Запретный плод

Пробираясь сквозь чащу, где время будто застыло и не слышно было даже щебетания птиц, Артур шёл ровно и уверенно. Терять было уже нечего — только слепая месть, что отняла у него всё. Клинок в руке был крепко сжат. Мужчина вслушивался в тишину, как в единственный ориентир. Враг здесь — он не сомневался. Наконец тропа вывела его к корням древнего исполинского дуба. Местные оставляли у его подножия подношения, веря, что духи, обитающие в сени его ветвей, оберегают их от невзгод. Артур же пришёл сюда не за благосклонностью духов — он пришёл за тем, кто отнял у него всё. Отвернувшись от импровизированного алтаря, он внимательно оглядел заросли. В то же мгновение из сумрака вышел молодой человек. Он был на десяток лет младше Артура. Светлые волосы собраны в аккуратный хвост, ряса викария едва заметно колыхалась под плащом. На лице — улыбка, не подходящая к его образу святости: наглая и холодная, как лезвие в его руке. — Зачем ты это сделал? — без предисловий начал Артур. Голос его был ровен, но в нём шевельнулась злоба. — Зачем убил её? Этельберт пожал плечами, будто речь шла о пустяке. — Ты был нам другом, Этельберт, — выплюнул Артур, словно яд. Улыбка исчезла. Взгляд священника стал жёстким. — Я никогда не был тебе другом, Артур, — тихо сказал он. — С того дня, как она выбрала тебя, я желал только одного — твоей смерти. Клинки столкнулись. Их бой был коротким и жёстким. Этельберт двигался с изящной точностью, подрезая, уводя Артура назад. Но и Артур не собирался так просто отступать, военная выправка всё ещё была при нем. Лезвие скользнуло по плечу викария, и тёплая струйка крови потекла по руке, но Этельберт будто не заметил этой оплошности. Артур парировал, искал слабость, но кровь гулко стучала в висках, мешая думать. — Ты безумец, Этельберт Роу. Будь ты проклят! — выкрикнул он и бросился в атаку. Этельберт отбил выпад и, не давая опомниться, шагнул вперёд. Один точный удар, и Артур рухнул на колени. Ещё мгновение, и он уже лежал у ног священника. Кровь медленно вытекала из ран, тёмными каплями касаясь коры, корней и мха, что ковром укрывал землю. Когда Артур испустил последний дух, Этельберт вскинул свой клинок и, в каком-то безумном порыве, принялся кромсать шею мёртвого, пытаясь отделить голову от тела. Так на него точно не подумают. Во всём обвинят язычников. Он убьёт двух зайцев… нет, трёх — одним ударом. В пылу он не заметил, как в тени ствола прижался мальчик-друид. Тот вжимался лицом в кору, слушая, как стук его сердца сливается с хлюпающим звуком клинка, врезающегося в мёртвую плоть снова и снова. Этельберт остановился, глядя на плоды своих трудов. Молодой священник даже не подозревал, какие силы он пробудил, убив своего врага под сенью священного дуба.

⚜ ⚜ ⚜

— Леди Деверо, — он протянул ей руку. Высокий мужчина в классическом пальто, с крупными чертами лица и рыжеватыми волосами, держался подчеркнуто собранно. — Детектив-констебль Коллум Макмиллан. Мэйрин осторожно пожала его руку. — Позвольте взглянуть на ваши документы? Недоверие было вполне оправдано: она жила уединённо, и помощь, если что, пришла бы не сразу. — Ах да, простите, — мужчина вынул удостоверение и протянул его. Он терпеливо ждал, пока Мэйрин изучит документ. — Всё в порядке? — невинно улыбнулся Макмиллан, будто это она из полиции, а его самого поймали на горячем. — Вроде бы да. Проходите. Мэйрин отступила, пропуская его внутрь. — Позвольте узнать, чем я заинтересовала отдел уголовных расследований полиции Девона и Корнуолла? «Я же ещё даже никого не убила… Или у них есть люди, отслеживающие преступные мысли?» — мелькнуло у неё. — Я здесь, можно сказать, по личному делу, — Коллум с интересом разглядывал интерьер. — У вас здесь довольно атмосферно. — Вы, похоже, первый, кто оценил мрачность дизайна Грейстоуна. Пройдёмте в кабинет. Они поднялись на второй этаж особняка. — Выпьете чего-нибудь? Мэйрин подошла к тумбочке, где стояли стаканы и несколько початых бутылок. — Виски, если есть. Она налила два стакана, протянула один детективу и села на диван, жестом указав ему на кресло напротив. — Присаживайтесь. Макмиллан снял пальто, небрежно кинул его на спинку кресла, а затем занял предложенное ему место. — Не буду ходить вокруг да около. Когда-то я уже навещал вашего отца с похожим разговором. Не знаю, рассказывал он вам или нет. — Мы с отцом не были близки, — пожала плечами Мэйрин, сделав глоток. — Что ж. Когда ещё был жив лорд Деверо, я связался с ним, но он наотрез отказался со мной разговаривать. А позже я узнал, что теперь вы — полноправная хозяйка. Признаюсь, я не сразу решился прийти. Но до меня дошла информация, что вы интересуетесь архивами и прошлыми делами, в которых так или иначе фигурировала ваша семья. И я решил попытать удачу снова. — Вы меня заинтриговали, — Мэйрин выгнула бровь. Коллум ответил лёгкой улыбкой. — Когда я попал в этот округ и изучал архивы, то наткнулся на череду загадочных убийств, что тянулись сквозь время. И никто не мог найти преступника. Странно, да. Неужели нас так плохо обучают в академиях? Он сделал глоток виски. — Но самое интересное не это. В моей семье из поколения в поколение передавалась странная рукопись. Что-то вроде дневника. При первом прочтении кажется бредом безумца, и, честно говоря, все так и думали. Но её не выбрасывали. Так она дошла до меня. Детектив чуть подался вперёд. — Один из моих предков был родом отсюда. И, как ни странно, друидом. Мэйрин чуть кивнула. — Продолжайте. — На момент, когда ваш предок покинул этот бренный мир, моему предку было от силы лет двенадцать. И, что самое интересное, вокруг чего вертится его рукопись — убийство Артура Деверо неким священником, а так же… — Коллум на мгновение замялся, — его своеобразное возвращение из мёртвых. — Простите? — Я знаю, как это звучит, — он усмехнулся. — Именно поэтому ваш отец меня и выставил. Но факт остаётся фактом: было убийство и был свидетель. Мэйрин молчала, наблюдая за ним. — Зачем вы всё это мне рассказываете? — наконец, подала голос женщина. — У меня ощущение, что все последующие убийства в Элдеруиде как-то связаны между собой. И их источник — смерть вашего предка. Думаю, вы пришли к тому же выводу. Только не понимаю, зачем это вам. — Что ещё писал ваш предок? — О проклятии. О том, что именно оно вернуло Артура из могилы, сделав его мстительным Всадником без головы. И о том, что Грейстоун тоже оказался под влиянием этого проклятия. Он пытался разобраться, понять, как это работает, как остановить… Но под конец записи стали… тревожными. Ему казалось, что его преследуют. Потом он исчез. Коллум откинулся на спинку кресла. — Занимательная история, — тихо сказала Мэйрин, глядя в отражение света в своём стакане. — Думаете, я отвечу вам такой же страшилкой? — Я не настаиваю, — мягко улыбнулся детектив. — Но с интересом бы выслушал. Она выдержала паузу. — Когда отец умер, вместе с наследством я получила и… кое-что ещё. Историю. Сначала я решила, что он бредит. Но… Леди Деверо подняла взгляд. — Наш род начинается в XVI веке. Родоначальником нашей династии был Артур Деверо. Как вы и сами знаете. Он служил в армии в каком-то мелком звании при короле, отличился на службе и получил надел в этом живописном месте. Но эти земли были уже заняты друидами. Мэйрин чуть кивнула в сторону Коллума. — Между ними возник конфликт. Артур срубил их священные деревья - дубы, и возвел на этом месте Грейстоун Холл. Они и прокляли его за это. Она говорила спокойно, почти отстранённо. — Проклятие мало-помалу сводило жену Артура с ума, пока, в конце концов, не убило. Артур отправился мстить — и был убит. Обезглавлен. Его дух осквернили. Он должен был возвращаться… снова и снова, не в силах утолить свою жажду мести. Макмиллан внимательно слушал. — Он убивал всех, до кого дотягивался его меч, пока его сын, уставший смотреть на эти убийства, не принес в жертву свою жену. Тишина повисла между ними. — Тогда дух успокоился. Но лишь на время. — Ваша версия противоречит моей, — тихо заметил Коллум. — Ну, это было столетия назад. И я, думаю, правду нам уже не найти. Все участники и свидетели тех событий могли интерпретировать увиденное на свой лад. Это лишний раз доказывают и те сведения, что поведал мой отец, и то, что вы узнали из дневника своего предка. Он смотрел на женщину уже без тени иронии. — Вы верите в это проклятие, Мэйрин? Она встретилась взглядом с детективом. Что она могла ответить ему на это? Странно, но глядя на Коллума Макмиллана, Мэйрин впервые захотелось рассказать всё. Перестать нести этот груз в одиночку. Она вдруг ясно почувствовала, как устала. Устала жить в ожидании неизбежного, не имея сил что-либо изменить.