Нападение на Игоря Синяка

за большим панорамным окном виднелся париж, который медленно уходил в сон. загорались фонари, гирлянды, людей на улице становилось все меньше. игорь смотрел через стекло и думал о том, как же все таки хорошо ему живется. сейчас он давно не тот, что раньше. он вырос не только в ширь, но и морально, отпуская прошлое и оставляя его позади. жизнь блогера тяжела - это так. раньше для него это все было в новинку, и из за бушующей крови он совершил множество опрометчивых поступков. однако, прошлые распри не интересуют его теперь. сейчас он живет лучшую жизнь, полностью сконцентрировавшись на себе. теперь его блог наполнен не грязным бельем его коллег, а миром моды. одежда, сумки и украшения - сейчас это то, что позволяет синяку жить счастливо. наверное, он назвал бы это смыслом. у него квартира в центре парижа, хорошие друзья и очень, очень, много сумок. это его слабость. оставив мысли, игорь отошел от окна и присел на диван, который со скрипом принял гостя. напротив него сидел и читал книгу его друг, кеша. казалось бы, что может пойти не так? но какое то странное, страшное предчувствие копошилось внутри. оно было словно живое - своими когтистыми лапками перемещалось от желудка к горлу, не давая продохнуть. фон де синяк, в попытках переключиться, взял первый попавшийся журнал со столика возле дивана и принялся читать. да, журналы о сумках это то, что позволяет отвлечься от всего на свете. за этим занятием время пролетело незаметно. игорь отложил свое чтиво и осмотрелся. за окном уже заметно потемнело, и комната погрузилась во мрак, освещаясь только грязно-желтым светильником. друг уже ушел спать, а игорь даже не слышал. ну и дела. синяк собрался, и через силу встал с дивана. это всегда та еще задачка. он выключил светильник и устало поперся в свою комнату, дабы лечь спать. путь лежал через большую прихожую, которая сейчас являлась единственным источником света в квартире. игорь только зашел в проход, как услышал непонятный звук со стороны входной двери и резко напрягся. спустя долю секунды дверь слетает с петель и являет взору синяка два силуэта, которые резко заходят в квартиру. игорь застыл, и хоть это действо длилось секунды две, по его ощущениям прошли часы. в голове галопом пробежались мысли о лучшем, худшем и прочем. силуэты наконец сложились в образы двух темнокожих парней в комбинезонах в черно-белую полоску и со странных чёрных масках на глазах. тот, который стоял ближе, резко подошел и достал что то из своего кармана, что скрылось от взора синяка. темнокожий обошел шарика и встал за спиной, обхватив его мясистую шею, и приставил что то к горлу. нож. мокрые глаза заблестели, рот распахнулся в ужасе, но темная рука не дала вырваться крику ужаса, плотно прижавшись к губам.  второй в это время плавно подошёл и выдохнул прямо в лицо:  — ну привет, красотка…, - его глаза сально оглядели игоря, - вот мы тебя и нашли.  в голове синяка звуки отчаянно не хотели складываться в слова, поэтому почти все сказанное и сейчас, и дальше, он особо не распознавал. сейчас его мысли были под властью животного ужаса.  — не сопротивляйся, малыш.., - стоящий за спиной наклонился к самому уху и томно прошептал, - а то больно будет.  игорь почувствовал ногами шероховатую поверхность ковра и понял, что стоит на коленях перед темнокожим амбалом, а к его шее все еще приставлен нож. впереди стоящий мужик, не мешкая, расстегнул ширинку и достал свой огромный черный член, выставив его прямо перед лицом ничего не понимающего синяка. рука, которая прикрывала его губы, переместилась на его пухлую щеку, открывая пусть к влажному ротику. без промедлений, член оказался прямо во рту игоря. из головы вылетели все мысли разом, оставляя лишь глухую пустоту и черный член, который резко двигался вверх-вниз по горлу, выбивая воздух. когда прибор опускался особенно глубоко, он чувствовал, как лезвие сильнее впивается в шею, оставляет порезы на нежной коже, но уже было всё равно - мозг выбрал абстрагироваться от ситуации, затягивая сознание туманом. пришлось придти в себя, когда в горло ударила некая жидкость, заполняющая собой все. член выскользнул изо рта и его владелец быстро засунул его обратно и застегнул ширинку. по щекам игоря текли слёзы, но осознания еще не было. оно появилось, когда он увидел того же парня, но уже в его комнате для шмоток. он сгребал все сумки, все украшения и драгоценности в большой черный мешок. тогда игорь смог лишь прошептать:  — о нет, мои сумки…  однако, сразу после этого он закашлялся, сильнее напирая на нож. руки, держащие его сзади, растворились, и темнокожие, теперь уже с полным большим мешком, быстро ретировались через пустующий без двери проем. еще минут пять синяк лежал на полу и плакал, задыхаясь и кашляя. и в голове было только одно:  как мне теперь жить без моих сумочек эрмес…