Мы везли его в морг

      Утренний и легкий майский ветер раскачивал растительность вокруг. Веяло слегка содрагающим холодом.       Пять обджектов стояли почти что у края кладбища, около весьма ухоженной могилки со свежими цветами и одинокой воспламенённой лампадкой у изголовья. Гранитный, отполированный до блеска «камень» казался здесь вечным. Словно, он был тут эту «вечность» и покидать это место не собирался. Хотя, он тут появился не так уж и давно. Если точнее, то полтора года назад       Весьма высокая трава приятно щекотала им ноги. Лучи идеально ровно ложились на надгробие. И тишина. Ни звенящия, ни неловкая, а необходимая в этот момент тишина. Лишь ествественные звуки природы вокруг.       На сером граните были выскребанны и подмечены белой краской буквы, складывающиеся в имя: «Пикчер». Некогда весёлый и творческий обджект, душа всех компаний и просто щедрая душа стала этими буквами на камне.       Тишину разрушил Бутылыч       — А помните, как он только гитару купил?       — Да как такое забудешь. Он всех нас обзванивал. Да и, сразу будто играл неплохо — решила подметить Лампочка, приподняв голову       — Хах, вы просто не были с ним в тот момент — насмешливо произнёс Кнайф — Я тогда же ему докидывал на неё. И потом мы вместе неделю зависали, пока он учился «красиво» играть. Получалось у него весьма паршиво, струны рвались. Но. Это было слишком весело. Мы от каждой такой лопнувшей струны ржали чуть ли не до посинения. Пародировали разных музыкантов. Панков, рокеров, металлистов. Жаль, что ничего из этого не засняли тогда… — тяжело протянул он, опустив взгляд и потеряв улыбку       — Ага. С города про него у нас совсем немного осталось. Пара фото, и два видео. Первое где он просто играл, а второе где он пьяным рисовать нас учил. — с легкой печалью перечислил Клеви       — Ну ты и вспомнил конечно. Хотя. как такое то забыть можно? — вопросительно протянула Брялок, припустив взгляд       — Да уж, а как Курик вопил когда на него Пшика ведро с краской пролила. Бедолага же потом целую неделю красным ходил! Буквально. — припомнила Лампчка, мило улыбнувшись       — Кстати, а зачем мы тогда в строительный вообще заходили? — спросил Клеви       — Полку хотели сделать ему для коллекции его мелких картин. А вот зачем нам было нужно ведро краски уже никто не вспомнит. Наверное. — ответил Бутылыч, на последнем робко пожав плечами.       — Кстати, раз про Курасана вспомнили. — начал режущий — Он хотя бы на стол приедет?       — Нет. Завал на работе, отпустить вообще не смогли. — спокойно рассказал клубочек причину отсутствия шестого по их счёту обджекта.       — М-да уж… немного нас собралось — с досадой констатировала стеклянная, взгляд которой поник. Это заметила Брялок, которая решила одновременно и поддержать подругу, и объяснить почему их даже не половину от состава шоу здесь       — Чего ты так? Хорошо что хоть впятером приехали. Учитывай, что первые пару лет очевидно, что у всех занятость сильная. Как никак, все мы ещё пытаемся ужиться здесь. Кто знает, может именно мы не сможем на годовщину смерти приехать. А они это сделают как за нас! — намекала подвеска явно на отсутствующих здесь членов их коллектива. И слова её сработали. Светобульба приободрилась       — Ты права. Да и ещё после реабилитации все. Ну, кроме Бутылыча. Его же всё-таки не исключали. — добавила светяшка       — Кстати, а что по итогу с вами то произошло? Просто, я вообще не понял когда вы мне рассказывали. — неловко спросил Йогрышевый. Клеви первый решил отозваться разъяснителем.       — Если вкратце, то после нашего «возвращения» или «воскрешения» из первоначальных предметов, мы стали менее прочными, более хрупкими и подвержены к различным плохим явлением, свойственным для материала, из которого состоим. То есть, Кнайф мог заржаветь или сгнить, Курасан заплесневеть, карабин Брялка мог легко оторваться, я легко распутаться, ну и все «бьющиеся» бились куда легче. Теперь понял?       — Да, теперь да. — подтвердил Бутылыч, взявшись одной рукой за другую       — Ладно, чего нам стоять ещё тут? Давайте что ли уже в дом ехать. — предложила Брялок, которую уже слегка потрясывало от утреннего морозца       — Согласен подруга! — поддержал её идею острый обджект. Остальные лишь ответили что-то однословное и направились за периметр. Единственное, перед этим эта острая персона кинула «камню» на прощание — Давай друже, не скучай!       Пятеро сидели в сером внедорожнике. Кнайф, как его обладатель, был водителем. Рядом с ним на переднем сидении расположилась Лампчка. Ну и остальные, как уже понятно, сидели на заднем ряду.       За окном пролетали поля, леса, и редкие деревушки. Дорога не сказать, что была слишком долгой. Около сорока минут до города, а от него уже и где-то десяти к дому покойного.       Первое время дорога проходила в тишине. Однако это создавало неуютную атмосферу, так что вопрос о её разрешении был лишь временный. Постепенно обджекты стали разговаривать про свою жизнь, делится случаями с работы, рассказывать о знакомых, и прочие бытовые темы обитали у них в разговоре.       — В общем, считайте всё ещё лучше чем было — ответил Бутылыч, уведя взгляд в сторону. Однако спустя секунду он уже обратилась к водителю — Кстати, а как у вас всё идёт?       — Ну, далеко не лучший день что бы оповещать об этом, но.! — сделав акцент на последнем слове Кнайф поднял свою руку, на безымянном пальце которой красовалось золотое кольцо с гравировкой и драгоценными камнями       — Да ну нахуй. И вы даже не рассказали никому об этом? — ошарашено ляпнула Брялок, чей взгляд был в тоже время был полон радости и недоумевания.       — Пусть счатье остается в тишине! — мило хихикнула Лампчка ухмыльнувшись, после чего уже её супруг решил объясниться перед остальными       — Да и в любом случае оповестили бы всех, но позже. Предложение, как вы понимаете, я сделал недавно. А в предверии этого дня, знаете, ну как-то некрасиво об этом сообщать. — не отрывая взгляда от дороги рассказал он с нотами неловкости в голосе.       — А когда конкретно ты это сделал? — спросил Клеви, внимательно глядя на самого острого парня в их       — Неделю назад. Честно, хотел позже. Но шанса лучше мне бы и не представилось. Подробнее уже в другой раз как нибудь расскажем. Хотя, уверен, что от лица Лампчки будет звучать куда интереснее.       — Как знаешь. Кстати… — и болтовня продолжалась вплоть до конца дороги.       Машина остановилась на подъездной дорожке. «Отряд» вышел из машины и без лишних телодвижений направился в дом покойного.       Снаружи он был весьма простой по виду, но всё таки немного громоздкий. Покрашено же строение было в кофейные оттенки. Окна со вставками более тёмных тонов, закрытый гараж с подъездной дорожкой где и остановила свою машину кампания, и дорожка, выложенная из тротуарной плитки. Этого уже достаточно, что бы понять, что почти всё своё состояние творческая личность втюхала именно в эти владения.       Внутри всё тоже было весьма просто, но в этом определённо что-то было. Изнутри дом был весьма просторным и обширным. «Пятёрка» прошла на кухню за едой, которая была приготовлена ранее. К их счастью, всё что должно было быть тёплым – им и осталось, благодаря хорошим кастрюлям и народной «полотенчатой» теплоизоляции. Став дружно уносить их рацион на ближайший день к столу бесед уже не возникало. Лишь редкие «я возьму это!», «принеси две вилки» ну и прочие высказывания доносились из их уст.       Вот наконец наши обджекты стояли у только что накрытого стола, который стоял посреди зала. По два стула по ширине стола с разных концов, на которых сидели парочки, и Клеви, как гордый одиночка разместился на одиноком стуле по длине его.       Блюд конечно было не так много. Но сколько обджектов столько и еды. Хотя, определённо им этого даже было за много. У каждого уже стояли маленькие мисочки с кутьей, сзади которых стояли уже блюдца, и рядом по три ломтика чёрного хлеба. А сам стол лишь своим видом украшали: тарелка с блинами; картофельное пюре выложенное на огромную тарелку, по краям которой красовались котлеты; две небольшие красивые мисочки с винегретом по разные стороны стола; два блюдца с нарезкой; две бутылки церковного вина; пиалки с конфетками; пиалка с хворостом.       — Ну, помолимся? — предложение от Лампчки было риторическим. Все молча кивнули, набрали воздуха, и хором начали читать       — Помяни́, Суши́-Бо́же наш, в ве́ре и наде́жди живота́ ве́чнаго преста́вльшагося раба́ Твоего́, бра́та на́шего Пикче́ра, и я́ко Благ и Человеколю́бец, отпуща́яй грехи́, и потребля́яй непра́вды, осла́би, оста́ви и прости́ вся во́льная его согреше́ния и нево́льная, изба́ви его ве́чныя му́ки и огня́ гее́нскаго, и да́руй ему прича́стие и наслажде́ние ве́чных Твои́х благи́х, угото́ванных лю́бящым Тя: а́ще бо и согреши́, но не отступи́ от Тебе́, и несумне́нно во Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, Суши́-Бо́га Тя в Тро́ице сла́вимаго, ве́рова, и Еди́ницу в Тро́ице и Тро́ицу во Еди́нстве, правосла́вно да́же до после́дняго своего́ издыха́ния испове́да. Те́мже ми́лостив тому́ бу́ди, и ве́ру, я́же в Тя, вме́сто дел вмени́, и со святы́ми Твои́ми я́ко Щедр упоко́й: несть бо челове́ка, и́же поживе́т и не согреши́т. Но Ты Еди́н еси́ кроме́ вся́каго греха́, и пра́вда Твоя́, пра́вда во ве́ки, и Ты еси́ Еди́н Бог ми́лостей и щедро́т и человеколю́бия, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Аминь. — закончив молитву, все сели за стол и почти синхронно съели ложку кутьи.       – Ого. Не ожидал, что оно окажется вкусным – удивлённо пробормотал Кнайф, уже проглотив вложенное в рот       — Вот видишь, а я тебе говорила! — довольно сказала светяшка, улыбнувшись.       — Честно, тоже удивлена. Но ладно, собрались мы все как-никак друга нашего помянуть. — пушистая сделала паузу, и продолжила — Вот помните, как он в конкурсе городском участвовал?       — Это в том, что ко дню города был приурочен? — уточнил клубочек       — Ага. Так вот, у него как раз и краски какие-то закончились, и он как раз хотел получше купить. И решил он короче Бутылыча с раннего утра прям дёрнуть, что б одному не так скучно было. И.. — тут её резко перебил её возлюбленный       — Позволь уже дальше я расскажу       – Хорошо, валяй — отмахнулась она без обиды       — Так вот, встретились мы в утра 9 вроде на площади и пошли по магазинам. Как и ожидалось были открыты только "общие", так что до 11 пришлось искать там.       — Ну, и что-то ещё было кроме этого? – спросил Клеви, немного протягивая гласные       — Ты подожди друг, я уже понял что это за история. — с легкой ухмылкой на лице сказал "инвалид", глядя на стеклянного — Давай, продолжай       — Хорошо. В общем, ничего стоящего мы не нашли. Единственное купили себе по хот-догу в какой-то кафешке и пошли на площадь смотреть кто играет с утра пораньше. И на удивление как и народу так и играющих в такое время было достаточно. Периодически останавливались и слушали. И вдруг наткнулись на одного обджекта, который одну из его любимых металл групп играл. Прослушали мы так песни три его, что он играл. Как вдруг он заговорил       — Что, тоже металл любите?       — Да. Вернее, только я — ответил ему Пикчер. И он предложил ему на подпевку встать. У меня даже видео наверное сохранилось, сейчас — Йогрышевый залез в телефон и стал в нём копаться       — Да ну, неужели ещё одно видео найдётся нам на память? — радостносно произнесла Лампчка, уперевшись локтями в стол в ожидании.       — Я честно и забыл о нём уже. Знаете, просто не доводилось вспоминать. О, нашёл! — воскликнул он. Выставив телефон так, что бы все присутствующие могли его видеть как можно чётче. Не спрашивая, он начал воспроизведение.       На видео был виден один из оживлённых переулков площади. На переднем плане стояли два обджекта. Сама картина рамка и полотно в чёрных очках, на котором был изображен судя по всему пейзаж июльского неба. В руках полотна этого была электрогитара, подключенная к акустическому блоку. Ну и конечно же микрофон перед ними. Бутылыч включил момент, где шла просто партия, и в моменте уже сам Пикчер стал петь: «Накуренные в жопу, ужратые без меры: мы двигаем на север — в чертоги Люцифера! Нас там конечно сразу посветят в некропехоту! И примем мы крещение..» тут уже продолжило небо «В ПОТОКЕ ИЗ БЛЕВОТЫ!».       Так и пели они в общем матерную ритмичную песню, пока горожане с детьми где-то на заднем плане проходили. Эта картина вызвала у всех кратковременный приступ смеха. Успокоившись и выдохнув, Клеви попросил       — Скинь это нам всем. Нельзя дать этому стать утерянным.       — Солидарен с тобой. Сейчас скину.. — протянул гласные стеклянный на последнем предложении став это перекидывать постепенно каждому       – Кстати, Клеви — обратилась стеклянная — Ты как после реабилитации?       – Да нормально. Знаете, я ещё легко отделался по сравнению с вами. Так что жаловаться не имею права банально — усмехнулся он – Снова могу уже предметы в себе таскать       — Ты смотри поаккуратнее с этим. Кто знает, может мобилу как-то не так всунешь и распутаешься в моменте и докатишься до самого морга — и предупредил и пошутил одновременно Кнайф       — Вот кстати про морг — протянула светяшка, уставившись на режущего — А что у вас там конкретно случилось? Просто курик, на которого вы ответственность рассказчика возложили, так и ничего внятного не рассказал. Ну и тогда мы подумали, что вас тревожить в тот момент по поводу этого не стоит       — Что ж, я даже не удивлён. Видимо, мой черёд тогда был байки травить.. – вздохнул режущий, после чего продолжил — Ладно, тогда слушайте.       Был апрельский вечер. Уже воздух успел достаточно прогреться для того, что бы комфортно гулять в это время. Мы шли вчетвером, как вы знаете. Я, Курик, Брялок и сам Пикчер. Были мы тогда около парка на краю города. Просто бродили, болтали. И тут ни с того ни с сего Пикчер спотыкается и падает. И слышим мы лишь вскрик и затем звук бьющегося стекла. Мы остановились и пару секунд как вкопанные смотрели на него лежащего спиной вниз. И я сообразил и уже решил попытаться его поднять. Короче поднимаю его к себе лицом, и вижу что у него по стеклянной вставке расползлись трещины, она сама от малейшего колебания дрожала, и добротный такой кусок стекла вообще отсутствовал. Как раз пошло так, что и "глаз у него выпал". Я тогда вообще на осколок от него чуть не наступил. Взбудоражились мы знатно короче. Сразу понесли его в минивэн Курасана. Устроились мы так, что я за рулём был, а они сзади его держали, что бы рама эта полностью не выпала. Вбил я в навигатор ближайшую больницу и поехали мы туда. Но он блять то ли глюканул то ли я хуй знает вообще! В общем, сама больница была недалеко. И вроде весьма хорошая. Только вот беда одна. У них морг и больница располагались друг напротив друга, через дорогу. И навигатор меня повёл именно к моргу. Я не знаю, поплыл тогда наверное вообще, раз не заметил разницы в габаритах между этими двумя зданиями. Ну, и подъезжаем мы как думали к больнице. Выходим с телом Пикчера на руках и просто врываемся туда. И сами посудите со стороны. Трое хрен пойми кто вваливаются в морг с трупом на руках и что-то бессвязно орут. Конечно работники там знатно прихуели, ну и ментов вызвали. И уже в отделении они нас мурыжили весьма долго. По началу предъявляли, что мол, мы его ебнули. Но всё таки парни нормальными оказались. Выслушали, пусть и не сразу. Поняли, что мы недавно вообще в городской среде оказались. Хорошо, что ещё навигатор не выключал. Посмотрели и увидели, что он нам и правда на морг указал. Ну и там уже вскрылось то, что он на месте умер, и мы с "дефектом" все после шоу. И отпустили нас, сказали к врачу обратиться и вас всех предупредить. Ну, и всё. Вот что было тогда.       – Пиздец.. — пискнул ошарашенный клубочек с выпученными глазами.       — Теперь я понимаю, и почему Курасан ничего внятно не сказал, и почему вы уже сами после ни в какую к этому не возвращались — протянула Лампчка.       — Ладно, давайте лучше о хорошем. — неловко предложил сменить тему Бутылыч, окинув взглядом остальных. Эти остальные синхронно сказали «Да». — Отлично! Вот... — и дальше уже всё пошло, как и требовалось о хорошем. Компания делилась своими планами, историями о покойном, и прочими бытовыми историями.       Все ели, попивали вино. И вот уже ближе к часу все пришли к выводу, что пора уже по домам. Неспеша друзья стали убирать всё со стола, мыть посуду, собирать мусор. И наконец полностью убравшись за собой, они вышли на улицу.       Каждый вызвал себе такси. Так они и разъехались себе по домам. Только серый внедорожник так и остался на подъездной дорожке.