Любви далеко до совершенства

Люси Хартфилия, будучи творческой и довольно романтичной натурой, в тайне всегда мечтала о большой красивой любви. В детстве она, как и все девочки её возраста, мечтала о принце на белом коне. Который и от проклятья бы спас, и в своё царство, за тридевять земель, с собой увёз. Будучи подростком, полной авантюристского духа, ей хотелось встретить отважного рыцаря. В блестящих на солнце доспехах и множеством подвигов за широкими плечами. Он обязательно должен был спасти её от опасности и показать новый мир, полный приключений и громких побед. Взрослой Люси точно уже не были интересны ни принцы с конями, ни доспехи с рыцарями. Она жила волшебством и приключениями. Однако, чего-то примитивно женского ей тоже было не чуждо. Как например вздыхать о загадочном герое, который покорил главную героиню любимой книги. И если уж сама Элизабет повелась на парнишу с тревожно-избегающим типом привязанности, то кто она такая, чтобы не влюбиться в этого персонажа? Нет, ну а что, своего-то парня у неё и в помине не было, а все назначенные когда-то свидания с треском проваливались. Иногда не без тяжёлой руки её взбалмошного напарника, но сейчас не об этом. С каждым годом она расцветала все больше. Да и гордиться ей есть было чем. Она стала сильной волшебницей, которая в последние годы весьма неплохо отыгрывала на Великих Магических Играх, да и прославилась несколькими романами из под своего пера. Завидная невеста. Конечно, и поклонников ей прибавилось, но... Как бы там ни было, ей не удалось ещё вкусить плод первой любви. Злой рок, не иначе. А в Хвосте Феи тем временем уже почти все её ровесники давным-давно обзавелись, если не семьёй, то второй половиной уж точно. И это и радовало и огорчало её одновременно. Создавалось ощущение, что это именно с ней что-то не так, раз уж она в свои двадцать «с хвостиком» даже не целовалась ни разу по-настоящему. Она никому не скажет, но в глубине души ей тоже хотелось такого счастья. Маленького и тихого, как совместное чаепитие с книгой подле камина. Большого и громкого, вроде тех героических подвигов, которые совершают влюблённые герои из книг ради своих любимых. Неважно. Главное своего. Родного. Наверняка многие ребята из гильдии замечали неосторожно срывающиеся вздохи с её уст, когда кто-то из товарищей объявлял о своём новом статусе. Но все тактично об этом молчали, за это Люси была бесконечно им благодарна. Тем не менее, полностью избавить себя от чужого внимания к своей личной жизни тоже не удавалось. Ей то Эвер ненароком совет давала для развития женской энергии, то Мира подкидывала пару десятков новых претендентов на её сердце, и даже Эрза намекала, как правильно нужно вести себя в мужской компании, чтобы уж «наверняка». Такие уж они, её друзья, никогда не останутся в стороне, когда товарищ в беде. Свидания у неё случались, но, как уже говорилось прежде, терпели фиаско. То со временем что-то напутают (отчего часы Люси так странно себя вели до сих пор для неё оставалось загадкой), то случится что-то катастрофичное, что без её личного вмешательства никак не могли решить вечные напарники по команде. Так за последние полгода Нацу отравился раз десять, четыре раза Хэппи ужасно страдал от нехватки внимания Хартфилии, и они вместе несколько раз никак не могли найти ключи от своего домика. Да, то, что ребята начали запирать своё имущество на замок тоже казалось несколько странным, но думать об этом заклинательнице было некогда. Нужно было как-то налаживать свою личную жизнь, а то и старой девой так помереть недолго! Иногда доводы Нацу и Хэппи не производили на неё эффекта, тогда в ход шло её природное невезение. По крайней мере так казалось самой волшебнице. Потому что те парни, мягко говоря, совсем ей не подходили. Если красив внешне, то умом не блистал. Если умён и начитан, так имел уйму недостатков во внешности. Случалось и такое, что вроде и красив, и умён, и вкусы у них оказывались схожими, но отталкивало что-то другое. Недостаток, который мог перечеркнуть целый список его положительных качеств. Не любит детей, агрессивен, надменен... И этот список можно было продолжать до бесконечности. В конце концов она просто устала. Устала искать, устала мечтать, примерять на себя всевозможные роли. Да, Люси была счастлива в целом. У неё много друзей. Все они живы, здоровы и относительно счастливы. Её любили и называли своей семьёй, и она же таковыми считала их. Но для девушек важно чувствовать себя не только частью чего-то общего цельного, хочется и быть абсолютно особенной. Нужной, важной, незаменимой. Не только быть членом названной семьи, но и построить свою в дальнейшем. Только свою, настоящую. Обязательно вместе с любящим мужем, каким-нибудь пушистым домашним питомцем и парой озорных детишек. Найти своего, того самого, который окажется любовью всей жизни, оказалось задачей не из простых. И пусть в Хвосте Феи никогда не сдаются, со временем Люси сдалась. А тем временем любовь всей её жизни свалилась на неё, как снег на голову. Точнее, он упал на неё сверху, прямо в стенах родной гильдии, явно получивший хорошую взбучку в том пыльном клубке из разгорячившихся тел мужской половины Хвоста Феи. – Ой, прости, – Люси, распластавшаяся на полу под весом чужого тела, открыла глаза. Опираясь руками о пол по обе стороны от её лица, нависший над ней парень обеспокоенно вглядывался в её лицо. – Ты в порядке? Не рассчитал траекторию полёта, – поднявшись, он присел на колени, неловко взъерошивая волосы на затылке. Хартфилия на минуту залипла, когда он помог ей подняться. – А, да всё хорошо! – запоздало рассмеялась она, на его манер почёсывая свой затылок. – Мне ли не знать, как у нас тут... Бывает. Он некоторое время неотрывно смотрел ей в глаза и мягко улыбался. Явно что-то для себя решив, усмехнулся. – Ты никуда не уходи, ладно? Я сейчас надеру им задницы, и тут же вернусь, чтобы тебя угостить чем-нибудь в качестве извинений. – Да не стоит, – волшебница немного смутилась, но парня уже и след простыл. Видно, отправился в тот клубок из мужчин, чтобы исполнить задуманное. Правда, не надолго, совсем скоро его снова отшвырнуло, и на этот раз припечатало прямиком в барную стойку. – П-привет, – хохотнул он, встречаясь с ней взглядом. – Давно не виделись, правда? Люси, уже привыкшая оценивать всех особей мужского пола, добавила ещё один балл этому парню за ненавязчивое, но весьма приятное чувство юмора. – Ты новенький? – Ох, да, я же не представился, – парень поднялся на ноги, и только сейчас она смогла оценить его внешность в полной мере. Высокий, широкоплечий и довольно хорошо слаженный. Как она заметила при столкновении, у него были красивые голубые глаза, сравнимые с чистым небом в солнечный день. А цвет волос его был похож на колосья спелой пшеницы под знойным солнцем. Красив, нечего сказать. Плюс еще пару галочек в воображаемый список. – Меня зовут Алекс. Он протянул ладонь для рукопожатия, и Люси без промедления ответила на этот жест: – Люси. – Красивое имя, – и еще пару очков ему за комплимент. – В общем, да. Новенький... Но не совсем. – Это как? Алекс повёл плечами. – Моя мама состояла в Хвосте Феи, когда я был ребёнком. Почти всё своё время я проводил здесь, в гильдии, ожидая мать с работы, – он присел на один из стульев, попутно отодвинув стул и для неё. Люси присела. – Тут многое изменилось, – улыбнувшись, заметил Алекс. – Столько новых лиц, что и не счесть. Хотя, по правде говоря, я и не помню-то никого особо. Дядек Макао с Вакабой, да дедулю Макарова. – Твоя мама покинула гильдию? – озвучила Люси, заинтересовавшаяся этой историей. – Моя мама покинула страну, – хмыкнул он. – Вместе со мной, конечно. Мы пятнадцать лет прожили в Альваросе прежде, чем я решил вернуться в Фиор. В легендарную гильдию, которая несколько раз подряд спасала целый мир. Что-то тёплое сквозило в голосе нового знакомого, что-то родное. Он взглянул на неё, и вдруг она поняла – Алекс просто был таким же, как она сама. Как Нацу, Грей, Эрза и остальные её товарищи. Он был одним из Хвостатых уже давно, хоть и вступил в их гильдию сравнительно недавно. В тот миг Алекс обратился к ней взглядом, а у неё заалели щёки. – Ну, да ладно! Я понимаю, что всем в гильдии интересно узнать подробности о новом участнике, но и мне так же не терпится узнать вас всех. Может, расскажешь мне хотя бы коротко о тебе и твоих друзьях? И она рассказала. Они болтали уйму времени, часов не замечая, зато отметив, что общего у них двоих оказалось достаточно. С Алексом было интересно разговаривать. Он был начитан и имел весьма обширный кругозор для молодого человека. А ещё... Это, конечно, странно, но Люси увидела в нём знакомые черты. Такой вот своеобразный коктейль из остроумия, харизмы и широкой улыбки, разве что не клыкастой. Тряхнув головой, волшебница гнала эти мысли прочь. Ещё чего не хватало, думать о том, кто обещал ей быть вместе всегда, а сам продолжал валять дурака который год, как будто ничего и не было. А было ли вообще? Это она любительница видеть подтекст во всём, а может Нацу его и не вкладывал. Сама придумала себе, что особенная для него, а теперь мучилась. – Хей, всё в порядке? – Алекс, заметив отстранённость волшебницы, осторожно коснулся её плеча. Нет, не совсем. – Да, просто задумалась, – натянуто улыбнувшись, девушка сделала небольшой глоток уже давно остывшего чая. – Так, о чём мы там говорили? Свои чувства к нему Люси давно отпустила. Они напарники, друзья, и ничего больше. Не будет же ждать она его ещё несколько лет? Нет. Устала. – О, здаров, Латекс! – вспомни солнышко, вот и лучик. Люси видела, как на лице Алекса мелькнуло раздражение. – А ты чего это сдулся уже? Кто мне там обещал надрать зад? – а по её спине пробежала нервная дрожь. Хартфилия даже не видя его лица, чувствовала его взгляд. – Меня зовут Алекс, дубина, – новенький развернулся к подошедшему Нацу. – И у меня есть дела интереснее. – Интереснее, говоришь, это какие? – не известно по какой причине, но Люси чувствовала, как Драгнил прожигал взглядом её сгорбившуюся над барной стойкой спину. – Разве не видишь? Я общаюсь с прекрасной дамой. Отвали, Саламандр! Его комплимент был приятен, но ещё интереснее было узнать реакцию Нацу. Однако гордости ей хватило, чтобы не обернуться. – Прекрасная дама... Чёрт возьми, он повторил это и призадумался. О чём вообще можно думать в такой ситуации? – О, с Люськой, что ли? – дошло наконец. – Люси, не прекрасная дама. Она – моя напарница, если не знал. И снова сердце её понеслось голопом. А всё чёртов контекст, который наверняка она снова услышала там, где его и в помине быть не могло. Ведь этому парню... – Кста-а-ти, мы прямо сейчас идём на задание, – Нацу уже привычно закинул руку, обняв её плечи. Алекс смотрел с явным недоумением. – И нам уже пора идти. ...Совсем не до любви. Об этом задании Люси впервые слышала. Ни Нацу, ни Хэппи, ни кто либо ещё из их команды ни словом с ней не обмолвился о работе. И конечно, на этот раз бежать за ним вот так сразу она не собиралась. – Правда, что ли? О каком задании ты говоришь? – она обернулась к нему, скидывая его ладонь с плеч. – О том самом, на которое мы собирались пойти сегодня, – ответил, как ни в чём не бывало, беспечно закинув руки за голову. И от этого безразличного тона злость накатывала на Хартфилию разрушающей волной. Обида. Вот, что чувствовала она к нему на самом деле. И так долго скрывала внутри. – Ладно, ещё увидимся, – обратил на себя внимание Алекс, на прощанье махнув ладонью и улыбаясь ей. Ошалело моргая, Люси молчаливо провожала взглядом удаляющуюся спину нового знакомого. Она даже о своём возмущении позабыла на миг. – Идём, – серьёзно сказал Драгнил, потянув напарницу за руку. – К-куда? – вовсе потерялась она, минуту назад решившая, что то был его очередной спектакль. Как оказалось, нет. Разумеется, они взялись за заказ, вот только в том, что выбрал эту работу точно её напарник, Люси слишком сомневалась. Он бы в жизни не подписался на подобную авантюру по своему желанию, скорее этот заказ ему нарочно всучила Мираджейн или решивший подшутить над «сладкой парочкой» Хэппи. Да кто угодно, только не Нацу. – Отлично! Теперь «жених» поднимает «невесту» на руки! – пробасил грубый женский голос того самого фотографа, которая и оставила этот заказ волшебной гильдии. – Нет проблем! – усмехнувшись, Драгнил подхватил её на руки так, словно она вообще ничего не весила. И даже не подшутил о том, что ей пора на диету. Вот дела! – Люси, ты как-то тяжелее стала. Надо чаще тренироваться, – ан-нет. Поторопилась с выводами. Люси до самой фотосессии оставалась в неведении еë тематики. Лишь когда стилист помогла зашнуровать на ней платье до неё снизошло. Белое же платье, чёрт подери! Пышное, белое, свадебное платье. А когда и Нацу показался рядом с фотозоной в классическом сером костюме с жилеткой, вместо пиджака, да в белой рубашечке – но не без привычного шарфа, что важно – ей и вовсе тогда поплохело. «Я не буду в этом участвовать!» – краснея как маков цвет, визгнула она в тот момент. «Сто пятьдесят тысяч джуэлей» – ухмыляясь напомнил тогда ей Драгнил, выигрывая партию. Собственно сейчас, ощущая его горячие ладони под своими бедрами и на талии, она жалела, что так легко повелась. Намеренно ведь они давно не были так близко друг к другу. Слава Богам, плохие парни давно уже не нападали, что Нацу не приходилось часто её таскать на руках «а-ля дама в беде», да и он сам как-то довольно-таки давно перестал проявлять любую инициативу. О, Боги, она действительно забыла, когда он в последний раз ночевал в её кровати! – Ты хоть улыбнись ради приличия, – прошептал он, прижимая её тело крепче. И она правда старалась улыбаться естественно, но выходило, наверное, не очень, судя по хмурому лицу фотографа. – Ладно, пойдёт. Любая невеста волнуется в такой день, – мягко улыбнулась светловолосая женщина. – Ещё несколько кадров, и мы закончим. Вздох облегчения застрял в глотке, потому как сразу после тех её слов, фотограф огорошила следующими: – Теперь перейдём к сцене с поцелуем. Нацу выглядел расслабленно и довольно уверенно для того, кому нужно было сейчас целовать свою напарницу. Хотя чего она ожидала? Вон, когда Аска, несколько лет назад, потребовала с них поцелуй, он тоже ведь не смутился. Ему как всегда всё по барабану. – Спусти её на пол. Так, Люси, стань в полоборота к камере, но поверни голову к нему. Положи одну руку ему на плечо, а вторую, с букетом, прижми к его груди. Даже чёткие наставления ни на йоту не помогали ей успокоиться. Чёрт возьми, она совершенно иначе представляла свой первый поцелуй! И пусть когда-то она была не против подарить его именно Нацу, сейчас всё казалось в корне неправильным! – Нет, простите, но я не могу, – честно призналась она, отстранившись от «жениха». Тот же недоумённо хлопал глазами не меньше минуты, пока фотограф изъясняла Хартфилии, что без поцелуя им эта фотосъемка, мягко говоря, и даром не сдалась. – Да ладно тебе, что такого? – Что такого? Нацу, ты смеёшься?! Он подошёл ближе, снижая громкость своего голоса почти до шёпота, и улыбаясь напомнил: – Сто пятьдесят тысяч, помнишь? – Ты не понимаешь! – Нет, это ты не понимаешь, – хитро сузив свой взгляд, Нацу злобно ухмыльнулся. – Это не просто награда! Это твоя квартплата, наши продукты, и ещё вон то миленькое голубое платьице, что ты заприметила на прошлой неделе. Это был весомый аргумент. Закусив губу, волшебница боролась сама с собой и со своими устоявшимися принципами. И последним всё-таки проиграла. Отчаянно мотая головой, зажмурилась, ожидая, что их оставят теперь без награды. Фотограф тяжело вздохнула. – Люси, можно тебя на минутку? Вероятно, женская солидарность – великая сила. Женщина согласилась имитировать поцелуй, прикрыв их лица букетом. Однако, взамен снизила награду за работу на целых пятьдесят тысяч. И всё должно было пройти, как по маслу. Это же Нацу, с которым она сотни раз попадала во множество самых неприличных ситуаций на свете! Только удача, похоже, закончилась на разговоре с фотографом. Стоять спокойно так близко, буквально ощущая его горячее – отчего-то неровное – дыхание на своих губах, было выше её сил. Лицо её точно сравнялось оттенком с яркими бутонами алых цветов в букете невесты, а по телу бежали мурашки размером с Хэппи. – Просто расслабься, – шептал он ей в губы абсолютно спокойно, а где-то на фоне слышались отчаянные щелчки фотокамеры. – Готово! Молодцы, ребята! Красиво сработали! На радостях Люси едва не подпрыгнула, отчего запуталась в ногах и споткнулась о ногу лучшего друга. Он, испугавшись её падения, спешил её подхватить, отчего они со всего размаху столкнулись носами, и... У судьбы отменное чувство юмора. Она нечаянно мазнула губами в уголок его губ. Свершился совершенно нелепый её первый поцелуй. Драгнил, растерявшийся, «воспылал» абсолютно случайно. Стоит ли говорить о том, что ещё тридцать тысяч из положенной награды списали за испорченное платье? – Да, что же за день то такой?! – сокрушалась Люси, жалобно хныкая по дороге домой. Нацу же привычным образом шёл вполне расслабленно, закинув обе руки за голову. – Да брось, ничего страшного не произошло. На оплату аренды тебе хватит, а на продукты и платье успеем ещё заработать. И вот всегда он такой беспечный. Она час назад подарила ему свой самый первый поцелуй! А ему... Хоть бы хны! Этой ночью она не спала долго, прокручивая все события этого сумасшедшего дня в голове. Все мечты развеялись прахом, прямо как тот подол свадебного платья, а всё почему? Маленькая Люси грезила об идеальном принце, которому несомненно подарила бы свой первый поцелуй. Подростком была не против разделить этот чудесный момент с рыцарем в сияющих доспехах. А что в итоге? Её поцелуй украл наглый дракон! Да и ещё как? Совершенно нелепо! Всё должно было быть красиво, так, как писали в самых романтичных историях! Явно не так... Второго «первого» поцелуя у неё не будет. Придя за бессонную к ночь к совершенно неутешительным выводам, пришлось признать себе простую истину. Для Нацу те его слова не значили того же, что она услышала. Как и её поцелуй. Вот так её розовые очки разбились стёклами внутрь. Но любое падение всегда влечёт за собой подъём, просто нужно слегка постараться. И Люси теперь совершенно точно знала, чего хочет. Потому в этот раз её обида не прошла бесследно, стоило розоволосой макушке мелькнуть на горизонте. Зато интерес к новенькому возрос в прогрессии. – У вас что-то случилось? – поинтересовался однажды Алекс в один из совместных обедов с Хартфилией. – С кем? Понятия не имею, о чём ты. О, она понимала. Только виду ни за что не подаст. А причина тому сидела за одним из столиков, вальяжно развалившись на скамье, да прожигала одним своим взглядом дыры в спинах своих согильдийцев. И эту причину в последнее время как-то мало заботили другие проблемы: ни ожесточённый махач, ни новые приключения, ни даже эксгибиционизм Грея его не трогали. А Люси лишь оставалось гадать, что произошло с её безбашенным напарником. Хотя какое ей до этого дело? – Я про Нацу. – А что с Нацу? Алекс он... Он казался ей идеальным. Красив, умён, обаятелен, всегда учтив и внимателен. Иногда даже чересчур внимателен, как сейчас, но это не важно. Важно то, что похоже, она всё таки нашла его. Того, кто может стать для неё не головной болью и источником приключений на неприличное место, а кто станет для неё чем-то особенным, как и она для него. Этот потрясающий парень с широкой улыбкой может стать для неё надёжным плечом, её защитой и опорой. Любовью всей её жизни. И это точно не было прочитано между строк, это сияло в глубине его глаз и прослушивалось в бархате голоса. Это было в мимолётном касании и нежности жестов. Люси чувствовала себя той особенной рядом с ним, лишь по одной простой причине – он сам это ей показал. – Как скажешь, – парень как-то загадочно усмехнулся, кладя руку на её ладонь. Его рука была тёплой. Не горячей, как привыкла она. Мысленно сама себя треснула за очередное сравнение, решив теперь совершенно точно не думать о нём. – Тогда, ты возможно согласишься пойти со мной на свидание? Что-то позади неё громко стукнуло. Будто кто-то нарочито громко поставил посуду на деревянную поверхность. Люси обернулась, почти не дыша. Нацу стоял рядом со столом за которым сидел до этого, сурово буравя взглядом Алекса. На его прежде спокойном лице заходили желваки. Да что, чёрт подери, происходит? Её это не касалось. Для себя Хартфилия уже всё решила. – А почему бы и нет? – нарочно не обращая внимания на напарника, улыбнулась Алексу. На том и порешили. Он даже до дома её проводил, по пути договариваясь о времени и месте встречи. Всё это казалось сказочным сном, такого ведь не бывает в жизни, правда? Когда тебе на голову, в прямом смысле, сваливается тот, о котором ты так долго мечтала. Действительно, это было похоже на сказку. Люси чуть ли не порхала от счастья, потому что у неё, наконец, тоже может появиться любимый сердцу, дорогой человек. Следующим днём она не пошла в родную гильдию, ведь сегодня должно было состояться их первое свидание с Алексом. Волшебница всё-всё распланировала: во сколько она пообедает, сколько времени потратит на небольшую тренировку, какую книгу прочтёт, коротая время, каким гелем для душа воспользуется, и сколько потребуется сил на укладку. Каждая мелочь казалась важной, ведь это свидание должно пройти идеально. И вот наконец пришло время того особенного платья. Маленькое, чёрное, с белыми оборками в зоне декольте и на юбке. Помнится, однажды Люси уже его надевала, неверно истолковав поведение Нацу. И воображала же себе всякого, представляла, как он признается ей, скажет, что они всегда будут вместе... А он и правда ведь сказал это. Пусть и гораздо позже. Правда это не имело сейчас значения, ведь у них представления насчёт этого «навсегда вместе», как оказалось, совсем разные. И снова она подумала о нём! Отчаянно замотала головой, словно таким образом могла вытрусить ненужные мысли из непутёвой черепной коробки. Сейчас она готовилась ко свиданию с Алексом. И только это имело значение. Алекс, он замечательный. Он собрал в себе лучшие качества самых прекрасных принцев и самых отважных рыцарей. И частично – одного непутёвого драконоборца. Чёрт! Нет, ей это просто казалось. Нацу до Алекса, как пешком до Альвареса! Весь её день был тщательно распланирован. Но в эти планы не входила нервная дрожь и непрошенные мысли, преследующие её буквально каждую минуту. А что, если что-то снова пойдёт не так? Нет, не должно. Алекс ей очень нравился, как, очевидно, и она нравилась ему. Стоя перед зеркалом в спальне, Заклинательница уже в третий раз поправляла макияж, нанося блеск для губ, поди уже десятым слоем. – И куда мы такие красивые? Этот серьезный голос застал врасплох и пустил по телу новую порцию мурашек. Обернувшись, Люси увидела рядом с открытым окном Нацу. Он казался непривычно суровым, стоя в закрытой позе со скрещенными на груди руками и сдвинутыми к переносице хмурыми бровями. И ни единого намёка на привычную ей светлую улыбку! А на подоконнике, обеспокоенно смотря на неё, сидел Хэппи. Закатный свет медленно опускался на землю золотым покрывалом, окрашивая небо нежнейшими оттенками. Краем глаза Люси успевала заметить ту красоту, растекающуюся по небосводу, словно пролитые краски по холсту. Медленно, завораживающе. Облака зарумянились солнцем до оттенка цветущей Сакуры. Прямо, как его цвет волос. – Вы что-то хотели? – спросила она, отвернувшись. – Я спешу. – Куда, позволь узнать? Почему он вёл себя сейчас так... Словно это не он её тогда обидел, а будто она сама перед ним виновата? Увидеть их здесь и сейчас волшебница не ожидала, они практически не общались после того инцидента на фотосъёмке. Какой-то противный червячок напомнил о себе неприятным ощущением где-то в области солнечного сплетения. – На свидание, – натянуто улыбнувшись, Люси обернулась к ним лицом. – Да уж вижу, что не картошку капать. А подробнее? – ни один мускул на его лице не дрогнул. Собственно и голосом он себя тоже никак не выдал. – Зачем тебе это? – спросила максимально спокойно, подозрительно прищурив свой взгляд и копируя позу напарника. Нацу вздохнул, беспечно пожав плечами. – Мы думали, что ты пойдёшь вместе с нами. Нам снова нужна твоя помощь, – отозвался на этот раз Хэппи. – Простите, ребята, не в этот раз, – отвернувшись, повесила сумочку на плечо и погрузила в неё свои ключи. Волшебные и от квартиры, конечно. Напарники молчали, а она поспешила на выход. Вот только на пороге её запястье обхватила горячая ладонь. Её снова пробрала дрожь. – Не уходи. – Нацу, я обещала, – вздохнув, на него посмотрела, извиняясь грустной улыбкой. – Переживёт как-нибудь. Его поведение было странным. Внешне казался спокойным, хотя и некоторые черты выдавали в нём раздражение. Ей это не нравилось. Как никак, он был её другом, а складывалось такое впечатление, будто он не желал ей счастья. Самому любовь не сдалась, и другим налаживать жизнь мешал. Ну что за человек? – Что происходит? Почему ты ведёшь себя так? – Как? – Как эгоист последний! – не сдержалась она. – Я нравлюсь ему, почему бы просто не пожелать мне удачи? Пару секунд Драгнил молчал. – Он не пара тебе. И тут она рассмеялась. Ожидала чего другого, но точно не этого. Не пара он ей, говорит! А кто же ей тогда пара? Почему бы просто не порадоваться за подругу, которая наконец может попробовать быть счастливой? – Алекс хороший, ты знаешь! Милый, добрый, внимательный. Да он буквально ходячее воплощение идеального парня! Почему бы тебе просто не порадоваться за нас? Разве ты не желаешь счастья своей лучшей подруге? – её прорвало. В любой другой момент, возможно, она даже заплакала бы от нахлынувших чувств, но не сейчас. Алекс ждал её в парке, а у неё уже не было времени править свой макияж. – Именно этого я и желаю, – произнёс Нацу, крепче сжимая хрупкое запястье и делая шаг к ней. – А этот хмырь... – Хватит! – строго пресекла Люси. Глаза уже были на мокром месте, но она держалась. – Ты ведёшь себя, как... – замялась, не в силах подобрать нужных слов. Брови Саламандра сдвинулись к переносице. Он отпустил её руку, становясь в ту закрытую позу, в которой она его видела у окна. – Ну и как же? – Как ребёнок! Эгоистичный, капризный, несносный ребёнок! Я каждый раз игнорировала свои желания, бежала вслед за тобой, стоило тебе только меня попросить! А когда дело касается моей жизни, ты всё портишь! Ты таскаешься за мной, срываешь свидания, отпугиваешь парней! Это нечестно! Какое тебе вообще дело до всего этого? Он отшатнулся, как от пощёчины, но быстро пришёл в себя, вновь надевая на себя маску безразличия. – Какое мне дело, говоришь? – буквально прорычал он. – А знаешь... Ты права, никакого. Удачи. И снова Люси это почувствовала. Вину. Совершенно не понимая, из-за чего это происходило с ней. Но стоило ей встретить Алекса, как плохое настроение начало постепенно развеиваться. Парень наверняка заметил её состояние, но тактично не показал этого. Он как будто точно знал, как именно в определённый момент нужно себя вести рядом с ней. Уровень эмпатии поражал, а тёплая ладонь грела продрогшее после ссоры с другом сердце. Вскоре Люси совсем расслабилась, слушая увлекательные истории и рассказывая свои. Они посидели в кофейне, заказав по шоколадному десерту и ароматному чаю. Погуляли по парку, покормили уточек на пруду. Всё будто встало на свои места. Алекс удивительным образом был способен развеять смуту в её сердце и снять тяжкий груз с плеч. Именно такими качествами и должен был обладать её идеальный парень. – Люси, ты удивительна! – улыбаясь своей обаятельной широкой улыбкой, смутил её он. – Я так рад, что познакомился с такой чудесной девушкой. Спасибо за этот вечер. Стоя неподалёку от её дома, смотрели друг другу в глаза. Яркие звёзды отражались на речной глади и в глубине его глаз, добавляя в этот прекрасный вечер ещё и щепотку волшебства. Момент выходил красивым. А его признание заставило сердце биться в ускоренном ритме. – Надеюсь, это не последнее наше свидание, – хмыкнул он, заправляя выбившуюся из прически прядь за ушко. Ладошки потели, по спине бежали приятные мурашки. Алекс слегка наклонился к ней, словно спрашивая её разрешения. А Люси была согласна без лишних слов. Ей нравилось, как его тёплые ладони осторожно легли ей на талию, а взгляд застыл на губах. Он точно хотел поцеловать её. И она точно не будет против. Прикрывая веки, она, в предвкушении представляла, как её рука скользнёт в его волосы, и пальчики запутаются в розовых непослушных прядях. Да, нет, же! У Алекса волосы насыщенного пшеничного цвета, не розовые! – Я могу тебя поцеловать? – божечки, он даже спросил её разрешения! Идеальный парень! И Люси бесконечно тонула в омуте его болотно-зелёных глаз. Чёрт! – Я... У Алекса красивые голубые глаза. Он улыбнулся своей широкой, клыкастой улыбкой. И она отшатнулась, отчаянно замотав головой. В погоне за счастьем, идеальным ей казался чужой. – Я понял, – грустно улыбнувшись Алекс отпрянул. – Беги к своему «Ромео». Хватит вам уже комедию ломать. – О чём ты? – ошарашенно смотря на него, Люси прижала дрожащую ладонь к груди. Туда, где неистово клокотало её запутавшееся сердце. – О Нацу, конечно, – пожав плечами, он беспечно засунул руки в карманы брюк. Выглядел Алекс так же потрясающе, как и в самом начале их прогулки. – Вы же влюблены друг в друга по самые уши! Я честно пытался тебя отбить, но похоже у меня нет и шанса. – В-влюблены? Мы-то... с Нацу? – Я удивлён, как вы в упор не замечаете такие очевидные вещи. Со стороны, наверное, виднее. Вы же с ума сходите друг без друга. Её одолевали смутные сомнения. Точно ли вообще реален парень, стоящий перед ней, или плод её воспалённой фантазии? Быть может, Люси просто сходила с ума, сама того не ведая? Не мог же он действительно быть настолько проницателен и... – Идеален. Боже, Алекс! В тебе есть хоть один недостаток? И снова его грустная улыбка. – Пожалуй, один всё же имеется, – он осторожно наклонился, чтобы тихо шепнуть: Я просто не он. Шутки шутками, а в этой была львиная доля правды. Каким бы привлекательным не казался ей Алекс, неумолимо тянуло к несовершенному, но до безобразия родному Нацу. – Иди уже, пока я не передумал! Идти? Но куда? Ноги вели её в сторону леса, где на окраине жили её самые близкие, самые верные и надёжные... Друзья? Теперь она знала, что чувства к Нацу она не оставила где-то в прошлом, а просто заперла у себя в сердце, спрятав за крепкой стеной из френдзоны. Почему? Потому что всегда сомневалась, нуждался ли он в ней так же отчаянно, как нуждалась в нём она сама. И даже после слов Алекса она всё ещё боялась... Что если и он неправильно трактовал поведение Драгнила, что тогда? Признаться первой было страшно до чёртиков, потому она и присела под одним из высоких деревьев, обнимая себя и тихо плача. Её сердце будет разбито, если и сейчас окажется, что они ошибались. Если бы только она могла заглянуть в чужое сердце...

***

Нацу Драгнил, родившись с шилом в небезызвестном месте, всегда стремился к покорению новых высот. Дух соперничества кружил голову ещё с раннего детства, подначивая ещё совсем зелёного мальчика искать себе серьёзных соперников. Он жаждал увлекательных приключений и громких побед, любил помериться силушкой со своими товарищами, да и с чужаками был непрочь помахать кулаками. Когда-то давно Игнил говорил ему о любви, как о высоком чувстве, которое окажется сильнее всего на свете. Любовь способна победить что угодно: гордыню, страх и даже абсолютное зло. В тот самый момент маленький Нацу думал о том, что какой-то розовой чепухе никогда не победить его – самого настоящего убийцу драконов. Он мечтал стать сильнейшим волшебником, а не мямлей, которая и двух слов вместе связать не может. Так сильно он больше не ошибался никогда и ни в чём. Но обо всём по порядку. Он, конечно, мог бесконечно размышлять о том великом чувстве, если бы у него было на то желание. Мог бы грезить о том, что когда-то встретит свою судьбу, которая несомненно окажется его идеалом: сильной, бесстрашной, готовой на любое безумство. Только какой в этом смысл? Несомненно, к годам тридцати или сорока он остепенится, найдёт свою идеальную женщину и создаст вместе с ней семью. Нарожают кучу детишек, похожих на них самих, таких же сильных и уверенных в себе. Взрослея он даже не думал о такой чепухе. Куда важнее было найти Игнила и достичь того уровня силы, с которым даже сама Эрза не смогла бы тягаться. Он брал сложные задания, сражался с негодяями, дружил с Лисанной и терпеть не мог выходки Грея. Каждый день новое приключение, но даже похожие друг на друга будни не заставили его усомниться в своих устоях. Так продолжалось достаточно долго. Нацу никогда не изменял самому себе, и даже горечь потери не могла его сломить. Напротив, своей широкой клыкастой улыбкой он освещал путь для своих товарищей, потерянных и запутавшихся, которые болезненно воспринимали удары судьбы. Он веселился, валял дурака, продолжал прокачивать свою силу, встречал много новых людей на своём пути, и даже заводил дружбу с некоторыми. Встретил довольно странную девушку. Луиджи казалась противоречивой. Начитанна, но способная на абсолютную глупость, довольно слабая, если оценивать по привычным меркам. Трусливая и очень громкая. Другое дело Люси. Их Люси, которой она становилась со временем. Он и сам не понял, как привычное спасение дамы в беде превратилось в смысл его существования. Это просто случилось, и поделать с этим уже ничего не мог. Теперь её квартира казалась куда уютнее родного дома, её мягкая кровать гораздо удобнее привычного гамака, а её стряпня оказалась вкуснее чего либо, что он когда-то пробовал. И всё равно как-то было, чем сегодня она его накормит: сочной курицей или подгорелой глазуньей. А чего стоило то до невозможности чувственное «спасибо», что не уставала она повторять, стоит ему проявить себя? В такие моменты он чувствовал себя настоящим героем, важным и нужным для этой капризной дамочки. Как-то совершенно случайно заметил, что её слезы цепляли особенно, а счастливая улыбка грела и без того горячее сердце. Нечаянно понял, что если Люси не будет с ним рядом, то уже ничего не будет так весело: ни любование цветущей сакурой вместе с друзьями, ни увлекательное приключение, ни даже прокачка своей силы, как он понял на практике в тот самый год разлуки. Он не был героем, какими описывались персонажи её любимых романтических книг. Не был красавчиком и хоть на толику эрудитом. Слова красивые толкать не умел, а любые проблемы привык решать кулаками. Однако для неё он старался, хоть и тщательно это скрывал, любую свою заботу выдавая за привычную всем его дурость. Когда-то в детстве Нацу думал, что любви не под силу одолеть его самого. Непревзойдённого убийцу драконов, сына того самого короля огненных ящеров. И уж точно он не думал, что превратится в чухню, которая и пары слов связать не может. Но у судьбы на этот счёт были другие планы. Он сам себе давал слово, что признается ей, как только они одержат победу в войне. Отчасти он даже смог, пусть и завуалированно. Только вот дальше треклятого «мы всегда будем вместе» продвинуться так и не получилось. Оставалось гадать, поняла ли возлюбленная его посыл в тот момент... Впрочем, заниматься самокопанием ему было некогда. Столетний квест выжал из него все его силы, а после Люси как подменили. Всё чаще Заклинательница избегала его общества, занимая себя всевозможными делами. Да, она прокачалась нехило и даже успела написать ещё пару романов, и он знал, как для неё это было важно, но ведь не для него. Стараясь стать кем-то достойным той самой, кто уже успел клеймить его сердце, уважая чужие границы и не настаивая лишний раз на сон в обнимку, упустил тот момент, когда Хартфилия начала искать своё счастье в других. Смириться с этим её решением было выше его сил, и он старался хотя бы хитростью пригвоздить её к себе. А всем этим несостоявшимся ухажёрам одним своим взглядом кричал: «Не трожь. Моя. Испепелю к чертям собачьим!». Как оказалось, намёки его не все понимали. А кое-кто даже его не боялся. Это он понял, когда Алекс имел неосторожность однажды пообедать в компании его напарницы. Люси в тот день ещё обижалась за их нечаянный поцелуй. Вечером Нацу выцепил того ухажёра, намеренный растолковать непутёвому, что к чему. Однако вместо привычного «понял, не буду мешать», столкнулся с надменным: «Насколько же ты в себе не уверен, раз действуешь такими грязными методами!». Это подействовало на Драгнила, как действует на быка красная тряпка. Только Алекс умело блокировал его удары, а после и вовсе выдал: «Будь мужиком! Если ты ей действительно нужен, то выберет она тебя. Ну а если нет, умей отступить, и принять её выбор, как настоящий мужчина. А не капризный пятилетний мальчишка!». Эффект тех слов он почувствовал сразу, но принять эту позицию до конца не мог. Даже тогда, когда увидел её скучающей во дворе, сидящей под высоким раскидистым деревом, он подошёл к ней, намереваясь бороться за своё до конца. Как он всегда делал прежде. – Йо! Люси, как поживаешь? Волшебница оторвалась от созерцания молодой травы под ногами и посмотрела на него, едва улыбаясь уголками губ. – Слишком хорошо, чтобы ты мог испортить мне настроение, – по этой фразе он понял, что напарница всё ещё обижалась за тот инцидент на фотосессии. Хотя он вполне искренне удивлялся, почему она так сильно реагировала. Это то и поцелуем назвать можно было лишь только с натяжкой. А знала бы она сколько таких невесомых касаний он оставил в её волосах, пока та безмятежно спала, то что бы тогда сказала? Вряд ли он бы отделался одним Люськиным пендалем. Прикинув свои шансы, привычно схватил её хрупкую ладошку в свою руку и потянул, поднимая Люси с насиженного места. – Ты чего? – округлив глаза, спросила Люси, вяло плетясь за ним следом. Стоило отдать ей должное – сопротивления девушка не оказывала. – Как это чего? Нам пора на работу! – это был его проверенный годами метод. Люси никогда не пренебрегала своими обязанностями. Она – член их команды, часть их шумной гильдии и его партнёр. – Я пас. Он даже остановился в ступоре. – Это ещё почему? – девушка отвела взгляд в сторону, словно боялась смотреть ему в глаза. Неужели он опоздал? – У меня на сегодня другие планы, – ответила всё так же не смотря на него. Брат мой Зереф, что происходит? – Жаль тебя расстраивать, но твои планы меняются. Прямо сейчас, – сжав крепче её ладонь, Нацу продолжил свой шаг, прокручивая в голове все варианты её «планов». А вот Люси резко остановилась, потянув его назад за руку. Нацу повернулся недоумевая. Вздохнул. – Это всё из-за того случая, да? Я обещаю больше не брать подобных заданий. Блондинистые хвостики отчаянно заметались в воздухе, когда она отрицательно помотала головой. Он смотрел на неё, такую непривычно тихую, вдумчивую, и боялся признать себе, что уже проигрывал в этой негласной битве. И правда, куда уж ему до идеала? – Я не хочу работать сегодня. Мне хочется развеяться. Вот оно. Шанс. Если это не работа, не рыбалка с Хэппи (этот проказник снова пропадал в компании Венди и Чарли), тогда что он мог ей ещё предложить? То, что её бы точно заинтересовало, не давая ей право на другой выбор. Люси сказала, что хочет развеяться, а что обычно ей помогало отвлечься от насущных дел? По рукам побежали неприятные мурашки. Нацу терпеть не мог подобные места. – Слушай, я давно хотел прокачаться... Найти какие-то новые заклинания по моему элементу, – начал он осторожно, трепя одной рукой волосы на затылке, а второй продолжая держать её ладонь. – Ты знаешь, я не особо разбираюсь во всей этой макулатуре. Может, подсобишь? Заодно и сама что-нибудь почитаешь. И да, он прекрасно видел ту искру удивления в глубине шоколадных глаз. Люси смотрела на него с каким-то неверием, но заинтересованно. – Я не ослышалась? Ты хочешь сходить в библиотеку? – А почему нет? – пожал он плечами. – Всё лучше, чем слоняться здесь без дела. Что ж, в этом раунде он победил, Люси пошла с ним вместе. Они быстро нашли нужную литературу, водрузив на его стол около десятка старых пыльных томов. Сама же Хартфилия предусмотрительно села за другой столик, вероятно опасаясь, что Нацу будет отвлекать её от внепланового эскапизма. Её книга не была слишком большой и уж точно выглядела куда красочней и ярче, чем магические учебники, которые придётся штудировать Драгнилу. Обложка даже казалась ему смутно знакомой, из чего он и пришёл к выводу, что прежде Люси её уже читала. Ведь внимание к мелочам он мог уделить только по отношению к своей напарнице. Собственно, ни единого прочитанного им слова не откладывалось в голове. Нацу то и дело отвлекался, поглядывая на причину его заинтересованности литературой. Солнечные лучи, проникающие в обитель знаний и мудрости сквозь большое окно, путались в золотистых локонах и рисовали на нежной коже причудливые блики. О, Боги, да, Люси была красива. И хоть он напрямую об этом ей никогда не говорил, Нацу уверен, по одному его взгляду на неё можно было прочесть это тысячи раз. Сейчас он подмечал в ней каждую мелочь. Как она хмурила брови на напряжённом моменте, как в сомнениях закусывала нижнюю губу и как неосознанно накручивала локон на указательный палец. Интересная, должно быть, история. О чём она сейчас читала? Наверняка о каких-то приключениях. А есть ли в этом рассказе романтическая линия? Судя по периодически алеющим щёчкам Хартфилии любовный подтекст там точно присутствовал. Заглядевшись, он совсем упустил момент, когда Заклинательница собиралась взглянуть на него. Столкновение взглядов было неизбежным. Нацу не был намерен сразу же прятаться, возвращая свои глаза к строкам книги. Смотрел на её удивленное личико и пытался глазами донести то, что не решался сказать вслух. – Т-ты чего? – смутилась. Её щёки налились нежным румянцем, да и глаза удивлённо округлились. Хмыкнув, Драгнил просто пожал плечами, всё-таки возвращаясь к чтению. Буквы не складывались в слова, а слова в предложения. В мыслях была лишь только она, вновь сосредоточившаяся на дивной истории. Это ещё очень спорный вопрос, что было более исключительным: тот рассказ, или волшебница, которая его читала. Для него ответ был очевиден. Буквы буквально расплывались под его взором. Люси. Её волосы. Улыбка. Чёрт! Снова совсем ничего не запомнил. – Ну что, ты нашёл для себя что-то новое? – интересовалась она, когда он по обычаю вёл её к дому. – Думаю, да, – он не врал, лишь немного недоговаривал. Скажи он ей о своих догадках сейчас, как она отреагирует? Да и если быть уж предельно честным, влюблённый Нацу превращался в придурка, который просто не мог правильно оформить важные мысли. Но в глубине души он надеялся на свою правоту. Что там, в библиотеке, он смог увидеть отголоски её души, которые так же сильно тянулись к нему, как и она была для него необходима. Волшебство закончилось следующим днём. Когда он в очередной раз застал Хартфилию беззаботно болтающей с новеньким. Ему это не нравилось, но и что-то предпринять на сей раз он не мог. Алекс был прав, говоря, что Нацу должен «сражаться» по-честному, оставляя право выбора ей. И хоть поражение казалось смертельным, он терпеливо ждал, наблюдая за ними со стороны. И в этот день и в последующие. С каждым днём отмечал для себя что-то новое, неосознанно сравнивая себя, несовершенного, с идеальным по дамским критериям Алексом. Новенький был всегда вежлив, учтив и внимателен. Он открыто разговаривал с Люси и часто делал ей комплименты. Умел говорить и говорил он красиво, а как известно, женская половина человечества часто любит ушами. В том то и было их величайшее различие с Алексом. Он умел себя преподнести словами, в то время как Нацу привык доказывать свои чувства не словом, а делом. Это он, не Алекс, знал, что Люси ужасно мерзлявая и плохо спит, постоянно ворочаясь и комкая одеяло, если в комнате чуть холоднее привычной температуры. Это он видел, что для Хартфилии важно получить одобрение от своих близких, чтобы быть уверенной в своих писательских талантах, хоть она этого никогда и не говорила. Знал размер её одежды, что предпочитает на завтрак, какие ароматные масла добавляет, чтобы принять ванну. Каждую родинку на теле и каждый шрам мог отыскать на ней с закрытыми глазами. Он знал, как для неё важны обязательства, и почему всегда она так переживала по поводу оплаты за аренду. Алекс же знал, как навешать нужной лапши на уши, чтобы девчонка на него клюнула, и это раздражало Нацу больше, чем треклятый транспорт! Всю эту неделю они практически не общались с Люси. Работы в гильдии было мало – слишком уж много прытких кадров у них прибавилось – да и нужды в заработке сейчас Хартфилия особо не испытывала. Пару раз он снова предпринимал попытки остаться с ней наедине, но у той опять объявлялись неотложные дела и какие-то обстоятельства. Складывалось ощущение, что Люси его избегала. Неужели тогда он спугнул её? Но ведь он сдерживал все свои порывы, и думал, что она уже не обижалась за случайно украденный первый поцелуй. О возможном проигрыше Нацу старался не думать до последнего. Ведь он совершенно точно не придумал себе, что ей дорог. Он знал это, хоть и сомневался, не только ли в качестве друга он нужен был ей? В момент, когда Алекс осмелился накрыть ладонь его напарницы своей, накрыло и самого Драгнила. Скрипя зубами он сдерживал свой порыв растерзать противника за такую наглость прямо здесь и сейчас. Алекс не смел прикасаться к ней! Чувство собственничества заставляло кровь закипать в его венах. А когда новенький и вовсе пригласил Люси на свидание... Он и сам не понял, что произошло. Заметил ведь её обеспокоенный взгляд, решил ведь расставить все точки над «и», но в последний момент насмешливый голос Алекса, прозвучавший в его сознании, напомнил, что право выбора должно оставаться за самой Люси. А та согласилась. Одним лишь Богам известно, какую кучу дров наломал он в тот вечер. Никаких метафор, всё предельно прозрачно. Сбивая кулаки в кровь крушил ничем неповинные деревья, выжигал траву. Рвал волосы на своей непутёвой голове. И кричал, и рычал от бессилия. Надменный голос твердил: «играй честно», сердце кричало: «хрен там плавал, моё!». Его разрывало от внутренних противоречий. Он просто обязан был предпринять хоть что-то, но что? Ему до безобразия не нравилось, что Люси приняла приглашение Алекса, это вызывало в нём новую яростную волну гнева, которая снова обрушивалась на стволы и булыжники крушащим огненным кулаком. Он не мог потерять её. Только не так, не её! В глубине души снова в себе сомневался. Нужен ли ей такой неотёсанный болван? Он и есть то не умеет, не замарав и себя и всё в пределах своей досягаемости. Какие там, блин, манеры, если он и значение этого слова чётко запомнил лишь после нескольких месяцев знакомства с Хартфилией?! А её ведь воспитывали принцессой. Сердце которой должно быть подарено галантному принцу. Согласна ли будет Люси, чтобы её хрупкое сердце украл дракон? Это он и намеревался узнать, привычно проникнув к ней в комнату следующим вечером через окно. Хорошо, хоть не опоздал, терзаемый своими чёртовыми сомнениями. Люси уже была при параде. Аккуратно уложенные блондинистые локоны мягко ниспадали на плечи и спину, пряди от лица она убрала, предусмотрительно заколов их назад. Макияж чуть ярче её повседневного, обязательный блеск на пухлых губах. И маленькое чёрное платье – классика жанра, как краем уха однажды он слышал – которое он хорошо помнил. Однажды, она пришла в нём на встречу с ним... Сдерживать свою злость оказалось сложнее, чем он себе представлял. Нацу думал, что вчерашней ночью выплеснул все эмоции, которые сжигали его изнутри. Оказалось, показалось. Язык совсем не слушался, отчаянно выдавая то, что он вряд ли когда-либо осмелился сказать. – Не уходи. Видела ли она, что за приказом скрывалась отчаянная мольба: «Будь со мной» ? Её горестный вздох в качестве извинений ему и даром не сдался. – Нацу, я обещала... А после они и вовсе поссорились. Люси говорила о нём, как об эгоистичном ребёнке, всё больше разрушая своими словами его жалкую надежду, что она всё таки выберет его. «Она сама должна выбирать!» – ...Удачи. Гордости ему хватило, чтобы не бежать за ней следом и молча уйти. Так думал он, наблюдая за их с Алексом встречей из ближайших кустов. Он следовал за ними повсюду: до кофейни, на пруд, и даже, прячась за деревьями, в парке. Они всегда были в поле его зрения, но он почти никогда их не слышал. И пусть действовал он сейчас, как чёртов сталкер, что-то внутри подначивало его не сдаваться. Сердце ещё надеялось, что ещё не всё потеряно. Нацу лишь единожды едва не потерял свой контроль. В тот момент, когда Алекс, положив загребущие руки на её стройную талию, наклонился к Люси, с вполне понятным для Драгнила намерением. Алекс хотел её поцеловать. Поцеловать, чёрт возьми! Костяшки на его кулаках побелели от напряжения. Скрип зубов, наверняка, услышал даже Хэппи, державшийся в стороне. Но он снова и снова напоминал себе, что это, чёрт бы его побрал, её выбор! И в секунду, когда система дала сбой и Нацу уже готов был сорваться, чтобы прекратить это, Люси сама отстранилась, отчаянно замотав головой. Вздох облегчения вырвался прежде, чем им был осознан. А после и вовсе случилось что-то невообразимо странное. Они ещё говорили некоторое время, пока Заклинательница не убежала прочь. В слезах. И это стало спусковым крючком к действиям. Ярость до этой поры сдерживаемая им, отразилась в мощных ударах по смазливому лицу. Этот урод смел обидеть единственное самое ценное сердцу Драгнила. – Из-за тебя она плачет, сукин ты сын! Алекс, который на этот раз даже не оказывал сопротивления сдавленно рассмеялся, вгоняя Нацу в секундное замешательство. – Из-за тебя, придурок. Эти слова оказались куда мощнее любого удара, когда-либо полученного им. Люси плакала сейчас из-за него... Она не плакала, когда они с ней поссорились, но заплакала после разговора с Алексом. Он хоть и идиот, но... Отшатнулась от Алекса Люси, как от огня. Нацу видел это своими глазами. – О, вижу, твои извилины пришли в действие, — поднимаясь на ноги, хмыкнул Алекс. Она отстранилась, они обменялись парой фраз, и лишь тогда девушка убежала в слезах. И если драконоборец всё верно истолковал, то... Чёрт, этого быть не может! – Радуйся, ты победил, – подтвердил новенький, однако для Драгнила его слова мало что значили. Ему важно было узнать это лишь от неё. Он хотел, чтобы Люси подтвердила его догадку. Обозначила то, что в итоге она выбрала именно его, Нацу. Не прекрасного рыцаря, а глупого дракона. И даже толком не успев осмыслить всё это, уже бежал за ней вслед. Нашёл её на окраине леса, неподалёку от их с Хэппи старого домика. Она сидела под одним из деревьев, обняв себя руками и шмыгая носом. Ему было больно видеть её слёзы, но осознание того, куда и к кому та неслась сломя голову, неконтролируемо заставило его улыбнуться. Неужели правда? Драгнил намеревался к ней подойти. Он хотел хотя бы попросить прощения за ту глупую ссору, но не знал, как сделать это максимально правильно, и что именно сказать. В самый последний миг, когда он был к ней довольно близко, что-то заставило сменить курс и пройти мимо. Возможно, он всё ещё сомневался в своём счастье и таким образом решил «наказать» её за свои душевные терзания. – Н-нацу, – совсем тихо позвала его Люси. Он остановился. Был уверен: Люси, смотревшая ему в спину, точно не могла увидеть дрогнувших уголков его губ в тот момент. – Что-то хотела? – вышло немного грубее, чем он планировал. Но и выдать себя, что он знает о результате их свидания с Алексом, он не желал. – Поговорить, – так же тихо сказала она, поднимаясь на ноги. Нацу не обернулся. – Я думал, у тебя есть дела поважнее, – специально закинул удочку, чтобы она сама признала ему свою ошибку. – Те, которые, как ты сказала, не моё дело. Да, он снова поступал так. Как глупый капризный ребёнок. Но ведь она же выбрала его именно такого, правда? И он хотел самостоятельно убедиться в этом. Волшебница вздохнула, и он услышал первые её осторожные шаги. – Прости. Я... не должна была так говорить. Теперь он улыбался как счастливый идиот и не мог сдержать этой победной улыбки. Всё внутри ликовало от её простого признания. Оттого, что это именно его дело: где она, с кем, и что делает! Выдержав драму ещё несколько секунд, он повернул голову в её сторону так, чтобы она точно увидела эту хитрющую улыбку на его губах. – Да ты что, издеваешься надо мной? – справедливо рассудила девушка, поражённо ахнув и уперев руки в бока. – Ну, только самую малость, – пожав плечами, повернулся к ней всем телом. Теперь они стояли в нескольких шагах друг от друга. Люси неловко переминалась с ноги на ногу, явно смущённая чем-то. Наверняка обдумывала, что должна сказать дальше. Впрочем, он точно так же сейчас пытался подобрать нужные слова. – Ты был прав, – краснея аки маков цвет, признала Люси, отводя смущенный взгляд в сторону. – Алекс мне не пара. Если и с чем можно было сравнить его довольную моську, то разве что с Хэппи, угомонившим недельный запас любимой рыбки за один присест. Сердце стучало в ускоренном ритме, только теперь не в беспокойном, а ликующем. Он действительно одержал победу. – Да, что ты говоришь? – смущая возлюбленную ещё больше своим хитрым взглядом, Драгнил сделал шаг навстречу. – Перестань поясничать, я вообще-то душу тебе изливаю, недотёпа! – вспыхнула Люси. А он, будто только того и ждавший всё это время, сократил одним широким шагом разделяющее их расстояние и прижал красную до кончиков ушей напарницу к своей груди. Крепко её обнимая, зарылся носом в волосы на её макушке и упиваясь моментом втянул носом свой самый любимый на свете запах – её аромат. – Слушай, Нацу... Почему ты вспыхнул в тот момент, когда я... Что ты чувствовал, когда я нечаянно тебя поцеловала? Он чувствовал её неловкость и прекрасно её понимал. Люси не всегда хорошо умела выражать свои мысли, когда дело касалось собственных чувств. И сейчас Нацу понял, что будучи во многом совершенно разными, в большинстве своём они были похожи. Их объединяла не только общая страсть к приключениям, но и некоторые схожие их черты характера. Знал, как бы она не ругалась, не гнала его пендалями и тумаками, такие моменты для неё тоже имели ценность. Он видел это в её глазах, чувствовал интуитивно. А потому подсознательно понимал уже довольно давно, что они друг для друга больше, чем просто напарники. Больше, чем просто друзья. Просто признать это напрямую было выше сил каждого из них. Каждый по-своему сомневался в себе, и в своих чувствах. Драгнил не умел говорить красиво, как тот же Алекс. Ему привычнее выражать свои чувства действом, а не словом. Но и врать ей он не был намерен. – Слышишь? – спросил он, прижимая её голову теснее к своей груди. – Тогда оно билось так же. Люси мягко отстранилась, дабы взглянуть в его глаза. Нацу надеялся, что сейчас она сможет прочитать в его взгляде больше, чем когда-либо прежде. – Я испугался тогда. Для тебя ведь так важен был этот твой «первый поцелуй». А получилось всё совсем не так, как ты себе представляла. Он сглотнул, намеренно делая короткую паузу. Собираясь с мыслями. – И ты наверняка убьёшь меня, если узнаешь, что тот нечаянный поцелуй не был первым. Это было страшно, но он посмотрел на напарницу, когда она отпрянула от его груди, ошарашенно вглядываясь в его лицо. – Это... Шутка такая? Нацу мягко рассмеялся, сгребая её обратно в свои объятья. От греха подальше, стискивал её руки так, чтобы она не смогла вырваться и его ударить. – Ты просто такая милая, когда спишь. Не удержался пару раз, – нервно смеясь выпалил на одном дыхании. – Пару раз? – голос подскочил на несколько октав выше, выдавая смущение и негодование своей обладательницы. – Ну, или пару десятков раз? Я не считал, – теперь он сдерживал свою гневную подругу, словно в тисках. – Что? – визгнула она, отчаянно трепыхаясь. – Да я... Да ты... Да как ты посмел, извращенец?! Животное! Она всё кричала, а Нацу радостно смеялся. Такая Люси была ему более привычна, чем та барышня, которой она становилась в чужой компании. Такая Люси вызывала в нём целую бурю неконтролируемых чувств и эмоций. И именно такая Люси была так любима им. – Не прощу! – Да, куда ты денешься? – хитро сощурив свой взгляд, он наклонился к её красному лицу максимально близко. Так, что кончики их носов касались друг друга. – Уже простила, – уверенно заявил Нацу, переходя на полушёпот. – И простишь снова, – сказав это, он сократил расстояние до считанных миллиметров. Её тёплое рваное дыхание чувствовалось на его губах. – Н-нацу, – совсем растерялась она, прекращая жалкие потуги сопротивления. – Достаточно ли теперь красиво для первого поцелуя? – выдохнул в губы, замечая, как доверчиво его напарница прикрыла глаза. – Да. И тот волшебный момент, который казался за пределами его мечтаний, отпечатался сладко-солёным привкусом их первого настоящего поцелуя. Не такого идеального, каким себе его воображала Хартфилия, но и не таким ужасным, как успел себе представить Драгнил. Да, они неуклюже стукнули зубами, да, размазали весь её блеск для губ, и даже умудрились свалиться на землю, запутавшись в ногах. Но всё это было не важным, ведь как оказалось, любви далеко до совершенства.