Взаимовыгодное сотрудничество

Харли не психолог и не нанимался на него в целом, но ему не трудно заметить, когда существо, что обычно ведёт себя уверенно, начинает метаться и сдавать. — Ты бродишь так уже более восьми часов. Что, чёрт тебя раздери, не так? — Харли перевел взгляд на вечно улыбающуюся маску. — Тебя это не касается. — отрезал Прототип, продолжая нервно, как показалось самому Сойеру, нарезать круги по помещениям. — Ты как заведённый носишься. И это не признак твоей уверенности. — отметил Харли. — Не лезь не в своё дело, Хар-р-рли. — огрызнулся Прототип и ушёл туда, где Сойер не мог за ним наблюдать. Прошло ещё несколько часов. Харли уже смирился, что своенравный ребёнок, которым по сути и являлся Прототип, не пойдет на компромисс, когда оный всё же показался снова. Он остановился у центрального экрана и довольно долго молчал. — Ты... Тоже чувствовал... Неуверенность? — Бывало. Не всё всегда идёт так, как мы хотим, 1-0-0-6. — спокойно произнёс Харли. — Откуда вообще это нервное напряжение в этом теле? Разве это не то, что у нас всех исключили? — Вы с Поппи в этом плане особенные. Твоя нервная система вероятно чувствует гораздо больше, чем ты сам думаешь. — Мне это не нравится. — Не нравится чувствовать? — Не нравится, что это меня сбивает с толку. Раньше такого не было. Харли молчит о том, что это не первый подобный раз, но говорит другое, стараясь подвести Прототипа к нужным заключениям. — Обычно помогает, если вывести проблему на передний план. — Как ты разбирался... С этим? — Вел записи на диктофоне. Долгие и довольно подробные. Хотя не уверен, что твои записанные голоса позволят провернуть подобное. — Тогда моим диктофоном будешь ты. — Я? — Ты. Я могу отформатировать нужную сессию и ты всё забудешь. — Логично. — согласился Харли. Молчание. Гнетущее. Прототип смотрел на него своим единственным светящимся глазом. Видимо проявить инициативу в этот раз снова придётся ему. Как и несколько лет назад, когда он часами пытался разговорить этого молчаливого парня. Они опять вернулись к этому. — Помнишь протоколы моих допросов? — Конечно! — высокий мужской голос отозвался довольно радостно, хотя Харли знал, что Оливер не особо рад перспективе обсуждать что-либо с ним. — Давай попробуем по той же схеме. Так по крайней мере тебе не придется искать большее количество новых слов. У Прототипа была возможность отвечать, но если он не хотел отвечать на поставленные вопросы, он молчал десять секунд и по истечению задавался другой вопрос. Это было по своему удобно. Однако, проблема была в том, что Прототип привык молчать большую часть времени. Даже сейчас, столкнувшись с необходимостью обсудить проблему, на большую часть вопросов он отвечал упрямым молчанием. Харли мог бы напомнить, что тот сам пришел к нему, но вместо этого лишь задавал следующие вопросы. К концу сессии состояние «клиента» понятнее не стало, но по крайней мере нервозность, которая окружала Прототипа, ушла и он покопавшись в файлах Харли, действительно стёр сессию. Правда не знал он лишь того, что Сойер заранее всё скопировал и перенёс. Но так хотя бы есть возможность не терять результат своеобразной терапии. Когда Прототип взялся за создание Лили, Харли понял, что тот нервный срыв был лишь от того, что он не мог решить, что с ней делать. Он ненавидел то, что делала эта женщина и потому в его голове на какое-то время засели мысли, которые и не давали перейти к работе. Пусть Прототип был действительно лучшим экспериментом, человеческая природа в нём иногда поднимала голову и выражалось это в ярких признаках гнева, нервозности или редких периодов апатичности. Прототип был куда человечнее, чем казалось на первый взгляд. — Как проходит слияние Мисс Грейси с её новым телом? — спросил Харли спустя несколько недель. Прототип, не выказывающий более никаких проблем с эмоциональными перепадами, довольно щёлкнул когтями. — Абсолютно превосходно! Её сознание раскалывается! — восторженно произнёс набор голосов и Харли только хмыкнул. — Тебе доставляет особенное удовольствие мучить её. К другим ты не был так внимателен. — Она сломала слишком многих, чтобы просто спустить ей это с рук. Она будет умирать медленно, десятки лет, если потребуется. — клешни угрожающе ударили по полу, оставляя вмятину. — Как скажешь. — Харли не знал, что радует его больше: то, что не он сам оказался на месте Грейси или то, что Прототип проявляет такой акт агрессии к бывшим сотрудникам компании. Он наблюдает, как постепенно чужое сознание ломается под постоянным просмотров роликов. По крайней мере, она доказала, что её методы работают. Сама оказалась под собственным воздействием и вот, спустя несколько месяцев, Прототип решил, что с неё достаточно. — Это всё? — Конечно же нет. Я уже решил, куда она отправится. Она слишком надоедлива. На сладкой улице есть изолированная зона. Поместим её туда. Когда Лили перенесли в её новое место, Харли какое-то время следил, как проходил период адаптации. Нельзя было не отметить, что женщина действительно сломалась. Её сознание теперь было похоже на осколки и она все время пыталась их собрать воедино, но получалось плохо. Лили выглядела жалко, сходя с ума в пустом кукольном домике, но Харли отмечал, что постепенно её разум всё же адаптируется, хоть и становится всё более искаженным. Прототип же с удовольствием наблюдал, как она страдала и как ломалась. Он казался совершенно удовлетворённым, когда снова и снова отказывал ей, бил или издевался, ломая лишь сильнее. Кукла понятия не имела почему к ней подобное отношение, почему вообще всё это происходит, а сознание Грейси всё сильнее искажалось, по итогу став совсем туманным. А когда её никто не навещал больше трёх месяцев, то Сойер увидел, как кукла ловит яркие признаки панических атак, апатии и дереализации. — Кажется, твоё наказание идёт по плану. — Всё ровно так и должно быть. Ей никогда не узнать больше хорошего отношения. Всё, что она получит – это ненависть и гнев божий. — А что насчёт твоего нового друга? — О, Престон в полном порядке. Я хорошо над ним поработал. — По крайней мере он ещё жив и его сознание не разбито. Харли не думает, что Божество Фабрики будет ему благодарно, ведь он по сути пока ещё один полезный инструмент, который подходит для чужих планов, но когда эксперимент с Лили проходит действительно успешно, Харли впервые получает свою благодарность. Это происходит как-то странно. Они обсуждают последние меры для запертой игрушки, а после голова Прототипа просто падает на плечо рядом стоящего робота. Он даже немного опускается для этого. Харли удивляется, но помня, что иногда лучше ловить момент, осторожно поднимает роботизированную руку и проходится по голове Прототипа. — Устал? — наугад спрашивает, продолжая проводить рукой. — Оказывается быть Божеством бывает... Утомительно. В последнее время всё утомляет. Даже Кэтнап. Даже мучения Лили не доставляют того удовлетворения, что я получал в первые месяцы. — Ты постоянно что-то делаешь. Неудивительно, что ты устал. — Я не могу спать, не могу есть, это тело не испытывает физической усталости, но внутри него есть что-то, что устает... Морально? — Да. По всей видимости это так и есть. — Это так глупо. Зачем было оставлять подобное внутри? — Спросить бы об этом у твоего Отца. Да жаль он сдох. Прототип какое-то время молча смотрит. Он в последнее время правда выглядел так, словно сильно закрутился и устал. Харли продолжает работать, оставляя робота со стоящим рядом с ним Прототипом. Когда последний не двигается почти час, Сойер замечает, что огонёк в единственном глазу потух. Харли рассматривает его с минут десять. И правда. Прототип словно уснул. Он оставляет это наблюдение без комментариев, но слегка всё же тушит свет в основной части наблюдательной комнаты. Он не думал, что Прототип вообще спит, но вероятно, что-то внутри него всё же способно на такое понятие как отдых. Своеобразный, но всё же. Любопытное... Проходит несколько часов, прежде чем Оливер приходит в себя. Они никак не обсуждают это. Харли всё равно почему вдруг этот своеобразный эксперимент решил, что рядом с ним можно передохнуть. Возможно... Это просто маленький сбой в идеальной системе. А может и нечто иное. Времени у него много, он обязательно докопается до причин того, почему это происходит.

***

Иногда его роль Психолога, негласного, всё же была полезна. Робот, которого Прототип оставил рядом с Поппи, заменил игрушке единственного собеседника. Чтобы не пугать её тем, что Харли ещё один страшный надзиратель, было решено создать личность, которая будет приятна маленькой девочке. — Почему он так поступает со мной? Что с ним не так? Неужели, он не понимает, что это не приведет ни к чему! — Поппи злилась, пинала кейс изнутри, но ничего не менялось. — Может он хочет защитить тебя таким образом? — Сойя, как прозвали эту версию наблюдателя, имел мягкий, теплый голос, похожий на ребёнка, и к нему Поппи не сразу, но прониклась симпатией, когда Харли наплел ей о том, что он, как и она, лишь заложник ситуации и покинуть выделенную зону не может. — Защитить, поместив в стеклянную витрину?! — игрушка осела и оперлась о стенку кейса, — Я совсем его не понимаю. Ещё и возможности связаться с Олли нет, он бы точно знал, как быть. Я так скучаю по нему. Харли уже много чего услышал про Олли. Как правило, всё сводилось к тому, что Поппи верила в идеалы, которые ей предлагал Олли, но ещё он хорошо понимал её, успокаивал, когда было особенно страшно и в общем и целом Поппи очень доверяла ему, хоть и никогда не встречала лично, говоря лишь по телефону. Интересно, сильно бы она удивилась, узнав правду. Но, как и было оговорено сильно ранее, он так и не рассказал Поппи ни о том, кто такой Олли, ни о том, что всё это началось из-за её отца. Он играл роль своеобразного друга и чаще всего просто позволял игрушке выговориться, а уже потом мог показывать ей какие-нибудь записанные мультики или передачи, как правило, добрые, безобидные, одобренные Прототипом. Поппи была благодарна тому, что он её слушает и скрашивает одиночество. — Если бы Прототип был как ты, Соя, то думаю, мы бы поладили. — улыбается Поппи, а Харли с внутренним содроганием открещивается от этого. — Я думаю, так бы и было. — лицо на экране улыбается и Поппи снова начинает щебетать о том, что будь тут Олли, она бы с удовольствием их познакомила. Харли с тоской думает о том, что подобное знакомство не принесет ему ничего хорошего. Особенно, когда слушая всё это на записи, Прототип довольно хмыкает. — Что, есть желание познакомиться со мной лично, Соечка? — язвительно спрашивает голос Олли. — Ага, бегу и падаю, — хмыкает Сойер, на что Прототип по-клоунски раскланивается, прокручиваясь, словно на показе. Любой другой бы выглядел посмешищем, но Прототип выглядит как грациозное, опасное оружие, которое сначала театрально развлечет тебя, а потом проткнет насквозь, чтобы посмотреть, что у тебя внутри. Смертельно опасен и столь же сильно прекрасен. — Сильно бы твоя сестрица удивилась, узнав, что ты и есть её благодетель. — Она поймет, пока прошло слишком мало времени, чтобы она осознала. — Думаешь, что она способна понять? Она ведь верит, что есть иной путь. — Она ещё ребёнок. Глупый, не смышлёный. Время в коробке пойдет ей на пользу. Прототип нависает над ним. — Ты должен быть к ней особенно внимателен, Соечка. Я не хочу, чтобы с моей драгоценной сестрицей что-нибудь случилось. — Я итак вожусь с ней за даром, 1-0-0-6. Чего ещё ты хочешь? — Ничего. Просто напоминаю, что стоит быть с ней повнимательнее. Она, как и все девочки в её возрасте, довольно капризна. Не давай ей поводов думать, что у неё есть шансы сбежать. Харли смотрит на то, как стальные когти сдавливают монитор. Иногда он думает, что ему не доплачивают. Но потом вспоминает, что Прототип вообще не особо понимает принцип зарплаты, да и Харли же вообще робот, теперь ему не нужны деньги, но сама мысль о том, что он выполняет всю эту работу за просто так немного грызла. — Прекрати ломать мои мониторы. Они всё ещё не берутся здесь из ниоткуда. — Правда? — Да, и вообще ты нарушаешь моё личное пространство. Оливер оторопел от такой наглости секунды на три, а потом рассмеялся. Его смех звучал с перебоями, но это был первый раз, когда Харли вообще смог его услышать. — Не знал, что ты умеешь шутить, доктор. — Не знал, что ты умеешь смеяться как все нормальные люди. — Туше, — Прототип устроился рядом поудобнее, чтобы продолжать наблюдение за сестрой. В последнее время он нередко оставался в комнате наблюдения, иной раз снова погружаясь в какое-то подобие сна. Харли привык просто продолжать заниматься своими делами, пока наглый ребенок использует одного из его роботов в качестве своеобразной подушки-подставки. Если его ещё и погладить по голове во время этого, то... Особо ничего не поменяется, то если судить по некоторым движениям, можно было сделать вывод, что Прототипу достаточно комфортно находиться в подобном состоянии. Харли понятия не имеет, что у них за отношения, но с каждым новым днём он узнает об этом наглом, своевольном и гордом эксперименте всё больше. Гораздо больше, чем за все прошлые годы вместе взятые.