Невыносимый парень

Этот раздражающий парень Дэл невыносим, потому что все свои дурные привычки переносит на каждого, кто ему попадется на пути. Дэл болтливый, Дэл нудный, Дэл курит больше, чем весит. И все же именно этого человека Нил называет своим лучшим другом. Потому что на самом деле Дэл несчастен. Он одинок, у него нет дома, он страдает каждый раз, когда его взгляд касается фотографии покойной жены. Его привычки — это попытка защититься. Его болтливость — это умение найти друзей в каждом уголке США. Нил никогда не пожалеет о том, что решил предоставить ему дом и свою семью. Дэл любит его детей, Дэл уважает его жену и, оказывается, в рекламе разбирается так, что Нилу приходится только учиться. Он торговал с рук кольцами для душа практически всю свою жизнь, а Нил устроился рекламщиком в многомиллионную корпорацию, которая даже под праздники не может решить, как преподнести свой продукт массам. Дэл начинает день с плотного завтрака, шутя о том о сем, что поднимает настроение каждому в семье Нила, кроме него самого. Их путешествие ничуть не научило его понимать чувство юмора Дэла, но он относится хотя бы теперь к этому терпимо, не желая наносить рану своему другу. — Ты закончил? — только и спрашивает Нил, когда даже кофе остыл, а ни один оладушек не отправился к нему в рот. — Ты такой зануда, Нил. Мы только начали! — возражает Дэл, взмахнув руками. Нил вздыхает. — Время, Дэл, — напоминает Нил, стуча по часам пальцем. Да, не стоило его приводить к прямому начальнику, рискуя всем, на утреннее совещание, чтобы ему дали работу, но Дэл, простая душа, сразу же определился с рекламной кампанией продукта так, что почти никто и не понял, как именно это ему удалось. Нил уважает Дэла, только поэтому разрешает ему разглагольствовать за завтраком, а так же обедом и ужином. Можно сказать, по-доброму завидует ему, что тот, кажется, может уболтать самого дьявола, чтобы тот отпустил в райские кущи. А, смотря на улыбающиеся лица детей и жены, ничто не позволяет ему повысить голос. Малыши называют его «дядя Дэл», забывая о тех родственниках, что являются им кровными, а жена Нила уже давно обращается к нему по имени. Нил иногда понимает, что такого светлого человека, пережившего столько страданий незаслуженно, его семье и не хватало. — Ладно, Нил, — подмигивая всем, произносит Дэл, — ты кого угодно собьешь с толку… — Нил тяжело вздыхает, когда, почти незаметно кривляясь для детей под их смех, грузный Дэл поднимается с места и спешит вместе с ним к двери. — Мы напарники, которых просто жаждал мир! — радостно восклицает Дэл в машине по дороге к агентству. — Нет, Дэл, мы друзья. Это гораздо лучше для мира. Первый усмехается и слегка пихает в бок своего друга под его искреннюю улыбку.