Sub Lucerna Chirurgica

In vene veritas

—истина в вине—

Неделя пролетела, а Ллойд и не заметил. Дни слились в один: утро, пост, пациенты, перевязки, короткий перерыв на обед, снова пациенты. Вечер, дорога домой, музыка в наушниках, ужин на скорую руку и сон. Новый день и всё сначала. Где-то между всем этим исчезла неловкость. Сначала он просто перестал вздрагивать, когда к нему обращались. Потом перестал переспрашивать и молча выполнял задания. Да и Коул больше не стоял у него над душой, как в первые дни. Ллойд сидел на посту и заполнял журнал. — Ты смотри, — Джей заглянул через плечо. — Серьёзный какой. Прям светило медицины. Ещё неделя — и нас будешь учить. — Да ну, — отмахнулся Ллойд. — А почему нет? — Ния перебирала папки на стеллаже. — Пашешь как лошадь, пациенты не жалуются. Одна, вон, вообще в восторге. Только про тебя и говорит. — Я начинаю ревновать — Джей скрестил руки на груди. — Я тебя умоляю. Ллойд улыбнулся и уткнулся в журнал. Всё, что говорила Ния, было правдой. Пациенты не жаловались, косые взгляды исчезли, разговоры с коллегами стали больше походить на дружеские. Относились они к нему с пониманием и ни разу за всё это время плохого слова не сказали. Надо бы отблагодарить их за это, что ли. К обеду он решился. Пакет стоял под столом в сестринской, задвинутый в самый угол. Ллойд принёс его утром и с тех пор делал вид, что его там нет. Но игнорировать дальше было бы уже странно. Когда все собрались на обед, он немного помялся, но всё-таки сказал: — Я тут… проставиться хотел. Джей повернулся к нему всем корпусом, и его лицо расплылось в широченной улыбке: — О-о, вот это другой разговор! — Наконец-то, — Ния оторвалась от экрана. — А я думала ты не пьешь. Сразу бы сказал, что наш контингент. Ллойд наклонился, достал пакет и поставил на стол. Стекло тихо звякнуло. — Нифига, —  кардиолог заглянул внутрь. — А ты серьёзно подошёл. — Я не знал, что вы пьёте. Взял вино. — Мы все пьём, — уверенно отрезал Джей. Кай, сидевший чуть в стороне и до этого не подававший признаков жизни, поднял взгляд и оценил ситуацию. — Сейчас даже не думайте. У нас работы выше крыши. Закроем смену, и делайте что хотите. — И то верно, — лениво отозвался Коул и поднялся. — У нас там пациентов... — Так, пока все тут, — Ния потянулась к телефону, — График на следующую неделю сейчас глянем, пока никто не разбежался. Она пролистала экран, нахмурилась. — Коул, у тебя всё как обычно, Джей — тоже. Кай, у тебя дежурство в среду и воскресенье, если ничего не поменяется. У меня на среду и пятницу. Акита своё уже видела. Так… Ния пробежала глазами ещё несколько строчек и остановилась. — Ллойд… — Он машинально выпрямился. — У тебя вечерняя в четверг и ночная в субботу. — Ночная? Как так? Не рановато для ночной? А если не справится, а если привезут кого-то тяжёлого, а если он один и не сообразит, что делать. — Спокойно, ты не один будешь. Я тебя поставила с Коулом, плюс, если что, реанимация на подхвате. — Да, — вставил Баккет. — Это тебе, скорее, попробовать, как оно. Понюхать пороху. — Не очень обнадёживает, —пробормотал Ллойд. — Добро пожаловать во взрослую жизнь, что сказать, — сострил Джей. — Зато потом воскресенье свободное, — девушка стукнула пальцем по экрану. — Отоспишься, подумаешь, надо ли тебе всё это. Ллойд кивнул и ничего не сказал. А что тут скажешь? И не откажешься же. — Если зайдёт и всё нормально будет, дальше буду ставить тебя в ночные, как всех. — Понял. — Вот и отлично. Номер свой давай. — Зачем? — Затем, чтобы тебя в рабочий чат добавить. Он продиктовал номер. Ния быстро набрала, потом нажала что-то и заблокировала телефон. В кармане его хирургички завибрировал мобильник.

***

В середине дня тишину разрезал стук колёс. Ллойд оторвался от бумаг. По коридору быстро везли каталку. Мужчина на ней лежал бледный, весь скрюченный, крепко прижимая руки к животу. — Перитонит что-ли? — Коул выглянул из процедурной. — Похоже, — Ния приставила к уху трубку стационарного телефоне. Видимо, звонила предупредить операционный блок. — Скажи чтоб готовили, — крикнул Кай, идя следом за санитарами и через мгновение ни его ни каталки уже не было в коридоре. Ллойд проводил их взглядом. Очень хотелось посмотреть. Хоть одним глазком глянуть, как оно там. Долго? Страшно? В операционной он ещё ни разу не был.

***

К вечеру всё стихло. Пациенты поели, умылись и разошлись по палатам. Основная работа была выполнена и дневная смена могла быть свободна. — Ну что, — Джей потёр руки. — Теперь-то можно? — Теперь можно, — кивнула Ния. — Кай всё равно на операции, неизвестно когда освободится. Без него начнём. Уокер тут же подхватил её под локоть и потянул в сторону сестринской. Ллойд переглянулся с Коулом и пошёл следом. В сестринской расселись за столом. Коул, не теряя времени, вытащил пластиковые стаканы. Один хрустнул и сломался в его пальцах. — Сила есть — ума не надо, — Ния потянулась к верхнему шкафчику. Через секунду на стол приземлилась упаковка каких-то сушек, пачка печенья и недоеденная плитка шоколада. — Вот. А то на голодный желудок быстро окосеем. Ллойд достал из пакета бутылку и штопор, тоже принесенный, заранее. Пробка вышла с громким хлопком и сразу повеяло терпким, сладковатым запахом. Вино мягко легло на дно первого стакана, потом второго. Половина бутылки ушла за минуту. — Так, — Джей поднял стакан вверх. — За новичка получается. — Не сбежал и уже хорошо, — хмыкнул Коул. — А то у нас некоторые на второй день сваливают. — Серьёзно? — Ллойд удивлённо глянул на него. — Да не слушай ты их, — Ния тоже подняла стакан. — Давайте уже. Стаканы тихо стукнулись. Ллойд сделал маленький глоток. Вино оказалось тёплым и кислым. Алкоголь обжёг горло и почти сразу разлился теплом в груди. — Зейна позвать надо, — Ния отпила глоток, поморщилась и поставила стаканчик на стол. — А то опять всё пропускает. — Ща напишу, — Джей достал мобильник из кармана. — Пусть выползает из своей реанимации. — Если он там не зашивается. Уокер напечатал что-то, убрал телефон, и про Зейна как-то забылось. Разлили по второму кругу. Дверь скрипнула, когда реаниматолога уже никто не ждал. — Какой у нас повод? — спокойно спросил Зейн, заходя внутрь. — У нас тут проставляются, выпей быстро, — кивнул Коул на свободное место за столом и достал ещё один стаканчик. Зейн молча сел, принял стакан. Джей тут же плеснул ему вина. Все посмотрели на Ллойда. Вот теперь стало неловко. Наверное, они ждали какую-то речь или тост. — Я… — он запнулся. — Спасибо, что приняли. — Да пожалуйста! Пей давай, — посмеялся Джей. Первая бутылка опустела. Голова потихоньку начинала кружиться. Ровно в тот момент когда собирались открыть вторую дверь в сестринскую вновь открылась. — О, живой! — Коул поднял стакан. — Ну чё там? Кай стоял в дверях. Хирургический костюм весь мятый, лицо бледное, волосы влажные. Внешний вид все говорил за него. — Нормально, — коротко ответил хирург.— Успели. — Красавчик, — Баккет подвинулся, освобождая место рядом с собой, и одной рукой вытянул из под стола табурет. — Садись, давай. Ллойд, плесни ему. Кай шагнул внутрь, протянул руку Зейну, поздоровался и опустился на стул. Ллойд протянул стакан. Кай отпил большой глоток и вздохнул так тяжело, что слышали, наверное, в другом отделении. — Тяжёлая? — спросила Ния. — Пиздец какая. Коул сочувственно похлопал его по спине. Дальше разговаривали про что-то своё. Ллойд не вслушивался, да и смысла не было, все равно не знал людей, о которых шла речь. Он откинулся на спинку дивана и просто смотрел перед собой. Джей снова разлил, кажется, уже по четвёртому кругу. Кай сидел напротив, мял стакан в пальцах и слушал очередную байку Коула. Вроде бы ничего особенного — сидит и сидит, но Ллойд не мог отвести глаз. Сначала на руки: большой палец скользит туда-сюда по краю стакана. Потом выше, на лицо. Кай почему-то ни разу за все это время не улыбнулся. Даже когда все ржали, он просто давил улыбку и продолжал пить. А потом он вдруг поднял голову и Ллойд отвернулся. — Я свою первую ночь до сих пор помню, — Баккет откинулся на спинку стула и уставился в потолок. — Думал, сдохну к утру. — Ты и выглядел также, — хмыкнул Джей. — Да конечно, чеши больше. — Я серьёзно. Ния, скажи ему. — Не было такого, — отмахнулась она. — А вот ты рыдал в ординаторской. — Я не рыдал! — Рыдал, — Ния сделала глоток. — Надо было тебе не в кардиологи иди, а в проктологи. Говномешалка из тебя бы вышла отличная. Ллойд поперхнулся вином. Говномешалка. Это слово добило окончательно. Он захохотал в голос. Алкоголь приятно кружил голову, и их перепалка казалась ужасно смешной. Он сделал ещё глоток и уже не особо чувствуя вкус. Прошло больше часа. Может и больше двух — никто не следил. Голоса, разговоры, смех смешались в одно тёплое, пьяное марево. Вторая бутылка опустела наполовину. Ллойд сидел, развалившись на диване, плечом к плечу с Джеем, и чувствовал себя до неприличия хорошо. В голове шумело, тело стало ватным. — А давайте выпьем за нас! — неожиданно для самого себя выкрикнул он, поднимая стакан. Уокер одобрительно загудел. Остальные тоже не были против. Стаканы стукнулись. За окном давно стемнело. Дневная смена закончилась ещё несколько часов назад, пора бы и расходиться. Первым поднялся Зейн. Поставил почти нетронутый стакан на стол, поправил очки. — Мне пора. Пока тихо, но сами знаете… — Давай, — Коул махнул рукой. — Если что — мы тут. Зейн обвёл всех взглядом, задержался на Ллойде и едва заметно кивнул. — Ещё увидимся. Ния проводила его взглядом, потом глянула на часы и вздохнула: — Ладно, я тоже пойду. Бумажек еще хуева тутуева. — Какие бумажки, ночь на дворе! — подскочил Уокер. — Вот именно. Пока тихо — сделаю и домой. Она поднялась и потянулась. — Ллойд, спасибо за вино. Завтра увидимся. Джей тоже встал. — Ладно, я с тобой. А то ты там без меня заскучаешь. — Я как-нибудь сама справлюсь. Они вышли вместе. Джей что-то шептал ей в спину, она отмахивалась. Дверь закрылась. — Ладно, — Коул ударил себя по коленям и поднялся. — Я тоже сваливаю. Ты идёшь? Ллойд замялся, бросил быстрый взгляд на Кая, неподвижно сидящего на стуле и отчего-то не смог сказать «да». — Я попозже пойду. Не жди. — Не засиживайтесь, — Коул махнул рукой и вышел. Дверь закрылась и сразу стало тихо. Так тихо, что слышно как гудит старая лампа над головой. После гама и смеха это резало уши. Он не знал, куда себя девать. Может, убрать со стола? Или тоже встать и уйти? Кай сидел на табуретке, прижимаясь спиной к стене. Ворот хирургички съехал набок, и поправлять он его явно не собирался. Мужчина медленно крутил стаканчик в руке и смотрел стеклянными глазами куда-то в стену. Не то чтобы пьяный, но уже и не трезвый. Ллойд начал собирать стаканы, просто чтобы хоть чем-то занять руки. — Оставь, — буркнул Кай. — Я потом сам. Повисла пауза. Ллойд стоял, всё ещё держа стакан, и чувствовал себя последним идиотом. Надо было уйти с Коулом. — Сядь уже. — хирург кивнул на диван — Не стой у меня над душой. Ллойд сел на самый край. В голове шумело, мысли путались. Хотел сказать что-то, но в голове так шумело, что связать слова во что-то адекватное не выходило. Ляпнул первое, что пришло в голову. Хотя оно и не уходило. Всю неделю думал об этом. — Хана. — Что — Хана? — Вы её оперировали? — Я. — И она… Ллойд не стал договаривать. Слово «умрёт» произносить страшно, а «выживеь Кай долго молчал. Смотрел куда-то в сторону, будто вспоминая, а потом поднял голову и посмотрел Ллойду прямо в глаза. — Нет. Ллойд уронил голову и тяжело вздохнул. Ну да... Он знал это и до вопроса, честно говоря. Это было очевидно с первого дня, как он её увидел. — Тебе зачем? — Не знаю. Просто думаю о ней всю неделю. — Ты слишком много в это лезешь, — сказал Кай тихо. — Это не твоё дело. — Может, и так, — Ллойд провёл рукой по волосам, убирая их с лица. — Только я всё равно думаю. Что мне теперь, не думать прикажете? Кай ничего не ответил. Залпом допил остатки, поставил стакан на стол и поднялся. Слегка покачиваясь, сделал пару шагов, вылез из-за стола и остановился рядом. Видимо, собираясь сказать что-то. Ллойд опустил голову в пол, волосы упали на лицо, плечи ссутулились. Рука поднялась сама по себе. Кай понял, что сделал только когда пальцы уже коснулись мягких пшеничных волос. Он зарылся в них глубже, легко и небрежно, взъерошил. — Не зацикливайся на этом, — сказал он тихо. — Понял? Хирург убрал руку, развернулся и вышел. Дверь за ним тихо закрылась. Ллойд остался один. Он медленно поднял руку и провёл по волосам, там, где только что были чужие пальцы. И что это было? И кто в итоге стаканы-то уберет?