Мы же друзья, правда?

Тэхён широко зевает время от времени кидая взгляд на часы. Пара тянется долго и нудно, в аудитории тихо и кроме монотонного голоса преподавателя никого слышно. Рядом с ним сидит его друг, Чонгук. Они дружат ещё с песочницы, их родители всегда тесно общались, мамы забеременели в один период, и считай, родили почти вместе, Тэхён всего лишь на месяц младше. Чонгук вёл себя как настоящий старший брат, всё рассказывал и показывал; брал под свою отвественность, когда они вместе ходили гулять; поступили в один университет; а самое главное, они постоянно были вместе. Люди удивлялись, когда узнавали, что они не братья а просто друзья. Но в какой-то момент Тэхён понял, что что-то не так. Чонгук пользовался популярностью среди девочек, он ходил в зал, был высоким и нереально симпатичным. Невероятно обаятельным и харизматичным. Та что уж говорить Тэхён сам, пока слушал Чонгука, иногда мог нехило залипнуть. Помимо внешности он был правда эрудирован и умён. Ну просто сто из ста. Вот и сейчас снова, как и последние года два, Тэхён смотрит на своего друга, втихаря, пока тот записывает конспект. Его руки покрыты узорами татуировок от плечей до кончиков пальцев. Тёмные, как смола, волосы ложатся на лоб. Пухлые губы, которые хочется почувствовать на своих. От этих мыслей в животе бабочки. Ким Тэхён до определённого момента никогда не ловил себя на таких мыслях, он воспринимал своего друга стопроцентно как друга, и не больше и не меньше. Но два года назад, когда им было по шестнадцать, что-то поменялось. Чонгук вошёл в первые отношения. И внимание, что обычно уделялось Тэхёну, стало уделяться девушке. Чон умел ухаживать, огромные букеты цветов, дорогие подарки, на которые он зарабатывал сам, помогая людям за деньги. То разгрузить что-то, то выкопать, в общем, по мелочам, но зарабатывал. Так его воспитали, самостоятельного и уверенного в себе. Тэхён тогда сходил с ума, постоянно просматривал инстраграмм его девушки, застывал на фотографиях, где Чонгук целует её в губы и искренне смеётся, лёжа с ней в одной постели. Парень сгорал от ревности, тогда и понял, что такое не должны чувствовать друзья. От одной мысли, что на месте этой девушки мог бы быть он — живот тянуло. Тэхён мог помечтать время от времени, но многого не позволял. — Тэхён? — Чонгук, заметив задумчивый вид Тэхёна, махает перед глазами, — Пара закончилась. — А? Точно, задумался. Младший чувствует, как краснеет, словно его застукали за чем-то ужасным. Но Чонгук наверняка подумал что Тэхён просто витает в облаках, потому что лекция оказалась довольно скучной. — Как насчёт перекусить? — довольно спрашивает Чонгук, растянувшись на сиденьи, — Я голодный как пёс. Парень улыбается и кивает болванчиком, — Я не против. — Позову Союн с нами. И тут же настроение улетучивается. Союн — девушка Чонгука. Они вместе полгода, насколько Тэхён знает, даже знакома с родителями. И слышать рассказы одно, а вот наблюдать за ними — совсем другое. Они встретились в кофейне недалеко от универа, Чонгук обнял её за талию и впился нежным поцелуем в чужие губы. Тэхён отвернулся, чтобы не смотреть лишний раз, и сделал вид, что рассматривает витрины с выпечкой. Союн очень добрая и контактная девочка, а ещё милая, поэтому Тэхён чувствовал себя рядом с ней никчёмным, и даже не думал, что имеет право бороться за Чонгука. — Тэхён-и, ты сегодня задумчивый, — решает прокомментировать Союн. Они сидят за столиком у стены, активно общаются с Чонгуком, но Тэхён молчалив, даже к кофе почти не притрагивается, — Что-то случилось? — Нет-нет, всё в порядке, просто устал. — Может, посидим у меня сегодня? Я недавно съехал от родителей, даже новоселье не отметил, — Чонгук улыбается своей фирменной квадратной улыбкой, — Пожалуйста, Тэхён, вы с Союн самые родные мне люди. Девушка смотрит на своего парня с теплотой и целует в щёку, растянув губы в улыбке, — И правда, почему нет? Тэхён, ты не против? — Я не знаю… Столько дел в последнее время. На самом деле, Тэхёна понять можно. Времени свободного много, но смотреть, как они будут сидеть в обнимку — невыносимо. Не то, чтобы он чувствовал себя лишним, просто чувство ревности будто бы сжигает. — Ну-у, не отказывай мне, Тэхён. Ты же мой лучший друг, — Чонгук состраивает такое страдальческое лицо, что отказаться парень не может, и просто кивает, — Супер, тогда, я куплю виски. Настроив грандиозных планов на вечер ребята разошлись. Тэхён в сторону дома, Союн с Чонгуком вместе к нему. В голове снова ворох мыслей, и периодами Тэхёну кажется, что проще закончить общение и забыть про Чонгука. Ну потому что совсем уж тяжко. Но перспектива, что Чонгук будет счастлив без него — угнетает сильнее. Вообще кажется, что любое решение будет провальным, если это решение не «быть с Чонгуком вместе». Дома тихо и одиноко, он быстро принимает горячий душ, переодевается в просторную футболку и спортивные штаны, которые когда-то давно похвалил Чон. Тэхён вообще всегда учитывал его мнение больше, чем собственное. И поехал к Чонгуку по адресу отправленный ему в сообщения. Чонгук давно хотел переехать от родителей и стать самостоятельным, поэтому неудивительно, что уже в восемнадцать он осуществил свою цель. Квартирка была небольшой, однокомнатной студией, с хорошим ремонтом и довольно просторная. Большой мягкий диван у стены, стеклянный столик, на котором уже подготовлен алкоголь и снеки. А ещё Чонгук любитель тусколого света, так что никогда не использует основной, лэд-лента светит по периметру комнаты тёплым светом, а из ноутбука играет приятный плейлист. Тэхёна встречает Союн и проводит в комнату, где уже царит приятная атмосфера. Он приехал так же не с пустыми руками, подарочный пакетик передал лично Чонгуку, и тот обнял его вместо благодарностей. — Спасибо, что пришёл, Тэхён-и. — Конечно, я бы пришёл, мы же лучшие друзья. Чонгук хорошо одет, в прицнипе как и всегда, от него приятно пахнет, и Тэхён снова отчего-то чувствует прилив грусти. Они садятся на диван и разговор идёт как по маслу, всё же у них никогда не заканчиваются темы для разговоров. От настольгии детских лет, до серьёзных тем, теорий, и вопросов, на которые невозможно найти ответы. Этим Чонгук тоже нравился Тэхёну, с ним поговорить можно о чём угодно, не смущаясь и не скрываясь. Только одну тему он никогда бы не поднял — о чувствах. И никогда же не чувствовал ничего подобного, но вот тебе раз, и всё поменялось. Когда-то у них заходила тема о гомосексуальности, и Чонгук говорил, что не имеет ничего против, если люди любят свой пол. Но как бы он отнёсся, если бы Тэхён признался в своих чувствах к нему? Чонгук замечает в Тэхёне изменения, но на любые вопросы получает «Всё в порядке». Даже сейчас, младший особо не пьёт, а сегодня тот довольно пристрастился к виски, несмотря на то, что он уже изрядно выпивший. — Тэхён? Может, достаточно? — вкрадчиво интересуется Чон, — Ты пьян. — Всё в порядке, ещё немного. Телефон Союн вибрирует и девушка, извинившись, покидает гостинную, ссылаясь на важный звонок. Чонгук провожает её фигуру взглядом, и возвращается к задумчивому другу, решая, что пора поговорить: — Тэхён, что с тобой происходит? — А что происходит? — Ты очень изменился, закрылся в себе. Что-то случилось? Их разговор прервала Союн, очень быстро натягивающая куртку на плечи. — Чонгук-и, прости, мама позвонила, неважно себя чувствует, — она мажет губами по щеке, — Прости, пожалуйста. — Всё в порядке, не волнуйся, мы посидим с Тэхёном, — и Чонгук правда не обижается, причин для этого нет. Союн обнимает Тэхёна на прощание и торопясь покидает дом, в котором остаются они вдвоём. В другой ситуации, Ким бы обрадовался, но когда разговор зашёл на не очень приятную и скользкую дорожку, именно сейчас присутствие Союн его бы спасло. — Так что, что с тобой происходит? — Я просто взрослею, наверное? — неуверенно предпологает Тэхён. — Ты закрываешься от меня. — Неправда, Гуки, я всё ещё твой лучший друг, — голос вздрагивает, Ким слишком пьян. Чонгук грузно вздыхает, чувствуя, что друг точно что-то недоговаривает, он знает его слишком хорошо. Но и так же хорошо знает, что если Тэхён молчит, то пока-что не время. Знает, что Тэхён очень мягкий и его легко задеть или оттолкнуть. Знает, что тот молчит до последнего, и старается проживать тяжёлые моменты в одиночестве. — Если тебе хочется выговориться, я всегда рядом, — напоминает Чонгук, словно Тэхён забыл совсем, что может поговорить с ним о чём угодно. — Знаю, спасибо, Гуки. Чонгук подвигается ближе и крепко обнимает его, поглаживая по макушке. Тэхён тянет носом воздух, адеколон Чона сводит с ума, его ладони по-собственнечески прижимают к себе. Тэхён выдыхает, просто наслаждается таким интимным моментом. Чонгук немного отодвигается, глядя на раскрасневшегося Кима, (Чонгук думает, что дело в алкоголе), и улыбается уголками губ. Они настолько близко друг к другу, что Тэхён чувствует на своём лице чужое дыхание, вскидывает глаза вверх и чувствует, как сердце разгоняется до ста точно. Во рту пересохло. Чонгук очень близко. Он опускает взгляд на губы, хотя очень старался держать себя в руках, сглатывает вязкую слюну и решается. Решается податься вперёд. Он касается своими губами чужих, влажных от недавних поцелуев с Союн, и этот факт неприятно удручает. Чувствует, как Чонгук шокированно замер, при этом не отталкивает, но и на поцелуй не отвечает. Тэхён испуганно дёргается назад, осознавая только сейчас свои действия а потом вскакивает на ноги, заметавшись по комнате в поиске личных вещей. — Я пойду, поздно уже совсем, такси не ходит уже, — тараторит младший, избегая смотреть в сторону Гука, хотя чувствует его шок. Чонгук молчит, не останавливает, совсем ничего. И от этого больно. Лучше бы оттолкнул, сделал хоть что-то, но теперь ничего не понятно. Домой Тэхён добирается быстро, сердце до сих пор стучит так, словно вот-вот выпрыгнет. В голове прокручивается момент поцелуя, какой он был долгожданный, губы Чонгука чувствовались невероятно правильно. Но только сейчас он думает о том, что ему сказать в следующую встречу, как теперь будут складываться их дальнейшие отношения. Всю ночь не спал, ворочался, адреналин не покидал тело. В сеть Чон тоже не заходил, может, он вообще все ещё сидит в той же позе, даже не клипая глазами. На следующий день в аудиторию Тэхён зашёл с опозданием, дабы не видеться с Чонгуком на перерыве. Хотелось избежать этого разговора как можно дольше. Но Чонгука на паре не оказалось. Тэхён начал волноваться, Чон никогда не пропускает пары, только из важных причин, и то, приходил с высокой температурой и крайне плохим самочувствием. Так в чём же дело? Сосредоточиться на лекции было трудно, разум кричал «Позвони ему». И когда Тэхён понял, что ко второй паре Чон так же не спешит, он решился поехать к нему домой. Прежде, чем позвонить в звонок, он долго мялся у двери, думал, мол, может его вообще нет дома. Но стучать не приходится, Чонгук открывает дверь, явно собравшись куда-то пойти, но заметив перед дверьми Тэхёна — замер. — Чонгук… — сипло начинает Ким, — Я хотел поговорить. — Я тоже. Заходи. На лице Чонгука отпечаталась бессонная ночь. Они не спали оба. Оба обдумывали. Тэхён прошёл в коридор и дверь за ним закрылась. Наступила тишина. Он чувствовал Чонгука, его присутствие, но никто не решался начать. Чонгук вздохнул: — Начнём с того, что… — он замялся, и его голос стал ниже, — Союн мне изменила. Вчера… Она ушла к своему любовнику. А я поехал вчера к ней домой, и её мама сказала, что не звонила ей… В общем… Сердце ухнуло в пятки, Тэхён тут же обнял Чонгука вкладывая в это действие всю свою поддержку, показывая «Я рядом, я с тобой», и Чон это чувствует. Он качает головой и обнимает в ответ. Тэхён расслабляется, когда понимает, что его не оттолкнули после вчерашнего. — Пошли, допьём виски, — предлагает Чонгук. И они идут в комнату, алкоголь разлит в стаканы ещё со вчерашнего дня, Чонгук так и не убрал их, хотя был довольно чистоплотным. Тэхён тут же подхватывает свой стакан и делает несколько жадных глотков, чувствуя, что дальнейший разговор на трезвую выйдет тяжким. Чонгук так же делает глоток, и падает на диван, устало потерев переносицу. — Тэхён, что это вчера было? — Я… я… — Тэхён заблеял, он думал, что у него есть ещё время подготовиться, но Чон решил не затягивать, — Мне кажется, вчера я сильно перепил. — Перепил? — уточняет Чонгук, — Сядь ко мне. Тэхён сглатывает ком и садится рядом, где секундой раннее стучал ладошкой Чонгук. — Я выпил вчера очень много, я не помню о чём думал в тот момент. — Правда? — голос Чонгука становится тише, его глаза смотрят неотрывно, такой взгляд Ким видит впервые. Тэхён кивает и не выдерживает, стыдливо опускает взгляд куда-то в стакан, на ворс ковра, да что угодно сейчас интереснее. — Посмотри на меня, — это звучит как приказ. И Тэхён не смеет ослушаться, если он звучит от Чонгука. Парень поднимает свой взгляд и ловит чужой, внимательный. Между ними словно идёт немой диалог. Чонгук отставляет чужой стакан из рук, и свой оставляет там же, где-то на столе. Не отводя взгляда, ничего не говоря, он помогает Тэхёну откинуться на спинку дивана. Медленно, неспеша. — Чонгук… — Помолчи, сейчас просто помолчи. Тэхёна нормально так потряхивает, когда Чонгук опускается перед ним на колени. Время кажется вечностью, Чонгук опускает сухие губы на солёную кожу шеи, и Ким нервно сглатывает. Старший ведёт языком, чувствуя под кожей бьющуюся венку, прикусывает, чувствуя дрожь в тельце. И с каждой секундой делает всё более уверенные действия. — Чонгук, что ты… — Тебе приятно? — перебивает на полу слове. — Мг-м… — согласно мычит, — Но что ты делаешь? Тэхён до сих пор думает, что всё это странная затянувшаяся шутка. Что Чонгук балуется. — Ничего, а что я делаю? — с ноткой издёвки. А Ким уже растёкся где-то лужицей. Когда Чонгук задирает его футболку и тут же приливает к вставшим соскам, Тэхён чувствует как его обдаёт горячей волной. Во-первых — он вообще не представляет, что делать? Во-вторых — это делает Чонгук. К лицу прилила краска, нервная улыбка сменилась рванным дыханием, и всё это перевести в шутку становится труднее. Чонгук смотрит испытывающе, играется языком с бусинами, прикусывает, срывая тяжёлые вздохи, зализывает. — Чонгук… Это странно. Да, странно, что друг, которого он всегда воспринимал как друга, в принципе видел его рядом с девушками, сейчас вылизывает его соски и смотрит прямо в душу, совсем не по-детски. — Не думай ни о чём, — просит шёпотом, а после поднимается к нему и целует в губы. Прям как хотел этого Тэхён. Чтобы губы Чонгука были на его губах. Тэхёна пробивает дрожью, он скулит в поцелуй от желания и хватается за мощные плечи, желая прижаться как можно сильнее, будто это всё галлюцинация и плод его воображения. Но Чонгук не пропадает, наоборот, углубляет поцелуй, исследуя языком рот друга. Они целуются долго и тягуче, старший осторожничает, словно одно движение и Тэхён рассыпется. И только когда заканчивается воздух в легких, они отлипают друг от друга с мокрым звуком. Чонгук смотрит ему в глаза, загнанно дыша. — Мы не должны этого делать, — едва слышно напоминает Тэхён. — Ты же хочешь это? — уточняет Чон, поглаживая большим пальцем чужую скулу, — Или я не так что-то понял? Ты поцеловал меня. Сам, в губы. А потом убежал, оставив меня с сотней вопросов. — Прости… Гуки, прости. — Просто скажи мне, вчера… — он прокашлялся, замявшись, — Вчера ты поцеловал меня, почему? Тебе правда просто алкоголь ударил в голову? — Я был пьян. Чонгук не сдерживает нервного смешка и кивнув отводит взгляд, — Был пьян, значит. — Гук… — А сейчас? Сейчас тоже пьян просто? Ты только что отвечал мне на поцелуй, и более того, я почувствовал своим бедром твоё желание, — и для убедительности Чонгук двинул бедром, задев чужое возбуждение, — Что на это скажешь? Тэхён замолкает, понимая, что оправдываться смысла нет. Он опускает взгляд, чувствуя волну стыда. Чонгук же резко впивается в его губы с новым поцелуем. Чонгук бы никогда в жизни не подумал, что Тэхён чувствует к нему неоднозначные чувства, любые косые взгляды он траковал по-своему, мол, ему кажется, он себя накручивает. Тэхён ему нравился, причём это началось примерно в тот период, когда у него стали появляться девушки. Когда он сам себе пытался доказать, что он гетеросексуал, и что это лишь крепкие братские чувства. Но нет. Ему просто симпатизировали девушки подле, но ни одна из них бы никогда не заменила Тэхёна. И когда Ким поцеловал его сам, Чон думал, что сошёл с ума. Сейчас, целуя Тэхёна и подминая его под себя, он чувствует ни с чем не сравнимое удовольствие. Подобные картинки лишь изредка возникали в его голове. Он опускается на его шею, оставляя яркие засосы, желая пометить его с головы до пят. Тэхёну кажется, что сердце выпрыгивает из груди, и страшно и приятно, мысли путаются в голове. Чон продолжает ласкать пальцами затвердевшие соски и сам спускается ниже, расцеловывая впалый животик и ниже, ниже… Проводит губами по ширинке и Тэхён задерживает дыхание, замирает, с придыханием глядя в помутневшие глаза друга. Его горячее дыхание ложится на ткань, он провокативно проводит языком прямо по бугорку, и Тэхён приподнимает бёдра застыв в немом стоне. У него это впервые, все ощущения слишком новы и вызывают яркие эмоции. — Чонгук… — выходит шёпотом, а Чонгуку, кажется, совсем голову сносит от такого Тэхёна. Младший даже не замечает, как его штаны вместе с боксёрами оказались скомканы около дивана. Чон расцеловывает внутреннюю часть бедра, заставляя Тэхёна раскраснеться. Мало того, что он по пояс абсолютно нагой перед своим лучшим другом, так и Чон находится в опасной близости каменного возбуждения, касаясь своими горячими и влажными губами. И недолго мучая, старший обхватывает аккуратный член ртом, с удовольствием смачивая его слюной, проглатывая по основание. Тэхён шипит и сжав оббивку дивана выгибается в пояснице. Он рвано выдыхает при каждой стимуляции, Чонгук так приятно работает языком, что весь воздух выбивается из груди. Он не может поверить, что это происходит. Это не Чонгук, точно нет. Хотя… пусть это просто никогда не заканчивается. Спустя время, почувствовав, что Тэхён на грани, он выпускает изо рта плоть. Тэхён, откинувший голову назад, опускает её вниз, потеряв тёплый рот. Его глаза поддёрнуты дымкой, он вообще, наверное, ничего не соображает прямо сейчас. Чонгук тут же увлекает его в поцелуй, нависнув сверху. Одной рукой зарывает в волосы, другой заставляет его перевернуться под собой, не отрываясь от губ. Тэхён бы смутился вот так становится раком перед ним в любой другой день, но сегодня он особенный. Младший облокачивается об спинку дивана, не разрывая поцелуй; Чонгук избавляется от своих штанов и белья. — Чон… Чон, стой. — хрипло выходит из парня. — Что? В чём дело? — Чонгук обеспокоенно смотрит в чужие глаза. Переборщил? Остановиться? — У меня никогда не было… В смысле, не только с парнями, совсем никого, — он рванно дышит, глядя в потерянные глаза через плечо. Они замерли, Чонгук переваривает информацию, а после вздыхает с легкостью, что дело только в этом. — Это неважно, я не сделаю тебе больно, — обещает. Чонгук отрывается от него всего на долю секунды, чтобы из тумбочки достать смазку, и тут же возвращается назад, целуя чужую макушку со всей нежностью. Он наливает в руку небольшое количество и разогревает, прежде чем пройтись меж ягодицами. Тэхён нервно сжимает руками спинку дивана, сосредотачивается на ощущениях, как палец кружит вокруг входа, а после слегка проникает, вызывая не совсем приятные чувства. Хотелось бы увильнуть, когда первая фаланга оказывается внутри, но Чонгук успокаиваюше расцеловывает спину, лопатки, шепчет приятные слова на ухо. А после продвигается глубже, и Тэхён стонет от боли больше, чем от приятных ощущений. Старший это улавливает, остановившись на половине. — Могу остановиться, ты в порядке? — Д-да… — потерять этот интимный момент куда страшнее, так что Тэхён трепит, — Просто продолжай. Чонгук колеблется ещё некоторое время, но после проникает до конца, вырвав тягучий стон. Немного подождав, начинает движение, неторопливо, изучающе. И только почувствовав, как Тэхён двигается бёдрами навстречу, добавляет ещё один палец. Осторожно и нежно, хотя собственный стояк уже болит от напряжения, он лишь толкается в след своим движениям, и стискивает зубы. Только когда парень активно двигается на трёх пальцах, Чонгук подставляет головку члена, предварительно смазав его обильно смазкой. — Тэхён-и… Я не ожидал, что всё дойдёт до этого, я давно чувствовал к тебе это, но не думал, что тебе это надо. — Чонгук, — он сглатывает слюну, услышав эти слова, его ноги дрожат, — просто войди в меня. Тот, не выдержав, толкается вперёд, и Тэхён громко вскрикивает, роняя голову. Чонгук движется постепенно, проникая глубже. Чувствует со всех сторон то, какой он узкий. Закатывает глаза, закусив губу, потому-что ну это словно сон, самый желанный и нужный. Тэхён в руках словно пластилин. Дав время привыкнуть, он начинает двигаться, сразу найдя простату. Это он понял, когда Тэхён стал выкрикивать на каждом толчке. Его упавший член от боли начал снова вставать, и сочится смазкой. Стоны звонкие, шлепки их бёдер разносятся по всей комнате. Младший извивается, царапает диван, и сам слышит. какие пошлые стоны он издаёт, но ничего поделать с этим не может. Он хотел бы так каждый день. Он рад, что его первым стал Чонгук, и надеется, что станет последним. Только он может касаться его так, делать ему настолько приятно, знать его в таком смысле. И от этого осознания можно сойти с ума. Чонгук ускоряется, почувствовав, как внизу живота скручивается горячий узел, он резко толкается как можно глубже, и не выдержав бурно кончает. Следом за ним Тэхён, когда почувствовал, как сперма наполняет его, сильно закусывает ребро ладони, и едва удерживаясь на коленях кончает прямо на диван. Чонгук подхватывает его поперек живота, придерживая, чтобы тот не упал, и медленно выходит из него. Сперма стекает по внутренней стороне бедра, дырочка неприятно пульсирует, и Тэхён недовольно стонет. Чон оставляет поцелуй на его взмокшем виске и низко смеётся. — Теперь я всё понял. Твои взгляды были неслучайны. — Но мы ведь лучшие друзья… — разморенно напоминает Тэхён, отходя от оргазма. — Правда?