Прыгай киска

      Наташа медленно подошла к Кислову. В глазах приятно плыло от выпитого полчаса назад рома. Она никак не могла сфокусировать свой взгляд на лице парня, но ее это ни капли не смущало. Он смотрел с легкой улыбкой и такими же туманными зрачками.       Сейчас где-то два часа ночи… Ну или около того. Тусовка у Локона идет «на ура». Много вкусного алкоголя, сырных чипсов и подобной закуски. Треки играют уже по второму кругу, но мало кто это замечает: пьяные тела либо танцуют под заезженного «темного принца», либо заливаются пивом и сосутся, либо заливаются ромом и играют в карты. Каким образом Наташа и Кислов оказались на втором этаже в первой попавшейся спальне — не знают даже они сами.       Наташа провела рукой по щеке парня, поглаживая впалые скулы, а Кислов в свою очередь чмокнул тыльную сторону ее ладони. Девушка слегка рассмеялась и в этот же миг Ваня притянул ее к себе вплотную. Руки сжали бедра, а губы уже давно сократили расстояние между их лицами. Кислов поцелуем доставал душу Наташи из самых низов. По телу приятно разливалось тепло, ноги слегка подкашивались от бушевавшего в организме алкоголя. Она впилась ногтями в его спину, стараясь быть как можно ближе, буквально желая срастись в одно целое. Пальцы Кислова все свободнее блудили по телу девушки, а она игриво извивалась под его движениями, оставляя легкие укусы на губах.       Еще несколько минут издевательств — и Наташа лежала на кровати, а над ней нависал Ваня.       — Если мы потрахаемся, то я уеду в другой город, — вполне вменяемо заявляет Наташа.       — Блять, только посмей. Мы тебя из-под земли достанем, — Кислов улыбался, покрывая шею девушки влажными поцелуями.       — Ну не-е-ет! — Она приподнялась. — Из нас будут не самые лучшие друзья, если твой хуй сейчас окажется внутри меня.       Кислов через силу тоже принял сидячее положение.       — Может ты и права. И че делать?       — Одеться и пойти обратно ко всем?       — У меня уже стоит, — Кислов возмущенно указал пальцем на проблему.       Наташа рассмеялась:       — Я знаю как решить твою проблему.       Ваня саркастично закатил глаза, ожидая очередную остроумную шутку от подруги, но заметил лишь ее потемневшие и игривые глаза на своем торсе. Он в непонимании изогнул бровь.       — Встань, пожалуйста, — попросила Наташа.       Кислов встал рядом с кроватью, за ним поднялась сама девушка.       — Обещай быть тише.       Все еще находясь в недопонимании, парень неуклюже кивнул. Наташа аккуратно опустилась на колени, сохраняя зрительный контакт с Кисловым. Ей это далось тяжело — тело было ватным и легким, из-за чего она схватилась за его ремень, чтобы удержать равновесие.       — Ебаный рот, Ната, ты че серьезно? — У Кислова округлились глаза, но улыбка уже растянулась на лице.       — Если хоть одна душа узнает — я тебе кадык вырву, гаденыш.       Девушка расстегнула ремень на темных джинсах Вани и спустила ползунок на ширинке. Не спеша оттянула джинсы вниз, открывая вид на черное белье Кислова. Ни секунды больше не сомневаясь, она полностью оголила уже стоявший член. Обхватив его рукой, она поднесла свой рот к головке и облизнула, при этом не сводя глаз с Кислова. У Вани в этот момент в голове была вязкая, приятно-тревожная каша, все мысли спустились на накрашенный рот подруги, которой уже наполовину взял в себя член. Не зная куда деть руки, он опустил их на голову Наташи, сжимая волосы в кулаке. Тут же почувствовался удар по ляжке.       Наташа недовольно замычала, и Кислов ослабил хватку, поглаживая темные кудри девушки. Ее голова интенсивно двигалась на уровне паха, и Ваня пытался сохранить эту картину в своей голове. Слюни текли по ее подбородку, члену и руке. Все было липкое, прозрачное, но какое же, сука, пиздатое.       — На-а-ат, я пьяный пиздец… — мялся Кислов. — Если продолжишь так ахуенно сосать, то я кончу на твой ебальник и не замечу этого.       Наташа отстранилась и продолжила делать движения вверх-вниз рукой, чтобы не прерывать удовольствие друга.       — Блять, поклянись, что это останется между нами.       — Клянусь, только возьми обратно за щеку, умоляю! — рыкнул Кислов, еле стоя уже на дрожавших ногах.       Наташе второй раз повторять не надо. Ее движения стали более частыми, глубокими. Он драл губы в кровь, чтобы не издать лишнего звука, и поддавался бедрами навстречу темпу подруги.       Буквально две минуты — Кислов зажимает себе рот рукой, подавляя гортанный стон и заваливается спиной на кровать. Наташа сплевывает на пол все то, что оказалась в ее рту и вытирает губы и руки об джинсу Вани. Тот, заметив, что она все еще сидит на полу, поманил ее к себе пальцем. Наташа завалилась рядом с Кисловым.       — Ебать, даже не знал, что ты так умеешь, — улыбнулся парень, поиграв бровями.       — Я сама не знала, — Наташа лучезарно улыбнулась в ответ.       — Теперь если захочу отсоса — напишу тебе.       — Не смей, сука. Это была единоразовая акция.       — А жаль, — Кислов состроил грустную мину, но тут же подскочил с кровати.       Он подал руку Наташе и она поднялась в след за ним. Друзья молча спустились к остальной компании. Их встретили в хлам пьянющие Хэнк и Гена.       — О-о-о! Наши Кисы вернулись! Вы где были? — с заплетающимся языком спрашивал Гена. — Тут такое! Еба-а-ать!       — Что-что? — Наташа моментально подсела к Гене.       — Ритузик Мела засосала!       Наташа и Кисловым одновременно протянули удивленное: «НИХУЯ-Я-Я!»       Остаток тусовки длился сладко. Компания друзей собралась более локально на отдельных диванчиках, потягивая остатки пива и негромко общаясь. Как только часы на телефоне оповестили, что уже шесть утра, Наташа начала искать свою куртку.       — Ой, мне бежать надо! Папа с ночной смены вернется через два часа.       — Окей, но мы тут с пацанами на ночь останемся. — Хэнк поднялся с дивана и вручил девушке четыреста рублей.       — Что-то маловато. Приятный вечер со мной стоит косарь! — наигранно обиделась Наташа.       — Четыреста и не больше! — Вложил в ее руки купюры Хэнк. — Если б поцеловала, то дал больше.       — Себе по ебалу дать не забудь, — подал голос уже почти спящий Кислов.       Все посмеялись. Наташа обняла каждого и вышла из дома Локона, заказывая параллельно такси.       Она достала маленькое зеркальце из сумки, чтобы оценить уровень пиздеца на своем лице. Карие глаза, идеально подчеркнутые длинными стрелками, смотрели на ее отражение уставши, но счастливо. Она быстро поправила свои накрученные волосы и вновь двинулась в сторону места, где должно остановиться такси.

***

      Будильник противно завывает под ухом, но какого черта? Сегодня же воскресенье. Наташа еле разлепила глаза, чтобы отрубить эту конченную мелодию на телефоне, но сон моментально отошел, когда она увидела следующее:

«Понедельник, 13 сентября

8:10»

      Она тут же встала с кровати, начиная носиться по всему дому.       — Почему меня никто не разбудил?! — крикнула Наташа, заходя в ванную.       Младший брат подошел к дверям ванной и громко крикнул в ответ:       — Мама с папой с утра уехали к бабушке! А я не знал, во сколько у тебя начинаются уроки. Не ори!       Наташа завыла в ванной, наспех чистя зубы. Собравшись буквально за пятнадцать минут, она пулей вылетела из дома. По дороге в школу она напечатала сообщение брату.

Овца (сестра):

«Дверь запри, там в холодосе вчерашний суп, поешь»

Пиздюк: «Девочка ты кто»

Овца (сестра):

«Не беси, сученок. Лекарства выпей после еды»

      Мелкий гад болеет уже вторую неделю и не ходит в школу! Какая несправедливость. Наташа последний раз болела год назад, и то потому что с Ритой на спор окунулась в море в прошлом сентябре. Жалела об этом поступке девушка весь оставшийся месяц — ангина не хотела отступать совсем.       Забежав в класс со звонком, Наташа отбила кулачки друзьям и села рядом с Ритой. Сзади сидел Кислов и Мел.       За окном еще ярко и тепло светило солнце, но осенний ветер больно пробивался в Коктебель и морозил плечи школьникам. В кабинет зашла учительница литературы.       — Здравствуйте! Сейчас быстро отметимся и начнем урок… — Ольга Васильевна достала журнал. — Адрианова Наташа?       — Я здесь! — Наташа приподняла руку.       Дальше пошли по списку. После того, как все ученики отметились, Ольга Васильевна начала урок.       — Ребят, начнем сегодня с произведения Максима Горького «На дне»…       Женщина включила проектор и открыла презентацию. Отлично! Значит, сегодня на уроке можно ничего не делать. Кислов и Меленин подвинули свою парту впритык к стульям подруг, а те в свою очередь сели в пол-оборота, чтобы было удобнее разговаривать между собой.       — Родные, вы тоже ахуели от того, что сегодня понедельник? — сразу задала вопрос Наташа.       — Да! — Рита посмотрела на девушку. — Я сплю, а на меня батя выливает воду из кружки! Я так надеялась, что сегодня воскресенье.       — Ну вы странные, — Кислов усмехнулся. — Вот я допустим знал… точнее, был уверен, что сегодня, блять, СУББОТА.       Мел прыснул в кулак, а Рита хохотнула:       — Меньше бухай, как чертяга. Может вторник от зеленого различать начнешь.       Послышался кашель со стороны учительницы. Друзья стали говорить тише.       — Че делать планируете? — спросила шепотом Рита.       Егор и Ваня ответили, что собираются вечером на базу. Им нужно было что-то починить в машине Гены.       — А ты куда пойдешь, Наталишка?       — Да я не знаю пока, — Наташа повела плечом и зевнула. Послышался слабый хруст в челюсти. — Ай блять!       Друзья уставились на девушку.       — Ты ломаешься что ли? — спросил Мел.       — Видимо! — грустно ответила Наташа, нахмурившись. — У меня шея с самого утра болит и челюсть. Я даже не помню, из-за чего.       — Может на тусе въебалась в кого-то? — уточнила Рита.       Кислов в этот момент упал головой на парту, чтобы скрыть свою улыбку. Наташа явно забыла, как обмазывала своими горячими и вязкими слюнями его… Блять!       — Киса!       — А! Чего? — Ваня поднял растерянный взгляд, словно его застали врасплох.       — Тебя Олька спрашивает, — прошептала Наташа, указывая осторожно пальцем на учительницу.       Кислов вздохнул и переспросил вопрос Ольги Васильевны, но перед глазами все еще маячила стоящая на коленях Наташа.