Смена Героя

Запах свежего хлопка и воска наполнял тесную комнатку. Восемнадцатилетняя Цутако, склонившись над разложенным на татами прекрасным белым кимоно, точными стежками подшивала подол. Завтра её жизнь должна была измениться навсегда - завтра она станет женой. Восьмилетний Гию сидел рядом, завороженно наблюдая за мельканием иглы. Для него сестра была всем: и матерью, и отцом, и единственным тёплым лучом в их сиротском мире. - Гию, ты снова не спишь? - Цутако мягко улыбнулась, не отрывая взгляда от работы. - Тебе нужны силы, чтобы завтра нести мой шлейф. Ты же обещал быть самым важным гостем. -  Мне не спится, сестра. В лесу сегодня слишком тихо, - прошептал мальчик, придвигаясь ближе. Тишина и впрямь была неестественной. Зимний воздух за окном словно застыл, а ночные птицы внезапно смолкли. Внезапно потянуло могильным холодом. Свеча, горевшая на низком столике, задрожала и погасла, оставив их в полной темноте. *Хруст.* Сёдзи - бумажная перегородка - не просто открылась, она разлетелась в щепки, словно от удара ледяного молота. На пороге стоял мужчина, чьё присутствие вызывало не страх, а первобытный ужас. Его волосы были цвета белой платины, а глаза… Гию никогда не видел ничего более пугающего. В радужках, переливавшихся всеми цветами радуги, были выгравированы кандзи: «Вторая Высшая Луна». На губах незнакомца играла вежливая, почти сочувственная улыбка. Ой, какая прелестная сцена, - пропел Доума. Его голос звучал как звон хрустальных колокольчиков, но в нём не было ни капли человеческого тепла. Столько любви и надежды в этой маленькой комнате. И как жаль, что всё это должно закончиться. Он взмахнул золотым веером, украшенным изящной резьбой. Воздух мгновенно наполнился ледяной пылью, от которой у Гию перехватило дыхание. - Гию, беги! - выкрикнула Цутако. Она вскочила, загораживая брата собой. В её руках не было оружия, только тяжелые ножницы для ткани, но в глазах горела решимость, какой мальчик никогда не видел. - Но сестра!.. - Беги к чёрному ходу! В лес! Быстрее! - она толкнула его, и в этот момент Доума сделал шаг вперед. - Не нужно спешить, дитя, - мягко сказал демон. - Я избавлю вас от страданий этого мира. Смерть - это единственное спасение. Ты, - он посмотрел на Цутако, - такая красивая невеста. Твои слезы… они будут божественны на вкус. Гию видел, как демон взмахнул веером. Тонкие ледяные лотосы расцвели в воздухе, и Цутако вскрикнула, когда острые ледяные лезвия полоснули её по плечу. Но она не упала. Она бросилась на демона, вцепившись в его богатые одежды, просто чтобы дать брату лишнюю секунду. - УХОДИ! - её голос сорвался на хрип. Гию, ослеплённый слезами, бросился в темноту. Он слышал позади глухой удар, звон вееров и жуткий, нежный смех Доумы: - Ох, как самоотверженно. Твоё сердце бьётся так быстро… Позволь мне остановить его. Последнее, что увидел Гию, оглянувшись через плечо, - это белое свадебное кимоно сестры, быстро окрашивающееся в ярко-алый цвет, и радужные глаза монстра, которые светились в темноте, как два голодных зверя. *** Он бежал долго. Колючие ветки раздирали лицо, босые ноги немели от снега, а легкие горели, словно он глотал битое стекло. Мальчик упал в овраг и зарылся в сугроб, зажимая рот руками, чтобы не закричать от боли и ужаса. Перед глазами стоял образ Демона - его безжизненная улыбка и ледяное величие. Утро застало его на опушке леса, когда небо начало окрашиваться в серый цвет. Гию был едва жив, его сознание затуманилось. - Эй! Ты меня слышишь? Мальчик с трудом поднял веки. Перед ним стоял подросток его возраста, а может чуть старше, с персиковыми волосами и глубоким шрамом на щеке. На лице у него была странная маска лисы, сдвинутая на бок. - Сабито, осторожнее, он сильно обморожен, - раздался более грубый, но спокойный голос. Рядом с подростком стоял пожилой мужчина в маске Тэнгу и синем кимоно с узором облаков. Это был Саконджи Урокодаки. - Сестра… там… - прохрипел Гию, цепляясь за одежду Сабито. -  Демон… глаза… как радуга… Урокодаки мгновенно напрягся. Он кивнул Сабито, приказывая остаться с мальчиком, а сам исчез среди деревьев, направившись в сторону дома Томиоки. Сабито присел рядом с Гию, набрасывая на его дрожащие плечи свой хаори. - Всё кончено. Ты в безопасности, - тихо сказал он. Но Гию не чувствовал безопасности. Когда Урокодаки вернулся через час, его маска Тэнгу казалась еще более суровой. Он молча покачал головой. Дома не оставили ничего, кроме окровавленных лоскутов белого шелка и ледяного инея на стенах. В этот момент в маленьком Гию что-то навсегда надломилось. Страх начал трансформироваться в нечто холодное, тяжелое и бесконечно острое. Он посмотрел на свои руки, которыми всё еще сжимал край хаори Сабито. - Я убью его, - его голос больше не дрожал. Он был тихим, сухим и полным такой ненависти, что даже Сабито вздрогнул. - Я найду этого монстра и вырежу его радужные глаза. Он забрал все что у меня было, в ответ я заберу его жизнь Мальчик, который вчера мечтал о свадьбе сестры, умер в ту ночь в овраге . На его месте родился тот, чьё сердце превратилось в замерзшее озеро, на дне которого горел вечный огонь мести Демону. Сабито посмотрел на Урокодаки, затем снова на Гию. - Как тебя зовут? - Гию. Томиока Гию. - Пойдём с нами, Гию, - Сабито протянул ему руку.- Если хочешь мести - ты должен стать сильнее стали. Гию принял руку, не оборачиваясь назад. Там, позади, осталось его детство и алая кровь на белом кимоно, которую он никогда не забудет.