Ты превратился в пыль

Первое, что понял Баки, очнувшись, – это то, что у него просто дико болела голова. Он с трудом открыл глаза, перед ним все плыло. Картинка разъезжалась в разные стороны. Его кто-то звал. Но он не мог разобрать чей именно это был голос.  – Бак! – заглядывал ему в лицо Стив, – Сэм, он очнулся или мне кажется?  – Да, вроде, – неуверенно протянул Уилсон, – Глаза открыл. Не трогай его пока и найди пакет. Они сказали, что их вероятнее всего будет рвать следующие несколько часов. Угарный газ – это не шутки, – вздохнул он и вернулся к Рей, которая все еще лежала без сознания. Сэм осторожно стирал грязь и кровь с ее лица. Голова у девушки была перемотана бинтами.  – Я в аду? – прохрипел Барнс и попытался встать, но не получилось, он рухнул обратно на скамью.  – Лежи! – закричал на него Стив, – Тошнит?  – Вроде нет… – устало ответил Баки, – Где я? Что с Рей?  – Ты на джете, мы летим в Ваканду, – быстро бросил Роджерс, – Рей еще не пришла в себя. У вас у обоих тяжелейшее отравление угарным газом. Ты то справишься, а вот она не стабильна.  – Вы умерли? Мы умерли? – Баки явно все еще был в бреду.  – Нет, я потом тебе расскажу, сейчас лежи и не шевелись, пожалуйста, – умоляющим тоном попросил Кэп.  – Что с Рей? Ответь. И ребенок, – не унимался Барнс и снова предпринял попытку подняться.  – Полежи ты! – гаркнул на него Стив, – Не знаем мы, что с Рей! Но ее откачали. Я уже сообщил Шури о том, что мы летим. Расчетное время прибытия через 56 минут. Они подготовят все необходимое…  – Что с ребенком? – повторил вопрос Баки.  – Шанс, что выживет, крайне мал. Мы сделали все, что могли. Ты – суперсолдат, Рей просто довольно вынослива… Но он… Он просто ребенок. Мальчик жив, но его дальнейшую судьбу решат в Ваканде. Он слаб. Наташа уже 2 часа качает ему воздух в легкие, – горько ответил Стив, потирая виски, – Как мы не смогли понять, что будет такая подстава..? Баки перевел все еще затуманенный взгляд в противоположную сторону. На подстилке, на которой они все спали еще пару дней назад, сейчас лежала Рей. Дышала. Это уже было хорошо. Даже удивительно после всего того, что они пережили за последние несколько часов. Рядом с ней сидела Романофф с какой-то непонятной штукой в руке, она методично сжимала ее, шепча под нос цифры, перед ней лежал ребенок. Тот единственный ребенок, которого им удалось спасти. Один выживший. Семь трупов.  – Как вы выжили? – сипло спросил Барнс, снова вернувшись в Стиву.  – Когда ты начал нас гнать, то я и Наташа действительно захотели попробовать взорвать парочку гранат. Но потом поняли, что в стенах вибраниум и мы абсолютно ничего не добьемся, только выведем их из себя, и тогда неизвестно, что было бы с вами. Потом Нат услышала комментарий того урода про «старости нам не видать», – Роджерс отвернулся, – Мы ушли. Потому что мертвыми бы мы вам никак не помогли. Вступили в перестрелку с парочкой охранников… Добрались до Сэма и вышли в тот момент, когда вся лаборатория взорвалась.  ***  – Роджерс! Ускорься! – заорала Наташа, чувствуя как земля задрожала под ногами.  – Знаешь, не так легко бежать, когда тебе ногу прострелили! – заорал он в ответ. Сэм чуть сбавил темп и подхватил его под руку. Спустя пару секунд они выползли наружу. Из отверстия резко повалил горячий воздух. Успели.   – Боже.. – прикрыв рот рукой вздохнула Наташа, – Я не верю, что мы оставили их там!  – Спокойно! Они в комнате, которая защищена от взрыва! – тут же принялся успокаивать ее Уилсон, хотя сам косился на черный дым, который начал валить из выхода.  – Что они творят? Как они сами оттуда-то выберутся? – задал вопрос Стив, переводя дух. Нога неприятно ныла, стрелку удалось попасть ему четко в колено. Не будь он суперсолдатом – не выбрался бы из этого ада. – Сэм, может сейчас попробуешь как-то достучаться до них? – Наташа умоляющее посмотрела на него. – Бессмысленно, сигнал не пробьется. Где там доблестный отряд Фьюри? Надо спускаться за ними как-то. Наташа выхватила рацию и настроила нужный сигнал. – Через сколько вы будете?! У нас ЧП! – прокричала она в устройство. – Группа подъедет через пять минут, воздух мы закрыли, правительство в курсе о нашей операции, но вы должны будете уйти раньше, – с небольшими помехами раздался голос Ника, – Что у вас? – Лаборатория взорвана. Рей и Барнс остались внутри, связи с ними нет. Они должны быть живы, находились в изолированной комнате, – тараторила Романофф. – Черт, Наташа! Так и знал, что нельзя было вас пускать. Что вы там устроили?! Я потороплю ребят, до связи, – бросил он и эфир прервался. – Так, пока ждем, я запущу туда своего друга разведать обстановку, если там все в огне, то в ближайшие часы мы туда никак не прорвемся, – пробормотал себе под нос Уилсон и принялся тыкать по каким-то кнопкам на дроне. Спустя пять минут действительно подъехала большая тонированная машина, из которой тут же вывалили вооруженные до зубов спецназовцы. – Доложите обстановку, – самый старший вышел вперед и пожал руки Сэму и Стиву, который бинтовал свою коленку. – Лестница внутри обвалилась. Если есть выжившие, то они находятся на глубине примерно ста метров под землей, лифт тоже не функционирует. Осталось несколько очагов пожара, – быстро изложил Сэм, показывая солдату данные с дрона, которые были получены минуту назад. – Ребят, доставайте тросометы, – крикнул мужчина остальным и подошел ближе к отверстию в полу. Дым всего еще валил, – И противогазы ДАСВ. – Мы пойдем с вами, – быстро сказала Наташа, скрещивая руки на груди. – Исключено, – отрезал командир. – Там остались наши друзья! Вы ловите остальных, кто остался в лаборатории, мы по-любому перебили только охрану. А мы займемся своими, – тут же вступила она в спор. – Агент Романофф, нам Фьюри бошки поотрывает, если с вами что-то случится. – Сейчас, – выставила она руку вперед и снова схватилась за рацию, – Прием, Ник? – Да. Отряд уже подъехал, – ответил Фьюри. – Приехали, да, я не поэтому поводу. Я и Сэм спускаемся вниз, просто предупреждаю. Роджерс ранен, его не пустим, – строго посмотрела Нат на Стива, который уже хотел вставить свои пять копеек. – Наташа, угомонись! Пускай дальше работают ребята, вы уже молодцы, – воспротивился Ник, по голосу было слышно, насколько он зол. – Я не разрешение спрашивать пришла. А просто ставлю перед фактом. Для того, чтобы ты не убил своих солдат потом, если что-то случится. Вся ответственность на мне, конец связи, – крикнула в трубку Романофф и быстро схлопнула антенну, – Доволен, командир? Тот что-то прорычал про себя, но после кивнул. – Еще два ДACB несите, с нами идут гости! – крикнул он бойцам. Наташа с трудом уняла дрожь в руках и нацепила протянутый ей противогаз на лицо. Дышать стало чуть легче. Сэм стоял рядом точно с таким же.  – Все будет хорошо, – улыбнулся он глазами и полез в люк сразу за командиром.  Рыжая бросила печальный взгляд на Стива и спрыгнула вслед за Сэмом.  Весь отряд «спасения и кары» двинулся вперед по первому коридору, все помещение было завалено черным едким дымом.  – Лифт сорвался, крепим трос, – голос командира звучал очень глухо и неразборчиво из-за маски на лице.  – Я не спросила. Как вас зовут? – спросила Романофф.  – Кайл, – бросил широкоплечий мужчина, – Давайте, ребят, работаем поактивнее.  Лебедка загудела, стальной трос дрогнул, поднимая вес. Первым вниз уходил именно Кайл. На его защитной каске горел фонарь, освещая путь, автомат болтался за спиной. Его задача – разведка. Сразу за ним вниз поехал Сэм, за спиной у него был небольшой рюкзак с медикаментами. Его ему перед входом пихнула солдатка, которая, по всей видимости, отвечала за обязанности врача в команде. Она осталась наверху, чтобы обработать рану Стиву. За Уилсоном отправился второй солдат, за ним – Наташа. Строй замыкали еще двое молодых парней.  Спуск был долгим. Стены лифтовой шахты, облицованные ржавым металлом, мелькали мимо, подсвеченные алым отсветом снизу. Там все еще был огонь. Воздух прогревался с каждым метром. Сначала он стал просто теплым, потом сухим, горячим, обжигающим горло. Наташа поморщилась. Запах гари и расплавившегося пластика бил прямо в нос, не спасали даже фильтры, но сейчас ей было плевать. Только бы они были живы.  Лебедка снова дрогнула – это Кайл ступил на пол. Уже здесь он был горячим, а что было дальше… Даже страшно представить. Он огляделся. Перед ним был длинный коридор.  – Романофф, это уже все? Нам здесь искать? – крикнул он наверх и отступил в сторону, давая приземлиться Сэму.  – Нет! – закричала Наташа в ответ, – Если бы… Там впереди еще спуск, нужен второй трос! Еще метров на 30 под землю надо уйти!  – Блять, и занесла же нелегкая… – проворчал командир.  – И не в таком дерьме бывали, – усмехнулся Сэм и открепил свой карабин. Когда остальная группа успешно спустилась, они вновь двинулись вперед. – Где они примерно там? – спросил Кайл. – Что-то типо ангара в центре помещения. Там точно глава и наши, если их еще не вывели. Я с Роджерсом ушла в коридор дальше, судя по всему, если кто-то здесь и есть – они там. Мы не успели дойти, – бросила Наташа, сжимая в руке пистолет. Просто на всякий случай. – Понял, – кивнул мужчина, – Грег, Эван, крепите второй трос! Спустя 10 минут они спустились в эпицентр. Здесь было просто невыносимо. Жар стоял такой, что казалось будто они находятся в раскаленной печи. Кайл снова двинулся вперед первым. Резина на его ботинках похоже начала плавиться, под ними хрустело стекло – осколки мониторов. Пахло какими-то химикатами и… чем-то сладковатым, тошнотворным… Тот самый запах, который ты один раз где-то услышишь, и больше никогда и ни с чем не перепутаешь. Запах горелой плоти. – Здесь кто-то был, – прошептал боец справа от Наташи, – Следы не от взрыва. Наташа переглянулась с Сэмом. У обоих казалось перестало биться сердце. – Я остаюсь здесь с Романофф и Уилсоном, вы трое идите дальше по коридору, – Кайл светом от фонарика указал на проход, – Обо всем докладывайте, как только закончим здесь, я присоединюсь к вам. Грег за старшего. Парни быстро кивнули, ухватились покрепче за автоматы и ушли. – Да уж.. – выдохнул Кайл, осматривая замурованную комнату. – Там тихо, – бросил Сэм, подходя ближе. – Может их уже увели? – Если и увели, то только Рей. Барнс был им не нужен, судя по всему, – горько ответил Сэм, и резко ударил ногой по двери, – Вы можете идти. Я останусь и подумаю, как туда можно пройти. Должен же быть какой-то выход. – Так, давай без самодеятельности, – отрезал командир, – Может устроить еще один взрыв помощнее? – Что-нибудь слышал о вибраниуме? – спросила Наташа. – Ну слышал. – Стены из него, мы никак туда не прорвемся, надо идти дальше и искать пульт управления этой дверью. Зря отпустили ребят. – Подожди, давай я еще один дрон запущу, может он найдет какое-то слабое место, – бросил Уилсон и достал еще одного техносокола. Робот издал противный писк, ему видимо тоже не нравилась температура здесь, но после он взлетел ввысь, красные лучи сканирования заполнили помещение. – Так.. – резко разбил тишину Сэм, вглядываясь в экран, – Он что-то нашел… Черт… – Сэм, что там?! – сорвалась на крик Наташа. – На крыше три тела, – мертвым голосом ответил он и опустил руку с планшетом. – Может это не ваши? – попытался выдавить из себя поддержку Кайл. Получилось плохо. – Ага, с маячками Баки и Рей, – тихо бросил Сэм, – Подсадите меня.  – Не хорони людей раньше времени, – назидательно произносил Кайл, – От рук моих отталкивайся.  Сэм быстро заполз наверх. Все было в дыму, видимость практически нулевая. Сразу за ним вскарабкалась и Наташа. – Это они, – голос Уилсона дрогнул. Нат, закусив губу, уверено двинулась к телам с фонариком. Отсюда было невозможно понять, в каком те были состоянии.  – Боже… – прохрипела агентка, смотря на душераздирающую картину. Баки и Рей лежали вместе, Барнс все еще сжимал руку той, а между ними лежал ребенок, лицо которого было прикрыто тканью. Лица у обоих были ужасно бледными, губы синими, – Пожалуйста, дышите… – она положила фонарик в сбоку от себя и опустилась на колени, прощупывая пульс, – Сэм! Сюда! Баки жив! – заорала Наташа, Уилсон тут же кинулся к ней, находу стаскивая с себя рюкзак.  – Черт, – выругался он, путаясь в шланге от еще одного противогаза, но после быстро нацепил его Баки на лицо и оттащил того в сторону, – На нем даже ожогов не осталось почти, что за хрень?  – Это не хрень, это Рей, – прошептала Наташа, указывая на легко сияние, окутывавшие все три тела, его почти не было видно из-за дыма, заполнившего все кругом. – Что с ней? Раз держит силу, значит жива! – крикнул Сэм и принялся спускать Барнса с крыши. Кайл, без слов все поняв, страховал снизу.  – Не могу понять, дышит ли она, – ответила Романофф. – Отойди, у тебя руки дрожат, – он отодвинул ту в сторону и принялся натягивать противогаз и на голову Эвердин, – Наверху разберемся.  – А ребенок? – дрожащим голосом спросила Наташа.  – Забираем, но прости, ДАСВ Рей я ему не отдам, мне она дороже, – сурово кинул он в ответ и подхватил легкое тело на руки, а после спрыгнул с ним вниз. Нат аккуратно перехватила ребенка, сделала жалкое подобие слинга из костюма Рей, а после закрепила его на груди вместе с мальчиком. – Тут еще и ребенок?! – закричал Кайл, хватаясь руками за голову. – Да, – кивнула Наташа, – Там внутри остались люди, я посветила фонариком в помещение. – Черт, там могут быть еще дети? – ругнулся командир. – Если они вытащили только этого, значит, что если дети там и есть, то точно не живые, – поморщился Сэм. – Ладно, разберусь, выходите, этим срочно нужна помощь, только как вы их потащите… Я не могу сейчас тут своих бросить и потратить минут сорок на дорогу туда-обратно. – Мы справимся, я возьму Рей, Сэм как-нибудь потащит Баки. Вы и так сделали для нас слишком много. Будь осторожен, удачи, – агентка положила тому руку на плечо и слегка сжала его. Кайл лишь кивнул и ушел за остальными, решив, что с трупами они будут разбираться в самую последнюю очередь. Сейчас важнее всего было собрать информацию об этом месте. – Я не представляю, как мы их будем вытаскивать, – растерянно протянул Уилсон, когда они дотащили тела друзей до первого подъема. – Я удержу Рей и ребенка. – А я так в себе не уверен, – хмыкнул Сэм и попробовал взять Барнса на руки. Получилось. Но вот шанс того, что он удержит его на протяжении всего подъема, был чертовски мал. – У меня есть запасной карабин и трос, – вспомнила Нат и быстро полезла в сумку. Обратный путь был куда страшнее спуска. Страх сковал обоих разом. Страх не донести до поверхности живых друзей, а потерять их по пути. Наташа покрепче прижала к себе Рей, стараясь не задавить при этом ребенка на груди, после она зацепилась за трос. Лебедка взвыла. Про себя агентка начала читать все молитвы, которые знала.  – Я креплюсь! – крикнул ей снизу Сэм.  – Давай! Ни пуха ни пера!  – К черту! – ухмыльнулся Уилсон, стараясь отбросить от себя дрянные мысли.  Они поднимались и поднимались. Метр за метром. Хоть большую часть веса Баки и держал трос, Сэму все равно приходилось придерживать его, потому что креплению, которое сам и сделал, он совершенно не доверял. У него кружилась голова от жара, хотелось просто закрыть глаза и прилечь поспать. Но он держался. В их с Наташей руках были жизни еще троих человек. Наташа, добравшись до первого коридора, шумно выдохнула и положила Рей на пол, давая себе каплю отдыха. – Нат, что у вас? – раздался голос Стива в ком-линке. – Барнс живой, мы поднимаем их наверх, – ответила она, все еще тяжело дыша. – Что с Рей? – задал он новый вопрос. – Не знаю, ее тоже вытаскиваем, готовьте хоть что-то, скорее всего будет нужна реанимация. Тут еще ребенок. Не знаю, жив ли он… – Понял тебя. – Наташа! Помоги! – закричал Уилсон, голова которого только что показалось из отверстия в полу. Они вдвоем затащили Баки на платформу и рухнули на колени. – Давай, держись, нам последний рывок остался, – прохрипела Романофф и помогла отстегнуть ему карабины. Следующий подъем оказался еще тяжелее, чем предыдущий. Сил практически не осталось. У Сэма под конец так дрожали руки, что он был уверен, что Барнс сорвется с его рук и полетит вниз, но обошлось. – Мы практически все, отправьте нам помощь, без сил, – передала Нат в ком-линк. – Идем, вы молодцы, – кинул в ответ Стив и прервал связь. Что было дальше Наташа практически не помнила. Роджерс, забив на боль в колене, принял у нее с рук Эвердин и быстро потащил ту к выходу, попутно зовя кого-то. Баки у Сэма перехватили еще двое солдат, они же и помогли им вылезти наружу. Стив усадил ее на какие-то доски и сорвал маску. Романофф наконец-то вздохнула полной грудью и обмякла у Кэпа на руках. Сэм просто тяжело дышал и смотрел за событиями, разворачивающимися прямо перед его глазами. Парень-медик хлопотал над телами Баки и Рей. Все на автомате. Новая маска с кислородом, какая-то капельница, замеры пульса обоих. – Давление 70 на 40, – ледяным тоном бросил он девушке, которая качала воздух в легкие ребенка, – Пульс нитевидный. Она сползает. – Работай, а не комментируй! – огрызнулась она и вернулась к мальчику, – У моего вообще пульса нет! Если не появится в течение пары минут – объявляю погибшим. Стив молча наблюдал за происходящем. Ему просто хотелось, чтобы все это прямо сейчас закончилось. Чтобы его разбудили и сказали, что все это просто дурной сон. Очередной кошмар. – Парень в норме, отравление угарным газом, но жить будет, – снова раздался голос медика, – Капитан, тащите его на ваш корабль. – Какой корабль? – переспросил Сэм. – Квинджет, я же еще в начале отправил ему сигнал. Ты забыл? – рассеяно спросил Роджерс и встал, чтобы оттащить Баки и болоны с кислородом. – Точно, – хмыкнул Уилсон и пошел вслед за Стивом. Наташа, словно очнувшись ото сна, смотрела на грудь подруги. На грудь, которая практически не поднималась, на бледное лицо, на капли пота, которые выступали у Эвердин на лбу, хотя тело ее было холодным как лед, на ее перепачканные сажей руки, на парня-героя, который сейчас бился за ее жизнь… – Я сделал все, что мог, – спустя еще пару минут сказал он, отстраняясь. У рыжей сердце в пятки ушло. – Ты, кретин! – заорала на него девушка, – Ты слова-то подбирай нормально! Вы не волнуйтесь, она жива, просто мой коллега – идиот, он в плане того, что можете ее забирать. Пульс более-менее ровный, но мы здесь уже ничего не сделаем! Должного оборудования нет. За жизнь ребенка ответственность не беру, тут только удача. Долетит или нет. – Спасибо вам, – Нат дала себе легкую пощечину, чтобы придти в себя, и подхватила мальчика на руки. – Возьмите маску и насос, качайте воздух не прекращая, он не сможет сам дышать в ближайшее время, – улыбнулась девушка. *** Стив помогал Баки спускаться по трапу. Рей и ребенка уже утащили врачи во главе с Шури. Сэм и Наташа сразу убежали за ними. Т’Чалла же стоял внизу, ожидая их.  – Я рад, что все обошлось, – грустно улыбнулся он и подхватил Баки под вторую руку, тот благодарно кивнул ему, – Лаборатория уничтожена?  – Полностью. Фьюри передал, что всех живых арестовали, информацию нужную изъяли, а все остальное решили взорвать. Там все равно все сгорело, – ответил Стив и усадил Барнса на каталки, его тут же обступили врачи и повезли вслед за Эвердин и ребенком.  – Да уж.. – протянул вакандец, – Ты, я смотрю, тоже не в своей идеальной форме.  – Легко отделался, – хмыкнул Кэп и наконец пожал королю руку как следует.  ***  Яркий белый свет резал глаза. Роджерс, только что вышедший после перевязки, прихрамывая, опустился на скамейку рядом с Романофф и Уилсоном. Те уже около сорока минут сидели, не шевелясь.  – Уже что-нибудь известно? – спросил он.  – У Бака отравление угарным газом, но на нем никак не скажется. Через день-два будет как новый. Про остальных пока молчат, – ответил Сэм, сверля взглядом стену перед собой.  Еще спустя полчаса вышла Шури.  – Угарный газ, – начала она, – Тяжелое отравление. Гипоксия мозга. Сердце у обоих чуть не остановилось.  – Но они же живы? – спросила Наташа, голос ее был очень севшим – то ли от дыма, то ли от того, что она слишком много кричала сегодня.  – Пока да, – Шури устало потерла лицо, – Точнее Рей с вероятностью в 99 процентов. Ребенок… Шанс на жизнь меньше 10 процентов, но мы сделаем все. Если его мозг не выдержит… – она не договорила. Не нужно было, – Но у Рей, помимо прочего, разрыв обоих барабанных перепонок. Я не знаю, что с ней там делали, но это просто кошмар.  – Она оглохнет?! – в ужасе воскликнул Сэм.  – Нет, и мы опять-таки сделаем все, чтобы помочь ей. Пока не могу сказать точных прогнозов. Тут нужно делать аудиометрию. Но в большинстве случаев слух возвращается. Да, становится хуже, но глухой она не будет.  Романофф откинулась спиной к стенке. Из глаз, наконец-то, потекли невыплаканные слезы, которые она так старательно сдерживала на протяжении этих часов. Все самое страшное было позади.