Истинный цвет запрета

Часть 1. Запах вишни и грозы Люцифер ненавидел Дино. Ненавидел той особенной, изощренной ненавистью, что граничит с одержимостью. Он ненавидел его идеально уложенные золотистые волосы, его дурацкие белые рубашки, его манеру снисходительно улыбаться, когда Люцифер в очередной раз отпускал колкость в его адрес. Но больше всего он ненавидел его запах. С тех пор, как у Люцифера несколько месяцев назад начался переходный возраст, и его альфа-инстинкты окончательно оформились, мир раскололся на «до» и «после». Запахи стали реальностью. Он научился считывать эмоции, состояние, даже настроение каждого в этой дурацкой школе. Страх отдавал кислым металлом, похоть — приторной карамелью, злость — жгучим перцем. Но запах Дино был другим. Он не поддавался классификации. Иногда это была прохладная свежесть озона перед грозой, иногда — горьковатая полынь, а порой, когда ангел злился или смущался — терпкая вишня, от которой у Люцифера начинали вибрировать клыки, а в паху возникала тянущая, болезненная пульсация. Сегодня был именно такой день. Совместная тренировка по крылоборству превратилась в их личную войну. Дино был быстр и яростен, его белые крылья сверкали на фоне идеально синего неба. Люцифер, подгоняемый адреналином и этим проклятым вишневым ароматом, сорвался в пике, целясь прямо в наглую ангельскую морду. Они столкнулись в воздухе, сцепились, и под оглушительный шепот зрителей рухнули в кусты цветущего жасмина в дальней части сада. — Слезь с меня, тяжелый ублюдок, — прошипел Дино, пытаясь выбраться из-под навалившегося на него демона. Крылья Люцифера, черные с алым отливом, накрыли их импровизированным шатром, скрывая от посторонних глаз. — А ты заставь, «ангелок», — Люцифер нарочно выдохнул ему прямо в шею, туда, где бешено пульсировала жилка. Запах грозы усилился в десятки раз, смешиваясь с вишней, и у Люцифера перехватило дыхание. Где-то в глубине существа, там, где жил дикий, первобытный альфа, что-то щелкнуло. Свой. Близко. Опасность. Свой. Дино замер. Его глаза, цвета неба перед рассветом, расширились. Он смотрел на Люцифера не с привычной злостью, а с каким-то новым, испуганным интересом. Он медленно приподнял руку и, вместо того чтобы ударить, провел пальцем по выступающему клыку Люцифера. — Они удлинились, — хрипло сказал Дино, и вишневый запах стал почти удушающим, сладким и терпким одновременно. Люцифер перехватил его запястье, прижимая к земле. Это было выше его контроля. Его альфа чувствовал рядом омегу. Сильного, дерзкого, своего омегу, который пах так, что сводило скулы. — Ты... — начал Люцифер, но голос сорвался на рык. — Ты что, не чувствуешь? Ты должен чувствовать! Ты омега, черт бы тебя побрал! Дино дернулся, как от пощечины. Его лицо исказила смесь гнева и унижения. Да, он знал. Знал, что его вторичный пол — позор для такого «идеального» ангела, как он. Знал, что отец пичкает его блокираторами, чтобы подавить запах. Но сейчас, в этой безумной близости с врагом, от запаха Люцифера — дыма, железной крови и чего-то темного, как сама бездна — его защита рухнула. — Отпусти, — потребовал Дино, но в голосе не было силы. Его тело предавало его. Оно тянулось к источнику жара, к этой грубой, опасной силе. — Нет, — Люцифер склонился ниже, почти касаясь губами его губ. — Ты мой истинный. Я чувствую. И ты чувствуешь. Это не было вопросом. Это был приговор. Дино смотрел в алые глаза, горящие диким пламенем, и понимал, что пропал. Пропал в ту самую секунду, когда впервые унюхал этот горький дым много месяцев назад. Поцелуй, которым они обменялись, не был нежным. Это была битва, продолжение их воздушной схватки. Голодная, отчаянная, полная злости на весь мир, который сделал их врагами. Люцифер пил с его губ вишневый сок, а Дино задыхался от дыма, чувствуя, как его клетки перестраиваются, настраиваясь на чужую, враждебную, но такую желанную волну. Они оторвались друг от друга только тогда, когда закончился воздух. Люцифер все еще нависал над ним, тяжело дыша. Его клыки втянулись, но взгляд остался голодным. — Это ничего не меняет, — прошептал Дино, но сам при этом притянул Люцифера обратно, пряча лицо в изгибе его шеи, вдыхая полной грудью. — Еще как меняет, ангелок, — Люцифер прижался губами к его виску, к закрытому веку. — Теперь ты мой враг вдвойне. Самый опасный, самый желанный. Где-то вдалеке послышались голоса. Их искали. — Встретимся сегодня в старой башне, — выдохнул Люцифер, прежде чем резко подняться и, отряхиваясь, выйти из кустов с самым независимым видом. Дино остался лежать в жасмине, прижимая руку к груди, где бешено колотилось сердце. Он знал, что не пойти не сможет. Потому что его истинный альфа только что позвал его. Часть 2. Оборотная сторона идеальности В старой башне, куда вела лишь шаткая винтовая лестница, пахло пылью и временем. Люцифер уже был там. Стоял у окна-бойницы, и лунный свет серебрил его острые черты. — Не думал, что придешь, — бросил он, не оборачиваясь. — Репутация примерного сыночка... — Заткнись, Люци, — Дино шагнул вперед, и этот запах — дым и бездна — заполнил все его естество. — Ты знаешь, почему я здесь. Я хочу понять. Почему ты? Из всех альф в мире, почему мой истинный — демон? Люцифер резко развернулся. В полумраке его глаза горели алым огнем. — А я, по-твоему, в восторге? Мой истинный — напыщенный, правильный ангелочек, который и мухи не обидит? — он подошел вплотную. — Но факт остается фактом. Нас тянет друг к другу. И с каждым днем, если мы не будем... подпитывать эту связь, нам станет только хуже. Нас будет ломать. Ты это уже чувствуешь, да? Дино чувствовал. В последние дни его трясло. Без близости Люцифера, без его запаха, тело охватывала необъяснимая ломота. — Что нам делать? — голос Дино сорвался на шепот. — То, что делают все истинные, — Люцифер грубо привлек его к себе, впиваясь в губы поцелуем. — Быть вместе. Хотя бы тайно. Эта ночь в башне стала их первой ночью. Они не зашли слишком далеко — Люцифер чувствовал, что Дино еще не готов, да и сам боялся своей альфа-сущности, которая могла выйти из-под контроля. Но они узнавали друг друга. Целовали. Ласкали. Учились дышать одним воздухом. — У тебя такие мягкие волосы, — выдохнул Люцифер, перебирая золотые пряди, когда Дино лежал у него на груди, укрытый краем его крыла. — Как у ангела. — А у тебя колючие, — усмехнулся Дино, но в голосе слышалось довольство. — Как у демона, которым ты и являешься. — Идеальный контраст, — прошептал Люцифер, целуя его в макушку. Он чувствовал себя странно. Спокойно. Впервые в жизни. --- Пока Люцифер и Дино познавали друг друга в старой башне, в главном корпусе школы разворачивалась своя драма. Ади, демон с вечно игривым взглядом, сегодня был мрачнее тучи. Сэми, его ангел, избегал его весь день. — Сэми, стой! — Ади догнал его в пустом коридоре, схватив за локоть. — Что случилось? Ты пахнешь... пахнешь страхом. Сэми вздрогнул. Запах демона — горячий песок и корица — сейчас обжигал его, заставляя омежью сущность трепетать. Но страх был сильнее. — Фенцио вызвал меня, — прошептал Сэми, не поднимая глаз. — Он знает. Он сказал, что если я не прекращу... наши отношения, он сообщит Совету, и тебя отправят в Бездну. Ади стиснул челюсть, на скулах заходили желваки. Его альфа взбесился при одной мысли о том, что его истинного омегу посмели запугивать. — Не смей даже думать о том, чтобы бросить меня, — прошипел Ади, прижимая его к стене, заслоняя своим телом. — Я никому тебя не отдам. Ни Фенцио, ни Совету, ни самому Сатане. Слышишь? — Но как мы будем... — Сэми поднял на него полные слез глаза, и это стало последней каплей. — Мы будем осторожнее, — пообещал Ади, целуя его мокрые ресницы. — Мы найдем выход. Мы всегда его находим. --- В это же время в комнате девушек Лилу, милая и заботливая ангел, пыталась урезонить Ости. — Ости, перестань вешаться на Люцифера, — устало сказала Лилу. — Ты же видишь, ему это не нужно. Он смотрит только на Дино. Ости, демон с формами, способными свести с ума, фыркнула, поправляя прическу. — Глупости. Люцифер — альфа. Ему нужна достойная пара, а не этот белокрылый ханжа. Я просто... проверяю почву. — Ты просто хочешь привлечь его внимание, потому что он единственный, кто на тебя не ведется, — подала голос Мими, непризнанная, с хитрой улыбкой. Она сидела на подоконнике и с интересом наблюдала за подругой. — Займись лучше мной. Ости закатила глаза, но в улыбке Мими было что-то завораживающее. Что-то, отчего внутри разгорался нешуточный интерес. «А ведь Мими омега, — подумала Ости. — И пахнет так... пряно и сладко». Часть 3. Течка. Испытание запретом Недели летели в череде тайных встреч, быстрых поцелуев в пустующих классах и взглядов, полных скрытого смысла на людях. Люцифер стал чуть сдержаннее, а Дино — чуть смелее в своих провокациях, которые теперь служили лишь прикрытием. Но приближался день, которого Люцифер боялся больше всего. Он чувствовал это по себе: его альфа будто натянутая струна, готовая лопнуть. Но еще сильнее это чувствовалось по Дино. Дино начал меняться. Его запах — та самая терпкая вишня — становился все гуще, все навязчивей. Он чаще уставал, стал рассеянным. На уроке у Геральда, когда Люцифер случайно задел его рукой, протягивая учебник, Дино вздрогнул так сильно, что выронил перо. Его зрачки расширились, дыхание сбилось, а по телу пробежала мелкая дрожь. Люцифер все понял. Течка. Первая течка его истинного омеги. Это был самый опасный момент. В этот период омега становится невероятно уязвим, его запах сводит альф с ума, провоцируя на агрессию и желание пометить любой ценой. Если кто-то еще из альф учует Дино в таком состоянии, начнется бойня. — Дино, — прошептал Люцифер, когда урок закончился. Он задержал ангела, загородив проход. — Ты чувствуешь? Это началось. Дино смотрел на него мутным, затуманенным желанием взглядом. Его крылья дрожали. — Я боюсь, Люци, — признался он впервые так откровенно. — Я не знаю, что делать. Отец... он давал мне подавители, но я их выбросил. Я больше не хочу их принимать. Я хочу чувствовать. Я хочу чувствовать тебя. Это были слова, от которых у Люцифера рухнул последний барьер самоконтроля. — Идем, — он схватил Дино за руку и потащил прочь из школы. Подальше от любопытных глаз и носов. Туда, в старую башню. Это было рискованно, но другого убежища у них не было. В башне Люцифер запер дверь и, не теряя ни секунды, прижал Дино к стене. Запах вишни стал таким сильным, что у него самого потемнело в глазах. Его альфа требовал действий. Требовал насыщения. — Я не сделаю тебе больно, — хрипло пообещал Люцифер, покрывая поцелуями его лицо, шею, ключицы. — Но нам нужно пройти через это. Вместе. Дино согласно застонал, запрокидывая голову, открывая доступ к своей пульсирующей шее. Люцифер втянул носом воздух прямо над тем местом, где билась жилка. Запах здесь был самым сильным. Головокружительным. Сюда. Метка будет здесь. Их близость в этот раз была другой. Не игрой, не изучением, а первобытным ритуалом. Люцифер был настойчив, но нежен, ловя каждую реакцию Дино, каждый его стон. Он ласкал его, готовя к себе, шептал что-то ободряющее на ухо, пока Дино выгибался под ним, умоляя прекратить эту сладкую пытку. Когда Люцифер вошел в него, медленно, осторожно, Дино вскрикнул, впиваясь ногтями ему в спину. Боль смешалась с невероятным, неземным наслаждением. Они двигались в унисон, и энергия, дикая, необузданная, циркулировала между ними, замыкая круг. В момент пика, когда Дино закричал от оргазма, Люцифер припал к его шее. Его клыки без труда вошли в нежную плоть, оставляя метку. Глубокую, окончательную метку истинного. Связь замкнулась с оглушительной ясностью. Люцифер чувствовал все, что чувствовал Дино. Его боль, его наслаждение, его страх и его бесконечную любовь. Дино, обессиленный, но счастливый, лежал в его объятиях, когда Люцифер зализывал ранку на его шее. — Ты мой, — прошептал демон, целуя влажный висок. — Теперь ты точно мой, и никто не посмеет даже взглянуть на тебя. Дино лишь слабо улыбнулся, проваливаясь в сон, чувствуя, как крылья Люцифера укутывают их обоих, создавая их собственный, безопасный мир. Часть 4. Гнев Фенцио и тайный союз Вернувшись в школу на рассвете, они еще не знали, что их тайна раскрыта. Фенцио, обеспокоенный долгим отсутствием сына, искал его и почувствовал запах. Тот самый, густой, сладкий запах течки, смешанный с запахом демона. Запах, который мог означать только одно: его сын, его гордость, его чистокровный ангел, был омегой, да еще и позволил какому-то демону себя пометить. Когда Дино вошел в комнату, Фенцио уже ждал его. Его лицо было белым от ярости. — Сними рубашку, — приказал он ледяным тоном. Дино похолодел. Он понял все. Медленно, дрожащими руками, он расстегнул пуговицы и спустил рубашку с плеча, открывая свежую, еще воспаленную метку на шее. — Мерзавец! — Фенцио замахнулся, но не ударил. Вместо этого он вцепился в плечо сына, разворачивая его к себе. — Ты опозорил меня! Опозорил весь наш род! Сын Сатаны! Ты выбрал сына Сатаны! — Я не выбирал, отец! — в отчаянии выкрикнул Дино, вырываясь. — Он мой истинный! Ты не можешь это изменить! — Истинные не бывают между ангелом и демоном! Это ошибка природы, которую мы исправим! Ты запрешься в своей комнате и не выйдешь, пока я не найду способ стереть эту мерзкую метку! — проревел Фенцио, выталкивая сына в его спальню и с лязгом запирая дверь на магический замок. В это время в школе Люцифера ждал не менее «теплый» прием. Его вызвал Сатана. Явившись в Ад по мысленному зову, Люцифер предстал перед отцом, который восседал на троне из костей. — Я чувствую это, — пророкотал Сатана, его голос сотрясал стены. — Ты связал себя с ангелом. Ты, мой наследник, променял тьму на свет. — Я никого не променял, — Люцифер, скрывая страх, вздернул подбородок. — Он мой истинный. Я имею право. — Ты имеешь право делать то, что я прикажу! — взревел Сатана, вскакивая. Вокруг него заплясало пламя. — Ты пойдешь к Совету и отречешься от этой связи. Или я сам уничтожу этого ангела. Впервые в жизни Люцифер не испугался угрозы. Внутри него вскипела холодная, лютая злоба. Запретная ярость, которую он так долго сдерживал. — Только попробуй, — тихо, но отчетливо сказал он, глядя отцу прямо в глаза. И в этом взгляде было столько силы и решимости, что даже Сатана на мгновение опешил. --- Пока главные герои боролись с тиранами-родителями, их друзья не сидели сложа руки. Узнав о заточении Дино, Ади пришел в ярость. Сэми, несмотря на свой страх, твердо решил помочь. — Нам нужно вытащить его, — заявил Ади, собрав в библиотеке узкий круг: Сэми, Лилу, Ости и Мими. — Дино нужна помощь Люци. Без него он сломается. — Но как мы обойдем магию Фенцио? — спросила Лилу, обеспокоенно глядя на друзей. — А никак, — неожиданно подала голос Мими. — Мы не будем обходить магию. Мы нейтрализуем самого Фенцио. Все уставились на нее. — У меня есть план, — улыбнулась Мими, и в ее глазах блеснул знакомый хищный огонек. — Ости, ты же у нас специалист по отвлечению внимания. Сможешь занять Фенцио на часок? Ости хищно усмехнулась, стрельнув глазами в Мими. — Для тебя — все что угодно, дорогая. Лилу удивленно переводила взгляд с одной на другую, но промолчала. Кажется, в этой парочке тоже назревал интересный союз. Тем временем Ади, действуя по плану Мими, вызвал Люцифера на разговор и рассказал ему о заточении Дино. — Я знаю, — отрезал Люцифер, но в его глазах полыхала такая буря, что Ади невольно сделал шаг назад. — И я знаю, что делать. Мой отец тоже думает, что сможет мной командовать. Поздно вечером, когда Ости, нацепив самое открытое платье и напоив Фенцио «успокаивающим чаем» с добавлением сонного зелья, которое раздобыла Мими, удерживала его в учительской беседой о «сложностях воспитания молодежи», Люцифер, Ади и Сэми пробрались к комнате Дино. Люцифер одним ударом выбил дверь, подкрепленный своей демонической силой и отчаянием. Дино сидел на полу у кровати, обхватив колени руками. При виде Люцифера его глаза вспыхнули. — Ты пришел, — прошептал он, вскакивая. — Навсегда, — Люцифер сгреб его в объятия, зарываясь лицом в его волосы, вдыхая родной запах, в котором сейчас к вишне примешалась горечь слез. — Я никому тебя не отдам. — Нам пора, — поторопил Ади. — Пока ваш план сработал, но Фенцио скоро очухается. — Я знаю одно место, — сказал Сэми, нервно теребя край рубашки. — Старый заброшенный храм на нейтральной территории. Туда редко кто заходит. — Веди, — кивнул Люцифер, не выпуская руки Дино. Часть 5. Храм. Истина и искупление Старый храм, когда-то посвященный Равновесию, стоял на самой границе между Адом и Раем. Место было пропитано древней силой, которая не принадлежала ни свету, ни тьме. Сюда не смели соваться ни ангелы, ни демоны. Когда маленький отряд беглецов вошел под своды полуразрушенного здания, Люцифер и Дино почувствовали это одновременно. Здесь, в этом месте, их истинная связь, которую пытались растоптать, расцвела с новой, невероятной силой. Энергия храма питала их. — Здесь нам никто не помешает, — тихо сказал Люцифер, оглядывая высокий купол, через трещины в котором пробивался лунный свет. Они остались одни. Ади, Сэми, Лилу, Ости и Мими, понимая, что главным сейчас нужно побыть наедине, отошли в другой придел храма, оставив их вдвоем. Дино повернулся к Люциферу. Его лицо было бледным, но в глазах больше не было страха. Только любовь и благодарность. — Ты рискнул всем ради меня, — прошептал он, касаясь ладонью щеки демона. — Ты тоже, — Люцифер перехватил его руку, целуя пальцы. — Ты бросил вызов отцу. Своему идеальному миру. — Мой мир — это ты, — просто сказал Дино. Люцифер притянул его к себе. Их поцелуй был нежным, полным благоговения и обещания. Сейчас, в этом священном месте, они словно заключали новый союз. Союз, который был выше глупых законов и предрассудков. Они не заметили, как к ним подошли остальные, пока Ади не кашлянул, привлекая внимание. — Простите, что отвлекаю от идиллии, — усмехнулся он, приобнимая Сэми за плечи. — Но нам нужно решить, что делать дальше. Жить в храме вечно мы не можем. — Мы пойдем к Совету, — неожиданно заявил Люцифер. Все уставились на него. — Не к Совету Ангелов или Демонов. К Высшему Совету Равновесия. Пусть они решат. Если наша связь истинна, а это так, они не смогут ее отрицать. Это будет прецедент. — Это безумие, — выдохнул Сэми. — Это наш единственный шанс, — твердо сказал Дино, глядя на Люцифера. — Мы пойдем вместе. — И мы с вами, — шагнул вперед Ади. — Потому что после такого побега мне тоже нечего терять. Я хочу, чтобы наши с Сэми отношения тоже были законными. — И мы, — Мими взяла за руку слегка опешившую Ости. Та, поколебавшись секунду, кивнула и переплела свои пальцы с пальцами Мими. — Хватит вражды. Лилу, наблюдавшая за этим, улыбнулась и подошла к Ости с другой стороны, обнимая ее за талию. — Мы одна семья теперь, — сказала она мягко. Эпилог. Новая эра Заседание Высшего Совета Равновесия длилось трое суток. Аргументы «за» и «против» сыпались как из рога изобилия. Фенцио и Сатана, объединившись в своем гневе, требовали наказания для «беглецов». Но на защиту выступили древние хранители Равновесия, которые, проведя ритуал подтверждения, признали связь Люцифера и Дино истинной, нерушимой и данной самой природой мироздания. Решение Совета стало историческим. Отныне истинные связи между ангелами и демонами больше не считались преступлением. Они признавались редким, но допустимым исключением из правил, даром свыше, который нельзя отвергать. --- Прошел год. В той самой школе, где когда-то началась их история вражды, теперь царил относительный мир. Люцифер и Дино официально считались парой. Они по-прежнему спорили и дрались на тренировках, но теперь в их взглядах, когда они смотрели друг на друга, читалась абсолютная, непоколебимая преданность. Они стояли на балконе их общей комнаты — им разрешили жить вместе. Люцифер обнимал Дино со спины, положив подбородок ему на плечо. — Кто бы мог подумать, — прошептал Дино, глядя на звезды. — Мы прошли через все это. И стали сильнее. — Мы всегда были сильны, — усмехнулся Люцифер, целуя его в шею, туда, где под зажившим шрамом билась жилка. — Просто раньше мы были по разные стороны баррикад. А теперь мы — одна баррикада. Дино улыбнулся и повернулся в его объятиях, чтобы поцеловать. — Я люблю тебя, Люци. Даже когда ты бесишь меня больше всех на свете. — Взаимно, ангелок. Взаимно. В комнате общежития Ади и Сэми, наконец, перестав скрываться, целовались под одобрительный смешок Мими, которая сидела на подоконнике в обнимку с Ости, пока Лилу готовила для всех чай на маленькой плитке. Война между Светом и Тьмой не закончилась. Она просто обрела новый смысл. И в самом ее центре, соединяя два враждующих полюса, горела негасимым пламенем любовь, рожденная из ненависти и запрета. Самая сильная любовь из всех возможных. Конец.