Пугающие истории

      Лена никогда не любила зеркала. Не боялась — просто избегала смотреть в них дольше обычного. Проверить волосы, поправить одежду — и все. Дальше взгляд уходил в сторону.       Раньше она объясняла это просто: — Нечего там разглядывать. Но на самом деле ей всегда было немного не по себе. Особенно из-за глаз.              Голубые — чистые, холодные, почти прозрачные. В детстве ей говорили, что в них слишком много неба. Но сама Лена иногда ловила себя на мысли, что в отражении они выглядят глубже, чем должны быть. Словно там есть что-то еще.       Ее волосы — темного-шоколада, густые, мягко вьющиеся до плеч — обычно создавали ощущение уюта, живости. Они обрамляли лицо, делая его мягче. Но в зеркале, иногда казалось тяжелее, темнее. Как будто впитывали свет.       Все началось с усталости, так она себе сказала. Лена стояла в ванной, пальцами перебирая пряди волос, которые слегка завивались у ключиц, и смотрела на свое отражение. — Это просто ты, — тихо сказала она себе, губы в зеркале говорили, но, не сразу. Или ей показалось?       Ее голубые глаза чуть прищурились, она всмотрелась внимательнее. Отражение смотрело на нее в ответ, слишком пристально, Лена моргнула. И все стало нормально. — Показалось, — она отвернулась слишком резко, почти дернув плечом, и темные локоны мягко скользнули по щеке.       Запись в дневнике — День 1: Сегодня странное ощущение, смотрела в зеркало и будто не узнала себя на секунду. У меня ведь обычное лицо… но почему-то кажется, что оно может быть другим, особенно глаза. Будто они смотрят не только изнутри, но и откуда-то еще.       На следующий день Лена подошла к зеркалу специально. Ее волосы слегка растрепались после сна, завитки лежали неровно, создавая привычную живую небрежность. Лена всегда любила это в себе — отсутствие идеальной гладкости. Это казалось настоящим.       Она подняла руку, медленно, очень медленно, отражение повторило, идеально. Она наклонила голову, темные волосы скользнули по плечу, отражение — тоже. — Видишь? Все нормально, — Лена улыбнулась, и в этот момент заметила: улыбка в зеркале была чуть, аккуратнее, чище. Как будто ее кто-то отредактировал. И ее голубые глаза в отражении не улыбались, просто смотрели.       Запись — День 2: Сегодня долго смотрела на себя. Волосы — мои, глаза — мои. Но выражение, как будто чужое. Как будто кто-то знает, как я должна выглядеть, и делает это лучше, чем я сама.       Ночью Лена проснулась без причины просто открыла глаза. Сон как рукой сняло. Комната была темной, тихой. Ее волосы рассыпались по подушке, мягко касаясь шеи. И вдруг — ощущение взгляда, она медленно повернула голову. Зеркало, черное, глубокое. И ее глаза — голубые даже в темноте — едва различимые в отражении, но ощущение было четким: на нее смотрят, не она, на нее.       Запись — День 3: Мне кажется, дело в глазах. Я всегда думала, что они просто светлые. Но сейчас, иногда в отражении они выглядят глубже, как будто в них кто-то стоит за мной.       Днем Лена закрыла зеркало тканью, плотно, почти аккуратно. Как будто боялась не скрыть, а разозлить. Но вечером она поймала себя на мысли, что смотрит в окно. И в стекле увидела свое отражение. Волосы падали на плечи, лицо было спокойным, но, на долю секунды ее отражение повернуло голову позже. И глаза — эти слишком светлые глаза — задержались на ней дольше, чем должны.       Запись — День 5: Я больше не хочу смотреть на себя. Но хуже всего то, что иногда оно выглядит, лучше, спокойнее, увереннее. Как будто я — это неудачная версия.       Вечером Лена все-таки подошла к зеркалу, медленно. Ее темные волосы мягко двигались при каждом шаге, она остановилась, смотрела, долго. Голубые глаза встретились с голубыми глазами, слишком точно, слишком ровно. — Хватит, — зло сказала Лена, приблизившись, ее дыхание коснулось стекла. Легкий туман, и в этот момент отражение улыбнулось, чуть раньше, чем она. И в отражении ее глаза стали, глубже, темнее, словно свет в них ушел, Лена отшатнулась.       Локоны резко качнулись, ударившись о плечи. — Нет, — неуверенно вымолвили губы девушки.       Запись — День 7: Я боюсь своих глаз. Это звучит безумно, но, иногда мне кажется, что если смотреть слишком долго — я перестану быть той, кто смотрит.       Ночь пришла тихо, Лена проснулась, села. И сразу увидела: зеркало открыто. Ткань лежала на полу, она не помнила, чтобы снимала ее. Лена посмотрела, и похолодела, в отражении она лежала. Ее темные волосы рассыпались по подушке, глаза закрыты, спокойное лицо. А она — сидела, здесь, сейчас. — Нет… — ее голос дрогнул, и тогда та, в зеркале, открыла глаза. Голубые, но, пустые, слишком глубокие — как небо перед грозой.       Отражение медленно село, волосы мягко скользнули по плечам, с задержкой, как будто повторяя, как будто примеряя, и затем оно подняло руку. Лена — нет, пальцы коснулись стекла, и губы беззвучно произнесли: — Ты мне подходишь.       Последняя запись: Если ты читаешь это — не смотри долго, особенно в глаза. Потому что именно через них оно выходит. Я думаю, оно уже почти я.       Утром Лена стояла перед зеркалом, ее темно-шоколадные волосы аккуратно лежали мягкими волнами, голубые глаза были спокойными, чистыми, ровными. Она улыбнулась, отражение улыбнулось вместе с ней, идеально. Она смотрела на себя долго. Пыталась вспомнить: почему раньше ее глаза казались ей живыми…