Все решаемо

      — Ты будешь ругаться, — начал отчего то Шейн по-русски. И очень жалобно.       Сегодня был день дедлайна. И Илья целый день трясся как бы Холландера не обменяли в какую то дыру. Последние часы, когда клубы могли оформить обмены, а игроки, которым по контракту требовалось согласие, подтвердить его или отказаться. Слюни на Холландера хоть и пускали многие, но в реальности позволить его себе в дедлайн могли... да никто не мог честно говоря, не прыгнув выше потолка зарплат. В итоге в "бой" вступил Бостон Рейдерс: они очевидно прощались с Розановым в конце сезона и чуть ли не в ногах позали, вцепившись в агента Холландера, умоляя не обменивать его никуда в дедлайн и дождаться окончания плей-офф.       — Что? Это слишком сильное заявление, — ответил Илья по-английски. — Я не буду злиться. Что бы там ни было.       — Нет, будешь, — сказал Шейн, тоже переходя на английский. — Я всё правильно говорю.       Илья усмехнулся.       — Ладно. Проверим. Что случилось?       Шейн несколько секунд молчал. Ему казалось что левый глаз дёргается, а половину лица тянет в сторону.       — Шейн, да говори уже, — не выдержал Илья.       Но Шейн, будто нарочно, не спешил. Он потер переносицу, отвёл взгляд в сторону и только тихо сказал:       — Я просто подумал... что это мой единственный шанс выиграть Кубок именно сейчас. Пока я в своей лучшей форме.       — Шейн.       — И...       — Холландер, не томи, господи. Сколько можно? — Илья уже начал улыбаться от нервов. — Скажи прямо. Куда тебя обменяли?       Шейн нервно улыбался. Илья смотрел на него несколько секунд, а потом его лицо медленно изменилось. Он вдруг понял.       — Нет...       Шейн виновато оправдался:       — Я знаю, что это был не наш план. И я правда хотел остаться в Канаде.       Илья уже почти не сомневался, но всё равно ждал, что услышит это вслух.       — Это Бостон, — наконец сказал Шейн, – Не сейчас. После сезона.       И, словно опасаясь реакции, сразу откинулся в кресле, прикрыв лицо ладонями.       — Это совсем не по нашим планам, — тихо добавил он. — Прости. Прости, Илья...я заставил тебя перейти в гребанную Оттаву...А теперь это все бессмысленно...       Возможно Шейн даже плакал.       — То есть... ты теперь играешь за Бостон Рейдерс?       Шейн кивнул.       – Звучит как какое то извращение..       – Илья... мне итак тошно...       Да Холландер определённо плакал.       — Вот поэтому я и сказал, что ты будешь злиться. Ты злишься?       Этот спокойный голос означал, что внутри у Шейна всё уже давно перевернулось.       — Слушай... — Илья наконец нарушил молчание. — Я не буду злиться. Ты не заставлял меня перейти в Оттаву, я взрослый мужчина, я могу принять решение сам.       Шейн недоверчиво хмыкнул, пока Илья продолжил.       — Наш план... С самого начала ничего не шло по нашему плану. Мы строили его на неверных вводных. Мы думали, что никто не знает о нас. А оказалось, как минимум Лига знала. Всё давно пошло не так.       — Окей.       Шейн медленно убрал руки от лица.       Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.       — Контракт хороший?       Шейн кивнул.       — Очень, – Действительно Бостон расстарался и Шейн не потеряет в деньгах, а даже приобретет всякие бонусы, которых не было в Канаде.       Илья облегчённо выдохнул.             — Тогда и слава богу. Теперь просто Бостон может позволить себе тебя. Нет, серьёзно. Ты дорогой. Есть и плюсы. У тебя в Бостоне есть шикарный дом с шикарным ремонтом...       – Ты пустишь меня жить в своём доме?       – Ну, если ты забыл, мы женаты...это и твой дом....,– Илья смутился, – А ты? Пустишь меня в коттедж. Я пойму, если это твоё убежище....       – Господи, конечно пущу...но, если ты заметил каждое утро ездить в Оттаву из пригорода... Надо будет за лето выбрать какую то квартиру в городе...       – Холландер, – Илья в умилении свела руки в молитвенном жесте, – Боже... Ты возбудился?       – Что? Илья! Ты сам это придумал и теперь я действительно...реагирую, когда ТЫ говоришь о недвижимости.       – Шейн, ты же знаешь как я к тебе отношусь? – Вдруг сказал Илья смущённо.       – Относишься?       – Да, я к тебе!       – А....а, ну да...я тоже, – Шейн улыбнулся, – Это было их признанием в любви.       – Тут такое дело, – Спохыатился Шейн, – Саша прислал нам с Пайком приглашение на свою выставку и мы думаем пойти...если ты не против. Ты не против?       Илья сделал какое то сложное лицо.       – Что? Ты против?       – Не то чтобы против...Саша, он, ну ...не стабильный. Я не хочу чтобы он втянул тебя в какую то историю.       – Он сказал что ты злишься на него. За что?       – Я не злюсь на него... Скорее это они злится на меня.       – Ты его бросил?       – Мы были не в тех отношениях чтобы кто то кого то бросал, – Илье нк нравился этот разговор.       – Так ты не против, если мы пойдем?       – Нет, с чего бы мне быть против. ***       — О, Сашен, здорово! Илья легко хлопнул его по плечу и опустился на соседнее сиденье.       Оказаться в одном автобусе было чистой случайностью. Саша, судя по длинному тубусу и папке на коленях, возвращался из художественной школы. Илья же — что было довольно неожиданно для пятнадцатилетнего хоккеиста — ехал из библиотеки. Угроза получить двойку в четверти по биологии была вполне реальной. Он почти две недели пропустил из-за выездных игр, а теперь пытался наверстать хоть что-то. Потому что, если информация дойдёт до отца, ему будет тот еще выговор: за оценки отец не лютовал, но требовал держаться в рамках приличий и учиться хотя бы на твёрдые тройки.       Так вот написав наконец тему по отработки, Илья, с чуством потерянного времени, войдя в полупустой автобус, сразу заметил Сашу. Сына своего тренера он не видел уже несколько месяцев. Когда они были младше, тот иногда ездил с отцом на турниры или приходил встречать его после тренировок. Тогда они сталкивались чаще. Теперь же их пути пересекались лишь изредка.       Сначала Илья замешкался. Можно было пройти дальше, сесть в другом конце автобуса и сделать вид, что не заметил его. Но автобус был почти пустой. Если потом Саша всё-таки увидит его, получится как-то невежливо. Так объяснил себе Илья Да и... почему нет?       Саша поднял голову от своих мыслей, узнал Илью не сразу, но почти сразу улыбнулся.       — Привет. Откуда едешь? — спросил Саша несколько лениво.       Илья на мгновение замялся. Сказать, что из библиотеки? Как-то... несолидно.       — Да... с пацанами, — небрежно бросил он, откидываясь на спинку сиденья. — По одной теме двигались.       — Понятно, — совершенно спокойно ответил Саша. Хлопая длинными тёмными ресницами. Никаких уточнений. Никакого интереса.       — А я из художки.       Илья кивнул, укорив себя что не спросил первым. Повисла пауза. Илья не заметил как стал смотреть на руки Саши: тонкие пальцы уверенно придерживали тубус. На запястье какая-то фенечка. Ногти были коротко подстрижены, аккуратные, чистые. Илья машинально опустил взгляд на собственные руки: обкусанные ногти, заусенцы и сбитые костяшки.       От Саши вкусно пахло шампунем или стиральным порошком. Так они и ехали молча, пока не объявили остановку Ильи.       В тот же вечер у Розанова был еженедельный телефонный марафон со Светой: они созванивались в субботу строго в определенное время и могли болтать часами обо всём подряд.       Где-то между обсуждением школы, хоккея и очередной учительницы Илья вдруг вспомнил:       — Кстати, сегодня Сашу видел.       — Да? — оживилась Света. — Давно с ним не переписывались.       Илья удивился.       — В смысле?       — Ну, в Аське.       — Ты с ним в Аське переписываешься?       — Иногда.       Это было очень в духе Светы. Она каким-то совершенно необъяснимым образом умудрялась знакомиться с людьми, которых видела один-два раза, обмениваться с ними номерами ICQ, а потом поддерживать общение месяцами.       — Прикольно..., – Что тут можно было еще сказать. Илья не хотел чтобы Света общалась с Сашей. Названия этому чуству он не знал. Илья решил было что тема закрыта, но вдруг Света совершенно буднично сказала:       — Ты же знаешь что он гей?       Илья даже отнял трубку от уха.       — Чего?       Не то чтобы слово было ему незнакомо. Конечно, он знал, кто такие геи. Интернет уже существовал, пусть и открывался под душераздирающий треск модема, а любопытство пятнадцатилетнего подростка распространялось на самые разные разделы: о боже, сколько порно Розанов пересмотрели в отсутствии отца и брата, словами не передать. С нездоровым исследовательским интересом он смотрел поэтапно все жанры, даже если они вызывали недоумение, мягко говоря.       Но услышать это про реального человека...Да ещё про Сашу...       — Да гей он, — повторила Света абсолютно уверенным тоном.       — С чего ты вообще решила? — усмехнулся Розанов. Он сидел с телефоном закрывшись в ванной комнате.       — Ну..., она ненадолго задумалась,— Ты посмотри на него. Ну, Илья... Он же... такой.       — Какой — такой? – Илья понял о чем говорит Света, но ему нравилось ее дразнить.       — Не знаю. Просто... видно.       — Светка, ты сейчас человека в геи записала только потому, что он в художку ходит? – Перечил ради чистого удовольствия Розанов.       — Да не поэтому! — возмутилась она. — Просто... у меня ощущение такое..       Больше к осуждению Саши они не возвращались в ближайшее время.       Но так сложилось что в скором времени Илья пережил несколько трансцендентный опыт первой сексуальной близости. Нужно сказать, что ни близости, ни особо сексуального (в его желательном смысле) там не было: не очень трезвая компания пацанов вызвали проститутку. Илья особенно не собирался участвовать, но столько рассказов "такие сиськи" сделали свое дело. И это оказалось несколько не тем...короче, ...это была женщина за тридцать, с самой обычной неспортивной фигурой и то, что подходило для взрослой сексуальности, никак не подходило подростку. Все это, вкупе с разнузданностью всего происходящего, поразило Илью настолько, что член у него встал только в силу его молодости и фантазии.       Илье Розанову много лет позднее было конечно же было стыдно за это все, он уже был вкурсе эксплуатации женщин секс индустрии, но тогда в пятнадцать думать Розанову было решительно нечем. (Много лет спустя с Шейном у них состоялся разговор о первом опыте, в ходе которого было обоюдно решено не делиться друг с другом никакими сведениями о прошлых отношениях)       Так вот, после протрезвев и получив нагоняй от отца, Илья поведал Свете что сиськи были ужасно большими и обвисшими, еще и разного размера. И тут Света (не по годам прозорливо) выдала предположение:       – Так может ты гей? Раз тебе не понравились сиськи.       – Ээээ... ну не то чтобы совсем не понравились....       – А? Давай проверим: тебе нравится Саша, например?       – А тебе? Это ты с ним переписываешься а не я.       – Так а мне то чего? Розанов, отвечай по существу!       – Ладно, нет, да, не знаю... Как я должен это оценить? Будь я геем, разве мне бы нравились все подряд парни?       – Ну допустим представь, что Саша использует свой рот..., – Томно начала Светлана.       – Че, блять? Света, я не понимаю...       – Отсосет тебе? – Взорвалась Света заорав в трубку так, что Илье пришлось отодвинуть телефон в сторону.       – Эй хватит трепатья, мне позвонить нужно, – В дверь ванной, в которой окопался Илья постучал Алексей.       – Леха, иди нахер!       Разговор пришлось прервать       Через пол года Света огорошила Розанова предложением. Они сидели у нее дома, Илья только вернулся со сборов, долго рассказывал о том как мечтает играть в НХЛ, и что во чтобы то ни стало этого добьётся. План был поиграть в плойку.       – Илёк, давай займёмся сексом? – Вдруг выдала девушка.       – Света ты ебанулась? – Честно говоря Илье сейчас больше хотелось поиграть в Мортал Комбат чем секса.       – У меня ни с кем не было, обидно, если будет стремно в первый раз, а ты, хоть тебе и не нравятся сиськи, точно не сделаешь больно.       – Нет, я не сделаю тебе больно никогда, – серьёзно заверил Илья, машинально отодвигаясь от нее подальше.       – Давай проверим, – Голос Светы стал вкрадчивым, она приблизилась к лицу Ильи, которому уже некуда было отползать по дивану, в комнате стояла оглушительная тишина, слышно было как тикают часы, – Если я тебя поцелую ты что то почувствуешь...       Пока Илья почуствовал только как его окатило жаром ужаса.       Но Света прижалась своими губами к его губам, от нее пахло приятно чем то неуловимо цветочным, руки ее дрожали, когда Илья взял ее ладони в свои, самого его тоже колотило, но Розанов решил что раз уж он тут мужчина, то пора собраться.       Он чуть наклонился вперёд подталкивая Свету лечь.       – У меня есть резинки, – Света старалась звучать безразлично.             Очевидно все это было давно спланированно.       – Мы не будем сейчас, ну...так...не будем сейчас раздеваться, потом в следущий раз если ты захочешь... Света неуверенно махнула головой. Такой тон друга был ей не знаком вовсе.       – Только обещай, что ты останешься моим другом, даже если выйдет хреново, – Взял слово со Светы Илья, – Если я потеряю тебя, то это того не стоит.       – Не потеряешь, ты мой друг навсегда, обещаю, – Света поцеловала Илью в уголок губ.       Илья целовал ее шею, за ухом, периодически стукаясь зубами о сережки. Сплетаясь ногами и руками, Илья впервые обратил внимание насколько он крупнее миниатюрной подруги. Комната наполнилась ранними зимними сумерками, свет они не включили. Через одежду Илья терся уже возбужденным членом о пах Светы: очевидно было, что получить какого то значительного результата для девушки в таком положении было невозможно.       – Ты нормально? – Спросил Илья, отстранившись.       – Да, – Волосы Светы были полном беспорядке.       – Возьми мою руку, покажи как ты это делаешь сама, – предложил Илья. Ветрова не открывая глаз направила руку Ильи, расстегнув джинсы, под свое белье, где было уже тепло и влажно. Дав Илье немного ощущать себя , она показала как именно нужно обводить чуствительный клитор по кругу. Илья сконцентрировался чтобы запомнить этот движение технически и через какое то время Света отпустила его руку, видимо, решив что он годен для такого дела.       Не открывая глаз, Света ткнулась свободной рукой куда то в район паха Ильи.       – А ты мне покажешь как...       И Илья показал. А потом Свете пришлось дать Розанову трусы своего отца, а трусы Ильи выбросить, завернув предварительно в непрозрачный пакет и вручив на прощание со всем прочим мусором. В дверях Илья столкнулся с пришедшими родителями Светы.       – Света, вот засранка, зачем ты Илюшу заставляешь выбрасывать мусор! – Воскликнул отец, впрочем беззлобно. Эта история вызывала у Ильи и Светы хохот ещё несколько лет спустя.