Семь неудач

Говорят, что после смерти люди попадают в ад, чтобы отбыть там наказание за свои грехи. Кто-то верит, что попадёт в рай, если будет следовать написанным руками тех же самых людей правилам. Но никто не узнает, что его ждёт после смерти, пока не придёт его время. Или смерть. Ходят поверия, что когда настанет твоё время — придёт смерть и заберёт каждую живую частичку, оставляя после себя только бездыханное тело, а душу забирая с собой в ад. Кто-то изображает образ смерти в чёрных одеждах — устрашающий силуэт, который приходит с косой в самый неожиданный момент. И кто верит в эти сказки?» Человек ведь просто умирает. Кто знает биологию — понимает, как происходит смерть живого организма. Логично, просто, а главное, что нет никаких фэнтезийных предрассудков! — Вот так вот думала Чон Наын с малых лет своей непростой жизни. Она была очень умным ребёнком, постоянно выкрикивала разные философские высказывания. До пяти лет она жила, как все дети в нормальных семьях, но в какой-то момент выстроенная по кирпичикам матерью счастливая семья стала рушиться. Деталька за деталью, и так малышка осталась без отца. Мама Наын, госпожа Чон, тоже горевала, не показывая дочери. Сначала госпожа Чон просто заливала горе спиртным, отрываясь в клубах, но позже у мамы отчего-то не стало работы, как сказать отчего-то… Она не приходила туда месяц, ничего не говоря. После потери работы женщина стала вести разгульный образ жизни. Наын могли оставить одну на неделю, не положив даже куска хлеба. Она выжила в этом мире сама. Чистя прохожим обувь, иногда помогая продавцам на уличном рынке, за скромную плату, вроде «Спасибо, замарашка, держи» и вручали ей двадцать вон. Худенькая, черноволосая шестилетняя девочка. Все говорили о её матери, как о женщине на продажу. Кто-то относился к дитю такой дамочки с отвращением, кто-то жалел её и иногда подкармливал. В один из очередных дней, когда Наын блуждала по улицам, она увидела свою маму с каким-то мужчиной. Госпожа Чон толкнула его и, увидев дочь, подбежала к ней со словами: — Это ты! Ты во всём виновата! Маленький дьявол! — женщина чуть ли не рыдала, тряся дочь. Наын застыла, она не могла ничего ответить. Ей было больно слышать это от родной матери. Сердце пропустило удар наискось, пронзая кожу обидой. Она продолжала слушать обвинения матери, не издавая ни звука. Просто стояла и выслушивала. — Если бы ты не родилась, у меня была бы счастливая жизнь, и он бы не бросил меня! Ещё один удар, и солоноватая жидкость скатилась по щеке. Ещё и ещё. Одно слово за другим ранили детское сердце без возможности залечить. «Ты — худшее, что мне дали небеса! Почему ты всё ещё жива? Да когда же ты сдохнешь!» Наын не рыдала, не протестовала, она просто кивала и глотала слёзы. — Мам.. — дрожащим голосом начала Чон Наын. — У меня сегодня день рождения. » Так она сказала бы, будь чуть смелее. Но она промолчала, и продолжила делать так всю жизнь. Выслушивать и глотать слезы.