А кроли здесь тихие

      Прежде чем дать слово уважаемому учителю Лань, было принято решение успокоиться, вернуть себе человеческий облик, — в буквальном смысле, — и переместиться в более подходящее для беседы место.       Столовая. Отличный выбор.       — Мдааа, — уныло тянул Усянь, поглядывая на упругие листики капусты, лежащие в его миске. — Простите, но этого я не ем. Я не козёл!       — Кхм, — очень осуждающий звук раздался со стороны Лань Цижэня.       — Дядя, — успокаивающе обратился к родственнику глава Лань, — не стоит винить молодого господина Вэя. Ему не привычна наша еда. Я слышал, — повернулся он в сторону Усяня, — что пища в Юньмэне изобилует вкусами.       — О да, — мечтательно улыбнулся Вэй Ин. — Мы любим много специй, да и в целом выбор блюд разнообразнее. Простите, я не то чтобы осуждаю, но все же…       — О, не извиняйтесь, — качнул головой Сичэнь. — Сейчас мы уже не успеем, но, если вы задержитесь у нас в гостях, то к ужину я прикажу доставить из Цайи блюда по вашему вкусу.       — Отличная новость! — обрадовался Усянь. — Тогда, безусловно, я задержусь. Ты же не против, Лань Чжань?       — Мгм, — Ванцзи был очень даже не против. — Покажу Вэй Ину красивые места в Облачных Глубинах.       — Ответная любезность, — понимающе подмигивал Усянь. — С радостью познакомлюсь с местом, которое является для тебя домом.       Остаток трапезы прошел в подобающей тишине, хотя Усянь не мог высидеть спокойно и ерзал на скамейке без конца.       Цижэнь кидал на него пронзающие взгляды, но сдерживался.       Наконец с подобием еды было покончено, и Вэй Усянь приготовился слушать интересную историю.       Как оказалось, в молодости Лань Цижэнь привлекал немало внимания. Мужчина, однако, не особо желал вступать в отношения с кем бы то ни было.       Но у одного могущественного заклинателя было свое мнение на данный счет.       Вэнь Жохань. Огненный красавчик. Он обладал впечатляющей внешностью, но довольно паршивым характером. Настырный, упорный, высокомерный. Если ему чего-то, или кого-то, хотелось, он пытался получить это всеми способами.       В отношении Лань Цижэня у мужчины были серьезные планы. Зацепил его суровый заклинатель в белых одеждах и с лентой на лбу. Крепко зацепил.       Орешек оказался Жоханю не по зубам. Он уж к Цижэню так и этак, со словами и без слов. Нууу, наломал немало, а цели так и не достиг.       Отказал ему Ланюшка.       — Ты отказал мне аж три раза, — рычал Жохань. — «Не хочу», — сказал мне ты! Вот такая ты зараза… Лань Цижэнь моей мечты.       Раз уж желаемое отказывалось плыть по течению в жадные ручонки, пришлось главе Вэнь отступить.       Но гордость же жмет. Как так-то. Ему, и отказали! Месть.       Долго размышлял Жохань, да и стукнула ему в голову жидкость соломенного цвета, в просторечии урина.       Нашел Вэнь Жохань какую-то бабку в закоулках Безночного города, да и упросил ее сделать приворот.       Но то ли бабка оказалась подслеповата, то ли приворот кривой. Да только не сработал он.       Вернее, сработал, но…       — Вот и проявились побочки, — бурчал старейшина Лань. — Теперь в момент оборота я получаю черный плащ…       — Только свистни, он появится, — тихо шепнул себе под нос Усянь.       — И ленту черную, — шмыгнул носом Лань Цижэнь. — Ирод окаянный! Зла на него не хватает. Самое святое испохабил страстью своей заморской.       — Ах батюшки гуевы, — всплеснул руками Вэй Ин. — Страсти-то какие. А заморская-то отчего? Он же на вулкане проживать изволит. И регистрация у него тамошняя.       — А это у дяди повелось с тех пор так говорить, — пояснил глава Лань, — как однажды глава Вэнь в очередном порыве привлечь его внимание, привез ему в подарок икру заграничную, баклажанную.       — Знал, чем подкупать, — хмыкнул Цижэнь. — Вкусная оказалась… но дорогааааяяя. Из-за моря ему её доставили. Золота очень много он за баночку отсыпал.       — Беее, — передернулся в отвращении Усянь. — Баклажаны. Ненавижу.       — Мгм, — еле слышно поддакнул Ванцзи.       Так и закончилась ухаживательная эпопея главы Вэнь. С той поры затаил Лань Цижэнь обиду на весь огненный орден и при случае нет-нет, да и куснёт как следует.       — Лань Чжань, — Усянь дернул за рукав Ванцзи. — Как я вижу, твой дядя обиделся не за приворот, а за то, что глава Вэнь не довел до конца свой наступательный демарш.       — Мгм, — золотистые глаза блеснули.       Закончив объяснять метаморфозы Лань Цижэня, приступили к уточнению еще некоторых особенностей оборота в кроликов.       Тут и всплыло, что в кроличьей форме, все ланьцы становятся жутко агрессивными, оттого и рычат постоянно. Разговаривать могут, но зачем?       От всего остального мира тайна сия скрыта. Никто не видел воочию превращение в кроликов. Доказать не смогут.       — А как же Вэни? — резонный вопрос задан Усянем. — Они же только что видели и слышали. Вся ваша тайна наружу вышла.       — Ну, господин Вэй, полно вам, — снисходительно сказал Сичэнь. — Не думаете же вы, что они ушли в трезвом уме и при памяти?       — О как, — уважительно вытаращил глазищи Усянь. — А что вы им подсыпать изволили?       — Скорее подлить, — фыркнул Лань Цижэнь. — Слегка измененный традиционный травяной суп во фляги с водой подлили. Память им отшибет намертво.       — Потрясающее коварство, — восхитился Вэй Ин. — Так демонически поступить даже я не смог бы. Хотя я — демон.       — Вэй Ин демон? — поинтересовался Ванцзи с интересной эмоцией на дне глаз.       — Лань Чжань, — вздохнул Усянь. — Ну как бы да. Демон. Прости уж, что так вышло.       — Мне всё нравится, — сказал, как отрезал второй нефрит.       — О, наконец, настал тот час, когда я вновь увидел вас, — завыл во всю глотку Усянь. — Теперь я верю во взаимность.       — Ванцзи, — решил остановить пение глава Лань, — до ужина еще много времени. Покажи господину Вэю наши Облачные Глубины.       — Мгм, — Лань Ванцзи поднялся и протянул руку Усяню. — Дядя, сюнчжан, мы пойдем.       Лань Цижэнь и его старший племянник проводили взглядами двух молодых заклинателей. Как только дверь за теми закрылась, оба мужчины выдохнули:       — Ну, я ждал проблем, — заметил Сичэнь, — но все сложилось как нельзя лучше.       — Ты прав, — огладил куцую бородку старейшина Лань. — Два сапога пара. Этот демонюка Усянь как раз под стать нашему боевитому Ванцзи.       — Будут рычать на пару, — закивал Сичэнь. — Споются так сказать, дуэтом. Главное, не забывать отныне ставить повсюду полог тишины.

~~~

      В Облачных Глубинах красиво. Вэй Усяню определенно понравилось.       Скучновато, конечно, но никто же не помешает кроле-демону навести чуток суеты. В мыслях Вэй Усяня возникло очень много пунктов колоссального плана «как расшевелить стоячее болото Гусу». Ну а пока…       Снова столовая. Лица те же. Еда только немного другая. По крайней мере, та, что стояла перед Усянем.       — А вино? — очень-очень тихо возмущался Вэй Ин, сидящий за столом в демонической кроле-форме. — Вот мой перец, вот мой рис. А вино?! Пи***рррыы, пи***рррыы.       — Господин Вэй, — обратился к парню глава Лань. — А что за писк вы издаете? Вам не по вкусу еда?       — Аха-ха, — смутился Усянь. — Это не то, что вы подумали. В общем, у меня тоже есть свои особенности в этой форме.       — Мгм? — очень заинтересованно спросил Ванцзи.       — Когда я демон-кролик, — начал объяснять Усянь, — я не могу произносить всякие нехорошие слова. Мой речевой аппарат их буквально запикивает.       — Кх-кх, — задушенно кхекал Лань Сичэнь, тщетно пытающийся сдержать рвущийся наружу хохот.       — Какой хороший навык, — благосклонно кивал учитель Лань. — Очень полезный. Вы — демон с высокими моральными устоями.       Лань Сичэню пришлось срочно покинуть столовую, потому что веселье буквально рвалось наружу.       — Видел бы дядя его моральные устои, — хихикал чуть успокоившийся глава Лань, сидя на берегу холодного источника. — Я уже предвижу, что в скором будущем в Облачных Глубинах станет очень весело. Впрочем, — очень хитрым тоном бывалого интригана протянул мужчина, — вначале сыграем-ка мы свадьбу.       Сказано, — сделано.       Долго не тянули. Заслали сватов в Юньмэн Цзян. Получили письмо с восторженным согласием лично от Юй Цзыюань. Да и закатили пир по-гусуланьски.       — А вино я спрятал под половицей в нашем цзинши, — шепнул на ухо, теперь уже супругу, Ванцзи.       — Лань Чжань! — очаровательно улыбался счастливый Усянь. — Ты лучший!       — Мгм.

***

      «Лань Чжань, — любопытствовал Усянь, лежа в кровати и обнимая своего мужа, — а почему в кроличьей форме ты единственный, у кого нет одежды?       — Кхм, — уши Ванцзи покраснели»