А кроли здесь тихие

      Усянь и Ваньинь тихо затаились в комнате наследника ордена и размышляли о том, как им подловить двух коварных нефритов и выведать все секреты.       Вэй Ин понимал, что слова главы Лань можно трактовать по-разному, но и откровенной лжи в них нет.       Вот, к примеру, у Усяня есть парадная мантия. Наружная ткань у нее черного цвета и по подолу вышиты сиреневые лотосы. А внутренняя подкладка — красного цвета. Плащ остается тем же самым, не зависимо от того, какой стороной его вывернуть. Но выглядеть будет, словно это две разные вещи…       Так что и противоречий в том, что при якобы телепортации вместо заклинателя появляются кролики, — нет.       Однако, Усянь не слепой и не глухой, да и выводы он, когда надо, умеет делать.       — Нам нужно их провоцировать, — заключил Вэй Ин. — Рано или поздно они себя выдадут.       — А мы будем тут как тут, — обрадовался Цзян Чэн, — и поймаем их на месте преступления.       — Слушай, — распахнул широко глаза Усянь, — вот только давай без преступлений. Ладно? Не стоит действовать так радикально.       — Да я не то имел в виду, — отмахнулся Ваньинь.       — Превращение в кроликов не является преступлением, — назидательным тоном сказал Усянь. — Назовем это «милой особенностью милых нефритов Гусу Лань».       — Да ну тебя, — хмыкнул Цзян. — Не стану я произносить эту кучу слов. Давай уже просто подумаем над планом.       — Давай.       В то же самое время, два брата-нефрита строили планы, как не дать себя разоблачить.       Осталось только понять, кто же выйдет победителем.       Самое простое решение, буквально лежащее на поверхности, было — просто вернуться в Облачные Глубины и более не сталкиваться с адептами Юньмэн Цзян. Но когда это два прославленных гусуланьца отступали от трудностей. Целью было понять, как много поняли юньмэнцы и как предотвратить распространение слухов.       К чести Усяня и Ваньиня им даже в голову не пришло рассказать об особенности Ланей кому-то еще. Они намеревались хранить эту тайну, но просто узнать немного больше. Совсем немного. Вот буквально капельку.       И началось испытание нервной системы Лань Ванцзи.       Вэй Усянь весь день таскал того за собой. Вот ему срочно понадобилось на рынок:       — Ванцзи, идем скорее, — почти бежал Усянь, крепко зажав в пальцах край белоснежного рукава. — Ты просто обязан попробовать наши булочки с приправами.       — Я не ем острое, — с затаенным ужасом отвечал второй нефрит.       — Ничего страшного, — не слушал отказов Усянь. — Попробуешь сладкую, с финиками или с красной фасолью. Тоже вкусно, хотя и не так, как с острым перцем. Что вы там в своих Глубинах вообще едите? Одну траву? Или морковку? А, Ванцзи?       — Морковь полезна для зрения, — тихий мечтательный вздох.       — А еще её очень любят кролики, да? — хитро щурился Усянь.       — Мгм, — кончики ушей Ванцзи слегка покраснели.       Итогом этого диалога было то, что Лань Ванцзи безропотно шел к прилавку и оплачивал всё, на что падал взгляд Усяня.       Тот же, весьма довольный собой, шел рядом и откусывал от всего понемногу. В правой руке у него была булочка со свининой, а в левой палочка с засахаренными яблочками.       — Ммм, вкуснотища, — стонал Усянь и краем глаза следил за реакцией Ванцзи.       — Кх, — поперхнулся второй нефрит, которому эти стоны показались слишком эротичными.       Выдержка ланьского заклинателя подвергалась жестокому напору.       Тем временем Усянь демонстративно облизнул губы, покрытые подтаявшим сахаром. Кончик розового языка мелькнул и исчез из виду. Ванцзи подумал вдруг, что хотел бы сам слизать эту сладость с не менее сладких губ Вэй Ина.       Все тело заклинателя дрожало под слоями ханьфу.       — Вэй Ин, — сдавленно обратился Ванцзи к юньмэнцу. — Мне нужно срочно… Срочно…       Мгновение и заклинатель будто испарился. Усянь остался посреди улицы, недоуменно хлопая глазами.       — Ванцзи? Ты куда?       В переулке полыхнуло.       — А-Чжань, — заворковал Усянь, подхватывая кролика на руки. — Как я рад, что Сичэнь-гэ здесь нет. Он не отберет тебя у меня, и я смогу вволю с тобой наиграться.       — Ррр, — оскалился кролик и попытался цапнуть Усяня за палец.       — Ну что ты, маленький, не бойся, — парень поднял кроля на уровень своего лица и теребил пушистые ушки. — Какой же ты милый, прелестный. Лапочка! И глазки такие красивые.       — Ррр! — зверек активно вырывался.       Несчастный кролик паниковал. Спасения не предвиделось. Этот буйный сейчас затискает его окончательно и бесповоротно.       А Вэй Ин заговаривая зубы кролю, отходил все дальше и дальше от шумных улиц. Да, он хотел лично увидеть момент превращения обратно в человека, но опасался, чтобы это не увидели другие.       — Ну вот мы и одни, — ухмылялся Усянь. — Теперь ты никуда от меня не сбежишь.       Парень устроился на берегу небольшого пруда и усадил пушистика на колени, нежно придерживая его.       Кролик замер и уставился на мучителя огромными янтарными глазищами:       — Ррр.       — Хочешь, чтобы я тебя отпустил, а-Чжань? — понял посыл Усянь. — Ну нет. Даже не проси.       Зверек внезапно высоко подпрыгнул, развернулся в воздухе и как следует зарядил мощными задними лапами Усяню по носу.       — Ай! — вскрикнул парень и упустил кроля.       Вредный и наглый грызунишка сразу же помчался в густые заросли кустов. Полыхнуло.       — Вэй Ин, — величаво выплыл статный заклинатель. — Я приношу свои извинения за этот инцидент.       — Ай, Ванцзи, — скуксился Усянь. — Всю малину обломал.       — Но это не малинник, — не понял второй нефрит. — И я не ломал кусты.       — Не обращай внимания, — захихикал Вэй Усянь. — Это присказка такая.       Лань стиснул пальцы правой руки в кулак и сдержал пытавшиеся вырваться слова о том, что «ну а сказка впереди».       Усянь с интересом юного натуралиста наблюдал за отсутствующим мыслительным процессом на нефритовом лице.       До чего неудобно, когда мимика тщательно контролируется и абсолютно не понятно, о чем же данный индивид думает. Может он вообще замышляет какую-то пакость. Вот как разобрать?       — Таааак, — не дождавшись иной реакции протянул Усянь. — Мы поели, теперь можно и       — Поспать? — брякнул Ванцзи.       — Мы тебе что, — жабы? — возмутился Вэй. — Это они поели и на боковую. Я не жаба! Я — человек. А ты, Ванцзи? — коварно подмигнул Усянь.       — Тоже.       — Шалунишка, — отозвался парень. — Тоже кто? Человек? А может ты кролик, а Ванцзи?       — Вздор, — фыркнул второй нефрит и отвел взгляд в сторону.       — Ладно, — Усянь схватился за пояс ханьфу. — Теперь можно и искупаться. Смотри, какая водичка чистая. А солнце так жарит, так жарит, что сил нет.       Пояс полетел на землю, за ним следом верхний халат. Когда на Усяне остались одни нижние штаны, Ванцзи показалось, что из его ушей сейчас повалит пар.       — Мммм-не, — заикался заклинатель, — мне срочно…       Кусты подверглись повторной атаке.       Пришлось Вэй Усяню купаться под пристальным взглядом белого кролика, который нагло устроился на сброшенном черном ханьфу и подобрал под себя лапки.       Обнажение пошло не по плану, как позже понял Усянь. Да, кролик появился, но обратное превращение что-то подзадержалось в пути.       Моральные устои второго нефрита подверглись встряске такой силы, что внутри все бурлило и спокойствие отказывалось возвращаться.       Пришлось Усяню одеться, подхватить пушистика и, под злобное ворчание, вернуться в Пристань Лотоса. Там он сдал ярящееся чудо в нежные руки главы Лань:       — Вот, — кролик был буквально впихнут Сичэню. — Держите этого рычащего монстра. Я всегда полагал, что кролики милые, но а-Чжань…       — Рррр!       — Очарователен! Изумительно злобен!       — Ррррррр-рррр.       — Ну, сами видите, — развел руками Усянь. — Мои полномочия тут всё. Я бессилен.       — К а-Чжаню нужен особый подход, господин Вэй, — посмеивался глава Лань и мягко поглаживал пушистую спинку.       — Ррр, — зубы клацнули почти прихватив палец первого нефрита.       — Ого, — Сичэнь неподдельно изумился. — Довели зверушку.       Первый нефрит после этой фразы слегка поклонился Вэй Усяню и поспешил захлопнуть перед его носом дверь.       — Это что за демонстрация?       Удивленный голос Сичэня донесся до Усяня, вынуждая парня засмеяться в голос.       Уж он-то знал, кто и чем настолько завел Ванцзи, что тот окролился даже на старшего брата.       — Правильно ли говорить «окролился»? — мысль захватила голову Вэй Ина. — Все-таки существует устойчивое выражение «окрысился». Но у нас в задаче дан «кролик одна штука».       Бухтя себе под нос предположения о уместности подобного выражения, Усянь добрел до комнаты Цзян Чэна.       — Итак, — возвестил громко Усянь, — провокации удаются, но итогового результата я пока не достиг.       — Особо не огорчайся, — утешил его Ваньинь. — Адепты Гусу Лань вообще славятся своей стойкостью и выдержкой, а уж два нефрита, тем-более поднаторели в этом.       — Что же делать? Как нам быть? Как Ванцзи нам раскусить? — запел Усянь и закружился по комнате в танце, припевая: «Я заклинатель молодой. Никто не водится со мной. Люблю я похмелиться. Ну что с таким водиться… Эх».       — Продолжай докапываться и рано или поздно он выдаст себя, — сказал Цзян Чэн. — Но настройся на долгое противостояние. Так просто они тебе свой секрет не выдадут.       «Где-то в Безночном городе в это же самое время Вэнь Жохань решил начать поход на великие ордена»