Только ты и я

Для любого жителя мегаполиса было бы удивительно, насколько тихо и пусто ночью в Хоукинсе. В крупных городах небольшой поток машин и редкие прохожие на тротуарах в тёмное время суток - вполне обыденное дело. Про маленький Хоукинс, "туалет по дороге в диснейленд", такого не скажешь. Здесь ни у кого нет смысла разгуливать по ночам. На территории городка было только два круглосуточно работающих места - аптека и продуктовый, которые по закону должны были быть во всех населённых пунктах сша. Но и там ночные посетители были редкостью. На стуле на крыльце дома Уилеров сидел Уилл в пижаме. Хорошо, что был июль, ночи тёплые, и можно было выйти подышать свежим воздухом, не надевая верхней одежды. А продышаться свежим воздухом Байерсу на тот момент очень не помешало бы. В Хоукинсе было 3 часа ночи, а у шатена так и не получилось уснуть. Вечером, несколько часов назад, Уилла мучили панические атаки. Хоть это и было верхушкой айсберга из всего, чего телу Байерса пришлось пережить, тремор рук и ног, бесконтрольные слёзы и жар не понравились бы никому. Вдобавок к этому, в доме Уилеров было слишком много народу, и Уилл был вынужден скрываться в душном подвале, чтобы никто не заметил состояния Байерса и не задавал лишних вопросов. А при панических атаках очень плохо сидеть в душных помещениях, это лишь усугубляет положение. Однако Джонатан, по природе своей заботливый и внимательный к настроению окружающих, быстро заметил, что с его младшим братом что-то не так. И сразу начал расспрашивать о случившемся, не принимая ответы по типу "сейчас же у нас и так много проблем, это так, пустяк, и никак не связано с векной, какое тебе дело". По итогу Джонатан оказался первым, кому Уилл рассказал свою тайну о влюблённости в лучшего друга детства. И о том, как из-за этого было тяжело перенести очередную ссору с Майком. Говорить вслух об этом было тяжело, но понимающий старший брат не торопил. Джонатан пообещал, что поможет младшему с чувствами, чем сможет, позволил ему выплакаться и дал успокоительное, запас которого у Джойс был огромным с момента первой пропажи Уилла. Таблетки, конечно, помогли справиться с вечерним приступом после ссоры. Но, тем не менее, уснуть не помогли, и поэтому Уилл был вынужден сидеть на крыльце, смотреть на тихий ночной Хоукинс и в сотый раз за ночь анализировать их с Майком взаимоотношения. За последний год они слишком много ссорились из-за отношений Уилера с Оди. Байерс чувствовал в этом в первую очередь свою вину, потому что не мог прямым текстом сказать "прости, Майк, что постоянно устраиваю эти сцены, просто так вышло, что я влюблен в тебя с самого детства, и поэтому, конечно же, ревную". Но шатен прекрасно понимал, что его признание разрушит их дружбу. Поэтому выбрал тактику молчать в тряпочку и надеяться, что рано или поздно это пройдёт, и Уилл найдёт себе другого. Но все равно было обидно, что Майк разговаривал с Байерсом о том, что хочет дать взятку военным, чтобы обойти карантин и хотя бы на пару дней съездить в Калифорнию повидаться со своей горячо любимой девушкой. Ебать, раз все было так просто, почему Байерсы еще две недели назад не заплатили военным и не уехали домой? Конечно, Уилла это разозлило. Что он настолько любит её, что готов ради того, чтоб увидеться с ней, пойти на преступление. И, конечно, понеслось- шатен начал высказывать Майку все, что думает о нём и об их отношениях с Оди. О том, как Уилер заебал говорить только о ней и о том, что из-за этих отношений он забыл об их дружбе, которая, между прочим, длится с детского сада! И о том, что несмотря на то, что теперь они живут в одном доме, Майк всё равно уделяет больше внимания ей, а не лучшему другу, и всё свободное время висит на телефоне с ней. В общем, без криков с обеих сторон не обошлось. В конечном итоге Уилл убежал в подвал, чтобы пореветь в подушку в своей кровати. Хотя хотелось бы уйти из этого дома под ливнем и пойти к себе домой всё рушить, как это было пару лет назад. Но в этот раз все обернулось иначе. Мучимый бессонницей Уилл в каких-то старых шлепанцах Майка на ногах решил пройтись по городу. Все ж таки тело утомится и, может быть, получится уснуть! Байерс шёл по улице в пижаме, но это не волновало его, поскольку народу все равно не было совсем, и было тепло. К тому же, на Уилле была новая пижама - её ему купила Джойс, когда выяснилось, что им придётся надолго задержаться у Уилеров. Изначально планировалось, что они останутся в Хоукинсе на пару ночей, поэтому шатен не заморачивался по поводу домашней одежды и взял с собой какую-то старую заношенную пижаму джонатана чисто ради того, чтоб не спать голым. С родным Хоукинсом было связано слишком много и хороших, и плохих воспоминаний, но Уилл этого не понимал и не ценил(как и любой человек, который был вынужден переехать из родного города в подростковом возрасте). Поэтому Байерс позволил себе проникнуться воспоминаниями, которые были связаны с определёнными местами в городке. И половина этих воспоминаний была связана, конечно же, с Майком. Он был для Уилла родным человеком наравне с Джойс и Джонатаном. Байерс с самого начала их дружбы чувствовал, что они не просто лучшие друзья, а родственные души, которые должны быть вместе и в горе, и в радости. Повзрослев, Уилл понял, что втрескался по уши, и вряд ли сможет полюбить так же кого-то ещё(но в глубине души все еще надеялся, что "перерастет" эти чувства и станет "нормальным"). Ноги сами привели Байерса к детской площадке у садика, где на качелях как раз и познакомились Уилл с Майком. Года влюблённости, пронзающей до костного мозга, дали о себе знать. Садик на этом месте остался, и детская площадка тоже. Только сделали ремонт, и теперь качели новые, а не скрипящие, на которых мальчики качались двенадцать лет назад. И горка была сменена с деревянной на металлическую(неужели до Хоукинса дошли такие технологии!) В общем, у площадки облик остался похожий, её просто немного освежили. Пока Уилл стоял как вкопанный и рассматривал оборудование, он услышал тот самый голос: — Привет, давай дружить?? Байерс тряхнул головой. Неужели он настолько рехнулся, что дело дошло до галлюцинаций? Шатен посмотрел в сторону и увидел там свой объект воздыхания, который сидел на лавочке и смеялся. Сученыш, и запомнил же как и где они познакомились — А, ты тоже тут, извини, — Уилл развернулся спиной к лавочке и двинулся в сторону дома. Через миг Майк преодолел расстояние между ними и положил руку Байерсу на плечо с целью остановить его. Шатен послушался - двигаться дальше не стал, но и поворачиваться лицом к своему другу тоже. — Прости меня, Уилл. Я вел себя как подонок. Думал, что если всё время буду проводить с Оди, все склеится, и со временем в жизни все будет хорошо, — Майк вздохнул. По его интонации можно было сказать, что он сейчас заплачет, — Но знаешь, не получилось, я всё равно чувствовал себя не в своей тарелке. Ну и короче мы расстались. — Оу...Мне жаль, Майк, — Уилл говорил с как можно более очевидно наигранным сочувствием. — Нет, ты не понял. Мне похуй, я сам её бросил. — Ну поздравляю, — с безразличием ответил Байерс. На какое-то время повисла тишина, которую ни один из парней не желал прерывать, и поэтому даже не шевелился. Они так и стояли в странной позе - Уилл спиной к Майку, а последний преданно держал руку на плече своего друга. На протяжении нескольких до невозможности долгих минут они молча слушали стрекот ночных сверчков. – Ну и че ты, предлагаешь оставить между нами такую же неразбериху? Сам же буквально несколько часов назад устроил мне разборки из-за наших с тобой отношений, — Уилер говорил с вопрошающей интонацией. Шатен развернулся лицом к Майку, который в свою очередь наконец убрал руку с чужого плеча. Парни смотрели друг другу в глаза, пытаясь что-то в них прочитать, и десять сантиметров их разницы в росте казались бесконечно большими. – А что между нами? Между нами в детстве была близкая, хорошая дружба. А потом появилась Оди, которая с первого взгляда покорила твоё сердце, а про Уилла, который был рядом всё детство, можно, конечно же, нахер забыть, – последние слова Байерс произносил с особым отвращением. Майк взял паузу на несколько секунд, чтобы сформулировать ответ. За этот молчаливый момент Уилл заметил, с каким сожалением на него смотрит друг, переводит взгляд на чужие губы, при этом сжимая свои. Тут то Байерс всё и понял, смущённо отведя взгляд на асфальт. Как только их зрительный контакт прекратился, Майк продолжил говорить. Голос его стал в несколько раз тише. — Никто про тебя не забывал, придурок. Да и Оди, мне кажется, я не любил никогда. Все сложнее, чем ты думаешь, Уилл. — Ну уж потрудись объяснить, что тут сложного. По-моему, всё однозначно, — в эту ночь Байерс позволял себе проявлять слишком много наглости, несвойственной ему. Майк взял друга за руку и повёл его к лавочке. Параллельно брюнет говорил: — Долгая там история. А я заебался стоять, пошли на лавочку сядем, я тебе всё расскажу. В полусонном мозгу Уилла был полный беспорядок из мыслей, которые он не мог разложить по местам и прийти к единому выводу. Шатен понимал, что язык тела не обманет, и исход их диалога уже известен. Но убежденность, что его чувства априори не могут быть взаимными, и Майк не может его любить, была сильнее. — А я бы сейчас в кроватке лежал и спал, а не с тобой тут торчал, —недовольно буркнул Байерс. — Ну и пошли полежишь. Так, за руку, донельзя смущённые парни дошли до лавочки, на которой в момент их встречи сидел Майк. Обоим всё происходящее казалось неправильным, но они упорно делали вид, что ничего особенного не ощущают. Когда они дошли до назначенной лавочки, Майк аккуратно отпустил чужую руку и, боясь издать лишний звук, сел на самый край. Уилл недолго оценивал ситуацию, и спустя несколько секунд сел рядом с Уилером, корпус тела расположил вдоль лавочки, голову положил на чужие колени, а ноги пришлось свесить через железную ручку. Поза выглядит неудобной, но Байерс не чувствовал ничего, кроме бабочек в животе и сильного, но приятного напряжения. В ответ на такой жест Майк одобрительно улыбнулся и потрепал волосы друга. Щёки обоих горели от смущения, и сердца бились в несколько раз быстрее обычного. Оба надеялись, что его собеседник не замечает языка тела, который уже кричит о том, что они вынашивали всю сознательную жизнь. — Так что там сложного то? — Уилл решил напомнить, на чём закончился их диалог. Находясь в таком положении, слова связывать было тяжело. — Ну я даже не знаю, как тебе сказать, — Майк отвёл взгляд от друга и посмотрел куда-то вдаль, пытаясь сформулировать мысль, — Я уже сказал, что мне кажется, что Оди я никогда и не любил. И просто мучил бедную девочку на протяжении трёх с чем-то лет. — Да? А что ты тогда ещё раньше с ней не расстался? Зачем тогда, два года назад, побежал просить у неё прощения, когда мы с Лукасом наоборот всё говорили тебе, что вы друг другу не нужны? Уилл был удивлён тому, как у него чётко удалось сформулировать и проговорить вопрос. Наверное, потому что он правда мучает его на протяжении всех этих двух лет. — Да блять, — Майк цокнул языком, — Это было сублимацией, если тебе так будет угодно. То есть, я всячески пытался избежать чувств к другому человеку, встречаясь с Оди. Думал, что со временем всё пройдёт, но нихера. — Ну и зачем эти чувства надо было...сублимировать? — Мне казалось, что любить этого человека неправильно, понимаешь? Тем более учитывая, что я вроде как находился в отношениях с Оди. На несколько секунд Майк замолчал, и парни слушали все тех же сверчков, смотря друг на друга. Оба непозволительно часто переводили взгляд на чужие губы, и, кажется, оба понимали, чем закончится эта ночь. — Ну и в общем, я не знал, куда мне деваться. И поэтому посчитал хорошей идеей посоветоваться с Ненси, все таки она была в похожей ситуации. Майк сделал паузу на несколько секунд, чтобы найти в глазах друга понимание. Однако Уилл, судя по всему, не понимал, в какой именно ситуации была Ненси и при чём тут вообще она. Поэтому брюнет продолжил пояснять: — Ну типа....Она прям во время отношений со Стивом поняла, что с Джонатаном будет гораздо лучше. И ей надо было как-то тактично перейти от одного к другому, чтобы никого не обидеть, — Майк усмехнулся, — Конечно, наши ситуации похожи лишь отдалённо... Но Уилеру договорить не дали. Шатен перебил его, слегка хлопнув себя ладонью по лицу: — Ааааа, ты про это, Господи. Всё, понял тебя. Уилл посмотрел на друга немного сожалеющим взглядом, как бы молча извиняясь за то, что перебил. И, недолго думая, прервал тишину вопросом: — Ну так и что тебе Ненси сказала? — Сказала, что наши отношения с Оди ни к чему хорошему не приведут. По сути, она и стала инициатором расставания. — Герой нашего времени, — усмехнулся Уилл. — Более того, — Майк замолчал на несколько секунд, создавая "интригу", — Она сказала, что всем уже давно очевидно, что я нравлюсь тому человеку, которого, судя по всему, я и любил всё это время. Уилл впал в ступор. Он едва сдерживался от истерически громкого смеха. — А что, Ненси знает этого человека? — самое время начать строить из себя самого тупого человека на земле. Майк снова издал смешок и ответил: — Ну а ты как думаешь? Мы брат с сестрой, волей неволей мы знаем круги общения друг друга. Тем более в связи со всей херней, которая происходит в нашем городе последние....лет пять. После этих слов Байерс засмеялся, осознавая глупость своего вопроса. Кожа на лицах у обоих парней становилась всё краснее. — Ты реально не понимаешь, к чему разговор или прикидываешься дураком, Уилл? — тон Майка резко стал серьёзным и грубым. Байерс чувствовал себя котёнком, которого хозяин тыкал мордой в лужицу на полу и спрашивал "кто это сделал?". Недолго думая над ответом, парень сказал: — Честно? Прикидываюсь дураком. Потому что боюсь, что мои предположения окажутся неверными. Неудовлетворенный ответом Майк цокнул языком и закатил глаза. — Вы с Оди точно не родные? А то оба тупите в таких ситуациях. Уилл усмехнулся. Брюнет резко, пока не передумал, наклонился и прислонился своими губами к чужим. Поцелуй выдался странным, быстрым и неловким, потому что оба не понимали, что происходит и как им себя вести. Майк моментально отстранился и подвинул тело Байерса со своих колен, едва слышно говоря: — Дай я уйду. Но Уилл не дал Майку встать с лавочки, продолжая удерживать его своим телом. — Нет, сейчас ты уже точно никуда не уйдёшь. Следующее действие Байерса заставило брюнета замешкаться. Уилл принял сидячее положение, сделал пару ловких движений ногами, и расположился на коленях у Майка, повернувшись лицом к чужому лицу. Растерявшийся Уилер оценивающе рассмотрел шатена и почувствовал чужие руки на своих плечах. Когда они вновь встретились взглядами, Байерс начал разговор первым: — И почему ты вообще хотел свалить? — Не знаю, как тебе объяснить, — Майк смотрел на оборудование на детской площадке, — Просто мне всё это казалось неправильным. Казалось, что я поступил плохо по отношению к тебе, и ты не захочешь больше иметь со мной ничего общего. — Ты стебёшься? Я ждал этого всю сознательную жизнь, Майк. Оба тихо рассмеялись, а после этого Уилл приблизился губами к губам брюнета и наконец нормально поцеловал его. Парни сжирали губы друг друга, уже не боясь чужого отказа. Майк первым подключил язык, нащупывая язык Байерса и переплетая его своим. Игры с языками длились недолго - Уилл резко, но аккуратно отстранился первым и, глотая ртом нехватающий воздух, посмотрел в карие глаза напротив. — Теперь то, надеюсь, мы пара? Или друзья с большими привилегиями? — последнюю фразу Байерс произнес закатив глаза. — Да конечно пара, — Майк, смеясь, слабо ударил грудь шатена, — Сегодня ты спишь со мной. — Алилуя нахуй. Не прошло и десяти лет. — В смысле не прошло? — О, великий Майк Уилер, простите, что не влюбился в Вас, будучи зародышем в утробе матери, — говоря это, Уилл закатил глаза и поднял обе руки на уровень своего лица, "сдаваясь". Парни засмеялись, и Майк слегка шлепнул рукой по бедру Байерса, говоря: — Сползай с колен, пошли, дома договорим. От того, насколько серьёзно и угрожающе прозвучали последние слова, оба рассмеялись лишь сильнее. Но это не помешало Уиллу встать с чужих колен, позволив Майку тоже встать с лавки и двинуться в сторону дома. Байерсу пришлось пробежать пару метров, чтобы догнать своего возлюбленного, который априори ходил быстрее. Как только брюнет перифическим зрением заметил движение чужого тела рядом, он вытянул руку и взял Байерса за ладонь. Тот пальцами сжал кисть Майка сильнее и ускорил шаг. На лице неосознанно появлялась улыбка, когда Уилл осознавал, что брюнет не очень много ходил с Оди за руку(во всяком случае, при Байерсе). Из тактильностей между ними были преимущественно поцелуи, на которые Уиллу уже осторчетело смотреть. Хорошо, что он больше не будет наблюдать этой прекрасной картины. — На самом деле...Так много всего хочется сказать, а с другой стороны сказать вообще нечего, — неуверенным голосом Майк прервал тишину. Уилл лишь тихо усмехнулся, не зная, что ответить. Он чувствовал то же самое. — Мне правда искренне жаль, что я вёл себя по-мудацки по отношению к тебе. — Да не парься, братан, главное, что сейчас всё наладилось, — Байерс старался, чтобы его голос звучал ободряюще. — Да как не париться то? Как только карантин закончится, с вами в Калифорнию поеду. Буду всегда с тобой тусить. Обещаю. — Думаешь, Хопперу это понравится? — Нет наверное, — Майк пожал плечами, — Да похуй, я уже закалён отношениями с Оди. Знаю как себя вести. Придумаем что-нибудь если что. Парни засмеялись уже который раз за эту ночь, и ускорили шаг, чтобы быстрее добраться до дома и лечь спать. — А прикинь щас ты проснёшься, и это все окажется сном, — Уилл решил, что теперь его очередь разбавить тишину. — Да сука, ну нееет, — недовольно протянул Майк, — Я тогда отрублю нахер будильник, забью на все дела и дальше спать. Оба неосознанно синхронно сжали руки, чтобы убедиться, что они правда не спят. Короткой дорогой, которой они постоянно пользовались в раннем детстве, парни быстро добрались до дома Уилеров. Руки они разъединили только у входной двери. Внутри они передвигались тихо и быстро, чтобы никого не разбудить. Уилл, как гость, шёл сзади, хотя за все годы изучил обстановку в этом жилье достаточно, чтобы ориентироваться в темноте. Майк поднялся по лестнице и обернулся, чтобы убедиться, что его партнёр шёл за ним. Разглядев в темноте тело Байерса, который тоже добрался до второго этажа, брюнет слегка улыбнулся. До заветной двери в комнату Уилера оставалась пара шагов, которые парни быстро преодолели. Майк мысленно поблагодарил 14летнего себя за то, что упросил родителей купить ему в комнату полутороспальную кровать под предлогом "ну мам, я правда много ворочаюсь во сне, я тупо свалюсь с обычной односпальной". Теперь им придётся потесниться, и поворочиться явно не получится, но это мелочи. Уилл бывал на ночёвке в этой комнате уже сотню раз, но в такой обстановке он тут впервые. Приятное волнение сжималось в груди, и Байерс по мышечной памяти дошёл до чужой кровати и сел на неё. Хозяин комнаты сделал то же самое и устроился рядом. Парни молчали, боясь разрушить всю красоту момента и весь смысл почти полной и пугающей тишины. — Кстати, я вроде этого так и не сказал, — шёпотом начал диалог Майк, — я правда люблю тебя, Уилл. Любым и всегда. Что бы ты ни сделал, я буду на твоей стороне. — Я тоже очень сильно люблю тебя, Майк, — Байерс жалел, что в темноте не было видно его слабой, но до жути искренней улыбки и покрасневшего лица, — Ты даже представить не можешь, как сильно поменял мою жизнь, сколько внутренних конфликтов мне пришлось пережить из-за тебя. — Прости меня, — Уилер положил ладонь на чужую спину, — Теперь мы всё выяснили, и оба не будем мучиться, как раньше. Будет легче. — Да уж, не хватало нам этого разговора как воздуха. Майк повернул голову, без труда осязанием нашёл в темноте губы шатена и прикоснулся к ним своими. Уилл лениво ответил, сжимая своими губами чужую нижнюю. Брюнет отранился и молча лёг на привычное место у края. Байерс аккуратно подвинулся и притеснился у стенки. Оба правда хотели спать, ну или молча в тишине и в темноте обдумать произошедшее. *** Уилла разбудил скрип двери. Чуткий сон стал одним из следствий того, что Векна поселил часть себя в Байерса. Майка же, напротив, не разбудит даже удар ядерной бомбы. Этот контраст не раз становился предметом их локальных шуток. Шатен резко поднял корпус тела, размышляя, как рассказать членам семьи о том, почему он спит с Майком в одной постели. Но в комнату зашёл Джонатан, что вызвало у младшего заметный облегчённый выдох. — Ты что тут забыл? — шёпотом возмущённо спросил Уилл, хоть и знал, что, даже если будет орать, Майк не проснётся. — Не поверишь, это комната - первая, куда я пошёл тебя искать, когда увидел, что тебя нет на своей кровати, — Джонатан отвечал тоже шёпотом и усмехнулся. — Да ты гигант мысли, Джонатан, — Уилл осмотрел своего брата с ног до головы и одобрительно покивал. Шёпот уже более походил на театральный. После того, как они оба посмеялись уже громче, старший решил задать главный вопрос: — И что это значит, типа у вас все получилось? — Ну считай так. Главное, чтоб этот уебок щас, проснувшись, ничего не передумал. Джонатан преодолел короткое расстояние, что их разделяло, и потрепал брата по голове. — Не ссы, братишка. Всё будет хорошо. Совет вам да любовь, как говорится. — Спасибо, Джонатан. Уилл думал, что ему ещё сказать, но его брат продолжил, не давая младшему сформулировать мысль: — Главное помни. Я поддержу любое твоё решение, каким бы оно ни было. Мы с тобой одной крови, и должны всегда быть вместе. — Да, Джо, ты тоже знай, что я всегда буду рядом, — смущённо и искренне улыбнулся Уилл. — Пошли вниз, там мама оладушки печёт. А Карен вчера купила шоколадную пасту, — старший перевёл тему резко, как будто сообщая срочную новость. — Ебать, оладушки с шоколадной пастой? Надо бежать, пока Холли с Ненси не проснулись и все не съели. Уилл быстро сбросил с себя одеяло, обул шлепанцы, в которых гулял ночью и встал с кровати. Братья вышли из комнаты и направились на кухню, оставляя Майка досыпать своё законное время.