерживали под руки. — Ты в таком состоянии и двух слов по-английски не свяжешь. У аптечного прилавка Феликс начал лихорадочно сгребать с полок упаковки. — Электролиты. Много. И глюкозу в таблетках, — его голос дрожал. — Может, сок? — Дейзи потянулась к холодильнику. — Там витамины, сахар... — Нет! — Феликс почти вырвал бутылку у неё из рук, переходя на шипение. — Ты с ума сошла? Рефидинг-синдром. Если мы сейчас вбросим в неё столько сахара, у неё сердце встанет прямо в наборе высоты. Только вода и регидраты. По чуть-чуть. Дейзи понимающе кивнула и обратилась к фармацевту на безупречном английском, объясняя, что их подруге очень плохо после «тяжелого пищевого отравления». Они купили безлактозное детское пюре, магний и легкое успокоительное — на случай, если Рита начнет кричать про «Пустоту» на высоте десяти тысяч метров. Очередь к пограничнику двигалась мучительно медленно. Когда подошёл их черед, Феликс первым выложил свой паспорт. Офицер просканировал документ, и в ту же секунду на мониторе что-то мигнуло красным. Он нахмурился, переводя взгляд с фото на живого Феликса — худого, с темными кругами под глазами. — Мистер Феликс, — произнес офицер, переходя на английский. — Ваша виза истекла три месяца назад. Но проблема не в этом. Вы и ваши друзья числитесь в международной базе как «пропавшие без вести» уже полгода. Ваши семьи подали в розыск. Сердце Феликса пропустило удар. Вот оно. Их искали. Дейзи мгновенно включилась в разговор. Она начала быстро и эмоционально объяснять офицеру на английском легенду, которую они придумали по пути: про секту в лесах Онтарио, про отобранные телефоны и рабский труд. Она указывала на Риту, чья голова бессильно лежала на плече Кристины, и её голос дрожал так натурально, что офицер смягчился. Видимо, связываться с международным скандалом и вызывать полицию ради истощённых беженцев ему не хотелось. Раздался заветный стук штампов. Свободны. Девять часов ада В самолете их посадили в самый хвост. Как только шасси оторвались от земли, Кристина почувствовала, как её накрывает волна тошноты. — Пей, Рита По чуть-чуть, — Кристина аккуратно смачивала губы Риты разведённым Регидроном из маленькой бутылочки. Рита не открывала глаз, её кожа была пугающе бледной и холодной. — У неё жар начинается, — Дейзи потрогала лоб подруги и посмотрела на Феликса. — Нам нужно решить, что делать дальше. Где-то над океаном, когда основная часть пассажиров заснула, между ними начался спор. — Она не выживет одна в своей квартире, — шептала Аля, оглядываясь по сторонам. — Мы ничего не знаем про её родных. — Ей нужен круглосуточный уход, — отрезала Агата. — Кто из вас готов превратить свою квартиру в лазарет? — Она поедет ко мне, — Феликс выдохнул это так, будто признавал поражение. — К тебе? — Дейзи скептически приподняла бровь. — Ты за собой-то ухаживать не умеешь. — Закрой рот, Дейзи, — огрызнулся он. — У меня пустая квартира. Там тихо. Я заберу её временно, пока она не начнет хотя бы ходить. — Один ты не справишься, — Кристина твердо посмотрела ему в глаза. — Я буду там. Каждый день. Мы разделим дежурства. Феликс, это не обсуждается. Либо мы вытягиваем её вдвоем, либо она просто не проснется в первый же вечер. Феликс молча отвернулся к иллюминатору. В отражении стекла он видел Кристину — её решимость пугала и восхищала его одновременно. Девять часов полета превратились в бесконечный марафон по проверке пульса и вливанию капель воды. Когда самолет наконец коснулся родной земли, Феликс понял одну вещь: «Цирк» закончился, но настоящий ад только начинался. И в этом аду Кристина была единственной, кому он всё еще мог доверять.