Наживка

Тэхён выцеловывал шею и ключицы, усмехаясь с громких вздохов. — Ты так и не ответил… — Ким зажал между зубов сосок, оттягивая. — Ха… Я не… Показывал ему… — Молодец, — Тэхён коснулся пальцем метки на запястье и Чонгука подбросило на кровати. Он громко застонал, а с глаз опять полились прозрачные дорожки слез, — Будь хорошим мальчиком и держи себя в руках, — Тэхён, взяв руку Чонгука, поднес к лицу и размашисто провел языком по метке. Полустон-полукрик разнёсся по комнате. Чонгук всхлипнул, сжимая зубы, — Особенно с меткой кролика… — Ким развел ноги Чонгука в стороны, любуясь засветившийся внутренней меткой. — Если какой-то ублюдок хотя бы мельком заметит эту метку, я убью его без колебаний. Даже если его метка будет в порядке… — Тэхён втянул губами кожу с меткой на запястье, не переставая смотреть в глаза Чонгука. Почувствовав, как раздвоенный язык порхает по коже, Чонгук закусил губу, и Ким усмехнулся с пушистых ушек… — У тебя появились ушки… — Ты… Ты специально изменил свой язык… — Чонгуку казалось, что он горит от желания. Но Тэхён, взяв его руку, опустил к животу. — Если хочешь, можешь потрогать мою метку… — Он чуть спустил резинку штанов, касаясь пальцами Чонгука и метки на косых мышцах, — Но если переборщишь… — Он положил руку парня себе на пах, надавливая, — То будешь страдать. Мои метки… Пиздецки меня бесят… — Ким резко навис над Чонгуком, пугая его, но тут же улыбнулся, лизнув губы и толкнулся языком. Рука опустилась на метку «кролика» и Чонгук сладко застонал в поцелуй. Тэхён трахал длинными пальцами сжимающееся колечко, постоянно задевая метку, от чего Чонгук вздрагивал, сжимая пальцы Кима внутри себя. Весь живот парня был липким от количества смазки, и Чонгук, смущаясь, отворачивался, но продолжал шире разводить ноги. Его хвостик поджимался, от чего Тэхён лишь сильнее заводился. — Это странно… Вот так… — Вскрикнул Чонгук, когда Ким положил обе ноги парня себе на плечо, растягивая его уже тремя пальцами. (- Все мои чувства обострены из-за того, что я принял свою истинную природу. А это смущает ещё больше…) Чонгук потянулся пальцами к животу Тэхёна, кружа ими вокруг метки, но Ким, взяв руки парня, положил их себе на спину — Сначала эту… — Почему? — Чонгук удивился, даже постанывать перестал. — Ты сможешь прикоснуться к змеиной метке чуть позже… — Ухмылка, появившаяся на лице Тэхёна, заставила нахмуриться Чона, но он тут же расслабленно выгнулся, когда Тэхён медленно потёр его внутреннюю метку и наклонился, переплетая языки. Он втягивал язык внутрь, покусывая, вылизывал рот, щекотил нёбо раздвоенным языком. — Хочу потрогать твою метку… — Чонгук пытался отдышаться от поцелуя, — не могу дотянуться… До метки леопарда… — Тянись лучше… — Тэхён, вынув пальцы, подставил головку. Он с силой сжимал ноги Чонгука, медленно растягивая его на своем члене. — Чонгук… Ты должен будешь сказать сразу, как только твоя метка начнёт болеть… — Хо… Рошо… — Чонгук захрипел, когда Тэхён стал двигаться, рывками, глубоко, входя до основания. Он наклонился, от чего попка Чонгука задралась выше, а член стал входить глубже. Чонгук терялся. Он то забывал дышать, то чувствовал, как слюни стекают с уголка рта, его глаза закатывались от глубоких толчков, а пальцы на ногах поджимались. Все мышцы свело, а член хлопал о влажный живот. Очередной толчок и Чонгук заскулил, изливаясь на собственный живот, тяжело дыша. — Что… Почему только я? — Глаза Чона опустились на покрытый вздутыми венами член Кима — Я так стараюсь себя контролировать, что не могу кончить… — Тэхён перевернулся, усаживая Чонгука на свой член сверху. — Тэ… Ты… — Чон схватился руками за грудь Кима, медленно опускаясь. Тэхён подбросил бедра, удерживая Чонгука за талию и входя до громкого шлепка, — Тэ… Слишком глубоко… — Чонгук выпрямился, прогибаясь в спине. — Теперь можешь трогать меня, сколько захочешь… — Тэхён прикрыл глаза, когда Чонгук качнул, проезжаясь по бедрам, — Я начинаю терять контроль… Чонгук двигался, медленно, положив руки на грудь Кима (- Больно… Везде, где мы соприкасаемся, я чувствую боль, но не могу жаловаться, вижу, как Тэ сдерживается… Как бы чпо-детски это ни звучало, я этим наслаждаюсь…) Чонгук легко провел рукой по метке, едва дотрагиваясь, но его тут же перевернули на спину. Тэхён навис сверху, а у него появились округлые ушки, переливающиеся на свету змеиной чешуёй. — Ты можешь… Лежать смирно? — Ким перехватил запястья парня, слизывая соленые дорожки слез с его щёк. Тэхён опять закинул ноги парня на свое плечо и стал входить, но резко остановился, кусая до крови собственную губу. — Давай остановимся… Я больше не могу сдерживаться… — Нет! Я не хочу! — Чонгук схватился дрожащими пальцами за руку Кима, — Пожалуйста, не вынимай! Что случится если ты не сдержишься? Будет сцепка? Мой живот лопнет? — Чонгук взял руку Тэхёна в свою и провел его пальцами по подрагивающему животу, прикрывая глаза от нежных касаний, — Или мои мышцы внизу порвутся, и я больше не буду таким узким? Поэтому ты так сопротивляешься? — Чонгук сел на бедра Кима, прижимаясь своим телом к его, и продолжая двигать бедрами, насаживаясь на горячую плоть. Он чувствовал каждую вздутую вену, но продолжал двигаться, прижимая хвостик, — это гораздо серьёзнее, чем небольшая травма? Я правда могу справиться с небольшой болью… Чон всхлипнул, когда полностью сел на член Кима. Тэхён запрокинул голову, держа парня за талию и громко выдохнул — Я никогда этого не делал, поэтому сам не знаю… Но в одном я уверен, как только сцепка произойдёт, я не остановлюсь. Ты будешь часами наблюдать, как я в тебя кончаю. Не будет даже иметь значение, если тебя порвёт на части… Если твой живот разорвёт… Даже если я вспорю твой живот насквозь, я не смогу это остановить. Поэтому не пытайся совершить что-то безрассудное. Я не занимаюсь сексом, как человек… — Тэхён уложил парня на спину, обвивая своим хвостом его лодыжку, и продолжая медленно входить. Чонгук чувствовал, что член Кима стал больше и крупнее, но его мышцы, хоть и немного болезненно, продолжали растягиваться, подстраиваясь под размер. — Мы и так достаточно далеко зашли, ведь так? — Я правда первый? — Чонгук упёрся в плечо Кима лбом, хватаясь пальцами за плечи. — Что? — В подобных вещах, я правда для тебя на первом месте? — Чонгук зажмурился, смущаясь, а его уши прижались к голове. — Какого чёрта тебя это так сильно волнует?! — Тэхён рычал, стараясь двигаться медленно, но все равно иногда срывался, резко входя на всю длину. — Давай сделаем это… — Чонгук обхватил руками шею Кима, заглядывая в его жёлтые глаза, — Тэ … Я знаю, что ты только гадости говоришь. И так, как даже ты не знаешь, что произойдёт во время сцепки… Давай сделаем это… Просто попробуем… Тэхён упёрся лбом, утробно рыча. — Я знаю, что это ты подвергнешь меня реальной опасности… — Чонгук коснулся кончиками пальцев метки на лопатке Кима, — И если даже после сцепки я буду в порядке, я смогу стать доказательством… Я буду твоим доказательством и свидетелем тому, что ты не причинишь вреда намеренно. Те метки, которые у тебя есть, те инстинкты хищника, они будут доказательством и свидетельством того, что они не заставляют тебя намеренно причинять вред людям. Тэхён застонал. Он смотрел на Чонгука широко открытыми глазами, а в ушах слышался голос матери «Тэхён, ты знаешь, какой однообразной может быть жизнь гибрида? Гибриды, находящиеся в самом низу пищевой цепочки, живут ради выживания. Что касается гибридов, находящихся на вершине, мы должны прожить в постоянных попытках показать себя. Если мы хотим выжить, то должны постоянно доказывать, что не причиним вред никому другому» Ким несколько раз моргнул, опять смотря на красного Чонгука. — Ты… Может, ты правда меня не боишься? — Я тебя не боюсь… Хотя больше похоже на то, что нравишься ты мне гораздо больше, чем я тебя боюсь… — Чонгук улыбнулся, показывая передние зубки, — И я не хочу становиться частью толпы, которая обращается с тобой, как с бешеной собакой. Не было ни единого раза, когда ты не смог меня спасти… — Чонгук оплел руками плечи Кима, поглаживая метку, а ноги сжал на пояснице, ближе прижимая к себе парня. Сидя на бедрах Кима, Чонгук чувствовал, как распирает его живот. Тэхён прижимал парня к себе, поглаживая по спине и плечам. — Ты можешь положить меня и… — Чонгук дотронулся до груди Тэхёна, отстраняясь, но тот опять прижал парня к себе. — Нет! Просто сиди так! — Тэхён упёрся головой в плечо Чона, до хруста сжимая зубы. Сперма стекала вниз тонкой струйкой. — Мой живот… Очень болит… Тэхён обнял парня за талию, поглаживая хвостик и сжимая его у основания, чувствуя, как от этого Чонгук внизу то сжимается сильнее, то наоборот, расслабляется, принося секундное облегчение обоим. — Я знаю… — Тэхён погладил половинки, чуть растягивая их в сторону. Чонгук повис на парне, положив голову на его плечо и прикрывая глаза — Очень больно… Там, внизу, все болит… Это странно… — Чонгук обнял Кима за шею, стараясь спрятать от него текущие по щекам слезы. (- Я никогда раньше не чувствовал такой боли… Я ничего не ел, но желудок сходит с ума. Дышать трудно и такое чувство, будто меня вот-вот вырвет. Блядь… Это чертовски больно…) Чонгук вздрагивал от любого, незначительного движения. (- такое ощущение, что у меня несварение, органы слишком сильно сжаты. Это больно но… Когда я понимаю, что мои внутренности наполняет пульсирующий член Тэхёна, тогда… Я начинаю снова возбуждаться…). Чонгук опустил взгляд на стоящий колом свой член. — Я больше не хочу кончать… (- моё возбуждение смешивается с чувством стыда.) — Хватит… Давить на меня внутри… — Чонгук запрокинул голову, застонав, от нарастающего возбуждения. — Я… Не давлю… — Член Тэхёна вибрировал внутри, вздрагивая. — Хватит… Мне больно… Мы можем остановиться? (- Я полностью осознаю этот стыд и боль тоже… Моё тело чувствует скрытое удовольствие. За всей этой болью я продолжаю на неё реагировать.) — Я же говорил, что буду кончать в тебя весь день, — Тэхён поцеловал взмокший лоб, тут же слизывая капли пота с шеи, — позволь мне использовать феромоны… -Угу… — Чонгук кивнул, тут же прикрывая глаза, так как пальцы Тэхёна надавили на сосок, массируя. (- Ощущение, как будто бы моё тело пытается принять Тэхёна всеми возможными способами…) — От этого станет легче? — Чонгук сглотнул вязкую слюну, так как шершавый раздвоенный язык прошёлся по кадыку. — Я слышал, что они помогают облегчить боль… Но опять же, мы отличаемся от людей… — Тэхён наклонился, облизывая второй сосок. — Тогда быстрее… Забери мою боль, — Чонгук наклонился, целуя Кима, всасывая его язык, играясь с ним. Он стонал в поцелуй, прикрывая глаза. Удовольствие все ещё накатывало волнами, принося восторг и дискомфорт одновременно. Тэхён выпустил феромоны, окутывая ими парня, и Чонгук, открыв заплаканные глаза, выдохнул с облегчением. — Ну как? Легче? — Тэхён смотрел с надеждой, поглаживая округлившийся живот парня. — Д… Да… — Чонгук проследил за рукой, краснея, — я такой наполненный… Живот выглядит так странно… — Это не странно… Совсем не странно… — Ким продолжал поглаживать мягкий животик, урча от удовольствия. Он обнял Чонгука, поглаживая спину, касаясь основания хвостика, пока его собственный хвост оплетал талию парня. — Больше не больно… — Чонгук двинул бедрами, не чувствуя той разрывающей боли и улыбнулся, — Но теперь… Просто неудобно… Потому что мой живот переполнен… — Да… — Тэхён положил голову на грудь парня, слушая его быстрое сердце, прикрыв глаза, — потому что смысл сцепки в беременности. — Но… Я же не могу забеременеть… — сердце Чонгука забилось быстрее, заставляя Кима улыбнуться. — Нет… Потому что ты мужчина… Сам не знаю, зачем продолжаю делать это с тобой. Я продолжаю удерживать тебя в сцепке… — хвост Тэхёна стал нервно бить по кровати. Чонгук погладил метку на плече Кима, (- ему это нравится… Он счастлив уже от того, что может делать это внутри меня. Ему больше не нужно сдерживать свои желания. Потому что теперь у нас есть доказательства того, что я в безопасности.) Тэхён дышал тяжело, все ещё прижимаясь к груди Чонгука, его тело стало горячим, а щёки покраснели. Чон испуганно провел рукой между ушей. — Тэ… Ты в порядке? Тебе не нравится использовать феромоны? — Да… — Ким посмотрел на Чонгука, — потому что это признание того, что я не человек. Но если я не буду ими пользоваться, тебе будет больно. А это я ненавижу ещё больше. Прямо сейчас я не хочу причинять тебе боль, но… Тэхён сжал хвостик Чонгука у основания, несильно потянув за него. Чон тут же задрожал, — Но также я хочу полностью сломать тебя… До последнего ногтя на твоём теле… Голова просто кипит… У меня нет ни единой мысли, кроме этих… — Ким сильнее обнял Чонгука, — И что же теперь мне делать? На простыне сперма смешивалась с разводами крови, превращаясь в огромную розовую лужу. Но не один из парней этого не замечал, каждый уплывая в свои мысли. ★★★ Чонгук стоял раком, опираясь на бортик ванной, пока Тэхён чистил парня от спермы. — Там внизу все болит… — Чон опёрся лбом, закусывая губу. — Это потому что ты просидел неподвижно двадцать шесть часов подряд… — Тэхён нахмурился, увидев трещинки на коже, — я нанесу тебе мазь, которую мы купили в больнице. — Сколько?! — Чонгук вывернулся, заглядывая через спину на покрасневшего Кима, — Ты чего, так долго кончал? — Да… Ты отключился где-то на середине… — Охренеть просто… — Чонгук застонал, когда пальцы Кима вошли глубоко и он развёл их в стороны, выпуская очередную порцию спермы, — Ты как так долго продержался? — Поэтому я тебе и говорил, что ты должен бояться меня… Я убью любого, кто попытается прикоснуться к тебе, но никто не сможет помешать мне сделать это с тобой. Тебе стоило с самого начала будь осторожным. Но назад пути уже нет… Сидя в ванной, Чонгук поджал колени обнимая их руками. Он смотрел в одну точку, не шевелясь. Единственным звуком в ванной был плеск воды. — Двадцать шесть часов… — пробормотал Чонгук, не моргая, смотря в стену, — Как он мог кончать двадцать шесть часов подряд?! На это повлияли гены леопарда или змеи? Если назад пути уже нет… Это значит, что каждый раз, когда мы будем заниматься сексом, будет так тяжело?! Хах… Черт… Я не знаю… Чонгук булькая, лег под воду, прикрывая глаза. ★★★ Сокджин сидел в гостиной, хмуря брови. Дикая собака сидела рядом на диване, почёсывая ухо задней лапой. — Будет создан дисциплинарный комитет… — Джин посмотрел на собаку и вздохнул, — не могу отрицать, что на этот раз Тэхён повёл себя слишком безрассудно. Он ведь знает, что приматы ищут любой способ, чтобы к нему прицепиться, — Сокджин скрипнул зубами, — Этот инцидент слишком серьёзен, чтобы я мог замять его, как остальные… Собака вздохнула, кивая. — Да и у меня нет на это права… — Сокджин поправил и так идеально лежащие волосы, — после собрания дисциплинарного комитета, они допросят его об излишних действиях, которые он предпринял к тому гибриду из аптеки. И примут решение о применении к нему соответствующие дисциплинарные меры. Даже есть вероятность, что это может повлиять на порядок наследования. Пожалуйста, сейчас особенно внимательно следи за его поведением… Дикая собака чихнула, и на Сокджина уже смотрели глаза Ханы. Она надела пиджак, недовольно убирая несколько клоков собственной шерсти. — Если я буду просто за ним следить, это делу не поможет. Это может повлиять только на того, кто хочет что-то сделать, применив всю свою силу. Ты же знаешь этого мальчишку… Ему неинтересно становиться альфой гибридов. Сокджин, ты же знаешь, что никто из нас не заинтересован, чтобы стать главой Сонгона. 19 лет назад Гу Санхи (мать Чонгука) сидела, крепко сцепив руки. — Санхи… — Сокджин тоже нервничал. — Мы просто хотим спокойно жить втроём… — Она подняла полные слез глаза на мужчину, — Метки Тэхёна могут стать большой проблемой в будущем… Но разве он не вырастет хорошим мальчиком, если мы с его отцом правильно его воспитаем. Поэтому мы не стали вносить его метки в свидетельство о рождении. Ему же ещё и года не исполнилось! — Санхи… Мой Чимин родился без метки тигра… — Сокджин крикнул, опуская голову, — К сожалению для нас всех, он родился всего лишь с одной змеиной меткой своей матери. Как ты знаешь, обладателя метки высших хищников имеют свирепый и необузданный нрав. Из-за чего хищникам очень сложно выносить здоровую беременность. Чимин родился после нескольких выкидышей, — голос Сокджина дрожал, и он делал перерывы в разговоре, делая мелкие глотки чая, — Но мой сын не смог унаследовать мою метку. Совет в смятении, так как тигр произвёл на свет змею. Мой ребёнок, который должен был родиться в мире, полном благословений, получил лишь ненависть и разочарование совета. Помоги мне, пожалуйста… — Сокджин схватил за руку Санхи, заглядывая женщине в глаза, — не могла бы ты отдать мне Тэхёна? Я не буду его усыновлять! — Ким сразу замахал руками, видя злость, промелькнувшую в глазах женщины, — Я лишь хочу назвать его своим преемником… Пожалуйста, Гу Санхи… Ты говорила, что у Тэхёна две метки хищника. Он необычная змея, а питон, а также ещё и леопард. Санхи, пожалуйста! Если я не потороплюсь и не приведу достойного преемника, тогда Чимину придётся расти в окружении разочарования. И всё это из-за того, что он всего лишь не родился с меткой тигра. Если в нашей стране больше не останется тигров, то в следующем в очереди станет леопард. Я самый последняя гибрид с меткой тигра. Таких как мы больше нет. Поэтому… Сокджин замолчал, услышав тихое урчание. По гостиной, мягко переступая лапками, шел черный леопард. Его змеиная шкура переливалась, поглощая свет. — Тэхён, малыш… — Санхи улыбнулась, смотря на сына, — Ты уже проснулся, дорогой? — Она подняла дитя на руки, поглаживая между ушей. Сокджин вздрогнул, рассматривая ребенка (- Не может быть… Леопард со шкурой змеи вместо меха… Ребёнок, который вышел из утробы в звериной форме. Потому что у него мощные метки и сильные звериные инстинкты. Я должен получить этого ребёнка, вместо моего сына, который родился без метки тигра. Этот ребёнок должен стать моим наследником.) Сокджин едва мог сдерживать нервную дрожь. — Гу Санхи…- Сокджин утратил всю любезность, теперь во взгляде мужчины был лишь холодный расчет. — Я подожду, пока Тэхёну не исполнится пять лет. За это время я буду дел ать всё возможное, чтобы не созывать совет. Пожалуйста, спаси меня… Спаси меня и мою семью…