Кандидаты в женихи, или Обычай, о котором лучше было молчать

Это случилось после битвы Пяти Воинств, которая к счастью закончилась благополучно для всех. Гномы проявили храбрость, никто не погиб. Орлы пришли вовремя, Беорн разбушевался, Азог получил по заслугам и упал в расщелину с частью войска. Торин был ранен, но не смертельно. Бильбо отделался шишкой. Когда опасность прошла и Эребор освободили, гномы зажили счастливо: строили залы и делили сокровища, в основном по-братски. Но главный вопрос оставался. Вечером, когда все собрались в тронном зале, мудрый Балин поднял кубок: – Время решить судьбу нашего дорогого хоббита! Бильбо Бэггинс, ты проделал долгий путь. Скажи, чьё сердце завоевало твоё? Фили и Кили шагнули вперёд, сияя улыбками. Двалин нахмурился и старался выглядеть серьёзным. Бофур застыл с подносом в руках. Торин сжал подлокотники трона так, что побелели суставы. Он боялся. Впервые король под горой боялся услышать ответ. Бильбо вышел в центр зала. Посмотрел на Фили и Кили – они помахали ему. Посмотрел на Двалина – тот кивнул. Посмотрел на Бофура – улыбнулся. Потом встретился взглядом с Торином. – Знаете, я долго думал, – начал Бильбо, чувствуя, как краснеют щеки. – Вы все — замечательные. Честно. Вы дарили камни, сапоги, цветы и странные супы. Вы охраняли мой сон и чуть не подрались из-за меня. Мне это было... невероятно приятно. Гномы улыбнулись. – Но сердце, – продолжил Бильбо, сделав шаг к трону, – выбирает не за подарки. Оно выбирает того, с кем тихо. Того, кто рядом, даже когда молчит. Того, кто согревает своим присутствием. Он остановился перед Торином. – Торин Дубощит, ты украл у меня не пищу, а кое-что важнее – моё сердце. Если старый обычай ещё действует... я выбираю тебя. В зале наступила тишина. Потом Торин вскочил с трона, схватил Бильбо и закружил, осыпая поцелуями его кудрявую голову. – Ты выбрал правильно, – прошептал, в его голосе была нежность. Гномы зааплодировали. Фили и Кили, хоть и грустно, хлопали громче всех. Двалин вздохнул и признал поражение, а Бофур прослезился. – Горько! – заорал Нори. Все подхватили эту странную человеческую традицию, наученную Бардом. Торин поцеловал своего хоббита. По-настоящему. При всех.