«Сердце из другого времени»

На полу его ванной, прямо на подогреваемом мраморном кафеле цвета слоновой кости, скорчился человек. Нет, не человек - мальчик. Молодой парень с пепельными волосами, растрёпанными и спутанными, в одежде, которая казалась Чонгукумузейным экспонатом. Широкие синие джинсы с потёртостями на коленях, клетчатая рубашка в красно-чёрную клетку, накинутая поверх белой футболки с каким-то примитивным принтом, и странные массивные кроссовки на толстой подошве. Парень поднял голову, и Чонгук забыл, как дышать. Огромные миндалевидные глаза, опушённые длинными ресницами, точеные скулы, которые могли бы резать стекло, пухлые губы, приоткрытые в немом крике, и нос с изящной горбинкой - всё это складывалось в лицо, которое хотелось рассматривать бесконечно. Даже несмотря на серую пыль, покрывающую его кожу и одежду,-скорее всего, нано-частицы от хроно-перехода. - Твою мать... - выдохнул незнакомец, оглядываясь. Его взгляд метался по помещению, цепляясь за каждую деталь.  За зеркальную стену, которая вместо отражения транслировала утренние новости с плавающими голографическими иконками. За душевую кабину из затемнённого стекла, которая сейчас мягко светилась изнутри, подсушивая стены.  За сенсорные панели, реагирующие на движение воздуха.  За умный унитаз, бесшумно открывающий крышку при приближении. И на Чонгука. Особенно на Чонгука. Широко распахнутые глаза незнакомца скользнули по его мокрым чёрным волосам, по широким плечам, по рельефной груди с дорожкой волос, уходящей вниз, по идеальному прессу, по узким бёдрам, которые прикрывало лишь тонкое махровое полотенце, сидящее опасно низко. Парень густо покраснел - краска залила не только щёки, но и шею, и даже уши. -Вы... ты... что за хрень?! - голос сорвался на фальцет. Чонгук моргнул. Раз, другой. Может быть, это галлюцинация от хронического недосыпа? Последние три недели он ночевал в лаборатории, работая над стабилизацией хроно-поля. Он незаметно ущипнул себя за бедро - больно.  Потом нажал на точку под рёбрами, где у него был вживлён базовый нейро-имплант, вызывая диагностику. Нейро-имплант отчитался: «Состояние: стабильно. Галлюцинации: не обнаружены. Уровень стресса: повышен». Значит, не галлюцинация.  - Ты кто такой и как сюда попал? - голос Чонгукапрозвучал низко и хрипло, с той интонацией, которую его коллеги боялись — предвестник ледяного спокойствия перед бурей.  - Я? - парень вскочил на ноги, пошатнувшись, и схватился за край раковины, чтобы удержать равновесие. Раковина, реагируя на прикосновение, мягко засветилась по контуру. Парень отдёрнул руку, как ошпаренный. - Я Ким Тэхён. Я... боже... Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Было видно, как он собирается с мыслями. - Я был в лаборатории у хёна, он там со своим дурацким хроно-генератором возился. Я просто зашёл спросить, пойдём ли мы на премьеру «Властелина колец» сегодня вечером. А эта штука... она гудела, искрила, и я захотел посмотреть поближе.  Я нажал какую-то кнопку, и...  - Тэхён обвёл рукой помещение, и его глаза снова расширились от ужаса.  - Где я? Это больница? Почему тут всё так... футуристично? - «Властелин колец»? - Чонгук прищурился, пропуская мимо ушей вопрос о больнице. -Братство Кольца? Премьера первого фильма была в... две тысячи первом? - Ну да! - в глазах Тэхёна блеснули слёзы отчаяния. - Сегодня шестнадцатое декабря две тысячи первого года! Боже, я опоздаю, хён меня убьёт... - Ты сказал, 2001 год? - перебил Чонгук, чувствуя, как внутри всё холодеет от осознания. - Да! Чонгук медленно выдохнул. Он был физиком-хронологом, чёрт возьми, одним из лучших в Азиатском отделении Института Пространства-Времени. Он знал теорию. Знал, что перемещения возможны. Знал, что спонтанные хроно-провалы случаются раз в несколько десятилетий. Но чтобы вот так - в его ванной, в его жизнь, в его личное пространство упал этот невероятный, невозможный, прекрасный мальчик из прошлого... - Стой там, - приказал Чонгук и шагнул к сенсорной панели на стене. Он провёл ладонью по голографическому экрану, вызвав системное меню. Пальцы летали над виртуальными клавишами, вызывая данные с городских хроно-датчиков.  Маленький экранчик в углу показал всплеск -ровно в 07:43 по Сеульскому времени пространственно-временной континуум в радиусе трёх метров от его квартиры дёрнулся так, что должно было сработать пол города систем оповещения. Но не сработало. Почему? - Сегодня... - Чонгук вывел на общий экран дату и развернул голограмму так, чтобы Тэхён видел. В воздухе повисли светящиеся цифры: 2101 год, 16 декабря, 07:44. Тэхён уставился на них. Его лицо побледнело так стремительно, что Чонгук испугался- парень сейчас грохнется в обморок.  Губы шевелились беззвучно, пытаясь произнести цифры, которые отказывались укладываться в голове. - Этого не может быть... - прошептал Тэхён, и слёзы хлынули из его глаз.  - Это сон. Это просто дурной сон. Я сейчас проснусь. Я сейчас проснусь, и хён будет кричать, что я проспал... Он с силой ущипнул себя за руку. Потом ещё раз. Оставил красные следы на бледной коже. Всхлипнул. Ноги подкосились, и он снова рухнул на пол, обхватив голову руками, раскачиваясь вперёд-назад. Чонгук смотрел на него. На этого странного, отчаянно красивого парня из прошлого, который дрожал мелкой дрожью на полу его ванной, в лужице воды от его душа. Нужно было вызывать службу хроно-безопасности. Нужно было сообщить в институт. Это был его долг как учёного, как гражданина, как человека, наконец. Но что-то его останавливало. Может быть, этот потерянный взгляд. Может быть, то, как он сжимался в комок, пытаясь стать невидимым. Может быть, то, что Чонгук вдруг остро, до боли в груди, осознал: если он сообщит, этого мальчика заберут. Будут изучать. Держать в стерильном боксе, как подопытное животное.  И он никогда больше не увидит этих глаз. Чонгук подошёл и протянул ему руку. - Вставай. Пол холодный, а ты дрожишь. Тэхён поднял голову. Слёзы всё ещё текли по его щекам, размывая серую пыль, оставляя чистые дорожки на коже. Он посмотрел на протянутую руку широкую ладонь с длинными пальцами, покрытую мозолями от турников и лабораторных инструментов. Потом на лицо Чонгука - серьёзное, сосредоточенное, но с какой-то странной мягкостью в глубине тёмных глаз. И вложил свою ладонь в его. Рука Тэхёна была тёплой, живой, дрожащей. Чонгук потянул, помогая ему встать, и они оказались слишком близко. Почти вплотную. Тэхён был чуть ниже - сантиметров на пять, не больше, - и Чонгуку пришлось чуть склонить голову, чтобы смотреть ему в глаза. Он чувствовал запах его кожи - странный, незнакомый, но дико притягательный. Запах озона от хроно-перехода, запах страха, и ещё что-то неуловимо родное, будто он знал этот запах всегда. - Пойдём, - тихо сказал Чонгук. - Я отведу тебя в гостиную. Нужно разобраться. И... чёрт, мне нужно одеться. Тэхён снова покраснел, отводя взгляд от его груди (которую Чонгук, чёрт возьми, даже не пытался прикрыть, потому что вторая рука была занята поддержкой Тэхёна), и кивнул.