3 года

Стоило переступить порог отцовского дома, в нос ударил запах домашней еды. Юля опять старается небось. Олька подлетела к старшей сестре с криками, хлопая в ладоши: - Мама, Аня приехала!, - вопил детский голос. Анна замерла. "Мама". Это простое слово словно на секунду ввело в невесомость и резко швырнула на землю. Анна протянула малышке пакет с подарком, и та радостная убежала на кухню. В прихожую вышел отец. В рубашке и брюках. Это не просто семейный ужин. Что то будет. И Анна кажется даже знает что. Она смотрела на отца полными (не)понимания глазами. Александр Генрихович обнял дочь за плечи. А потом выдохнул, понял о чем сейчас нужно рассказать Анне: - Анют.. мы с Юлей уже год вместе и.., - начал было тот. Анна знала, конечно знала, не дура. Но.."мама". Ещё вчера у Ольги "мамы" не было. И разве это плохо? Не плохо.. Резко. Точно, резко! Слишком все быстро и.. Мысль оборвалась. Анна поняла, что злиться ей не за что.. У Оли будет мама, которая была с ней всю жизнь. Просто тогда она была лишь формально "Юлей". Юлия всю Олькину жизнь была рядом. А еще помогала Анне с нарядами на прокаты. Возила её на каток. Приносила ужин в комнату, когда ты до полуночи после тренировок делала уроки. Все это оглушающим звоном ударила в голову. И из-за двери показалась она.. Юля. Нежное голубое платье в пол. Локоны, убранные в хвост. Юля всегда всем собирала волосы, и она сама подавала пример. Ну просто примерная мать. Анну на секунду ослепил блик... Блик от кольца на пальце Юлии.. Вот оно что.. Вот куда оно все вело. А отказ Юли ужинать? Она еще и беременна, да? Одна мысль была хуже другой, хотелось бежать. "Семья" абсолютно пустое слово. Ничего. И сейчас стало страшно. Так страшно не было каждый День Рождения, когда они собирались вместе.. Но сейчас осознание ударило слишком сильно. Им придется быть семьёй. У Оли мать, у отца жена и.. может кто то еще.. - Здравствуй..,- улыбчиво обратилась та к Анне,- Саш, отпусти Аню руки помыть и пошлите за стол. Шум воды из крана вводил в транс, но из него вывела Юля, медленно вошедшая в ванную. Её голос был тихим и.. Спокойным что-ли.. - Ань..пожалуйста давай только без разборок при Ольке. Анна закатила глаза: - а, ну да, конечно. Не буду вашу дочь пугать. Горячая вода заставила руки покраснеть ещё сильнее. - это не я. Это твой отец попросил Олю меня так называть. Он хочет чтобы у его дочери была мать. - её мать - женщина, которая её родила, - возразила Анна. И понимала, что несет какой-то бред. Юля только тихо выдохнула: - да, я. Время остановилось. Как.. Как Анне только такая мысль в голову не приходила..? А Юля продолжала: - Александр не отец Оли. Он.. Он её спас. У меня проблемы в жизни были большие.. Ещё и ребенок. И.. Он её забрал. Сюда. Дал мне возможность со всем разобраться, не вмешивая ребенка. А у меня ничего в жизни не клеилось и он.. На себя её записал. Меня нет в свидетельстве. Потом.. няней устроил.. Разрешил рядом быть..

***

Как отец не отец Оли? Глаза его.. Волосы его.. Что вообще в этой семейке происходит? Но у Анны вертелся только один вопрос: - ты еще и беременна, да? Юля приподняла брови и коснулась живота: - что? Анна вытерла руки: - ты не ешь, бледная ходишь какая-то. Юля отрицательно махнула головой: - нет, я не беременна, просто нервничала, есть не могла, не знали как тебе сказать. Ты же мне тоже как д.. Юле не дали закончить. Анна скрылась за дверью ванной. Злиться было не за что. Хотя.. За недоказанность вполне хотелось. По пути к кухне в голове проносились все возможные моменты, которые показывали материнское отношение Юли к Анне. Они пережили вместе слишком много. Все они. Вся их..семья. Каким бы странным и непонятным не было это слово. Пусть хоть Олька знает его значение на собственном примере. И ей хотелось знать. Если она за день начала звать Юлю мамой. Но ведь та всю Олькину жизнь была ей. И сейчас все станет просто юридически подкреплено. Поэтому нечего скалиться. Радоваться надо.