Кот, который гуляет сам по себе

Утро четвёртого дня встретило их солнцем. Арсений проснулся первым, как обычно. Посмотрел на спящего Антона, улыбнулся. Тот лежал на животе, раскинув руки, и тихо посапывал. Красивый, родной, любимый. — Доброе утро, — прошептал Арсений, целуя его в плечо. — М-м-м, — Антон потянулся, не открывая глаз. — Который час? — Десять. — Ого. Мы проспали завтрак. — Мы проспали всё. Антон открыл глаза, посмотрел на него. Взгляд был странным — мягким, но с каким-то отстранённым блеском. — Давай сегодня погуляем? — предложил он. — Прокатимся по городу. Погода хорошая. — С удовольствием, — Арсений поцеловал его. — Куда хочешь поехать? — Увидишь. Сюрприз. Они оделись, позавтракали, вышли к машине. Антон сел за руль, Арсений рядом. Ехали молча, но молчание было уютным, спокойным. — Ты не жалеешь? — вдруг спросил Антон. — Обо всём этом? — О чём? — О нас. О том, что случилось. О том, что ты снова со мной. — Антон, — Арсений повернулся к нему. — Я жалею только об одном — что не вернулся раньше. Что шесть лет потерял. Что позволил тебе уйти тогда в больнице. — Ты не позволял, — Антон усмехнулся. — Я сам ушёл. Сделал выбор. — И правильно сделал. Ты вырос. Стал собой. Я тобой горжусь. Антон промолчал, но на губах мелькнула тень улыбки. Машина въехала в знакомый район. Арсений не сразу понял, куда они едут. А когда понял — сердце пропустило удар. Парк. Та самая аллея. Та самая скамейка. Антон остановил машину, заглушил двигатель. Повернулся к нему. — Выходи, — сказал он спокойно. — Что? — Арсений не понял. — Выходи, — повторил Антон. — Приехали. Арсений вышел, глядя на скамейку. Дождь моросил — такой же, как тогда. Холодный воздух, серое небо, мокрый асфальт. Антон вышел следом, обошёл машину, остановился напротив. — Помнишь это место? — спросил он. — Помню. — Ты посадил меня здесь шесть лет назад. Сказал: «Найди себе нового хозяина, котенок». И уехал. — Антон, я... — Я не закончил, — перебил Антон жестко. — Я тогда сидел здесь три дня. Ждал. Думал, ты вернёшься. Ты не вернулся. А потом я пошёл на вокзал. И началась другая жизнь. Арсений молчал. В горле стоял ком. — А теперь я хочу закрыть этот гештальт, — Антон посмотрел ему в глаза. В них не было злости — только холодная решимость. — Посиди тут. Как я тогда. — Антон... Прошу! — Сядь, я сказал! Арсений сел на скамейку. Мокрые доски, холод, знакомый запах дождя. Антон стоял над ним, высокий, красивый, недосягаемый. — А теперь послушай меня внимательно, — сказал он. — Я больше не котёнок. Я никогда им не был, просто ты хотел меня таким видеть. Я выжил без тебя. Я стал журналистом, построил карьеру, научился быть один. И я больше никогда не буду ничьим. — Антон, что ты... — Ты хотел знать, смогу ли я тебя простить, — перебил Антон. — Я не знаю. Может, смогу. Может, нет. Но сначала ты должен понять, каково это — сидеть здесь и ждать. Без надежды. Без веры. Просто сидеть. Он развернулся и пошёл к машине. — Антон! — Арсений вскочил. — Подожди! Умоляю… Антон обернулся у самой дверцы. — Посиди тут, — повторил он спокойно. — Поищи себе нового котёнка. А я теперь кот, который гуляет сам по себе. Он сел в машину, захлопнул дверь и уехал. И Арсений сел, он остался на скамейке под дождём. Как шесть лет назад. Только теперь они поменялись местами.