В кого ты выстрелишь?

       Открыв глаза, Хлоя Буржуа обнаружила себя прикованной по рукам и ногам к холодной каменной стене. Голова шла кругом, а сознание никак не желало подкидывать варианты, как девушка оказалась в таком состоянии. В конечностях царила предательская слабость. Тусклый жёлтый светильник стоял посреди комнаты, освещая пространство квадратной камеры. Глухая железная дверь не выдавала в себе прохода: не было на ней ни решёток, ни замочных скважин. Зато в нескольких метрах от Хлои, прямо через светильник, кто-то лежал. В отличие от неё, не прикованный к стене.        «Почему из нас двоих именно я…» — машинально подумала она с досадой, и попыталась пошевелить руками и издать какой-то звук. Рот у неё завязан не был — уже хорошо. — Эй, — слабо произнесла Хлоя, — эй… очнись… Человек был одет в красный костюм с чёрными пятнами. В фигуре угадывалась молодая девушка. Нет, быть не может… — Леди Баг?.. Девушка зашевелилась. Открыв глаза, подняла голову. Огляделась. — Хлоя? — судя по голосу, она тоже была далека от бодрости. — Что… что происходит? — Хотелось бы мне знать… Освободи меня! — Да… сейчас. Подожди. Только приду в себя. Когда она приподнялась, то Хлоя поняла, что её соседка по камере тоже не совсем свободна. Левая рука её от запястья была полностью упрятана в плотный чёрный куб, на котором мигал крохотный красный диод-мишень. На правой же руке висел наручник, цепочка от которого вела к небольшому чёрному мешку. Сунув в него руку, Леди Баг извлекла на свет матово-чёрный револьвер, к которому и был прикреплен второй наручник. — Что за… И Хлоя, и Леди Баг видели, что револьвер был не совсем обычным. Усовершенствованный явно самодельными механизмами, винтиками и поршнями, он явно был связан с наручниками гораздо больше, чем простой цепочкой. Повертев его в руках, Леди Баг спустя время сказала: — Он заряжен. — Ну ты же не собираешься стрелять?! — спросила Хлоя, которую начала раздражать эта ситуация. — Освободи меня и давай сбежим! — Да, прости… — Леди Баг потянулась к поясу (револьвер повис на цепочке тяжёлым грузом), но не обнаружила на нём своего чудодейственного йо-йо. — Вот чёрт. Где моя… — Эй! Я всё ещё здесь! — напомнила ей Хлоя. С тяжёлым вздохом Леди Баг поднялась на ноги и подошла к ней. На Хлое были не только наручники: её грудь перетягивал прочный тугой ремень, а в районе сердца висел точно такой же квадратный чёрный куб, как на руке у Божьей Коровки. — Сломай их, ты ведь сильная! — Не настолько… — напрягшись, Леди Баг попыталась снять наручник, но тщетно: они были крайне плотными. — А где Кот-Нуар? Разве вы работаете не вместе? — Я и сама не знаю, где он… Как мы вообще здесь оказались? — Я помню, только как выходила из школы… А потом темнота. Это опять проделки Бражника? — Я не знаю, на него не похоже. Тут ведь нет ни одного акумы… — А кому ещё понадобилось запирать нас здесь? Леди Баг странно посмотрела на стягивающий Хлою ремень. — Я не знаю… — Куда ты пялишься? — Эта штука на твоей груди… Она такая же, — Леди Баг показала на куб, в котором была её левая рука. — Что это значит? — Меня больше интересует, можешь ли ты выстрелить в ту дверь, чтобы пробить нам проход. Или в мой наручник. Или в свой. — Я никогда не стреляла из такого оружия… — Всё просто: нажимаешь на курок и вылетает пуля. Давай же! — Хлоя притопнула ногой. Какая же нерасторопная иногда эта героиня! Подтянув к себе револьвер на цепи, Леди Баг взяла его в руку. Даже на вид он был довольно тяжёлым. Тряхнув, чтобы рассмотреть барабан, героиня убедилась: он был полностью заряжен, но патроны были какие-то странные. — Я не хочу стрелять в наручники, я ведь могу попасть тебе в руку. — И правда… Тогда зачем он тебе? Что за дурацкая ловушка? — Я не знаю, Хлоя! — потеряла терпение Леди Баг. — Мне страшно не меньше твоего, так что пожалуйста, очень прошу, помолчи немного, и мы отсюда выберемся! Она сделала глубокий вдох, и обошла тесную камеру по периметру. Подвергла тщательному осмотру светильник в центре камеры, но это была обычная лампа. Кроме них, Хлои и этой лампы в камере больше никого не было. Зато на двери нашёлся крохотный кружок. Уже почти что знакомый. Такой же был на кубе-наручнике и на груди Хлои. Опустив глаза, Леди Баг увидела такой же символ-перекрестие на боку револьвера. — Кажется, я поняла, — медленно произнесла она. — Ну и? Как выбраться? — Нужно выстрелить в один из этих прицелов. Либо в твой… либо в мой. — Если выстрелишь в мой, попадёшь мне в сердце! — с испугом сказала Хлоя. — Так что попробуй выстрелить в твой! Но Леди Баг почему-то не спешила: внимательно смотрела на свой куб, держа его на весу. — Чего ты ждёшь? — Прицел… прямо на моём безымянном пальце. А там кольцо. — Ну и отлично, разве нет? Подумаешь, кольцо. Мой отец купит тебе сотню новых, когда выберемся и найдём негодяя, который… — Ты не понимаешь, — сказала Леди Баг, подходя к ней и заглядывая в глаза. — В этом кольце — моя сила. Если оно разрушится, я больше не смогу быть Леди Баг. Хлоя несколько секунд, не моргая, смотрела на неё. — Но ты же не собираешься убивать меня из-за своей силы?! Ты ведь всех спасаешь, всегда! Ты не можешь!.. — Ты права, — со вздохом сказала она. — Я… прости, пожалуйста. Я правда не могу. Она приложила ладонь к лицу. На какое-то мгновение Хлое даже стало её жаль. Но потом это чувство схлынуло: что за глупости — променивать её драгоценную жизнь на какое-то кольцо? — Знаешь, — медленно говорила Леди Баг, глядя на куб-наручник, — недавно я читала про принцип вагонетки. Ты когда-нибудь о нём слышала? — Нет. Что за принцип? — Спасти одного человека, пожертвовав пятерыми… Или убить этого одного, чтобы пятеро спаслись. Скажи, что бы ты выбрала? — Конечно, пятерых, что за глупый вопрос, — со вздохом сказала Хлоя. — Пятеро больше, чем… До неё слишком поздно дошло, о чём она говорит. Повернувшись к ней, Леди Баг смотрела на неё стеклянным взглядом. — Вот и я рассуждала так же, Хлоя. Пятеро — больше, чем один. Представь, сколько человек я ещё смогу спасти, если сохраню силу Божьей Коровки? Хлоя сама не заметила, как из глаз её брызнули капельки слёз. — Ты не можешь так поступить! Не можешь! Не можешь! Ты же Леди Баг! Все узнают, что ты убийца!!! — Я ещё ничего не решила, Хлоя, замолчи… — спокойно говорила Леди Баг, взвешивая в руке револьвер. — Я не убийца, и никогда не убивала людей. Но сколько может пострадать, если Париж лишится Леди Баг?.. — Есть ведь ещё Кот-Нуар! Он всех защитит! — воскликнула Хлоя, чувствуя, как изо всех сил колотится её сердце. — Одного Кота-Нуара не хватит, чтобы защитить город. «Я что… правда могу умереть здесь? От её руки?..» — Послушай… — всхлипывала Хлоя. — Мы не всегда ладили, и я всегда была не самым лучшим человеком, но подумай сама! Какой же героиней ты будешь после того, как убьёшь меня?! Чем дольше это продолжалось, тем больше Хлою пугало то, что Леди Баг медлит. Героиня Парижа, как она её представляла, никогда бы не засомневалась, отбросила бы револьвер и призвала бы свои чудесные силы, чтобы вытащить их отсюда… А она сейчас думает над тем, убить ли Хлою или лишиться силы? — Пожалуйста… — слёзы капали из глаз Хлои, стекали по её лицу и капали на пол. — Пожалуйста, не делай этого… Я смогу обогатить тебя… Я сделаю всё, что хочешь… Мой отец отдаст тебе кучу денег… Ты больше ни в чём на свете не будешь нуждаться, только… — Силу Божьей Коровки не купишь ни за какие деньги, Хлоя, — спокойно и грустно сказала девушка, опустив голову и глядя на пистолет. — Мне не нужны деньги твоего отца. Я спасаю жизни. Не раз спасала твою, твоей семьи, твоих одноклассников. Многих парижан. Но скольких я смогу спасти, если пожертвую этой силой? — Но я Хлоя Буржуа!!! — навзрыд прокричала Хлоя. — Неужели для тебя моя жизнь ничего не значит?! — Речь не о тебе!!! — наконец, вспылила Леди Баг, повысив голос. Она явно была раздражена. — Будь на твоём месте кто угодно, я задалась бы тем же вопросом! Так что, пожалуйста. Я умоляю тебя. Заткнись. В камере наступило долгое молчание. Хлоя прекратила плакать, и с напряжением смотрела, как Леди Баг присела возле светильника, всё не сводя взгляда с револьвера. Всё выглядело так, будто он должен выстрелить. И как только барабан, лишившийся патрона, повернётся — щёлкнет механизм, и откроются все двери… Но какой же жестокой ценой? Прошло полчаса, прежде чем Леди Баг спокойно сказала мёртвым голосом: — Я всё решила. Раздался выстрел.