И пусть вся Верона знает!

Верона давно потеряла покой. Вечная вражда двух влиятельных семей, словно ядовитый туман, витала в воздухе, не давая людям вздохнуть свободно. Постоянные стычки просто убивали в них остатки надежды. И всё же, среди этой пучины ненависти, кому-то суждено было отыскать хрупкую каплю счастья. Ни Тибальт, ни Меркуцио не помнили, как зародилась их вражда. Они всегда стояли по разные стороны баррикад: один – защитник чести семьи, другой – верный друг своих близких. Казалось, между ними могла существовать лишь ненависть. Но судьба сыграла свою шутку. Возник взаимный интерес, тайная симпатия, робкое уважение. Все эти чувства слились в горькую, но столь желанную любовь, поглотившую их целиком. Оба тонули в этом омуте, и прежняя вражда, желание обнажить клинок друг против друга, уступили место чему-то иному. Даже стычки между семьями, инициаторами которых был Тибальт, сошли на минимум. В остальном все было как всегда. Почти. На публику им приходилось делать вид, что ничего не поменялось. Тяжелее всего было Меркуцио. Пока Тибальт искусно скрывал свои чувства за маской холодного безразличия, Меркуцио, напротив, становился всё более откровенным в своем поведении. Друзья не могли не заметить перемен. Он перестал ходить с ними по борделям, постоянно выдумывал нелепые отговорки, в целом стал каким-то странным, более мечтательным. Ромео и Бенволио то и дело подтрунивали над ним, давно поняв, что парень влюбился, но упорно отказывался признаться, несмотря на все уговоры. Постепенно все это стало ему надоедать. Он жаждал перестать обманывать близких друзей, но не хотел подставлять Тибальта. Страх перед последствиями сковывал его. Вдруг друзья его не примут? Вдруг обвинят его в предательстве? Конечно, они могли бы смириться с тем, что его избранником стал юноша. Но он выбрал не простого парня. Он выбрал Тибальта, Капулетти, заклятого врага его лучших друзей. «Не есть ли это предательство?» — терзался Меркуцио. И что будет с Тибальтом, если их тайна раскроется? Эти вопросы погружали его в пучину печали. Сил скрываться больше не было. Их отношения завязались всего несколько месяцев назад, и все это время они встречались либо на другом конце города, оставляя в стороне все дела и обязанности, либо по ночам. Меркуцио не составляло труда пробираться в покои любимого поздней ночью. Конечно, дом Капулетти никогда не враждовал с его семьей, но просто так заявиться к ним он не мог. Однажды такой ночью Меркуцио решился на непростой разговор. Сидя на кровати, обняв своего возлюбленного при тусклом свете догорающей свечи, он осторожно спросил:  — Ты не устал прятаться?  — Иного выхода нет. Я сделаю всё, чтобы сохранить нашу связь в тайне, — почти моментально ответил Тибальт, словно эта фраза давно была готова.  — Я тоже. Но… мне всё труднее. Может, мы могли бы рассказать об этом? Хотя бы кому-нибудь?  Тибальт резко отпрянул от плеча Меркуцио и почти зло посмотрел на него. — С ума сошел? Что если узнает моя семья? Они… им не стоит этого знать. — Он опустил взгляд. — И твоей семье тоже. Это может сильно ударить по твоей репутации. Ты сам знаешь.  — Окей, допустим взрослым не стоит. Но я хочу быть честным хотя бы с близкими друзьями, с сестрой. Мне надоело врать им. Разве ты не хотел бы облегчить свою душу?  Тибальт обнял себя за плечи. — Хочу. Я тоже не в восторге постоянно скрываться в тени. Но я боюсь.  Меркуцио посмотрел в его глаза. В них читалась такая глубокая печаль. Заключив Тибальта в объятия, он прошептал ему на ухо: — Я тоже. Но мы могли бы попробовать. Нельзя же жить в страхе.  Юноша кивнул. Меркуцио отстранился и поцеловал его.  — Давай встретимся в нашем любимом парке завтра днем? — Он сжал плечи Тибальта.  — Как скажешь, — на лице Капулетти наконец появилась улыбка.  Меркуцио снова притянул возлюбленного к себе для поцелуя, запуская руку в его длинные волосы и сожалея, что с рассветом ему придется снова бежать. Ожидая Тибальта в небольшом парке, Меркуцио нервно наматывал на палец деревянные бусы, желая придушить себя ими от страха и волнения. В это время дня тут почти никого не было. По крайней мере, пока. Их тайные встречи здесь были частыми, ведь они знали, что их вряд ли кто-то увидит. Но сегодня напряжение висело в воздухе ещё сильнее. Наконец, на горизонте показался молодой Капулетти. Они коротко обнялись.  — Я скучал, — искренне пробормотал Меркуцио.  — Не так уж долго мы не виделись, — усмехнулся Тибальт.  — Что, скажешь, не скучал по мне?!  — Конечно, скучал.  Они обнялись снова. Тибальт уже было хотел пойти в сторону их укромного места, но Меркуцио его остановил.  — Мы пойдем в другую сторону.  Тибальта это удивило, но, доверяя своему любовнику, он последовал за ним. Шли они почти молча, держась на некотором расстоянии друг от друга. Через пару минут они вышли за пределы парка и отправились вниз по улице. Место показалось Тибальту знакомым, но он никак не мог вспомнить, откуда. Чем дальше они шли, тем громче становился какой-то непонятный гул, словно неподалёку оживленно разговаривала целая толпа. И тут до него дошло. — Мы что, идем к дому Монтекки? — Почти. Это двор, где мы с ребятами часто развлекаемся. Думаю, они нас уже ждут. — Ты серьезно? Нет! Я не готов! Тибальт остановился как вкопанный. Его едва заметно трясло. Паника накрывала его с головой. Меркуцио поспешил его утешить. — Так, спокойно. Не переживай. Я тоже боюсь. Но я верю в своих друзей.  — А я нет. Как ты это себе представляешь? Думаешь, они будут рады узнать, что ты встречаешься и спишь с человеком, на руках которого столько монтекковской крови? — Во-первых, ты преувеличиваешь. Ты не убийца и не насильник. А во-вторых, — он подошел и взял Тибальта за руку, — что было, то прошло. Любовь сильнее ненависти, милый. Я обещаю, что не брошу тебя несмотря ни на что. От этих слов Тибальту не стало легче, но он утвердительно кивнул, и пара продолжила свой путь. Повернув за угол, они увидели ту самую шумную компанию, от которой по двору эхом разносились смешки и веселые возгласы. Тибальт стал вглядываться в их лица. Эти парни и девушки казались ему знакомыми, но имен большинства он вспомнить не мог. Единственные, кого он хорошо помнил, это сестра Меркуцио, Роза, Бенволио и… Ромео.  «О, Боже», — мысленно вздохнул Капулетти, уже жалея об этой затее. Меркуцио громко окликнул их. Все тут же развернулись и ярко поприветствовали друга. Тибальт решил сперва остаться в стороне, прячась за спиной любимого. — Меркуцио! Мы тебя уже заждались! — Ромео развел руками. Остальные поддержали его, отпустив в его сторону пару колких комментариев. — Да, да, спасибо, что не свалили раньше времени, — Меркуцио выглядел более чем уверенным. — Вам, наверно, очень интересно, зачем я вас здесь собрал? — Вообще-то нет… до того момента, как ты не привел на нашу территорию Тибальта, — язвительно заметил Бенволио, заглядывая за спину друга.  В этот момент остальные тоже заметили незваного гостя. Их лица тут же изменились, они начали перешептываться между собой. Тибальту захотелось сбежать отсюда.  Ромео сделал шаг назад:  — Меркуцио? Что происходит? Почему здесь этот…  — Ребята, не горячитесь, — он выставил руки перед собой, — я сейчас всё объясню.  Все уставились на него. Тибальт оставался неподвижным. Сердце бешено колотилось. Он искренне надеялся, что у Меркуцио есть план, и он сможет спокойно, не торопясь донести до них информацию.  Вопреки всем ожиданиям, Меркуцио набрал в лёгкие побольше воздуха и резко выпалил:  — Мы с Тибальтом встречаемся.  Повисла тишина. Такого не ожидал никто. У всех присутствующих буквально отвисли челюсти. Тибальт также был в шоке от резкости Меркуцио. Сам же Меркуцио почувствовал себя максимально неловко. Он повернулся к Капулетти и жестом подозвал его к себе. Тот подошёл.  Только тогда Меркуцио нарушил тишину:  — Прежде чем вы на нас наброситесь и разорвёте в клочья, дайте объяснить. Да, я знаю, что он из Капулетти, что он доставил нам немало бед и что мы с ним были далеко не друзьями. Но это в прошлом! Мы много говорили и оказалось, у нас не так уж мало общего. И я правда люблю его.  Чтобы подтвердить свои слова, он крепко сжал руку Тибальта.  — А он меня. — Меркуцио с нежностью посмотрел на парня. — Да ведь? — Да. — Подтвердил его слова Тибальт. Некоторое время никто не решался сказать ни слова. Но все же Бенволио спросил: — И долго у вас… это? Меркуцио задумался. — Несколько месяцев точно.  — И почему ты говоришь нам это сейчас? — Роза скрестила руки на груди. — Мы боялись. Но нам надоело шифроваться. Понимаете? Мы не ждем от вас стопроцентного понимая. Просто нам важно, чтоб вы попытались принять меня… нет. Нас. Такими какие есть. Тибальт все это время молчал, не отрывая взгляд от их рук. Он боялся смотреть в глаза друзьям Меркуцио. И гробовая тишина заставляла его волноваться всё сильнее с каждой секундой. Тут Ромео сделал шаг навстречу к нему. Тибальт напрягся. Он не знал, чего ожидать от юного Монтекки. Ромео остановился всего в паре шагов от него. Тибальт набрался смелости и поднял взгляд. На удивление, в его глазах не было ненависти.  Ромео положили руку ему на плечо: — Сердцу не прикажешь. Если это делает вас счастливыми, то я тоже буду счастлив за вас. — Он мягко улыбнулся. Тибальта это удивило: — Ты… не шутишь? Несмотря на то, что я сделал? — Все в порядке. Давай забудем все разногласия. По крайней мере пока. Да, ребята? Он повернулся к остальным с немым вопросом. — Честно, до сих пор не понимаю, что Меркуцио в тебе нашел. — Бенволио пожал плечами, подходя к Ромео. — Но наверно что-то да в тебе есть. Надеюсь, я скоро пойму что.  — А я вам говорила, что он в итоге будет встречаться с парнем! — Весело сообщила Ребекка, забирая у двух парней небольшие мешочки с монетами. Толпа сомкнулась вокруг них, и посыпались расспросы. Но в их словах не было и тени осуждения, лишь неподдельное принятие. Тибальт не верил своим глазам: те, кого он долго считал «клубком змей», проявили столь редкое понимание. Меркуцио, не менее изумленный, ожидал бури, криков, споров, но вместо этого ощутил волну тепла. Спустя время, окрыленный этим неожиданным успехом, Тибальт спешил разделить свою радость с Джульеттой и Маттео — единственными, кому он осмеливался доверять в доме Капулетти. И они, к его счастью, встретили новость с таким же восторгом. Все эти события, словно лучи солнца, пробивающиеся сквозь тучи, дарили надежду на светлое будущее. В очередной вечер, проведенный вместе, Меркуцио и Тибальт шли по одной из улиц держась за руки. Теперь им не было нужды прятаться, стыдиться. — Я так рад, что все обошлось, — внезапно произнес Тибальт, и в его голосе слышалась легкая тревога. — Но что будет дальше? — Посмотрим, — Меркуцио улыбнулся, чувствуя, как страх отступает. — У вас скоро большой бал, верно? Хочешь, чтобы мы появились там как пара? — Это уже слишком! — Тибальт усмехнулся, но в глазах его мелькнул огонек. — Я подумаю об этом. Меркуцио рассмеялся. Он больше не боялся. Теперь он жаждал, чтобы вся Верона узнала о его любви к Тибальту. И он добьется этого. Будет и дальше бороться за их чувства, за их отношения, несмотря ни на что.