Там, где никому не видно

Влад внес последние правки в заказ и отправил его на кухню. Снаружи нещадно палило гневное солнце, заливая кафе ярким светом. Люди беззаботно обедали, прячась от зноя, а Влад профессионально помогал им забыть о суете, лавируя между столиками с подносами, полными свежей выпечки и ледяных напитков. Со стороны он казался воплощением добродушия: отзывчивый парень с открытой улыбкой. Но внутри всё кипело. Его мысли раз за разом возвращались к завтрашнему утру - утру понедельника, когда в коридорах университета ему неизбежно придется столкнуться с Матвеем. Влад совершенно не понимал, как теперь смотреть в эти бесстыжие глаза. Тот поцелуй и их немое, странное расставание не давали ему покоя, перечеркивая все попытки сосредоточиться на работе. Он направился к своему столику, неся на металлическом подносе две чашки американо, малиновый пирог и ягодный круассан. Парочка за столом расплылась в благодарностях, намекнув на щедрые чаевые за его очаровательную улыбку. Влад уже развернулся за следующим заказом, но дорогу ему преградил вошедший в зал парень. Раскрасневшиеся щеки и сбитое дыхание выдавали долгую, поспешную ходьбу и явное негодование. - Слишком занят? - в лоб бросил Женя. В его голосе звенела непривычная тревога. Влад озадаченно переглянулся с Екатериной, без слов запрашивая перерыв. Тетя коротко кивнула и жестом отправила другую официантку на его позицию. Сбросив фартук, Влад накинул белую куртку, и они с Женей вышли на улицу, тут же свернув в узкий прохладный переулок за углом кафе. - Воздух вокруг тебя бьется в лихорадке, - негромко заметил Влад, внимательно изучая помятый, почти затравленный вид друга. - Что стряслось? - Что стряслось?! - Женя едва сдерживал подступающую панику. Его руки бил мелкий, неукротимый тремор, который он безуспешно пытался скрыть, сжимая кулаки. - Да чего только не происходит, Влад! Мой лучший друг хранит от меня секреты, связавшись с парой отбитых психопатов. Мать едва не погибла, а девушка решила, что сейчас - просто идеальный момент для расставания! Женя начал нервно мерить шагами тесное пространство переулка, задевая плечом кирпичные стены. - Ах да! - он резко замер и вперился в Влада бушующим, почти безумным взглядом. - Еще Демидов… Этот скот просто выводит меня из себя! Каждый божий день! Влад на мгновение зажмурился, пытаясь уложить этот лавинообразный поток информации хоть в какую-то логическую цепочку. - Постой, - шокировано выдохнул он. Состояние друга пугало его не на шутку: от прежнего спокойного Жени не осталось и следа. - Нам нужно поговорить нормально. Без свидетелей. Сейчас я окончательно отпрошусь у тети, мы возьмем по банке холодного пива и всё обсудим. Слышишь? По порядку. Отпроситься у тети было проще простого. Влад лишь подрабатывал и помогал ей в кафе. Его отсутствие никак не повлияет на работу заведения. Тяжелее всего будет дальше. Вчера он все же нашел ластик и стер границы закона, получая согласие Саши на раскрытие его сущности. Теперь для честности перед Женей не было преград. Только он не знал как признаться во всем другу, какие подобрать слова. Но Женя пришел к нему сам, будто давая толчок: пора вернуть близость с другом и выложить все карты на стол. Они молча зашли в ближайший магазин и вязали две банки светлого пенного. Предстоящий путь их был привычным: такой какой они проходили каждый теплый летний вечер. Только Влад решил изменить конечную точку: вместо светофора, на котором они обычно расходились по домам, он поведет его в безлюдные гаражи, где не будет ни одной живой души. Они медленно шли по тротуару в направлении городского парка. Первая точка, куда они всегда идут. Именно там, в спокойствие деревьев и пение птиц, зарождаются душевные разговоры. Женя с силой крутанул крышку, и та с глухим хлопком отлетела куда-то в сторону. - Я правда старался держать себя в руках, - признался он, сделав первый жадный глоток прохладного пива. - Но, кажется, лимит исчерпан. Сегодня утром я проснулся с единственной четкой мыслью: хочу сожрать целую пачку успокоительных и просто выключиться. Именно поэтому я пришел к тебе - знал, что ты такого не одобришь. - Успокоительные - это еще полбеды, они не так страшны, как те транквилизаторы, на которых ты сидел раньше, - негромко подметил Влад, метким щелчком отправив свою крышку точно в мусорный бак. - Но ты прав: лучше съешь мои мозги, чем снова начнешь глотать эту дрянь. Не хочу опять видеть ходячего зомби вместо лучшего друга. Женя лишь коротко, почти болезненно усмехнулся. Влад замолчал, давая тишине парка сделать свое дело, и аккуратным взглядом намекнул, что готов слушать. Пора было распутывать этот клубок нервных событий, начав с самого начала. - Одно дело, когда ты просто связался с Матвеем, - тяжело начал Женя, нервно прокручивая запотевшую бутылку в трясущихся руках. - Это я еще мог как-то переварить. Но потом из ниоткуда выскакивает Демидов. Я был уверен, что мы одинаково ненавидим этот «золотой дуэт», но, похоже, я ошибался. Сначала секреты с Матвеем заставляли меня дергаться, а уж когда в твоей жизни нарисовался Саша… тут у меня и начала крыша потихоньку съезжать. Женя достал из кармана бежевого пальто электронную сигарету и сделал несколько коротких затяжек, пытаясь усмирить гудящий разум. - Я не хотел давить на тебя, честно, - признался он, выпуская облако пара. - Но я видел, как ты мечешься, а твой вид… Влад, ты стал совсем бледным и тощим. Словно неживым. Я убивался от того, что не могу тебе помочь, и всё это дерьмо рикошетом ударило по моим отношениям с Наташей. В пятницу - не буду врать - я упился в одиночку и настрочил ей всякого бреда. Вчера мы встретились и поставили жирную точку. Убиваюсь ли я из-за этого? На удивление, нет. Мне плевать. Парни оставили позади умиротворяющие аллеи парка и углубились в жилой массив. Здесь было почти пусто: лишь редкие мамы приглядывали за детьми на площадках, да бабушки на скамейках лениво провожали их осуждающими взглядами. - А вчера… - Женя заметно вздрогнул, вспоминая холодный дождливый вечер. - Вчера мой мир окончательно сорвался с петель. У матери сломалась машина, и она пошла на смену пешком. Вечером заглянула в магазин, а потом решила срезать путь. Она вечно забивает на мои предупреждения, а я ведь сотню раз просил её не соваться в одиночку через гаражи! Я говорил с ней по телефону, но меня отвлекла Ксюша - ей срочно приспичило включить какой-то мультик. Я сбросил вызов и вскоре получил от мамы сообщение… Плечи Жени судорожно дернулись. Страх за жизнь матери, пережитый накануне, накрыл его с новой силой. - Её окружили трое, - едва выдавил он сквозь подступивший к горлу ком. - Я не бежал, я летел туда так быстро, как никогда в жизни. И знаешь, что я увидел, когда наконец нашел её? Картину, больше похожую на скотобойню. Трое ублюдков, избитых до полусмерти, и возвышающийся над ними Демидов. Весь в чужой крови, с какими-то безумными, бешеными глазами. Влад, он не просто принял дозу… он был под чем-то лютым. Словно перестал быть человеком. Женя, полностью погруженный в тяжелый рассказ, по привычке хотел было свернуть за угол к освещенному перекрестку. Но Влад железной хваткой перехватил его за локоть и потянул в противоположную сторону. Туда, где за высокими стенами жилых домов начиналась глухая блокада гаражей, пропахших старым машинным маслом и сырым бетоном. Влад теперь отчетливо понимал, о каких людях говорил тогда Матвей. О тех, кто творит вещи куда более мерзкие, чем любой вампирский срыв. И Матвей был прав: мало кто из простых смертных решился бы встать на защиту женщины, бросив вызов трем пьяным подонкам. Но Саша не знал, что такое страх - особенно когда чужаки заливали его владения своим гнилым дерьмом. - Я ведь умом понимаю, что этот псих спас мою мать, - глухо продолжал Женя, послушно следуя за другом в тень гаражных боксов. - Но то, что я видел… это приводит в первобытный ужас. У него в голове явно поселилось целое царство тараканов, Влад. И ты… ты по какой-то причине связался с чудовищем, по чьим рукам стекает столько крови. Влад резко остановился у одного из заброшенных гаражей и прислонился спиной к шершавому, ледяному бетону. Сюда почти не проникал солнечный свет; казалось, солнце, подобно брезгливому прохожему, считало это место слишком грязным и опасным, чтобы касаться его своими лучами. В груди Влада ворочалось тяжелое, липкое чувство вины. Он проклинал себя за то, что заставил Женю в одиночку проживать весь этот кошмар последних дней. Он должен был быть рядом, должен был подставить плечо, но вместо этого прятался за ложью и чужими тайнами. Он отчаянно не хотел ранить друга, но в итоге всё вышло с точностью до наоборот. И теперь, в этой мертвой тишине гаражного массива, Влад понимал: он обязан нанести последний, сокрушительный удар по и без того расшатанной нервной системе Жени. — - Прости, - глухо, почти с надрывом выговорил Влад. Одним резким, нетипично быстрым движением он перехватил у друга электронную сигарету - его собственное тело, измотанное жаждой и стрессом, внезапно потребовало хоть какого-то спокойствия. - Я должен был быть рядом, Женя. Должен был поддержать, а поступил как чертов эгоист, зацикленный на себе. Мне жаль, что всё в твоей жизни так паршиво обернулось. И мне бесконечно жаль, что сейчас мне придется окончательно добить тебя своими признаниями. Женя замер, глядя на него с какой-то отчаянной, почти детской надеждой. Он жаждал, чтобы Влад наконец произнес слова, которые вернут его миру хоть каплю логики, пусть даже эта логика будет пугающей. - Ты прав: мы оба ненавидели этот «золотой дуэт», - Влад не стал отрицать их прошлые чувства, сделав короткую затяжку. - Но мы чертовски ошибались в них, Жень. Маска на лице Матвея рассыпалась в пыль прямо у меня на глазах. И знаешь... я ожидал увидеть под ней гнилую слизь из кошмаров, но всё оказалось иначе. Он по-своему такой же обычный, как и Саша. Они совсем не те, за кого себя выдавали. Нет никакого «золотого дуэта». Есть просто двое парней, которых связывает такая же крепкая дружба, как и нас с тобой. Женя медленным движением стянул резинку с волос, распуская тугой хвост. Это незначительное действие выдавало его внутренний шторм - он пытался освободиться от лишнего давления. - Пусть будет по-твоему, - глухо кивнул Женя, допивая остатки теплого пива. - Мне не нужно вникать в их душераздирающие истории и копаться в их прошлом. Скажи только одно: что происходит с тобой, Влад? Что ты так отчаянно прячешь от меня и чего так боишься? Влад сделал последний глоток. Холодное пенное внезапно встало в горле тугим колючим комом. Он нервно прокашлялся, с силой откидывая пустую банку в сторону. Послышался резкий, сухой треск стекла, эхом разлетевшийся по бесконечному коридору из ржавых ворот и бетонных стен. Влад медленно повернулся к другу. Его кожа в густом полумраке между гаражами отливала пугающей, мертвенной белизной - Ты прекрасно знаешь, что мне не страшны обычные человеческие вирусы, - тихо напомнил Влад, и в его голосе прорезались холодные, чужие нотки. - Но у таких, как я, есть свои... особенные болезни. Их великое множество: от незначительных до абсолютно убойных. Женя лишь коротко кивнул, не отрывая взгляда от лица друга. Его молчание было тяжелым, давящим - он давал Владу шанс договорить всё до конца. - После того как... - Влад с силой сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Пути назад больше не было. - Как Даня покинул город, я лишился единственного источника подходящей мне крови. Годы осознанного голодания довели мой организм до критического истощения, и... Влад с трудом поднял налитые горечью и затаенной болью глаза на Женю. Он заговорил о смертоносной патологии, которая безжалостно выжигает тело вампира изнутри, превращая его в тлеющий уголь. Одного этого названия должно было хватить, чтобы Женя осознал истинный масштаб катастрофы. - Вторая стадия, - сквозь плотно стиснутые зубы процедил Влад. - У меня болезнь Гарсия. Женя... я уже давно танцую медленный вальс с самой Смертью. Долю секунды они стояли в звенящей, мертвой тишине. А потом Влад увидел, как окончательно треснул мир в янтарных глазах друга. Болезненная, рваная трещина прошла сквозь него, ударяя в самое сердце. - Ты шутишь?! - яростно выкрикнул Женя, резко отшатнувшись назад, будто от удара. - Какая, блядь, болезнь Гарсия?! Влад! Твою мать, ты о чем вообще?! Влад попытался сделать шаг навстречу, инстинктивно желая окутать друга защитным куполом своей энергии, успокоить этот хаос. Но Женя с легкостью предугадал его намерение и яростно оттолкнул протянутые руки. - Не трогай меня! - зло выплюнул он, хватая Влада за локоть и буквально отшвыривая его в сторону с неожиданной для человека силой. - Сколько ты собирался это скрывать? Месяц? Год? До самых похорон?! Да как ты, блядь, вообще додумался молчать о таком?! - Женя! - горячо выкрикнул Влад, чувствуя, как воздух вокруг них накаляется. Все тело друга била крупная, болезненная дрожь. Влад видел: еще секунда, и Женя окончательно сорвется. Паническая атака уже не просто стояла за спиной - она ледяным дыханием касалась его шеи. - Прошу тебя, просто дыши! Успокойся! Неожиданно, опережая липкие щупальца панической атаки, шею Жени накрыли чьи-то неестественно ледяные ладони. В ту же секунду его окутал плотный, тяжелый купол абсолютного, искусственного спокойствия. Сознание парня моментально поплыло, не в силах сопротивляться этому резкому, дурманящему приливу безмятежности. - Лапочка, - интимно, почти нежно прошептал Саша у самого его уха, медленно разжимая пальцы. - Не ори ты так... горло надорвешь. Демидов вальяжно отступил на пару шагов, давая Жене необходимое пространство для осознания. Тот около минуты стоял неподвижно, прожигая Сашу тупым, расфокусированным взглядом, направленным куда-то сквозь него. А затем его зрачки сузились, и в глазах отразился подлинный, первобытный ужас. До Жени наконец дошло: Саша только что сделал ровно то же самое, что секунду назад пытался провернуть Влад. Перед ним стоял не просто ненавистный мажор или «обдолбанный» безумец. Перед ним стоял второй хищник этого города. - Именно это нас и связало, - сухо бросил Влад, резко возвращая блуждающее внимание Жени на себя. - Он - единственное звено, способное удержать меня на этом свете. - Твою мать! - Женя с силой потер ладонями горящее лицо, пытаясь физически втереть новую информацию в сознание. - Так, давайте проясним всё еще раз, для тупых: ты смертельно болен, а Саша - вампир, который в силах это исправить? Я правильно понимаю расклад? Влад лишь молча кивнул. Липкая паническая атака окончательно отступила, скрывшись в густых тенях между гаражами, а взгляд друга вновь наполнился ясным, трезвым светом. Он наконец вернулся в свое нормальное состояние, способное к логике и анализу. - И каким же, интересно, образом? - уточнил Женя, скептически, почти с вызовом склонив голову в сторону Саши. - Что ж, раз мы закончили с истериками, познакомимся нормально, - Влад заметил, что глаза Демидова снова зажглись тем самым опасным огнем жизни, который, казалось потух вчера в пучине дурманящей травы. - Меня зовут Александр Демидов. Я вампир второго ранга и сын крайне влиятельного человека - как среди людей, так и среди нашего вида. И прямо сейчас я занимаюсь тем, чтобы организовать Владу встречу с его отцом. С единственным существом на планете, которое может остановить его чертову болезнь. - Но есть одна проблема, - глухо добавил Влад, и в его голосе прорезалась подлинная боль. - Эта поездка может оказаться дорогой в один конец. Но это наш единственный шанс переиграть болезнь. Женя молча забрал из рук друга свою электронную сигарету и отошел на несколько шагов, подальше от парней и гнетущей, давящей атмосферы. Ему нужно было время, чтобы переварить этот информационный яд. В его голове никак не укладывалось главное: тот, кого он ненавидел почти всю жизнь, внезапно оказался единственным ключом к спасению Влада. Пока Женя, нахмурившись, обмозговывал ситуацию, Саша не стал терять времени. Он по-хозяйски, с привычной бесцеремонностью закинул руку на плечо Влада и притянул его к себе, понизив голос до заговорщицкого шепота. - Смотри, - он коротко кивнул в сторону Жени. - Я сделал за тебя половину дела. Теперь Матвей полностью на твоих плечах. Тебе нужно как можно скорее поговорить с ним и закрыть этот вопрос. - Стоп! - Женя, обладавший обостренным слухом в моменты стресса, уловил тихий голос Демидова и мгновенно вернулся к ним. Его взгляд стал острым и подозрительным. - Какую роль играет Булатов во всей этой истории? - Устроить встречу с Графом - задача не из легких, - бросил Саша, многозначительно дернув густыми бровями. - Это потребует времени. - А мне нужно как-то дотянуть до этого момента и поддерживать состояние в норме, - негромко дополнил его слова Влад, чувствуя, как под пристальным взглядом Жени его уверенность дает трещину. - Для этого мне необходима подходящая кровь. Кровь Матвея. — А только ли кровь этого парня тебе так сильно нужна? - с издевательской, кошачьей усмешкой вставил Демидов. Он картинно прищурился, явно намекая на их недавнюю ночь, проведенную в одной постели, и на то странное, лихорадочное притяжение, которое возникло между Владом и Матвеем. Но Демидов был чертовски прав: Владу действительно хотелось прибрать к рукам не только кровь, но и сердце этого парня. Пора было выложить последнюю карту и забить финальный гвоздь в гроб, где заживо гнило всё его многолетнее вранье. - Я что-то ещё пропустил? - Женя выразительно выгнул бровь, и в его взгляде, направленном на Влада, смешались недоумение и горькая ирония. - У Саши острый глаз: он всегда бьет точно в цель, - нервно усмехнулся Влад, чувствуя, как горит лицо. - Мы с Матвеем действительно перешли границы дружбы. Это вышло неосознанно, совершенно случайно… Но пока всё не устаканится, пока я не пойму, выживу ли вообще, я не собираюсь продолжать эту игру. Влад замолчал, глядя на свои руки. Признаться в этом вслух перед Женей было почти так же больно, как признаться в самой болезни. Саша, вечно балансирующий между безумием и жаждой жизни, первым поспешил разорвать удушающую тишину. Он бесцеремонно приобнял Влада за шею и принялся ерошить его волосы с видом старшего брата-разгильдяя. - Ну вот и всё! - рассмеялся он, наконец оставив прическу друга в покое, но всё так же крепко сжимая его плечо. - Первая часть твоей исповеди пройдена. Осталась сущая малость. - А что же ты сам за столько лет не признался ему? - негромко прошипел Влад, поправляя упавшие на лицо пряди. Он не хотел бить по больному, но любопытство взяло верх. - Так сильно боишься его реакции, Саша? Демидов вскинул голову к затянутому облаками небу, на мгновение замирая. На его лице промелькнула небрежная, почти болезненная улыбка. - Хитрый лис! - бросил он, снова заливаясь коротким нервным смехом. - Глупый кролик, - отозвался Влад цитатой из мультфильма, и этот абсурдный юмор внезапно стал для них обоих спасительным якорем. Вскоре они покинули территорию гаражей. Каждый молча уперся взглядом в невидимые бетонные стены собственных мыслей. Женя на ходу выстраивал в голове новую карту реальности, стараясь держать чувства в стальной узде - сейчас не было места панике, только холодному расчету ради спасения друга. Влад же чувствовал странное, почти пугающее облегчение. Тяжелые оковы многолетней лжи, сковывавшие каждое его движение, наконец рассыпались в прах. Впервые за долгое время он ощущал чистоту и ясность своих действий. А Саша… Саша продолжал яростно разбрасываться шутками, нацепив маску беззаботного клоуна с вечной улыбкой. Он делал всё, чтобы не думать о той безжалостной цене, которую ему придется заплатить за спасение главной тайны государства - тайны, которую теперь они несли втроем.