To Those Who Wait

Лондон, Великобритания 23 декабря 1943 года Следующим утром, когда Изабель исполнилось двадцать три, она поднялась ни свет ни заря и сразу отправилась в ванную, готовясь к очередному долгому дню в лаборатории Старка. Она торопливо приводила себя в порядок, опасаясь, что проспала дольше намеченного: нанесла макияж, распустила заколотые на ночь локоны и расчесала их, придавая прическе аккуратный вид, безупречно уложила челку уложила. Одевшись и решив, что выглядит вполне презентабельно, Изабель спустилась в святая святых Говарда. Гениальный брюнет обнаружился в самом плачевном состоянии, он спал прямо на рабочем столе, уткнувшись лицом в кипу бумаг рядом с наполовину пустой кружкой кофе. — Говард, проснись, — позвала она, легонько коснувшись его плеча. Старк подскочил как ужаленный. — Что?.. Изабель? Уже восемь? — Спросил он, протирая лицо рукой, его глаза были одновременно и ошалелыми, и сонными. — Да, даже чуть больше. Ты что, провел здесь всю ночь? — Возможно. То есть да, — пробормотал Говард. Он отыскал взглядом часы на столе и, щурясь, попытался разобрать время. — Вообще-то я не планировал, хотел лечь часа в четыре, — добавил он, отпуская часы и делая большой глоток уже остывшего кофе. От мерзкого вкуса он тут же поморщился. Изабель отобрала у него кружку и вручила другую, с горячим напитком, который приготовила прямо перед входом, а старые помои вылила в раковину. Говард принял подношение с благодарной улыбкой и махом осушил половину. — Тебе действительно нужно больше спать. Ума не приложу, как ты умудряешься соображать после трех часов отдыха, — проворчала Изабель. — Слушаюсь, мамочка, — саркастично отозвался Говард, но при этом тепло улыбнулся подруге. — Если тебе так интересно, мне просто трудно уснуть. Мой мозг не отключается. Я постоянно о чем-то думаю. И тут даже подсчет овец не помогает. — Может, тебе нужно на что-то отвлечься? — Буднично предложила Изабель. — Ты что, предлагаешь себя? — С двусмысленной ухмылкой осведомился Старк. Изабель поперхнулась, издав не то смешок, не то стон отвращения, она одновременно кашляла и смеялась. — Ты прекрасно понял, что я имела в виду совсем не это, — выдавила она с пунцовыми щеками. — Ах, ты про медитацию или что-то в этом роде… — Старк изобразил притворную серьезность. — Я бы спал куда крепче, если бы мы не находились в зоне боевых действий, а успех союзников не зависел от того, успею ли я создать новое оружие и расшифровать сыворотку суперсолдата. — Думаю, мы все бы тогда спали лучше, — пробормотала Изабель. Она устроилась за столом, который Говард расчистил специально для неё, и достала свои записи, не выпуская из рук чашку кофе. Разложив всё необходимое и открыв нужные страницы, она подошла к морозильным камерам в углу и достала последние образцы крови, взятые у Стива более двух недель назад, за день до того, как Воющие Коммандос отправились на свое второе задание. Вздохнув, она извлекла пробирку. Кровь была в отличном состоянии, всё это время хранясь под замком в лабораторном холодильнике. Изабель принялась за повторный анализ, хотя уже проводила его две недели назад. Ей и самой нужно было на что-то отвлечься. Изабель не стала говорить ни Старку, ни кому-либо еще, что сегодня её день рождения, ей не хотелось лишней суеты. Избегать Стива и Баки и без того было утомительно, а погрязнуть в поздравлениях хотелось меньше всего. Вместо этого она провела день в относительном спокойствии, работая над формулой вместе с Говардом. В одном из блокнотов Эрскина они наткнулись на короткий отрывок, который, по их мнению, мог быть частью формулы сыворотки, однако записи были сделаны на аккуратном французском. Изабель узнала лишь пару слов, остальные термины были слишком сложными. Её познания во французском ограничивались школьной программой и обрывками фраз, которыми перебрасывались Гейб и Дернье. — Я знаю кое-кого, кто сможет это перевести, — сказала она Говарду, закрывая блокнот и соскакивая с табурета. — Попрошу Гейба записать перевод и сразу вернусь. Тогда и узнаем, имеет ли это отношение к делу. — Добро, куколка, — бросил Старк, не оборачиваясь. Он был слишком поглощен созерцанием доски, на которой вывел сложнейшую химическую формулу, не поддававшуюся пониманию Изабель. Покинув лабораторию, она окинула взглядом базу в поисках Коммандос. Не обнаружив никого из них, Изабель поднялась на жилой этаж и тихо постучала в дверь Гейба Джонса. Тот открыл почти сразу, уже одетый и готовый к новому дню, несмотря на очередную бурную ночь в клубе Сторк. — О, Барнс-младшая. Заходи. — Привет, Гейб, — отозвалась Изабель, проходя в комнату, когда он отступил в сторону, приглашая её войти. Дернье сидел в кресле в углу рядом с проигрывателем, по комнате разливалась тихая музыка. При её появлении он поднял голову. — Bonjour, Dernier. — Bonjour, mademoiselle. Vas-tu à la danse ce soir? — Что он спросил? — Обратилась Изабель к Гейбу. — Хочет знать, пойдешь ли ты сегодня на танцы. Ну, на те, что в честь Рождества. — А, ну… Oui, j'y vais. Ни за что не пропущу, — улыбнулась она. — Кто же откажется от танцев, вина и Рождества в этой дыре? Гейб перевел ответ Дернье, и тот согласно рассмеялся. — Так, значит, до меня дошли слухи, что ты избегаешь нашего славного Капитана? — Хитро прищурился Джонс. — Я вовсе не… — поспешно начала Изабель. — Да знаю я, вы оба заняты и почти не видитесь. Кэп мне сам говорил. Он, вообще-то, порядком из-за этого расстроен, последние несколько дней бродит по базе с таким видом, будто он потерявшийся щенок. В лаборатории он тоже носа не показывает, боится тебе помешать. И, знаешь, он совсем сник, когда Серж рассказал ему, что вчера ты заходила к ним в надежде поговорить, а он спал без задних ног. — Я надеялась, что мы сможем обсудить… ну, ты понимаешь… — Ага, понимаю. Конечно, он сам виноват, нельзя было так реагировать на твое вступление в Коммандос. Серж тоже хорош. Они устроили целую сцену в Сторке, когда узнали об этом, а потом пулей вылетели оттуда и помчались к Филлипсу. Изабель нахмурилась, хотя и почувствовала легкий укол совести. — Я не глупая и способна сама решать, что мне делать. — Это уж точно, — согласился Джонс. — Разумеется, я понимаю, что это опасно, но иду на это не ради острых ощущений. Просто я хочу быть рядом, чтобы спасти чью-то жизнь, а не сидеть здесь и ждать, пока вас привезут ранеными или в таком состоянии, когда я уже буду бессильна, — продолжила Изабель. Гейб улыбнулся. — Я знаю. Помогать другим в твоей природе, ровно как и в природе Кэпа. Просто у вас разные способы это делать. — Вот и я так думаю, — тихо пробормотала Изабель. — Между прочим, — осторожно добавил Джонс, — и я, и остальные ребята будем только рады, если ты к нам присоединишься. Ты отличная медсестра. И смыслишь в этом деле куда больше Мориты, дай бог ему здоровья. Нам всем будет спокойнее, зная, что ты рядом. И у меня такое чувство, что ты станешь нам еще и отличным другом. Изабель улыбнулась Гейбу, и её щеки нежно порозовели. — Спасибо. — Да пустяки. Они оба подняли глаза и заметили в углу Дернье, тот сидел с совершенно потерянным видом, явно выпав из их английской беседы. — Мне и правда нужно подучить французский. Бедный Дернье, должно быть, вечно чувствует себя чужим в компании. — Э, ничего, переживет, — рассмеялся Джонс. — Кстати о французском, я ведь за этим и пришла. Хотя спасибо за разговор. Я долго носила это в себе. Пегги, конечно, замечательная, но поддержка не самый сильный её конек. — Дома меня звали Честным Гейбом. Я был кем-то вроде штатного гуру по части советов, — с гордостью и усмешкой произнес Джонс. — Серьезно? — Изабель вскинула бровь и рассмеялась, когда Гейб подтверждающе кивнул. — Что ж, буду знать. В любом случае, не окажешь ли ты мне услугу? Можешь это перевести? Написано по-французски, и некоторые слова кажутся очевидными, но, как ты сам убедился, мои познания в языке весьма скудны. Я хочу быть полностью уверена в смысле, прежде чем мы предпримем какие-то действия, — попросила Изабель, открывая блокнот на нужной странице и протягивая его Джонсу. — Без проблем, — бодро отозвался Гейб, забирая книгу. Она подала ему карандаш, и он принялся набрасывать перевод на листе бумаги, грифель заскользил по странице, оставляя размашистые, не слишком аккуратные строчки. — А для чего это? — Да так, для одного из экспериментов Старка. Это записи другого ученого, — ответила Изабель. Она не была уверена, в курсе ли Коммандос всех тонкостей процедуры, через которую прошел Стив, чтобы стать Капитаном Америкой. Ей было известно, что основы обнародованы, об этом даже говорилось в пропагандистском фильме, который они смотрели пару недель назад, но детали могли быть засекречены. — Для сыворотки Кэпа? — Догадался он, дописывая последнее слово и откладывая карандаш. — Можешь не темнить, мы всё знаем. Кэп рассказал нам во время первого же марш-броска. Он решил, что мы имеем право знать, с кем работаем плечом к плечу и на что он способен. А еще он рассказал о твоей роли во всём этом, о том, что ты теперь вместе со Старком пытаешься восстановить формулу и метод. — Оу, вот как. Ну да… Мы думаем, это относится к сыворотке. Зависит от того, что там написано… — Она присела на кровать рядом с Джонсом, вчитываясь в перевод через его плечо. — Для внутреннего употребления перорально перед началом инъекций. Стабилизатор, предписанные стероиды, усилители концентрации, электролиты, антитела, антигены, гормоны, Вакандская трава. — Это список ингредиентов. Расплывчатый, но всё же список! — Ахнула Изабель, понимая, что это наверняка лишь малая часть всей формулы. Эрскин никогда не записывал всё в одном месте. Изабель выхватила блокнот из рук Гейба, захлопнула его и бросилась к двери. — Спасибо, Гейб! — Крикнула она уже на бегу, стремясь как можно скорее вернуться в лабораторию. Она оставила мужчин в комнате, те лишь понимающе переглянулись и усмехнулись. — Dieu, elle est envoyée par le ciel, — произнес Гейб, обращаясь к Дернье. — Ouais, elle va courir le capitaine pour son argent, — согласился Дернье. Он потянулся к проигрывателю и сделал музыку чуть громче.

***

Говард всё ещё стоял в той же позе, что и полчаса назад, он задумчиво грыз кончик карандаша, не отрывая взгляда от доски. — Говард! — Выкрикнула Изабель, врываясь в лабораторию. — Это список ингредиентов для пероральной части эксперимента! Оказывается, всё делилось на три этапа, а не на два. Приём препарата внутрь, инъекции сыворотки и уже потом Вита-лучи. Я и понятия не имела, что Эрскин давал Стиву какие-то добавки, — добавила она тише, снова открывая блокнот и показывая ему перевод. Говард быстро пробежал глазами по строчкам, и его лицо просияло. — Я тоже не знал, — протянул он в раздумье. — Роджерс точно ничего не принимал, пока мы были в испытательной камере. Должно быть, он выпил это накануне, еще в лагере Лихай. Мог бы, кстати, и предупредить. — Ну, он, вероятно, думал, что нам и так всё известно. — Логично, — Говард снова уткнулся в список. — Написано туманно, мы не знаем, какие именно травы, стероиды или электролиты имелись в виду, но это уже зацепка. Отличная находка, — воодушевленно отметил он. Говард забрал у неё блокнот и отнёс лист с переводом к своему столу, приложив его к остальным материалам, собранным ими к этому моменту, увесистой папке с заметками, описаниями методов создания и введения сыворотки, а также чертежами камеры. — А что значит «вакандская»? — Полюбопытствовала Изабель, вспомнив непонятное слово, выведенное на листке аккуратным почерком Гейба. — Ваканда это страна в Африке, — пояснил Говард. — Бедное государство, совсем не развитое. О нём мало кто слышал. Неудивительно, что Эрскин нашёл там какие-то лечебные травы. Кстати, оттуда же родом и вибраниум, из которого сделан щит. — Понятно, — кивнула Изабель. Должно быть, эта страна настолько крошечная, что её даже нет на большой карте, висящей на стене лаборатории. — И что ты всё ещё здесь делаешь? Рождественская вечеринка начинается через два часа. Тебе пора собираться. Полагаю, Пегги захочет лично заняться твоей прической и макияжем, — сказал Старк, не отрываясь от своих новых записей. — Но у нас же прорыв! — Запротестовала Изабель, хотя в глубине души понимала, что пора идти. Ей хотелось заново уложить волосы, так как утренние локоны уже начали распрямляться. Старк пожал плечами. — Это подождёт до завтра. К сожалению, мы мало что можем сделать с этой информацией, пока не узнаем подробностей. Возможно, это даже не полный список. У нас теперь есть рамки, но нет самого решения. Нужно перерыть остальные тексты в поисках всего, что касается этого перорального этапа. Мало того что нам нужно выяснить состав ампул с сывороткой, так теперь ещё предстоит разгадать состав этой микстуры, — Старк вздохнул, но вид у него всё равно был довольный. — Иди прихорашивайся, увидимся на танцах.

***

Изабель сидела перед зеркалом, осторожно вынимая из волос шпильки и снимая бигуди. Пряди рассыпались густыми кольцами. Она взяла щетку и принялась расчесывать их, укладывая на свои места. Передние пряди она аккуратно свернула в небольшие «рулончики», убирая волосы от лица и закрепляя их невидимками. Пегги стояла в ванной, нанося последний слой алой помады. Её прическа и макияж уже были безупречны. Она еще не переоделась и была в халате, а её темно-синее платье ждало своего часа на кровати рядом с парой красных туфель на каблуке. Пегги вышла из ванной и принялась надевать платье, пока Изабель красила ресницы тушью и подводила брови темно-коричневым карандашом Пегги, делая их чуть длиннее. Брови всё еще оставались довольно густыми, хотя Пегги и убедила её немного их выщипать, чтобы они больше соответствовали нынешней моде. — Прическа готова? — Спросила Пегги, подходя к Изабель со спины. — Да, осталось только закрепить лаком, — пробормотала та, сосредоточенно нанося красную помаду. — Давай я, — сказала Пегги, беря металлический баллончик. — Закрой глаза, — Изабель послушно зажмурилась, а Пегги, прикрыв ей лицо рукой, распылила ровно столько лака, чтобы локоны держались, но не превратились в картон. — У меня никогда не получается угадать с количеством. То вылью слишком много, и всё стоит колом, то недодам, и кудри распадаются, — проворчала Изабель, взбивая ладонью один из завитков. Пегги усмехнулась. — Это целое искусство. В этот момент в дверь постучали, и Пегги пошла открывать. Изабель потянулась к портативному радиоприемнику и убавила громкость музыки. — А, Капитан и Сержант, — поприветствовала вошедших Пегги, лукаво взглянув на Баки. — Как эффектно вы оба выглядите. — Привет, Пегги, — отозвался Стив. — Белль у себя? Изабель замерла, ей стало почти неловко от звука его голоса. — Да, она как раз заканчивает сборы, — сказала Пегги, приглашая их войти. Когда Стив и Баки переступили порог, Изабель почувствовала, как в животе шевельнулись тревога и чувство вины. Она фактически избегала их всю неделю, а теперь они стояли перед ней как ни в чем не бывало. Оба были при полном параде: форма сидела идеально, галстуки были безупречно разглажены. Гладко выбритые, с безукоризненными, аккуратно уложенными прическами, они явно совсем недавно подстриглись. Изабель невольно задалась вопросом, не стригли ли они друг друга в ванной, как делали это всегда, чтобы сэкономить лишний цент. — С днем рождения, Изабель! — Хором воскликнули они, расплывшись в дурашливых улыбках. Стив сжимал в руках сверток среднего размера. — Ох, спасибо вам, ребята, — рассмеялась Изабель, обнимая каждого и целуя в щеку. — Я и не знала, что у тебя сегодня день рождения! Почему ты молчала? — Спросила Пегги, она выглядела слегка задетой, но в то же время заинтригованной. — Не хотелось поднимать шум, это просто обычный день, — Изабель снова рассмеялась, краснея от такого избытка внимания. — Что ж, в любом случае, поздравляю, дорогая, — улыбнулась Пегги, тоже обнимая подругу. Стив кашлянул, прерывая завязавшуюся между девушками беседу. — Мы с Баки приготовили тебе подарок, — сказал он, протягивая сверток. — Считай, что это наше общее поздравление и с Рождеством, и с днем рождения, — добавил Баки. — Вам правда не стоило ничего покупать, — пробормотала Изабель, уже разворачивая подарок и по привычке аккуратно сохраняя бумагу, как их учили с детства. Под оберткой оказалась картонная обувная коробка. Глаза Изабель округлились. Подняв крышку, она обнаружила пару дорогих на вид, лакированных черных туфель-лодочек с атласными лентами, которые должны были оборачиваться вокруг щиколотки и завязываться бантом. Она громко ахнула, доставая их и любуясь тем, как они лежат в руке. — Какие красивые, — выдохнула она, сияя от счастья. Затем она заглянула внутрь, на кремовой стельке золотыми буквами было вытиснено название французского бренда. — Они из самого Парижа. Они же, наверное, стоят целое состояние! — И ты никогда не узнаешь, какое именно. Но это еще не всё, — ухмыльнулся Баки. — Загляни в свой сундук. Изабель подошла к сундуку в изножье своей узкой кровати, откинула кожаную крышку и извлекла оттуда большую квадратную коробку из черного картона, на которой также красовалось название парижского модного дома. Она открыла её прямо на кровати и, затаив дыхание, осторожно вынула вечернее платье без рукавов — алое, как пламя, с нижним слоем из черной сетки. Ткань была невероятно мягкой и струящейся. Она расправила наряд и приложила его к себе, длинный подол должен был доходить до щиколоток, ровно настолько, чтобы выставить напоказ новые туфли. Изабель закружилась перед зеркалом, прижимая платье к телу. Ткани было так много, что это наверняка нарушало все законы о нормировании ресурсов. Либо так, либо парни выложили за него сумасшедшие деньги. — О боже мой… Я… я не могу это принять, это слишком дорого. — Ничего не слишком, — возразил Стив, не давая Изабель убрать платье обратно в коробку (она явно намеревалась заставить их вернуть покупку). Он искренне посмотрел на неё, накрыв своей ладонью её руку, всё еще сжимавшую ткань. — Ты это заслужила. Я бы хотел купить тебе хоть сотню пар туфель и сотню платьев, и вообще всё, что ты пожелаешь, но не у каждого из нас банковский счет как у Говарда Старка, да и карточную систему никто не отменял, так что… — Он замолчал и пожал плечами, по-доброму улыбнувшись Изабель. — Спасибо, — просияла она, нежно прижимая платье к груди. — Вам обоим. Баки комично отдал честь, словно просто выполнял воинский долг. — Это всё Стив придумал. — Неправда, не только я… — начал было спорить Стив. — Так, довольно, — вмешалась Пегги. — Вам двоим пора уходить, чтобы мы, дамы, могли закончить сборы. Встретимся внизу на танцах. Ну же, на выход, — скомандовала она, выпроваживая солдат в форме за дверь. Как только они оказались в коридоре, Пегги поспешно закрыла дверь и повернулась к Изабель. — Должна признать, вкус у них весьма недурен, — заметила она, с восхищением разглядывая фактуру и цвет ткани. — Ты не помогала им с выбором? — Спросила Изабель, снова глядя на платье в своих руках, ткань была невероятно мягкой на ощупь. Она и правда удивлялась, как парни смогли выбрать нечто столь прекрасное без посторонней помощи. — Нет, клянусь, Стив всё сделал сам. Думаю, Баки просто добавил денег. От этого подарок ведь еще ценнее, верно? — Изабель кивнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — А теперь давай надевай его. В этом наряде ты будешь самой красивой женщиной во всем Лондоне.

***

Рождественская вечеринка СНР проходила в главном зале подземной базы. Массивные столы для совещаний и стулья сдвинули к самым стенам, и теперь на них теснились блюда с закусками, а также бокалы с вином и виски. Многочисленные карты и стратегические планы, обычно висевшие повсюду, либо скрыли под драпировками, либо вовсе вынесли в другое помещение. Зал было не узнать, он превратился в настоящий танцпол. Мощные колонны делили пространство на зону для светских бесед и место для танцев, а в углу, на специально смонтированных подмостках, уже вовсю играл оркестр. С потолка свисала мишура, а на светильниках и выступах то тут, то там виднелись веточки омелы. На краю сцены, прямо подле вокалиста, стояла небольшая рождественская ель, увенчанная сияющей звездой. Изабель и Пегги наконец спустились вниз и на мгновение замерли в коридоре, прежде чем свернуть в главный зал. Музыка гремела вовсю, пары кружились в ритме танца, женщины из СНР уже вовсю вальсировали с солдатами и агентами. У фуршетных столов в глубине зала уже вовсю хозяйничали гости с одноразовыми тарелками и пластиковыми бокалами в руках. — Мы опоздали, — с тревогой шепнула Изабель, глядя на танцующих. — Это называется эффектное опоздание. Полезная женская тактика, — успокоила её Пегги. — Все будут на нас пялиться, — возразила Изабель, нервно покусывая губу. — В этом и смысл. Это называется красивое появление, — улыбнулась Картер. Агент достала из сумочки тюбик красной помады, взяла Изабель за подбородок и, повернув её лицо к себе, аккуратно поправила макияж подруги. — Давай-ка убедимся, что ты выглядишь идеально для своего солдата. Решив, что Изабель готова, Пегги убрала помаду в клатч и уверенно шагнула в зал. Взоры присутствующих тут же обратились к ней. Танцующие, мельком взглянув на ослепительную Картер, продолжили свое занятие, но мужчины, и в первую очередь Воющие Коммандос, буквально застыли на месте. Заметив, что Изабель так и осталась в тени коридора, Пегги вернулась, схватила её за запястье и вытащила на всеобщее обозрение, прямо под прицел ошеломленных взглядов. Пегги уверенно лавировала между кружащимися парами, а Изабель семенила следом, чувствуя себя крайне неловко. Вся та уверенность, которую она ощущала перед зеркалом в своей комнате, испарилась в одно мгновение. К ним тут же вальяжной походкой подошел Говард. Он выглядел невероятно по-щегольски для человека, который, скорее всего, выполз из своей лаборатории всего за пять минут до начала. — Выглядишь просто лучезарно, — заявил Старк, беря Изабель за руку и заставляя её крутануться на месте. — Настоящая королева бала! — Изабель хихикнула и поблагодарила его. Затем Говард перевел взгляд на стоящую рядом Пегги и расплылся в ухмылке. — И ангел вечера. Пегги Картер, вы просто сногсшибательная дама. — Прибереги красноречие, Старк, — отозвалась Пегги, закатывая глаза, хотя на губах её всё же играла улыбка. — А знаешь, что я только что выяснил? — Воскликнул Говард. — У Изабель сегодня день рождения. Кто бы мог подумать, ведь она об этом никому не сказала! Изабель рассмеялась, шутливо отталкивая Говарда. — Если бы ты знал меня так хорошо, как любишь хвастаться, ты бы и сам об этом знал. — Значит, теперь мне просто необходимо купить тебе подарок, чтобы загладить вину, — весело отозвался Старк и направился прямиком к столу с напитками. Изабель и Пегги обменялись многозначительными взглядами. Говард Старк порой бывал невыносим. Дамы двинулись дальше по залу к Воющим Коммандос, которые весело переговаривались в глубине помещения. Пегги подошла прямо к Баки и уверенно взяла его под руку. — Полагаю, сержант Барнс, это прекрасная возможность для нашего танца. Мне весьма по душе эта песня, — сказала она. Баки кокетливо ухмыльнулся, но тут же замешкался. Он покосился на стоявшего рядом Стива, тот застыл, во все глаза глядя на Изабель и приоткрыв рот. Он так и не проронил ни слова. Внимание девушки тем временем захватил Дуган, он вовсю расспрашивал её о наряде, зная о плане Стива и Баки купить это платье. Баки склонился к самому уху Пегги и прошептал, — подождем еще минутку? Мне нужно привести Стива в чувство. Она понимающе кивнула и терпеливо улыбнулась. Пегги знала, как долго Баки ждал этого момента, и сама всей душой желала счастья друзьям. Баки ощутимо ткнул Стива локтем в ребра. Тот обернулся к другу с ошалелым видом. — Эта девчонка нечто особенное, — нежно произнес Баки, глядя на Изабель. Она стояла к ним почти спиной, и её темные локоны теперь были достаточно длинными, чтобы спускаться почти до лопаток. — А знаешь, кто ты, Стив? Ты идиот. — Да уж, спасибо, — пробормотал Стив, с трудом отведя взгляд от Изабель, чтобы сердито посмотреть на Баки. — Нет, я серьезно. Ушам своим не верю. До тебя всё доходит как до жирафа. Она нарядилась, надела платье, которое ты с такой любовью выбирал и за которое, между прочим, пытался приписать заслуги мне. Она ждет, когда ты сделаешь первый шаг, а ты просто стоишь здесь как остолоп с этим придурковатым влюбленным видом на своей глупой физиономии. Влюбленный кретин. Лицо Стива мгновенно вспыхнуло, и он упрямо выдавил, — никакой я не влюбленный остолоп. — Ладно, может, и не остолоп, но влюбленный это уж точно, — признал Баки. — Долго ты еще собираешься тянуть резину? Ты уже дважды всё запорол. Иди и загладь вину. Чего ты ждешь? — Я не хочу ждать, — признался Стив. — Так и не жди! Ты так помешан на этой девчонке, что в упор не видишь других красоток, — продолжал наступать Баки. — Вы оба по уши влюблены друг в друга уже черт знает сколько времени. Хватит всё портить, начни уже получать удовольствие. Тебе досталась потрясающая куколка, которая дала тебе шанс. Она красавица, умница и готова мириться с тобой, несмотря на весь этот багаж Капитана Америки, который ты теперь за собой тащишь. И я говорю это не потому, что она моя сестра, а потому, что это правда, и все, кроме тебя, это понимают. — Стив, если ты ждешь идеального момента, то лучшего времени не найти, — участливо добавила Пегги, с сочувствием глядя на его встревоженное лицо. — Вы оба были так заняты и почти не общались последние недели. Она скучает по тебе, а ты по ней. Сегодня вы оба свободны. Никаких совещаний, тестов или миссий. Воспользуйся этим. Баки ободряюще положил руку на плечо Стива, обтянутое форменной тканью. — Идет война, Стиви. Мы не знаем, что принесет завтрашний день. Ты и сам убедился в этом на прошлой неделе, когда тебя выдернули с той крыши. Так к чему эти колебания? Чего ты ждешь теперь? Стив кивнул Баки, словно в нем наконец щелкнул какой-то переключатель. Он расправил плечи и еще больше выпятил грудь. — Спасибо, Баки. Спасибо, Пег. Идите, развлекайтесь, дальше я сам. Баки самодовольно кивнул и, не теряя ни секунды, подхватил Пегги под руку и увлек её на танцпол. Они тут же закружились в ритме музыки, лихо отбивая чечетку и не переставая смеяться. Стив проводил их взглядом и еще раз решительно кивнул самому себе. Он медленно приблизился к Изабель, которая как раз смеялась над шуткой Гейба. Она и впрямь выглядела лучезарно, как сказал Говард: алые губы, темные волосы, бледная кожа и какой-то внутренний свет, струящийся из самой души. Когда Стив подошел, Коммандос шутливо отсалютовали ему и с ухмылками направились к фуршету, чтобы дать паре немного личного пространства. — Привет, Белль, — негромко позвал Стив, подойдя со спины. Она резко обернулась, и подол платья красиво взметнулся вокруг её ног. Казалось, её улыбка вспыхнула еще ярче, хотя, казалось бы, ярче было уже некуда. — Стиви, — выдохнула она. Она так давно не разговаривала с ним по-человечески, что от одного звука его голоса сердце пустилось вскачь. Изабель посмотрела на свое платье и слегка качнулась из стороны в сторону, отчего подол затрепетал, словно пойманный порывом ветра. — Я в восторге от этого платья, оно чудесное. Пегги сказала, это была твоя идея. Спасибо тебе огромное. С этими словами она придвинулась к нему и в знак благодарности поцеловала в щеку. Отстранившись, она рассмеялась и этот ангельский смех заставил уже сердце Стива пропустить удар, а затем большим пальцем бережно стерла след от помады с его скулы. — Ты выглядишь лучезарно, просто красавица, — искренне сказал Стив, перехватывая её руку и сжимая в своей ладони. Изабель улыбнулась и отвела взгляд, чувствуя, как краснеют щеки. — Потанцуем? Кажется, той ночью на крыше я начал понемногу входить во вкус. — Да, с удовольствием, — ответила она, позволяя Стиву увлечь её за собой. Когда они выходили на середину зала, Коммандос, уже успевшие изрядно приложиться к бокалам у фуршетного стола, встретили их одобрительным улюлюканьем. Стив проигнорировал их и затерялся в самой гуще танцующих, чтобы скрыться от любопытных глаз товарищей. Проходя мимо Баки и Пегги, они заметили, что вокруг тех уже собралась толпа зрителей, пара выделывала поистине впечатляющие па. Мелодия была бодрой и быстрой, поэтому Стив и Изабель поначалу попытались изобразить что-то вроде джайва. Изабель грациозно вела, терпеливо подсказывая шаги, а Стив старался не отставать. В конце концов он освоился, кружа партнершу по залу, как того требовал танец, и завершил композицию эффектным низким наклоном, от которого Изабель заливисто рассмеялась. Он поднял её, прижимая к себе, она слегка запыхалась от смеха, а на щеках играл яркий румянец. К счастью, зазвучала медленная музыка, и их движения замедлились в такт ритму, они снова мерно покачивались в объятиях друг друга. — Слава богу, не уверен, что готов прямо сейчас разучивать новый танец, — рассмеялся Стив, выглядя слегка сконфуженным. — Ты танцуешь куда лучше, чем раньше. Должно быть, сыворотка повлияла и на твое чувство ритма. Сквозь музыку донесся раскатистый хохот Коммандос. Обернувшись, они увидели Дугана, который в углу безуспешно пытался очаровать рядовую Лоррейн. Та отрицательно покачала головой, скорчила гримасу и отошла, оставив Дугана обиженно дуть губы. Это было забавно, но Стиву при одном воспоминании о той блондинке-агенте стало не по себе, и он отвел взгляд. — Прости, что мы так долго не могли нормально поговорить. Когда я узнал, что ты заходила, а я спал без задних ног, я страшно расстроился, — тихо признался Стив. — Хочешь сказать, мне всё-таки стоило позволить Баки запустить в тебя подушкой? — Усмехнулась Изабель. — Ну, можно было бы сделать это и поаккуратнее, — рассмеялся Стив. — У меня такое чувство, будто я не видел тебя целую вечность. — Вообще-то, так оно и есть. По крайней мере, по-настоящему, — Изабель едва заметно пожала плечами. — Но я всё понимаю. Ты был загружен по горло, да и я не сидела без дела. И, наверное, какая-то часть меня пыталась избежать того самого неизбежного разговора. После всего, что случилось во Франции, после моего вступления в отряд и той нашей… пламенной дискуссии в коридоре. Я просто боялась, что всё повторится, а мне этого совсем не хотелось. Я не хотела ссориться. — Я тоже не хочу, правда. Мы ведь никогда толком и не ругались, — признался Стив, убирая выбившуюся прядь ей за ухо. — Скажем так, мы были категорически несогласны друг с другом, но не ссорились, — со смешком поправила его Изабель. — Кажется, это был самый долгий срок в моей жизни, когда я не могла с тобой нормально поговорить. — Думаю, я тоже этого избегал, — он помолчал. — Неужели ты и впрямь должна идти с Коммандос? Я глаз не смыкаю по ночам, всё думаю об этом, — неожиданно для себя произносит Стив, вспомнив об этом. — Сочувствую твоей бессоннице, хотя, видит бог, сон красоты тебе больше не требуется, Казанова. Но отвечая на твой вопрос, да, должна, — упрямо отозвалась Изабель. Стив уже собрался было возразить, хмуря брови. — Изабель… — Отсюда, из Лондона, я мало чем могу помочь, пока вы не вернетесь. Я всё равно ничего не смыслю в этой сыворотке, следить за твоими показателями, вот и предел моих научных талантов. Но я могу быть медсестрой, полевым медиком. Я хочу быть рядом. Что, если в кого-то из вас снова выстрелят, а вы будете не в двадцати минутах полета от базы? Что, если врачи не успеют добраться? Вы же погибнуть можете! — Горячо доказывала Изабель. — Ты и сама можешь погибнуть там, на передовой. — Я знаю, — тихо ответила она. — Но еще я могу спасти чьи-то жизни. К тому же ты прикроешь мне спину, и остальные ребята тоже. А может, даже Пегги. Всё будет хорошо. Стив понимал, что так оно и будет, он скорее умрет сам, чем позволит кому-то пальцем тронуть Изабель. Он признался ей в этом, и её лицо чуть смягчилось. — Но я не могу ничего гарантировать, — добавил он. — Не могу обещать, что всегда сумею спасти всех, я… Изабель заставила его замолчать, смело прижав палец к его губам. — Ты не обязан спасать абсолютно всех, это не твой долг, — она вздохнула. — Давай хотя бы один вечер не будем говорить о войне? Просто не будем о ней думать. Представим, что мы снова в Бруклине, в приходе Святого Иоанна, и танцуем совсем как в старые добрые времена. — Разве что теперь я на две головы выше, — рассмеялся Стив, с готовностью подхватывая смену темы. — И ты действительно танцуешь! К тому же, на удивление неплохо, — усмехнулась Изабель. В этот момент Стив сделал шаг влево чуть короче прежнего и случайно наступил ей на ногу, разом опровергнув её последний комплимент. Она беззвучно втянула воздух от боли. — Не извиняйся! — Выпалила она прежде, чем Стив успел виновато открыть рот. — Я лучше буду терпеть оттоптанные ноги, чем останусь совсем без танца с тобой. — И всё же, прости, — со смехом отозвался Стив. — Так значит… — Изабель лукаво улыбнулась. — Ты считаешь, что я красавица? Стив поперхнулся, его щеки и уши мгновенно залила краска. Но тут перед его мысленным взором предстало лицо Баки, он почти физически почувствовал затрещину от друга и взял себя в руки. — Да. Ты всегда была такой, Белль. Не думаю, что когда-либо видел кого-то более совершенного. На сей раз пришла очередь Изабель заливаться румянцем, она застенчиво отвела взгляд. Её рука на его плече сжалась крепче, а затем скользнула выше, к самому основанию шеи. — Я так боялся этого разговора еще и потому, что пытался придумать, как продолжить нашу беседу на крыше и при этом не выставить себя полным дураком, — признался Стив с неловким смешком, всё еще пунцовый от смущения. — Но теперь я знаю, что сказать. И кажется, я наконец нашел правильную партнершу, — добавил он, чувствуя прилив храбрости от реакции Изабель. Изабель вскинула голову, удивленно приподняв брови. Спустя мгновение она успокоилась. — И почему же ты так долго тянул, прежде чем пригласить её? Прошли годы. — Честно? — Стив притянул её к себе чуть ближе. — Не знаю. Наверное, я был слишком слеп, чтобы заметить то, что находилось прямо перед носом. Поверить в то, что это возможно. Я придумывал слишком много оправданий, почему ничего не выйдет, почему тебе будет от этого только хуже. Но теперь… Изабель на мгновение замолчала, пытливо глядя на Стива. — Я всегда видела в тебе великую силу и возможности, Стив. Я видела будущее, не только твое, но и наше общее. Ты и я вместе, это всегда казалось мне чем-то предначертанным. Мне не нужно было, чтобы ты стал статным красавцем или героем, чтобы понять столь очевидную вещь. Я могла стать твоей еще много лет назад. Стив кивнул, и на его лице отразилось искреннее сожаление. Он нервно облизнул губы. — Говорят, что всё хорошее приходит к тем, кто умеет ждать. Но мне начинает казаться, что те, кто ждут, просто упускают свое счастье. Он притянул её еще ближе, если это вообще было возможно. Изабель слегка напряглась в его объятиях, сердце в груди колотилось так сильно, что она всерьез опасалась, не слышит ли он этот стук. Теперь они кружились в медленном танце, прижавшись друг к другу почти вплотную. Щеки горели огнем, но она заставила себя встретиться с ним взглядом и не увидела в его глазах ничего, кроме безграничной любви и восхищения. — Тогда почему мы всё еще ждем? — Спросила она, нервно сглотнув. Его лицо становилось всё ближе и ближе, их носы почти соприкасались. Стиву пришлось слегка склонить голову, чтобы преодолеть разницу в росте, которая теперь казалась особенно заметной. — Можно мне поцеловать тебя? — Тихо спросил он, вглядываясь в её глаза. — Тебе больше не нужно спрашивать, Стиви. Я твоя, — прошептала она, и её взгляд невольно скользнул к его губам. Он нежно обхватил её щеку ладонью и направил её губы к своим. Изабель зажмурилась задолго до того, как они соприкоснулись. Губы Стива оказались невероятно мягкими, теплыми, надежными и дарующими покой. Поцелуй был долгим и нежным, почти робким, время словно замерло, оставив их двоих в пустом пространстве. Изабель убрала руку с его плеча, чтобы ласково коснуться его лица, в то время как Стив поглаживал большим пальцем её скулу, будто стараясь навсегда запомнить прикосновение к её коже. Поцелуй закончился так же внезапно, как и начался. Они чуть отстранились, всё еще касаясь друг друга кончиками носов, и посмотрели друг другу в глаза. Изабель просияла, у её глаз собрались морщинки, а сама улыбка была ярче полуденного солнца. — Вот та самая улыбка, которую я так люблю, — сорвалось с губ Стива, отчего она заулыбалась еще шире. — Я всегда улыбаюсь, когда я с тобой, — призналась она. — Ну полно тебе, не лукавь. Я же знаю, что я та еще заноза, — рассмеялся Стив и для пущей убедительности легонько щелкнул её по носу. — Тебе повезло, я квалифицированный специалист по лечению подобных заноз, — подмигнула она, заставив Стива снова рассмеяться и притворно охнуть. Стив медленно склонился к ней и снова нашел её губы, всё еще не в силах до конца поверить в реальность происходящего. Изабель ответила мгновенно, нежно, чуть нерешительно, но с полным упоением. Их губы двигались в унисон, будто были созданы друг для друга самой природой. Когда они отстранились, Стив ласково прижался своим лбом к её и улыбнулся. — С днем рождения, Белль.