Шанс выжить

Голос звучал так, будто раздавался прямо в голове. Константин знал, что это не Ольга, но до конца принять это всё ещё не мог. Закрыв глаза в надежде отвлечься, он вдруг услышал тихий скрип по стеклу. От этого неприятного звука по коже пробежали мурашки, и он резко открыл глаза. За окном никого не было — по крайней мере, так ему показалось сначала. Вдалеке стоял силуэт. Неподвижный. Тёмный. И с каждой секундой он будто становился ближе, хотя Константин не мог понять, двигался ли тот вообще. «Нет... Я не готов увидеть ЭТО», — пронеслось в голове. Он резко задёрнул шторы и сел за стол. Голос больше не возвращался, но легче не стало. Так он просидел до самого утра, не смыкая глаз и вслушиваясь в давящую тишину за окном. Утро Утром он всё же зашёл в спальню и сел на ту самую кровать, где когда-то спал вместе с женой. Теперь там было слишком пусто. Слишком холодно. Он лёг и закрыл глаза. «Это всё сон... Просто кошмар», — подумал он, прежде чем провалиться в тяжёлый, тревожный сон. День — Папа... папа, проснись... Мамы нет. Она у доктора? Слишком резкий голос вырвал его из сна. Константин открыл глаза. Перед ним стоял Рома. В этот момент захотелось плакать. От страха. От пустоты. От осознания того, что это не сон. — Я... мама... она... Он не смог договорить. Слово «умерла» будто застряло внутри и отказывалось выходить наружу. В этот момент в дверь постучали. Константин не сразу пошёл открывать. Сначала он подошёл к окну. Во дворе стоял сосед. Обычный. Спокойный. Слишком обычный для всего, что происходило вокруг. Константин всё же открыл дверь. — Добрый день... если его вообще можно так назвать, — сказал сосед. — Хотел узнать, всё ли у вас хорошо. Ночью видел, как что-то ходило возле ваших окон. — Спасибо за беспокойство... Сосед вошёл в дом. Или Константину только показалось, что он вошёл. Рома сразу спрятался в комнате. — Слушай... а где Ольга? — спросил сосед. Константин замер. Секунда тишины растянулась слишком долго. — Господи... — тихо выдохнул сосед, будто сам понял ответ. — Чем-нибудь помочь? — Не нужно, — резко ответил Константин. Но внутри уже нарастало беспокойство. Слишком спокойный голос. Слишком внимательный взгляд. Слишком размеренные движения. — Мы ещё не обедали, так что тебе лучше пойти домой, — сказал он. — Мы позовём, если понадобится помощь. Сосед улыбнулся. — Я тоже ещё не обедал. И посмотрел в сторону комнаты, где был Рома. Константин это заметил. И в этот момент внутри него что-то щёлкнуло. Зачем я вообще его впустил? Он попытался вспомнить. Открыл дверь — да. Увидел соседа на пороге — тоже да. Но приглашал ли он его войти? Память словно натолкнулась на пустоту. Он не мог вспомнить ни единого слова после того, как открыл дверь. Будто между этим моментом и тем, как сосед оказался внутри дома, исчезло несколько секунд. Или даже несколько минут. Константин медленно перевёл взгляд на кухню. Сосед стоял там так спокойно, словно был хозяином этого дома. Словно находился здесь уже очень давно. По спине пробежал холодок. Он посмотрел на входную дверь. Она была закрыта. И почему-то он совершенно не помнил, кто её закрыл. В доме стало непривычно тихо. Он больше не слышал ни шума улицы, ни ветра за окном. Будто весь мир вокруг замер. И ждал чего-то. — Иди домой, — сказал Константин уже жёстче. Сосед ничего не ответил. Тогда Константин сделал шаг к столу. Туда, где лежало оружие. И взял его. Лицо соседа изменилось не сразу. Сначала наступила пауза. Потом улыбка стала шире. Слишком широкой. Нечеловеческой. Кожа под глазами потемнела, будто туда провалился свет. Черты лица начали медленно расплываться, словно плохо нанесённый грим. Константин застыл. Сначала исчезли зрачки. Потом радужка. А затем глаза превратились в две абсолютно чёрные бездны, в которых не отражался даже дневной свет. — Не пожале... — произнесло существо. Голос треснул на середине слова, будто старая запись. — Что ты такое? — выдавил Константин. Существо слегка наклонило голову. — Я? На его лице снова появилась улыбка. Но теперь она казалась ещё страшнее. — Я тот, кто оберегал вас. Голос звучал спокойно. Почти доброжелательно. От этого становилось только хуже. Существо перевело взгляд в сторону комнаты Ромы. — Мы долго стояли между вами и тем, что скрывается по ту сторону. Константин почувствовал, как внутри всё холодеет. — Но нашей доброте пришёл конец.