Лэрм

Элрой, принц людей, наследник престола (пусть и второй очереди).В свои девятнадцать он имел отличную физическую форму благодаря ежедневным тренировкам с мечом, рост чуть выше среднего — метр с хвостиком. Последнее обстоятельство тяготило его друзей и забавляло сестру. Пока сверстники вздыхали по фрейлинам, Элрой вздыхал по новому седлу для коня или по тому тому «Эльфийских сказаний», который он никак не мог достать в королевской библиотеке. — Лиана, ну почему ты не можешь просто выйти замуж по-человечески? — ворчал он, помогая сестре собирать вещи. За окнами замка гремела подготовка к грандиозному торжеству. Завтра большой день. Завтра его сестра, принцесса Лиана, выходит замуж за принца гигантов, чтобы скрепить мир между двумя народами после долгой и кровопролитной войны. — Весь год об этом только и разговоров. — Потому что он, Эл, великан! — Лиана театрально закатила глаза, поправляя локон перед зеркалом. — Два с половиной метра мышц и хмурый взгляд. Он, говорят, дубовый стол одной рукой переломить может. Представляешь, какая у него… ладонь? — Представляю. Огромная, — хмыкнул Элрой, складывая в сундук стопку ее любимых платьев. — Будет чем шлепать тебя, когда ты устроишь очередную истерику. И не дубовый, а каменный. Я слышал, они во дворце у себя каменные плиты для забавы ворочают. Лиана вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. — Зато он принц! И я стану королевой. Мама говорит, что это мой долг. — Угу. Твой долг, мне-то что? Я буду просто «братом королевы гигантов». Звучит как приговор. Будут просить меня таскать за тобой шлейф платья, который, наверное, будет размером с парус. Они рассмеялись. Элрой искренне любил сестру, несмотря на её капризность. Он хлопнул крышкой сундука и отправился к себе, предвкушая, как завтра наестся на свадьбе пирожных с кремом, пока все будут заняты политическими речами. Утро не задалось с самого начала. Вместо привычного шума за окнами стояла гробовая тишина. А потом в дверь его покоев постучали тяжелым, королевским стуком. Вошел отец. Высокий, седой, с лицом, которое не предвещало ничего хорошего. — Элрой, — начал король без предисловий, — твоя сестра… она… её нет. Элрой сел на кровати, протирая глаза. — Как нет? Утонула в ванне с лепестками роз? Или её сдуло ветром вместе с фатой? — Она сбежала, — голос короля дрогнул от гнева. — С этим… с этим писаришкой из казначейства. Ночью. Через потайной ход. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь треском свечи. Элрой моргнул. Потом ещё раз. Информация отказывалась укладываться в голове. — А как же свадьба? Там же гиганты! Они нас в порошок сотрут! — Именно. — Король шагнул вперед. Взгляд у него был тяжелый, как та самая каменная плита. — Но у нас есть ты. Элрой замер. Холодок пробежал по спине, не имеющий ничего общего с утренней прохладой. — Я… что? — Ты мой сын. Ты королевской крови. Брачный договор заключен между нашими домами. В нем не сказано, что невеста обязательно должна быть… женщиной. — Король говорил быстро, рублено. — Гигантам нужен член нашей семьи. Ты поедешь вместо Лианы. — Я?! — Элрой вскочил с кровати, чувствуя, как пол уходит из-под ног. — Папа, ты с ума сошел? Я парень! У меня, понимаешь, между ног не то, что нужно принцу гигантов для счастья! Он же меня раздавит! Сломает! Он ростом с дверной проем! — Он ростом два с половиной метра и, по слухам, человек спокойный и справедливый. — Король старался не смотреть сыну в глаза. — Это вопрос жизни и смерти для королевства, Элрой. Война начнется снова. Тысячи людей погибнут. А ты просто… просто поедешь и поживешь там. — Просто поживу?! В качестве кого? Жены?! — В качестве супруга, — поправил король. — Для них это… неважно. Или ты предпочитаешь, чтобы я отдал им тебя как пленника? Подумай головой! Сборы через час. Стража проводит тебя до границы. — А мое мнение? — тихо спросил Элрой, чувствуя, как внутри что-то обрывается. — Твое мнение? — Король наконец поднял глаза. — Твое мнение сейчас — это мир для пятидесяти тысяч твоих будущих подданных. Собирайся. Это приказ. Дверь за отцом закрылась. Элрой стоял посреди комнаты, сжимая и разжимая кулаки. Сестра сбежала. Отец, не моргнув глазом, продал его, как запасной вариант. Мать наверняка рыдает где-нибудь в подушку, но не заступится. У него больше не было семьи. В одно мгновение, с одной фразой, он стал сиротой при живых родителях. Сборы были быстрыми и унизительными. Ему даже не дали взять любимого коня — «гиганты всё равно на лошадях не ездят, слишком мелко, у них там волки или медведи оседланные». Пограничный переход на рассвете. С одной стороны — его родина, люди в доспехах, которые смотрят на него с жалостью и облегчением, что это не их. С другой стороны — делегация гигантов. И один, отдельно стоящий, фигура. Вайлорд, принц гигантов. Элрой читал отчеты. Знал цифры. Но реальность была сокрушительной. Два с половиной метра роста, и это он стоял, не выпрямившись в полный рост. Широченные плечи, которые, казалось, заслоняли собой восходящее солнце. Мощные руки, спокойно сложенные на груди, и хмурый, тяжелый взгляд из-под густых бровей. Огромный, как утес. Мрачный, как грозовая туча. Элрой, со своим метром восемьдесят и спортивной фигурой, почувствовал себя муравьем, который приполз на смотрины к горному орлу. Его охватил липкий страх. Огромный палец гиганта был размером с его запястье. Что этот великан собирается с ним делать? Вайлорд сделал шаг навстречу. Один шаг, равный трем шагам Элроя. Принц людей сжался внутренне, ожидая грубого окрика, разочарованного рыка, может быть, даже пинка обратно, когда выяснится подмена. Но гигант остановился в паре метров, внимательно осмотрел его с ног до головы, и… уголок его сурового рта дрогнул. — Хм, — выдохнул Вайлорд. Голос у него оказался низким, но не пугающе громким, скорее похожим на отдаленный раскат грома. — А где та, с кудряшками и визгливым голосом, что приезжала на смотрины год назад? Элрой сглотнул ком в горле. Чувство самосохранения боролось с гордостью. Гордость проиграла, потому что дома у него больше не было, а здесь был этот гигант, от которого зависела его жизнь. Нужно было как-то выживать. — Сбежала, — честно ответил Элрой, стараясь, чтобы голос не дрожал. Получилось не очень. — С любовником. С усатым. Я её брат, Элрой. Отец сказал, что договор на брак с семьей, а не с конкретной принцессой. Так что… — он развел руками, изображая показное смирение, — принимай товар, как говорится. Он ожидал всего: ярости, презрения, приказа заковать его в цепи. Но Вайлорд вдруг коротко, басовито хохотнул. Звук был неожиданно добродушным. — Усатый, значит, — пророкотал гигант, и в его хмурых глазах мелькнули смешинки. — Ну и дура. Сбежать от меня к усатому писарю. От такого заявления Элрой опешил. Страх немного отступил, уступая место растерянности. — Ты не злишься? — вырвалось у него. — Злюсь, — легко согласился Вайлорд. — Но не на тебя. Мне эта дура с первого взгляда не понравилась. Войны нам только для того, чтобы с ней жить, не хватало. А ты… — он окинул Элроя еще одним взглядом, но теперь в нем не было оценивающей суровости, а скорее… любопытство. — Ты маленький. Но смотришь смело. И говоришь прямо. Вайлорд протянул свою огромную ладонь. Элрой инстинктивно дернулся назад, шарахаясь от прикосновения. Гигант заметил это, но руку не убрал. — Не бойся. Я не кусаюсь. По крайней мере, без спроса, — усмехнулся он своей странной шутке. — Идем. Покажу твой новый дом. Раз уж ты теперь мой… товар. Элрой, помедлив, вложил свою ладонь в ладонь гиганта. Рука Вайлорда была теплой и, что удивительно, очень осторожной. Она сомкнулась вокруг его пальцев, не причиняя боли, но давая чувство невероятной надежности. И странного спокойствия. Оглянувшись на границу, за которой осталась его прежняя жизнь и предавшая его семья, Элрой глубоко вздохнул. Он понятия не имел, что его ждет в этой стране гигантов. Будет ли больно, страшно или просто странно. Но одно он знал точно: возвращаться ему не к кому и не за чем. А этот суровый великан, который рад, что невеста сбежала, и с интересом разглядывает его, оказался единственным, кто не смотрел на него как на разменную монету. По крайней мере, пока. — Ну что, пошли, — тихо сказал Элрой, скорее самому себе, и сделал первый шаг навстречу новой, совершенно невообразимой жизни. Вайлорд кивнул, развернулся и, не выпуская его руки, повел к огромной повозке, запряженной парой мохнатых зверей, похожих на очень крупных лосей. Элрой семенил рядом, чувствуя себя карманной собачкой при сказочном великане. И впервые за этот сумасшедший день ему стало не страшно, а… любопытно.