Змееуст

      Гарри проснулся очень рано, чтобы не разбудить Альбуса, а тем более Тома. Даже если эльфы доложат, то Том не успеет его остановить.       Гарри тихо сошёл вниз, обул кроссовки, чтобы его поменьше кто слышал, и направился к главной двери. Проходя мимо комнаты с камином, Гарри застыл. Перед ним лежала Нагини, а слева сидела фигура в чёрном костюме с белой рубашкой, в отлакированных до блеска чёрных туфлях с идеальной укладкой. Том допил чай и отдал эльфу, а после поднялся и вынул палочку.       — Доброе утро, солнце. Ты же солнце? Только солнышко так рано просыпается. Нет? Ты не солнышко?       Том притворился, что расстроен этим фактом. Нагини зловеще шипела, а Гарри не знал, куда смотреть: на змею или на её хозяина.       — У меня дела.       — Я изучил твои документы. Ближайший сбор урожая в конце месяца. Это первый и самый ранний сбор. Дальше в конце августа и в конце сентября. У Блэков три сорта винограда, если верить документам.       — У меня есть работники. Им нужно зачислить заработные платы.       — Нет, у тебя отличный… как говорят магглы «бухгалтер». Ты идёшь к своим детям. Я не разрешал.       — А я разрешения не спрашиваю. Это мои дети. И я собираюсь сделать всё, чтобы они не возненавидели меня за то, что их мать, бабушка и дедушка в Азкабане, а все тёти и дяди сбежали во Францию! Что они преступники для Британии!       — Перси за ними присмотрит. Тема закрыта, Поттер. Твоя задача — Альбус.       — Это у тебя один ребёнок, а у меня — три! Если я останусь здесь, они проклянут меня!       — Не проклянут, если верить будущему и шаману.       — Реддл, ты хоть понимаешь, что без усилий такого будущего не будет?       — Ты назвал меня по фамилии? Мы не друзья, Поттер! Я твой сюзерен, твой милорд, твой Министр Магии!       — С последним согласен, — ухмыльнулся Гарри, сложив руки на груди. — Твой садисткий контроль, — протянул Поттер, — это посттравматическое расстройство из-за приюта? Вас так же караулили, как ты меня?       Глаза Тома покраснели. Его трясло от ярости. Возле Поттера никакое самообладание не действовало. Теперь Реддл понимал Снейпа.       — Много на себя берёшь, Поттер!       — Много себе позволяешь, Реддл, — протянул довольный Гарри.       — Бессовестный гриффиндорец! Весь в отца!       — Общеизвестный факт. Я хоть это признаю, а ты признаёшь, что ты фальшивый слизеринец? Никакого величия и аристократии.       Гарри едва договорить успел, когда Том бросил в Гарри заклинание. При этом он прошипел змее, чтобы та не вмешивалась. Гарри отразил Круциатус. Кто бы сомневался, что Том предпочтёт Круциатус.       — Реддл, лучше отпусти! Зная, что Альбус в безопасности, я себя больше сдерживать не стану!       — Удиви, сиротка!       — Да ты же сам сирота! И тоже полукровка!       Гарри отражал заклинания. Феликс ему как-то рассказал, что видел, как Тёмным Лорд тренируется с его отцом. Учитывая, что Феликс был подростком, то многое запомнил, оттого они с Гарри часто пытались спроектировать атаки Реддла. И сейчас Реддл был в ярости, что его атаки отражали.       — Инкарцеро! — Тома связали по рукам и ногам, и чтобы он не успел позвать змею, Гарри решил и речь его забрать. Там эльфы позовут Долохова и Тома расколдуют. — Силенцио!       Том сверкнул алыми глазами и невербально руками призвал палочку. Гарри этого не ожидал, оттого разнёс Бомбардой окно и побежал в сторону кладбища.       Том отменил все заклинания, глядя на разнесённое окно, на уничтоженный подоконник, и засмеялся.       — Ощущение, что ты не злишься, а восторгаешься им, — шипела змея.       — Когда последний раз надо мной кто-то одерживал победу?       — Дамблдор в 96-м.       — То есть, двадцать два года назад? Да, я признаю, что в Отделе Тайн проиграл. Поттер меня поражает.       — Иногда кажется, что вы помешаны друг на друге. И когда ваша жизнь слишком преснеет, вы находите общий путь.       — Дорогая, ты как старушка рассуждаешь.       — А тебя не смущает, что я младше Дамблдора всего на сорок лет?       Реддл засмеялся, ведь Нагини и правда повидала мир. Том был только рад такой реакции Поттера на его действия. Будто им по двадцать лет.       — Том?       Том резко обернулся к Альбусу, стоящему с Фродо в руках, который в ужасе глядел на разрешенное окно.       — Где папа?       Мальчик тут же сложил два плюс два. Его ребёнок — Тома — не может быть тупым.       — Я проиграл Гарри поединок и он ушёл к твоим брату и сестре. Я не поддавался.       — Подтверждаю, — заявила змея.       — Папа победил?       Альбус был рад, что Том честно ответил на его вопрос. Мальчик гордился обоими отцами. И обоих считал семьёй. Это было самым важным в понимании семьи для Тома.       — Кики, Фоти, мы готовы завтракать. Чем займёмся сегодня? — спросил Том. — Я сегодня весь твой.

***

      Гарри знал, где живёт Перси. Это была не Годриковая впадина. Перси считал себя выше многих волшебников, оттого купил дом в Боскасле. Перси долго думал между Боскаслом, Пендл-Хиллом, Сент-Осите, Барли Бидстоне и Плакли. И выбрал самое спокойное место. Перси хорошо зарабатывал, отчего Одри решила посвятить свою жизнь себе.       Одри с самого утра не спала, приказывая эльфу, которого сумела купить четыре года назад (очень долго на него копили), готовить завтрак.       — Доброе утро, мистер Поттер. Хозяйка приглашает вас.       — Спасибо, Мисси.       Гарри вошёл в двухэтажный дом, и прошёл на кухню, где сидела Одри. Гарри в окне не заметил Перси, но тот тоже уже не спал.       — Мы ожидали тебя, — ответила Одри.       — Мне жаль, Перси. Твоя семья…       — Травила ребёнка и поплатилась за это, — перебил Уизли друга. — Не зная точно, Министра ли Альбус сын, травили. Я этого не знал. Ты в курсе, что Лаванда и Парвати убиты? Они попытались остановить процесс допроса.       — Как и их дети, — прошептал виновато Гарри. — Всего восемнадцать лет...       — Дин и Симус пропали. Поверь, они ещё дадут о себе знать. И народ будет молчать, боясь Министра Магии и тебя, — хмыкнул Перси.       — Не радужные новости. Альбуса будут обвинять?       — Разумеется, — ответила Одри. — Ты растил его мягким, но может пускай он откроется и покажет свой Поттеровский характер. И Реддловский. Иначе ему не выжить.       — В школе появится больше предметов с этого года. Их и так добавляли постепенно, но несколько предметов будут преподавать верные сторонники Министра Магии, — заявил Перси. — Кофе будешь?       — Лучше успокоительный чай. Я с Реддлом едва уживаюсь. Разнёс ему окно, он меня запер на чердаке. В общем…       — Твоя стихия, — засмеялась Одри. — Для тебя идиллия.       — Я такой безрассудный? — хмыкнул Гарри, садясь за стол.       В желудке урчало, оттого чай и пирожки с творогом он кушал с наслаждением.       — Джеймс и Лили?       — Плакали полночи. Люси позвала близнецов Вуд, и Рохан с Раджем её успокоили. Точнее, Радж, ведь Рохан начал говорить о смерти, — хмыкнула Одри.       — Даже Джеймс послушал Раджа. С нами мой упрямый племянник не говорит, но…       — Отец, — все трое взрослых перевели взгляд на одетого в джинсы и футболку Джеймса, держащего чек, — помоги обналичить. И чек Лили тоже. Нам нужно платить за комнату.       — Джеймс, — ужаснулась Одри, — мы твои тётя и дядя.       — У меня никого не осталось. Мой отец выбрал младшего сына-змееуста, а вся родня ополчилась против невинного ребёнка, настроила нас с сестрой, и что мы сделали? Я его чуть не убил, — Джеймс плакал. — Радж прав во всём!       Гарри не знал, что сказал юный буддист, или кто этот Радж, но Гарри поможет ему возвести храм Будды, чтобы эти чёртовы души нагов успокаивали в Британии змееустов и тех, кто их не понимает.       — Джеймс, — Гарри подошёл к сыну и обнял его. Тот не обнимал, но не отталкивал, плача.       — Я ужасный человек, да? Я травил брата, как дедушка травил Снейпа. И кем вырос Снейп знают все.       — Мой отец не любил Снейпа, потому что ревновал к маме. Ему нет оправданий. А тебя науськивали. Послушай, понимание, что ты делал неправильно, уже хорошо. При этом, если ты не готов, то не нужно начинать общение с Альбусом. Вы потеряли семьи.       — Он скорее обрёл, — прошептала Лили, стоя в пижаме с мишками за спиной брата, а после обняла Гарри.       — Я вас люблю. И вас никто не обидит.       — Мы видели, что стало с Финниганами и Томасами, — шептал Джеймс. — Они готовы были умереть, только бы убили Альбуса. Это же фанатизм!       — Слава нагам, что есть Радж, — выдохнул Гарри. — Он вам помог понять?       — Да, — ответили оба.       — Дети, я вас люблю! Джеймс, ты мой первенец! Так, как любят первенцев, не любят других детей! А ты, Лили, моя долгожданная доченька. Моя принцесса. Но я должен остаться с Альбусом. Иначе Реддл его испортит. Нужен баланс.       — Мы понимаем. Ты будешь приходить к нам? — надеялась Лили.       — Конечно. И мы настроим каминную сеть между домами. Одри и Перси вас любят, как родных. Я буду вас всем обеспечивать. Но если вы желаете платит за еду или за что-то ещё, будучи гордыми Поттерами, то не стоит. Я буду отдельно каждый месяц выделять на вас деньги, а чеки — только ваши. Мы можем их обналичить хоть сейчас. И я пришлю сегодня же отдельный чек для Перси с Одри.       — Гарри, — возмутились Перси с Одри.       — Они при живом отце живут у тёти и дяди, — гневался Гарри. — И мои дети уже не хотят съезжаться, ведь Альбус привязан к Тому, а Лили с Джеймсом Министра ненавидят. Лучше жить на расстоянии, но в мире и гармонии.       — Да, — заявили оба ребёнка.       — Так мы можем пойти в с тобой прогуляться? — спросил Джеймс.       — Да, только Лили нужно одеться.       — Пять минут! — закричала девочка, убегая, чтобы надеть красный сарафан.       Гарри обязательно поговорит с Падмой и Оливером, и будет восхищаться воспитанием их детей до конца жизни.

***

      Гуляя с двумя детьми по Косому переулку, Гарри заставлял шептаться прохожих. Заметив Роули, Гарри сразу понял, что можно ждать и Тома. Поэтому пока тот не явился, он купил детям новые мётлы, еды, одежды и хотелок. Глядя на пустое место магазина близнецов Уизли, Гарри тяжело вздохнул. Он помог этот магазин открыть, его стараниями он и исчез.       — Доброе утро, — голос Тома был спокойным, но властным.       Гарри с детьми сидели в кафе Монтескью и ели мороженое, пока Гарри открыто держал палочку с руках.       — Как окно? Починил? — Джеймс и Лили удивлённо переглянулись, не спеша приветствовать Реддла.       — Твоими стараниями, оно новое, — Джеймс улыбнулся, понимая, что отец подрался с Волдемортом, и прошептал это сестре на ухо, заставляя Лили сиять от радости. — А отсутствие манер — это в тебя?       — Это же мои дети, — гордился Гарри. — Где Альбус?       Том сделал шаг в сторону, и Гарри увидел сына. Тот побаивался подходить к родным, а учитывая, что он стоял в зелёной рубашке и чёрных брюках, то Реддл прививал целое утро чувство стиля.       — Мороженое? — спросила Лили Альбуса.       Альбус не знал, что ответить. Он постоянно переводил взгляды от Гарри до Лили, и от Лили до Джеймса, который то поднимал на брата взгляд, то опускал к мороженому.       — Я был не прав, — произнёс четко Джеймс, глядя на стол, кушая мороженое. — Многое изменилось. Мы никогда не были близкими, ведь мама внушила, что ты зло. Я до сих пор так считаю, но уже знаю, что я не прав. Мне нужно время, — тут Джеймс уже поднял глаза на Альбуса.       — Чтобы перестать меня бояться? — не понимал Альбус.       — Чтобы простить себя. У тебя просить прощения не стану. Я его не заслужил. А ты не должен думать о том, что я изменился, извинился. Меня надо прощать, хотя ты этого не хочешь.       — Как прямолинейно, — удивился Том. — Твои черты, Поттер.       — Разумеется, мои. Это в твоём стиле врать и ходить вокруг да около, спихивая свою вину на чужую.       — Так его, пап, — шептала Лили, кушая мороженое.       Том нагло сел возле Гарри, и Поттер недовольно прищурил глаза. Они готовы были атаковать друг друга даже в толпе. Альбус решил и себе присесть между Томом и Лили, не зная, чем заняться. Есть он не хотел.       — Как думаете, а на какой факультет поступлю я? Мне одиннадцать исполнится в марте, тогда же придёт письмо?       — Да, — ответил Альбус. — Думаю, ты гриффиндорка.       — Факультет не важен, важно, какой ты человек внутри, — заявил Гарри, при этом не отводя взгляда от Реддла. — Что ты сделал за двадцать лет, чтобы факультеты перестали враждовать и чтобы эта вражда не переходила во взрослую жизнь? — спросил Гарри, тыча в грудь Тома палочкой, которую Том тут же поймал рукой.       — Я её починил, я её и сломаю!       — Не нужно у Гоголя тырить слова. Ты не Тарас Бульба, — Гарри издевался над Томом, который понятия не имел, о ком говорит Гарри.       — Я тебя кастрирую, Поттер! Свой долг ты уже выполнил три раза!       — А я тебя препарирую, как лягушку. И учитывая, что связать могу…       — Ненадолго! — перебил Том Гарри и оба уже так близко друг к другу сидели, что если бы имели рога, то столкнулись. — Я обладаю беспалочковой магией!       — Я тоже!       — А нам точно нельзя пожить с вами, я бы на такие дебаты каждый день смотрел бы с удовольствием, — хихикнул Джеймс, а Том недовольно на него посмотрел алыми глазами. — Шутка, — испугался парень, но тут же засмеялся, когда Гарри дал подзатыльник Реддлу.       — Не угрожай моему сыну!       Том ухватил Гарри от ярости за волосы, и Поттер приставил к паху Реддла палочку, пока палочка Тома угрожала шее Поттера.       — Альбус, успокой их, — попросила Лили, видя, что народ уже заметил перепалку и даже стали наблюдать за продолжением. Даже улыбки на губах появились. Они поняли, что Поттер не примкнул к злу. Может, хочет перевоспитать или контролировать.       — На вас смотрят, — заявил Альбус.       — Пусть смотрят! — Том вскочил на ноги, как и Гарри.       Драки было не миновать. Волшебники оживлённо начали между собой говорить, желая увидеть легендарный бой. О нём только слухи ходили.       — Что скажешь, Поттер? Давай заключим перемирие.       — Мы уже одно заключили.       — Не такое, — хмыкнул Том. — Если выиграю я, то ты начнёшь меня слушаться!       — Хорошо. Если выиграю я, возвращаешь ключ от сейфа.       — Нечестно.       — Я же говорю, что ты фальшивый сли…       — Бомбарда!       — Экспеллиармус!       Два заклинания столкнулись и пошла такая сильная ударная волна, что многих отбросило на пару метров, но убегать никто не собирался.       — Он забрал ключ от нашего сейфа? — возмутился Джеймс.       — Сделай его, папа! — кричала Лили.       Гарри хорошо атаковал и хорошо уклонялся. Альбус хмыкнул, рассказав брату и сестре, что его крёстный Феликс Розье учил отца воевать с Реддлом. Лили и Джеймс удивлённо переглянулись, но комментировать ничего не стали.       — Главное, чтобы папа Том не понял, что папа Гарри знает его тактику боя. Тогда папа проиграет, — вздохнул Альбус.       Но Том понял. И Гарри понял, что Том понял. Оба смотрели друг на друга, скалясь и восхищаясь. Том хотел показать волшебникам, что они с Поттером и правда одинаковы.       — Авада Кедавра!       — Экспеллиармус!       Две одинаковые палочки соединились в атаке. Аваду нельзя отразить, но у них одна сердцевина в палочках. И не просто одна, а от одного и того же животного. Они не могли убить друг друга. Приори Инкантатем сработала и вокруг них образовался купол магии, которая молнией разносил все столики и прилавки.       Том первым опустил палочку, а Гарри выдохся. Он отвык от частых поединков. Гарри упал на колени, тяжело дыша, а Том приставил к его шее палочку.       — Ты проиграл. Начинай меня слушаться.       — Хорошо, но ты не уточнил, когда я буду рассматривать твои слова, как приказы. Может, я их пойму как угрозу, и врежу тебе по твоей надменной красивой роже!       Гарри ударил кулаком в челюсть Тома, и тот отшатнулся, не ожидая удара. Том слышал смех волшебников. Он не позволит себя выставлять посмешищем.       — Ты не оставил мне выбора!       Том взмахнул палочкой и на руках Гарри появились магические кандалы, внутри которых были шипы.       — Я всегда их ношу с собой, трансфигурирую в пуговицу. Ты давно напрашивался.       — Альбус, скажи, чтобы папу не пытали, — Лили заплакала. Даже она поняла, что будет с отцом.       — Ал! — попросил Джеймс.       Альбус и сам побаивался Тёмного Лорда. Тот звал его сыном. Но послушает ли сына?       — Милорд, — обратился Альбус к Тому, и тот прикрыл устало глаза, понимая, что именно попросит сын. — Пожалуйста. У папы такой характер. Он же не со зла.       — Альбус, мы с твоим отцом давние враги. Увы, за один день мы не можем стать ближе, понимаешь? Прости, сынок, но Гарри Поттер нарвался. Роули, вызови Перси, пускай заберёт племянников.       Том ухватил Гарри за волосы, а Альбуса за руку, аппарируя на кладбище. Том злился.       — Ты выставляешь меня кретином, Поттер! — Том снял кандалы и Гарри зашипел. — Весь честной народ снова меня ненавидит, считая тебя жертвенником.       — Мог меня не пытать при свидетелях.       — Мог бы не становиться выше меня при свидетелях! Есть такое понятие, как репутация, гриффиндорский недомерок!       — Так как на счёт войны факультетов? — вспомнил Гарри, которому было плевать на драку.       — Ты невыносим!       Том закипел от ярости. Он ничего не сказал, уходя в поместье. Даже кандалы забыл забрать. Гарри заставлял его чувствовать.       — Пап, ты ненормальный.       Мальчик засмеялся и обнял Гарри, который поцеловал сына в ответ.       — Я сейчас вернусь. Только успокою Лили и Джеймса.       Альбус поднял кандалы, чтобы отнести Тому, а Гарри аппарировал к дому Перси. Все выдохнули, видя, что Гарри цел. Одри перебинтовала Гарри руки, а Джеймс смотрел на Гарри впервые с восхищением.       — Что? — не понимал Гарри.       — Ты побеждаешь. Мне всего четырнадцать и я многого не понимаю, но я вижу, что ты ему интересен. Ему нравится брань с тобой. Именно с тобой. Ты заставляешь его делать необдуманные поступки. Пап, ты же победил, только осталось это закрепить.       — Я не хочу его убивать.       — Не убивай, — продолжал мысль Джеймс. — Заставь в себе нуждаться. Покажи, что его жизнь без тебя скучна. Обыденная.       — Это называется — влюбить в себя, — заявила Люси, которая была старше всех в этой комнате среди детей. — Это опасно.       — Согласна, — заявила Одри.       — Поддерживаю, — ответил Перси.       — Зато схема рабочая, — поддержала Молли.       — Какие вы разумные! А вы подумали о дяде Гарри? Одно дело, если Тёмный Лорд влюбится, но другое дело, что дяде придётся целовать его и не только! — кричала Люси.       — Мне не хватило смелости этого сказать, — прошептал Перси на ухо жене.       — Но он нравился папе, — вспомнила Лили. — Мама говорила, ты им восхищался на втором курсе.       — Пока не узнал, что он убийца, — добавила Люси.       — Дети, успокойтесь. Я не дам спуску Министру, но и он мне его не даст. Мы обоюдно снова отметелим друг друга. И снова. И снова, — Гарри не мог донести до детей, что их виденье слишком наивное. — Не хочу надолго оставлять Альбуса с Томом. Всё хорошо.       Гарри поцеловал макушки детей, передал Перси чек на пять сотен галлеонов, а сам аппарировал, боясь, что Альбуса и правда Том настроит не против него, но против его поступков.       Заметив сына в саду, Гарри хотел подойти к нему, но вовремя увидел Тома, и скрылся за вишней.       — Красивая магия, — видимо до этого Том что-то показывал Альбусу, как понял Гарри. — Но опасная. Это не просто бабочки. Они взрываются.       — И защищают. Альбус, можно тебя попросить не вмешиваться в мои разборки с твоим отцом при посторонних?       — Да, — стушевался мальчик.       — Я не злюсь. Но взрослые должны отвечать за свои поступки, какими бы они не были.       — Я понимаю, — Гарри закатил глаза. — Но у меня остался вопрос даже после вашей драки. Обещай ответить на него.       — Обещаю.       — Почему ты ничего не сделал, чтобы факультеты перестали враждовать?       Гарри гордился своим сыном.       «Выкуси, Реддл!»       Гарри видел, как тяжело вздохнул Том, ведь от того, что Том превозносил слизеринцев, пострадал именно его сын. Том не знал, что ответить, а Альбус похлопал его по щеке и гордо поднял голову.       — 2:1 в пользу папы Гарри.       — Ты невероятный, змеёныш!       Альбус круто развернулся и с ровном спиной пошёл вглубь сада, пока Гарри уже открыто подпирал стену поместья. Реддл, заметив Поттера, предупреждающе сверкнул глазами, но Гарри улыбаться не переставал, шепча что-то о красоте сада.       Реддл резко прошёл мимо Гарри и демонстративно плечом толкнул плечо, как делают подростки. От этого жеста Гарри громко расхохотался, а Том улыбнулся, но решил не показывать своего хорошего настроения Поттеру, уходя работать в кабинет.