Без права выбора

Звонок специалисту Спайк сделал с утра. Сразу после того, как приехал за детьми и отвёз их завтракать в полюбившийся им семейный ресторан. Ну и Джона — этого идиота, никак не способного отойти от общения с воплотившейся на короткий срок Мэри, Спайк выпускать из поля зрения не собирался. Мало ли. Натворит чего, или убьётся, а ему разгребать. Малышня возилась с железной дорогой, Джон куда-то свалил, вроде как к Бобби, решив упасть на свободные уши, Спайк, пользуясь моментом, позвонил. Трубку подняли сразу. Спайк поздоровался, сообщил, что по рекомендации сеньора Алехандро звонит, к чему отнеслись благосклонно, предложив описать проблему. Спайк и описал. — Метка Азазеля, — голос был странным. Спайк, способный услышать биение сердца за десять шагов, не мог определить, кто это: мужчина или женщина. Напевный. Очень хорошо поставленный. Звонкий и, одновременно томный. Волосы на голове встали дыбом сами, а клыки так и лезли из дёсен, реагируя на угрозу. Кто бы там ни находился, на том конце провода, он был чудовищно опасен. — Да, мессир, — подтвердил Спайк. — Очевидец видел, как Азазель капнул ребёнку каплю своей крови в рот. Метку я и сам вижу. — Что ж, — голос затвердел, звеня металлом, Спайк буквально услышал звон сталкивающихся клинков и лязг доспехов. — Я могу снять метку и убрать вредоносное влияние тьмы на чистую душу. — Цена? — осведомился Спайк, глядя в окно сузившимися от нехороших подозрений глазами. — Жизнь за жизнь, мистер Уильям Кровавый. Мы подпишем контракт. — Когда вас ждать? — Сегодня к первой звезде я войду в ваш дом. — Жду, — Спайк нажал на кнопку, продолжая смотреть в окно, одновременно прислушиваясь к происходящему в гостиной. Там Дин и Сэм пускали поезд по новой ветке, докупленной сегодня утром, и были полностью поглощены этим занятием. Разговор Спайка встревожил. Намёки на душу: такими бросались или демоны, или… их противоположности. И вообще возникло ощущение, что он случайно шагнул на территорию чужого противостояния. Впрочем, ему было не привыкать. И плевать, если честно. Сэма требовалось избавить от метки, потому что Спайк был в Аду, и ему там откровенно не понравилось. Джон позвонил и сообщил, что останется у Бобби. Спайк только хмыкнул: буквально через пару минут позвонил Бобби и сообщил, что Джон наквасился, прорыдался и теперь дрыхнет, отравляя воздух перегаром. Замечательно. Время ещё есть, а значит, он проведёт его с пользой. Спайк затушил сигару, выбросил окурок в мусор и пошёл к племянникам. Железная дорога сама себя не запустит. А железнодорожное полотно можно переложить по новому. Что он и сделал. Дети уже спали, наевшиеся до отвала, наигравшиеся, вымытые и счастливые, когда в дверь постучали. Спайк, приведший себя в порядок, пригладил волосы и зашагал вниз. Открыл дверь и замер, чувствуя как болят дёсны от пытающихся вылезти клыков. — Уильям Кровавый, Бич Европы. Приветствую. Стоящее на пороге существо было кем угодно, но только не человеком. Запах небесных сфер, то острое чувство невыразимой красоты и кромешного ужаса, что он чуял лишь однажды. Тогда, когда в его горло хлынул серебряный поток ихора, сжигая и переделывая во что-то другое. — Имя мне Габриэль. Могу ли я войти? — Прошу. Будь моим гостем. Габриэль прошёл… прошла внутрь, мягко ступая на высоких каблуках. Серый с серебряной искрой костюм мужского кроя, ослепительно белая рубашка и галстук, завязанный виндзорским узлом, словно мазок крови. Острые носки туфель и шпильки неимоверной высоты. Шляпа федора, украшенная длинным пером, завершала элегантный образ. Скорее женщина, но Спайк уверен не был. Да это и не имело никакого значения. — Где душа, отягощённая чужими оковами? — голос звенел металлом. — Прошу за мной. Спайк поднялся по лестнице, чувствуя, как вечность дышит в спину. — Прошу. Сэм спал, опять сбросив себя одеяло. Габриэль подошла, поправила одеяльце, укрывая ребёнка. Наклонилась, раздувая ноздри. Глаза засияли небесной синевой. — Печать, — кивнула она, касаясь длинным пальцем лба ребёнка. — Кровь демона. На этот раз палец коснулся сердца, Габриэль подняла на Спайка холодный взгляд. — Придётся выжигать. Первый срок уже пройден. Спайк кивнул, понимая, что имеется в виду. Правило трёх: три года, три месяца, три дня и три часа. Малый срок. Сэму исполнилось четыре года. — Цена? — осведомился он. Габриэль шагнула вперёд, прошептав на ухо имя. Спайк изогнул бровь. Габриэль кивнула. — Польза для всех нас, — на губах прекрасного создания мелькнула нехорошая улыбка. — Я изведу не своими руками врага. Вы станете сильнее. Мальчик обретёт чистоту и свободу. — Контракт, — напомнил Спайк, едва не облизываясь: намёки на способ убиения он не пропустил. — Контракт, — согласилась Габриэль. — Я, Сила Господа, обязуюсь очистить душу Сэмюэля от скверны демона Азазеля, а также выжечь нечистую кровь из его тела. — Я, Уильям Джозеф Пратт, Кровавый, Спайк, Бич Европы, обязуюсь лишить жизни названное Силой Господа существо, взамен на исцеление от скверны Сэмюэля Винчестера. Они пожали друг другу руки, и под кожей словно вспыхнули искры. Клятва принята. — Пора исполнить мою часть сделки, — улыбнулась Габриэль, снимая шляпу и бросая её на комод. Она подошла к кроватке, посмотрела на Сэма, прищурилась… и протянула к Спайку руку, коснувшись пальцем его губ. Клыки вылезли сами собой. Габриэль уколола подушечку пальца о левый нижний клык и замерла, наблюдая, как набухает серебряная капля. Спайк тоже смотрел во все глаза, едва не облизываясь. Габриэль быстрыми движениями нарисовала на лбу безмятежно спящего Сэма сигил, вспыхнувший голубым огнём: Спайк увидел, как в этом пламени сгорает поставленная демоном печать. Что ребёнок проснётся, он не боялся: Габриэль его усыпила. Она вновь протянула руку, и Спайк позволил вновь уколоть палец о свой клык. Эта капля упала Сэму в чуть приоткрытый рот. Габриэль положила руки ребёнку на лоб и грудь: с такой силой, что и слон не сдвинет. Сэма мелко затрясло, он тяжело задышал, покраснев, словно при температуре. Габриэль держала, внимательно наблюдая. Минуты текли одна за другой, наконец мальчик расслабился, задышал свободно, краснота ушла. Габриэль поправила одеяло. — Скверна выжжена, — торжественно заявила она, поправляя золотые волосы. — Моя часть сделки исполнена. — Благодарю, — наклонил голову Спайк, подал шляпу. Каблуки даже не стучали, когда Габриэль пошла прочь из комнаты. — Свою часть исполню в течение недели. — Я жду, — кивнула на прощание Габриэль. Дверь закрылась, хлопнуло, словно гигантская птица взлетела ввысь. Спайк вздохнул, мечтательно. Пусть крови ему не досталось, но оценить жест он мог по достоинству. — Какая женщина! — восхищённо выдохнул он. — И как прекрасно, что не моя! Поплевав через плечо и постучав по деревянной двери, Спайк решительно пошёл наверх. Спать. А потом ему будет чем заняться. Мало добраться до того, кто будет его жертвой, так надо решить гораздо более важную задачу: на кого оставить детей на время поездки. Джону доверия нет. Бобби? А он при чём? Холостой мужик, вернее, вдовец. Нет. Значит, нужна няня. Не одна. Присмотр. Может, адвокату позвонить? Не может быть, чтобы не имелось таких специалистов. Тем более, всё равно документы, бюрократия… Он как раз успеет. Завтра. Наметив планы, Спайк залез в кровать и практически сразу отключился. Утром он проснулся, зная, что делать и кому звонить. Связи у него обширнейшие, а среди наёмников имеются люди с самым разным образованием и интересами. Найдутся и те, кто способен провести в обществе детей неделю, даже больше, не убив их к концу срока и даже получая от возни с малышнёй удовольствие. Спайк даже знал сразу двух таких уникумов. Вот значит, их обоих и пригласит. Да, дорого, зато он будет спокоен, что когда вернётся, дом будет стоять, дети не опухнут с голоду, и здесь всё не утонет в грязи. И Джон не убьётся по пьянке или на охоте. К возможности заработать нескромные деньги что один, что второй наёмники отнеслись благосклонно, тем более, они как раз отдыхали. То, что надо. Спайк обговорил детали, получил согласие и успокоенно выдохнул. Ну хоть эту задачу решил. Проспавшегося Джона, вернувшегося домой в компании сердобольного Бобби, решившего подвезти страдальца, Спайк просто поставил перед фактом. В ответ на возмущения хладнокровно заявил, что документы уже поданы в суд. Джон побледнел, сжимая кулаки. — Ищи работу, — напомнил Спайк. — Или ты думаешь, будешь сидеть на моей шее и дальше? Там место только для Дина и Сэма. Бобби, наблюдающий за происходящим, хрюкнул. Но промолчал. — Скоро приедут няни, — заявил Спайк. — Они проследят, чтобы дети были сытыми, довольными, и соблюдали режим. И учились. Тебе в этом веры нет. — Няни? — заинтересовался Бобби. — Надеюсь, красотки? — Еще какие! — заверил его Спайк, паскудно ухмыляясь. — Блондинка с голубыми глазами и брюнетка с зелёными. Бобби мечтательно вздохнул, пообещав приехать, познакомиться. Спайк пожал плечами: будет весело. Так и оказалось. Глаза Бобби, с утра торчавшего в гостях, стали квадратными при виде высокого сухопарого блондина в военной форме, и здоровенного длинноволосого брюнета с мордой вышибалы в захудалом баре. — Это и есть няни?! — сдавленно прошептал он. Джон уставился на пришельцев огромными глазами, особенно на здоровенного брюнета, которому он оказался чуть выше плеча. — Лу, Питер, добро пожаловать. Сейчас познакомлю вас с племянниками. Гостиницу я для вас снял, всё оплачено, продукты заказаны на две недели вперёд, ресторан тоже, там отличные завтраки и обеды. Это Джон. А это Дин и Сэм. Дин потрясённо задрал голову, пялясь на огромного брюнета. — Ого, — прошептал он. — Вот это да. — Будешь правильно кушать и заниматься зарядкой, тоже вырастешь красавчиком, — горделиво расправил могучие плечи Лу. — Вот как я. Питер насмешливо фыркнул. — Я красивее, — заявил он, улыбаясь. — Парни. В покер играть умеете? Спайк закатил глаза. — Так. За детьми смотреть, плохому не учить. А я поехал. За Дина и Сэма он не волновался: что Лу, что Питер были очень опытными парнями, и в сумках у них имелось много разного и полезного. Отдав все необходимые распоряжения, предупредив адвоката, соседей и даже патрульных, Спайк собрал всё необходимое, переоделся, вызвал такси и поехал в аэропорт. Его ждал долгий путь в Атланту. Давно он не охотился в Штатах. И впервые он будет охотиться на такую интересную дичь. Причины, по которым Габриэль потребовала оторвать голову именно этому существу, Спайка не волновали. Интриги. Что ж еще? Главное, что она выполнила свою часть сделки, а значит, теперь его черёд. Контракт зудел искрами под кожей, раздражая и напоминая о себе, так что он даже изредка почёсывал руки. Частный самолёт нёс его куда надо, можно было даже выспаться, что он и сделал. Габриэль была столь любезна, что дала ему не только имя, но и время и место. Оставалось придумать, как именно поймать этого говнюка. Перелёт, потом до гостиницы на такси, отдых… Поиски. Придётся подождать, но терпения у Спайка было в избытке, особенно после того, как его выдрессировал Линдси. Деловой центр, огромное здание, тысячи людей. Спайк, в строгом костюме, держащийся с достоинством уверенного в себе богатого человека, поднялся на лифте на нужный этаж. — Мистер Орсис? — осведомилась секретарша. — Прошу. Вас ждут. Спайк надменно кивнул, проходя в распахнутые двери. Среднего роста пожилой мужчина в тёмном костюме поднялся из-за стола. — Мистер Орсис, — радушно улыбнулся он, вот только глаза были холодные и от него просто воняло презрением. — Приятно познакомиться. Он шагнул к Спайку, протягивая руку. Спайк сжал ладонь, не давая вырваться, одновременно роняя чемодан на пол. Мужчина дёрнулся, глаза его засияли, но было поздно. Клыки вонзились в шею, пробивая артерию и впрыскивая яд из желез, расположенных на нёбе. Спайк разжал челюсти, посмотрел в глаза пытающегося пошевелиться, но не способного сейчас это сделать мужчины. Втянул запах трепещущими ноздрями. — Прощай, Захария. Клыки вновь вонзились в шею, но теперь не отравляя, а пробивая вену. Кровь хлынула в рот потоком: серебряная, ледяная и одновременно раскалённая, насыщающая энергией. Ихор. Самый настоящий. Спайк пил и пил, чувствуя, как сопротивляется запертый в этом теле серафим. Поздно. Бесполезно. Спайк сожрал стольких демонов и сверхъестественных существ, что уже давным-давно стал кем-то, кто только похож на обычного кровососа. Он уже даже вышел за рамки Высшего. Тело в его руках дёрнулось и обмякло на миг. Спайк прокусил себе язык, зализывая ранки на шее жертвы, которые тут же затянулись. Резко развернул похожего на куклу мужчину, поправил воротник, толкнул в кресло, сел напротив, подобрав чемодан. — Мистер Бреннон. Вам нехорошо? — Что-то… Да, — пробормотал мужчина, вытирая покрывшийся бисеринками пота лоб белоснежным платком. — Давайте перенесём встречу, — Спайк встал, поправил пиджак. — Да, конечно, — пробормотал человек. Теперь — человек. — Конечно. Секретарь с вами свяжется. Спайк вышел, довольно усмехаясь. Ангел мёртв, а его сосуд тоже к концу дня угаснет. А ему надо в гостиницу. Он чувствовал, как нарастает жар в венах. Ихор. Такое без последствий не обходится. — Сделка выполнена, — сообщил он, позвонив. — Вижу, — прозвенел голос Габриэль. — Сделка завершена. Звонок оборвался. Спайк сел в такси, бросив водителю несколько сотенных бумажек. — «Плаза». И побыстрее. Лу — Лу Ферриньо. Питер — Питер Уэллер