Там, где никому не видно

Октавия Юлиановна, уже ждавшая его, молча проводила Влада к знакомому кабинету. В этот раз Саша остался дома - его присутствие было не обязательно. Теперь вход в замок Графа для Влада был открыт - об этом сообщил Виктор, пригласив его к себе этим вечером. Он договорился с Валентином о встрече, и теперь за дверью его ждал не только кровный отец, но и дядя, о существовании которого он даже не подозревал. Сообщив о прибытии гостя, Октавия бесшумно исчезла. Влад замер у двери. Еще один шаг. Еще одно решение, способное перевернуть все. Холод прокатился по телу, сковывая движения. Казалось, сам воздух вокруг застыл, натянулся до предела и едва слышно потрескивал от напряжения. Переборов нерешительность, Влад потянул ручку. Дверь не хотела поддаваться, словно чувствуя его страх. Он жаждал узнать ответы на все свои вопросы, которые вихрем крутились в голове. Хотел знать всю правду о матери и ее прошлом. Мечтал о лечении… Но те, кто могли дать ему все это, казались для него не родственниками, а игроками за шахматной доской. Одно их слово, одно движение руки и все может измениться. Один ход и Влад услышит «Шах и мат». Хоть Виктор и дал понять, что не пойдет против своего сына, у него не было уверенности в правдивости этой фразы. Дверь со скрипом отварилась. В кабинете, неподвижно и властно, на своем месте восседал Граф. Он подпирал голову рукой, словно та была отлита из тяжелого чугуна, и невидящим взором смотрел в сторону шкафа - туда, где замер его брат. Высокий мужчина сжимал в пальцах бокал с крепким алкоголем. Он медленно, почти бесшумно прихлебывал его, устремив взгляд насыщенно-голубых, пугающе ярких глаз куда-то вдаль. В бездонную пустоту этого мрачного, лишенного жизни кабинета. Появление Влада подействовало на Валентина подобно резкому удару плети. Он развернулся так стремительно, что длинные, стянутые в хвост волосы взметнулись в бешеном танце. Валентин впился взглядом в юношу. Влад нутром почуял, как тот буквально препарирует его: изучает каждую складку одежды, каждую черту лица и, вполне вероятно, с холодным расчетом оценивает его состояние. - Бесспорно: он сын Виктории, - неожиданно выпалил Валентин, бесцеремонно опустив бокал на стол брата. Мужчина сделал несколько шагов, эхо от которых гулко разнеслось по кабинету, и замер прямо перед Владом. - Валентин, - он протянул широкую ладонь. Влад пожал ее, в ответ назвав свое имя. Собственный голос показался ему предательски хриплым, и он досадно прокашлялся. Демонстрировать уязвимость перед двумя хищниками - последнее, чего ему сейчас хотелось. - Знаешь, - продолжал Валентин, закуривая сигарету прямо в помещении. Виктор прожигал его недовольным взглядом, но хранил молчание, оставаясь величественной статуей. - Я сидел на своей теплой кухне, попивал горячий чай и уже собирался лечь спать. Но твой папаша решил испортить мне спокойный вечер своим внезапным явлением. Валентин усмехнулся, и Влад позволил уголку губ едва заметно вздрогнуть. Его дядя хоть и был могущественным вампиром, под стать Графу, но от него не бросало в ледяную дрожь, которой Влад так опасался. Напротив, его голос странным образом располагал к себе, а живая, активная жестикуляция выдавала в нем прирожденного оптимиста. - Вы сядете сегодня или нет? - раздраженный голос Виктора полоснул по тишине кабинета. - И какого черта ты куришь здесь? - Да брось! - Валентин с вызовом выдохнул облако сизого дыма прямо в сторону стола Графа. Его глаза задорно, почти лихорадочно сияли в полумраке. - Витя, не будь таким занудой. Я, между прочим, помогаю тебе и твоему сыну. Последнее слово упало на пол с тяжелым грохотом, заставив Графа невольно вздрогнуть. - Сядь! - в приказном тоне выплюнул Виктор, нервно потирая переносицу. - И не смей называть меня так. Валентин поспешно занял одно из глубоких кресел, по-хозяйски скрестив ноги. Казалось, он так торопился сесть лишь ради очередного бокала с коньяком, а вовсе не из-за того, что так велел его грозный брат. Влад предпочел не попадать под горячую руку и молча сел напротив дяди. На несколько минут в кабинете повисла тяжелая тишина. Виктор упорно вглядывался в монитор компьютера, нервно и ритмично тряся ногой. Величественный Граф, которого рисовало воображение Влада, сейчас предстал перед ним обычным, до предела встревоженным отцом. Валентин неспешно потягивал чистый коньяк, и его взгляд метался между братом и племянником. Виктора он награждал смесью из безумного желания отпустить едкую шутку и глухой, застарелой ненависти - жажды выплеснуть весь тот яд, что копился долгие годы. А вот на Влада он смотрел иначе. Так смотрит врач, впервые столкнувшийся с редким и тяжелым недугом. Влад кожей чувствовал, как дядя ловит каждое его движение, каждый вдох и выдох, пытаясь вычислить скрытую суть его натуры. Сам же Влад сохранял ледяное спокойствие, хотя внутри все сжалось в тугой комок. Он ждал, когда старшие наконец перейдут к делу и огласят вердикт. Обозначат его дальнейшую судьбу: отправится ли он прямиком на эшафот или начнет беспощадную войну с самим собой. - Я позвал тебя, чтобы ты делом занялся, а не напивался! - Виктор перехватил бокал из рук Валентина и резко отставил его в сторону. - Я понимаю, что ты не рад меня видеть, но сейчас речь не о нас, а о Владе. Он не виноват в том, что произошло. - Я знаю, знаю! - Валентин поспешно замахал руками, в его голосе проскользнула ядовитая усмешка. - Он не виноват, что его отец - заядлый кретин и эгоист. И уж поверь, я не ты: от семьи я не отвернусь. Виктор в мгновение ока напрягся. Влад ощущал, как между ними закипает ярость, разгоняя в стороны замершие в воздухе пылинки. Эти двое были готовы вцепиться друг другу в глотки. - Ты - упертый баран… как и всегда, - выдохнул Граф, дрожащей рукой подливая себе алкоголя. Влад заметил, что их общая бутылка была почти пуста. - Не переводи тему на наш старый конфликт. - Я этого и не делаю, - пожал плечами Валентин. - Я лишь искренне поражен тем, что ты - наш великий и всемогущий - ни сном ни духом не знал о собственном сыне. Ты допустил его болезнь. Именно ты виновен в том, что он сейчас медленно погибает. Виктор сделал долгий, жадный глоток, почти осушив бокал. Влад невольно уловил подумал, что лучше бы он напился до беспамятства перед приездом сюда. Быть трезвым в компании двух беспощадных судей - самая тяжелая пытка. - Что ты можешь сказать? - резко спросил Виктор, обрывая нарастающий спор и переходя к делу. - Что успел увидеть? - Что успел увидеть? - задумчивым эхом протянул Валентин, возвращая себе бокал. - Вторая стадия, плавно переходящая в третью. По всей видимости, присутствует отторжение собственной крови - у трупа кожа порой насыщеннее будет. Ухудшенное самочувствие и явные проблемы с контролем сил. Валентин отчеканил слова с холодом патологоанатома, который только что вскрыл его тело. - В кармане куртки шприц с кровью - значит, подходящая уже найдена, - продолжил дядя, закуривая новую сигарету. - А влажные салфетки с бурыми отпечатками на упаковке выдают частые кровотечения. Ну и сам организм: кровь нестабильна, а сердце бьется гораздо чаще, чем положено. У нас в запасе от силы пара месяцев, иначе… иначе оно просто не выдержит нагрузки и разорвется. Влад хотел было вытащить из кармана пачку сигарет, но вовремя отдернул руку. Почва мгновенно ушла из-под ног от осознания того, что всего через пару месяцев он может оказаться в гробу. Однако разум все еще сохранял остатки трезвости: позволить себе курить в кабинете отца он не мог. - Давай теперь побеседуем, - Валентин переключил внимание на поникшего племянника. - Одно дело - то, что я вижу сам, и совсем другое - то, что расскажешь ты. Не вздумай врать или скрывать детали. Это в твоих интересах. Влад молча кивнул. Горло окончательно пересохло, а дыхание сбилось от липкого страха за собственную жизнь. Валентин теперь выглядел предельно собранным, отставив в сторону старую неприязнь к брату. Теперь перед ним была лишь цель - неизлечимо больная загадка. Валентин начал допрос. Он выспрашивал о каждой незначительной мелочи, о моментах, которым Влад раньше не придавал значения. Тот отвечал монотонно, раз за разом погружаясь в недавнее прошлое и заново проживая развитие недуга: от того самого дня, когда осознал свою болезнь, до текущей секунды. Ему казалось, что этот диалог длится вечность. Он отчаянно пытался сохранить непроницаемость лица, остаться непоколебимым перед двумя хищниками, но выходило плохо. В памяти всплывал Матвей, ждущий его дома. Женя, нервно перебирающий волосы в ожидании вестей. Те, кто даже не подозревал, что могут навсегда потерять его через пару гребаных месяцев… - Зафиксируем еще раз, - отчеканил Валентин, прокручивая в уме ответы Влада. - Силы тебя подводят, но пользоваться ими ты еще в состоянии… только заканчивается это глубоким обмороком. Что насчет телепортации? С ней как дела обстоят? - С чем? - Влад недоуменно нахмурился. Он знал, что вампиры первого ранга обладают колоссальным преимуществом перед низшими, но о подобном слышал впервые. - Извини, телепортация? - Ты не в курсе… - констатировал Валентин и коротко усмехнулся. - Телепортация - одна из твоих базовых способностей. Энергия первого ранга настолько мощная, что при должном развитии позволяет переместить тело в любую точку Земли. Это не магическое расщепление плоти на частицы, а всего лишь скорость, недоступная человеческому глазу. Влад округлил глаза от изумления. Одно дело - проникать в чужие мысли, поднимать нечеловеческие тяжести и считывать эмоции, и совсем другое - перемещаться быстрее света на другой конец планеты. - Ладно, - Валентин отставил в сторону пустой стакан и глубоко откинулся на спинку кресла. - Теперь слушай и вникай внимательно. Судя по всему, что ты рассказал, вывод один: нужно действовать. Незамедлительно. В моей практике ты - первый вампир первого ранга, подцепивший эту дрянь. И то, что ты до сих пор стоишь на своих двоих, дает нам право попытаться вытянуть тебя из кровавого моря, которое почти поглотило тебя. - Каковы шансы, что он будет жить? - встрял в разговор хранивший молчание Виктор. - Пока сказать не могу, - честно ответил Валентин. - Я забираю его из твоего «отцовского гнезда» в свою лабораторию. Влад, готовься: я буду брать анализы и проводить исследования. Много исследований. Валентин посмотрел на него взглядом, полным пугающей серьезности. - Мне нужно досконально изучить все, что происходит с твоим телом, - продолжил дядя, не сводя с него глаз. - Пойдешь со мной, будешь делать все, что я скажу, и не смей забивать голову лишним. Не стоит раньше времени душить себя ложными надеждами. Я всем сердцем желаю спасти тебя, сына Вики, но пока не могу обещать, что у меня получится. Влад кивнул и устало прикрыл глаза. Виктор тут же засыпал брата вопросами, затягивая его в бесконечный спор. Влад увидел в этом долгожданный шанс на передышку - возможность хоть ненадолго остудить пылающую голову. За окном воцарилась луна, и горы окончательно скрылись в пугающей мгле. Они просидели в этом душном, пропитанном напряжением кабинете несколько часов, напрочь потеряв счет времени. Влад с трудом разомкнул веки, устремив пустой взгляд в высокий потолок. Больше всего на свете он хотел оказаться дома, а не вдыхать наэлектризованный вампирами воздух Обсидиана. Хотел ощутить крепкие, надежные объятия Матвея, но пока его плеч касались лишь холодные пальцы красавицы Смерти. Запах сладкого шоколада окончательно выветрился из памяти, теперь в нос бил только густой запах крови, заполнявший город вампиров. - Влад, выдвигаемся,- воспоминания о Бриггсе тут же развеялись, вытесненные голосом Валентина. - К утру верну тебя назад, если не будем медлить. Влад не стал возражать. Дядя поднялся с кресла и властным жестом поманил племянника за собой. Стоило Владу подойти ближе, как Валентин положил на его плечо свою увесистую ладонь. По телу мгновенно прошел мощный разряд тока. Все существо сотряслось, словно при сильном землетрясении, а мир перед глазами превратился в безумный поток бушующих искр. Доля секунды - и вот он здесь: в кристально чистом, хирургически белом кабинете Валентина. - Что это было? - опешил Влад, дезориентировано оглядываясь по сторонам. В огромные окна бил яркий солнечный свет, а вывески на небоскребах пестрили надписями на английском языке. Влад замер, вглядываясь в панораму города: он был на другом материке, в совершенно иной стране. - Добро пожаловать в Америку! - усмехнулся Валентин, широким жестом очертив панораму сияющего города. - После того как мы с Витей разорвали все связи, я решил, что не желаю жить на землях, где покровительствует он. Поэтому я заключил договор с местным Графом, но по-прежнему остаюсь главным врачом Евразии. - Почему вы перестали общаться? - поинтересовался Влад, удивленный собственному порыву узнать о родственниках больше. - Потому что твой папаша - эгоист, - выплюнул Валентин. Каким бы серьезным ни казался этот вампир, Влад видел в нем ту самую искру, что говорила о его жизнелюбии и скрытой отзывчивости. - Власть досталась ему по наследству от нашего покойного отца. Был вариант разделить правление на двоих, так как я имел равные права на земли. Но он шел наотрез - твердил, что в медицине я принесу больше пользы. Он прав, я, готов поспорить, единственный вампир, способный вытащить из могилы, но… Валентин поднес пламя к кончику толстой сигареты. - Он, может, сам того не замечая, многими действиями и словами добился того, что у меня пропало всякое желание делить с ним одну фамилию, - признался Валентин, выдыхая плотный дым, который в этом светлом кабинете казался темным, грязным пятном. - В любом случае, он мой брат. Я остался его правой рукой во власти и… раз уж так вышло, что у него есть сын, я не имею права отвернуться от вас. Как-никак, мы сделаны из одной крови и плоти. Влад не стал задавать лишних вопросов. Он осознал: Виктор и впрямь решил испытать удачу и вылечить его - оставить в живых свою самую опасную и прекрасную ошибку. Ради сына он переступил через себя и связался с братом, и Влад понимал, что это стоило Графу колоссальных усилий. Валентин также предпочел не погружаться в меланхолию и перешел к делу. Первым делом он забрал у Влада шприц с кровью Матвея - на случай, если во время обследования парню станет совсем плохо. Как только руки врача скрылись в стерильных перчатках, а лицо закрыла маска, время потекло медленно и тягуче. Валентин выкачивал кровь Влада, заполняя шприцы до самых краев. Он отправлял их в сложные аппараты, которые Влад видел впервые - судя по всему, они были разработаны вампирами специально для подобных нужд. Влад переходил из одного кабинета в другой. Здание казалось бесконечным лабиринтом: длинные коридоры, мерцающие экраны, толпы молчаливых медиков - все это слилось в гудящий вихрь. Влад без конца снимал кофту и надевал ее обратно; ложился в жужжащие капсулы машин; раздевался догола под холодным светом ламп; выполнял упражнения, на пределе сил демонстрируя возможности тела. Он даже пытался использовать свои способности, чтобы показать дяде состояние своей энергии. Это изматывало до ломоты в костях и глухой тошноты. Яркое, жаркое солнце уже клонилось к закату, когда Валентин наконец вынес вердикт. Тот самый, что пришелся Владу совсем не по душе. Тот, от которого земля окончательно ушла из-под ног. Перед Валентином лежала гора бумаг с результатами тестов. Он досконально изучил каждую цифру, прежде чем усадить Влада на стул рядом. - Честно или мягко? - уточнил Валентин, заглядывая в холодные, измученные глаза племянника. - Честно, - выпалил Влад. Он жаждал услышать правду, голую и жестокую реальность без капли фальшивого сожаления. - Твои анализы крови говорят лишь об одном: ты погибаешь. Твоя кровь претерпела необратимые изменения, вызванные болезнью - теперь она попросту не приживается в твоем теле. Сердце тоже сдает - оно на грани разрыва. Любое неверное движение может привести к финалу. Тело слабо, пугающе слабо для вампира первого ранга. Способности не просто отказывают - они убивают тебя. Каждое их использование наносит сокрушительный удар по сердцу, чего быть категорически не должно. Валентин замолчал, вновь перебирая листы и вчитываясь в строки. - Та кровь, что мы ввели тебе, - напомнил Валентин об опустевшем шприце. - Она бесспорно подходит и временно стабилизирует состояние. Но это лишь короткая вспышка - организм вывел ее через час под напором новой волны болезни. Это скверно… Если коротко, Влад: все предельно плохо. Но ты еще дышишь. Любой другой вампир на твоем месте уже давно гнил бы в земле. - Каковы шансы на жизнь? - холодно спросил Влад, погружаясь в бездну мыслей о неизбежном. - Есть ли они вообще? - Есть, - ответ Валентина громом разнесся в стенах кабинета. - Крошечные шансы имеются, и за них надо хвататься зубами, Влад. Валентин достал из пачки две сигареты и одну протянул племяннику. Влад принял ее и жадно затянулся, надеясь, что горький табак хоть на секунду успокоит бешеный поток мыслей. - Ты же из Бриггса, верно? - уточнил Валентин. Влад молча кивнул. - Отправляйся домой, сейчас нет нужды оставаться здесь или в Обсидиане. Я подготовил план временного… поддержания состояния - так будет точнее. Я выдам тебе специальные витамины, которые помогут телу справляться с приступами и болями. Ты обязан принимать их каждый день строго по расписанию - все указано в этих бумагах. С этими словами Валентин протянул ему несколько листов с доскональным описанием его будней. - Тебе нужно соблюдать жесткий режим: подъем и отход ко сну в одно время; обязательная физическая тренировка и трехразовое употребление крови. Утро, день, вечер. - Крови? - еле слышно выдавил Влад. - Да, - отрезал Валентин. - Я понимаю, что для человека, если он не в связке, это опасно. Но у тебя нет выбора. Тебе нужна его кровь, чтобы дышать. Влад смотрел на исписанные листы, но буквы расплывались перед глазами. В мыслях настойчиво всплывал образ Матвея. Человека, которого он мечтал уберечь от всей грязи своего мира, но не смог оградить даже от самого себя. Стать паразитом в жизни Матвея для него приравнивалось к полному растоптанию собственного достоинства. Он так отчаянно пытался не втягивать парня в свой хаос, так яростно отталкивал его, понимая: все закончится болью. И вот, поддавшись чувствам, он все же открыл ворота в свое сердце - только теперь должен требовать взамен кровь. - Связка? - переспросил Влад. Мать упоминала об этом в своем дневнике, но сейчас ему нужны были пояснения от того, кто понимает все суть ситуации. - Связка - это договор между вампиром и человеком, - пояснил Валентин, небрежно стряхивая пепел и пачкая им стерильно чистую пепельницу. - Бывает взаимовыгодный вариант и любовный. Оба заключаются лишь при обоюдном согласии. Первый доступен всем, а вот второй - только союзу мужчины и женщины. В обоих случаях происходит одно: вампир дарует человеку бессмертие на период действия договора, а человек вампиру - свою кровь. Но при любовной связке двое становятся единым целым: их энергии сливаются, и они чувствуют друг друга как самих себя. Если коротко - это близость на высшем, внеземном уровне. Влад услышал достаточно. Его связь с Матвеем шла вразрез с законами этого мира по всем пунктам. Если они и решат стать единым целым, это заведомо не сулило счастливого финала. - Пока заключать связку опасно, - продолжил Валентин, выдыхая едкий дым, который неприятно щекотал ноздри. - Опасно для человека. Если я не ошибаюсь, кровь принадлежит мужчине. Значит, связка в вашем случае будет лишь взаимовыгодной - это не так страшно, как любовная. Но тоже малоприятно. В случае твоей гибели связующий испытает дробящую кости боль от принудительного разрыва договора. Будь это любовная связь, девушка просто пережила бы на себе все то, что почувствовал ты в момент смерти - а это способно убить на месте. Так что, если этот человек тебе дорог, хорошенько подумай, прежде чем действовать. - Я не стану заключать связку, - уверенно отрезал Влад. Он ни за что на свете не согласился бы обречь Матвея на подобное. Валентин дал еще несколько указаний на период их разлуки. Он подробно пояснил Владу все, что будет требоваться от него, пока идет поиск способа лечения. Влад честно пытался вникнуть в каждое слово, но тяжелая голова предательски отказывалась соображать. Он был искренне рад, что дядя заранее зафиксировал все на бумаге - так не придется лишний раз звонить и уточнять детали. Заметив измученное состояние племянника, Валентин наконец отпустил его. Уточнив адрес, он вновь опустил тяжелую ладонь на плечо парня. После очередного разряда тока перед глазами возник особняк Демидовых, угрюмо возвышающийся в предрассветном полумраке. Валентин попрощался, взяв с Влада твердое слово беспрекословно следовать распорядку, и исчез. Растворился в пространстве, не оставив после себя даже запаха табачного дыма. Влад еще долго смотрел в пустоту, оставленную дядей. Битва приобрела новые обороты: позади остался суд братьев Волконских, а впереди ждали длинные, серые будни, наполненные изнурительной борьбой со Смертью. И так будет продолжаться до тех пор, пока Валентин не явится на его порог с новой стопкой бумаг и планом лечения… если, конечно, сможет его найти. Влад тихо прикрыл за собой дверь. Тело нещадно ломило после изнурительных исследований. Все это время он чувствовал себя лабораторной крысой, над которой хладнокровно ставили опыты. Единственное, чего ему хотелось сейчас - рухнуть в кровать и провалиться в беспамятство. Спать долго и крепко, вычеркнув из памяти последние часы. Он прошел вглубь дома, стараясь ступать бесшумно. Свет не горел, в комнатах воцарилась гробовая тишина - Саша, судя по всему, уже спал. Влад заглянул в гостиную. Саша свернулся калачиком на диване, укрывшись тонким пледом; рядом на полу сиротливо теснились пустые бутылки из-под виски. На столе в тусклом свете поблескивали вспоротые блистеры от успокоительных. Парень явно закинул в себя все, что нашел, лишь бы не возвращаться мыслями в кошмар недавней ночи. Влад вспомнил искалеченный, затравленный вид Саши и невольно поежился. Он не стал тогда лезть ему в душу и устраивать допрос. Обсидиан стал полем боя для них обоих. И они выстояли… по крайней мере, остались живы. Скоро они вернутся домой. Туда, где их ждут двое верных друзей.