Тошинори, серьёзно?!

      Для Тошинори Яги это был седьмой «первый учебный день» в стенах Юэй. За эти годы его привыкли видеть не в сине-красном трико, а в строгих костюмах-тройках. Он больше не был просто «Символом», он был куратором стратегического курса - человеком, который учил будущих героев думать прежде, чем бить.       - Семь лет, Тоши, - прошептал я, пока он проверял списки в своем кабинете. - Помнишь, как ты в первый год пытался объяснить Недзу, что анализ данных - это не твое? А теперь ты тут главный гроссмейстер.       - Время летит быстро, когда не тратишь его на бесконечные интервью, - мысленно улыбнулся Тошинори.       В дверь постучали. Сасаки Мираи вошел без приглашения. - Снова в бой, Тошинори? - Ночноглаз поправил очки. - Твой класс аналитиков в этом году выглядит многообещающе. Но я здесь по другому поводу. Недзу попросил меня проследить за тестом Айзавы. Он хочет «независимого мнения» о геройском курсе 1-А.       - Шота опять грозится отчислить половину класса? - Тошинори встал, поправляя пиджак. - Пойдем. Мне тоже интересно взглянуть на тех, кого он отобрал. Особенно на двоих...       - И на Шинсо, - добавил я. - Я семь лет ждал, когда в 1-А появится кто-то с такими мозгами и такой неудобной для физических тестов причудой.       ==       Первый учебный день начался для класса 1-А с холодного душа. Пока студенты пытались осознать, что их ждет, Шото Тодороки, не теряя времени, уже вовсю пополнял свою галерею «компромата». Он методично фотографировал сонных одноклассников, фиксируя каждый зевок, и тут же отправлял снимки Яги-сенсею с короткими приписками: «Объект 1 слишком расслаблен», «Объект 2 не следит за тылом».       В разгар теста на причуды на поле появился Тошинори. На нем был его парадный костюм, а рядом, поправляя очки и излучая ледяное спокойствие, шел Ночноглаз. Мираи пригласили не просто так: Айзава уже три года подряд выставлял целые классы за дверь, и в этот, четвертый год его педагогического стажа, руководство решило, что нужен независимый эксперт, чтобы Шота не увлекся чисткой рядов.       Тошинори подошел к Айзаве, который как раз отмечал результаты бега. - Ты опять не пришел на вступительную речь директора, - заметил Яги, качая головой. - А смысл? - прохрипел Шота, даже не оборачиваясь. - Половина класса вылетит еще до того, как они успеют освоиться в школе. - Да ладно, неужели никого интересного нет? - Есть парочка. - Ты имеешь в виду половину класса? - Как будто ты этого не делаешь на своем курсе аналитиков? - Айзава наконец посмотрел на коллегу тяжелым взглядом. - Я стараюсь, - хмыкнул Тошинори, - но у меня получается с переменным успехом. Мои ученики слишком умные, чтобы давать повод для отчисления.       - А я говорил: давай поменяемся! - вклинился в мысли голос Льва. - Я бы их за пять минут отсортировал.       Тошинори повернулся к студентам. Его взгляд смягчился, когда он узнал несколько знакомых лиц среди новичков. - Меня зовут Тошинори Яги, но вы также знаете меня как Всемогущего. В этом году я буду вести у вас геройскую практику.       По классу прошел восторженный гул, но Айзава быстро его пресек: - Что ж, продолжим. Теперь ваша задача - бросить мяч как можно дальше.       Все шло штатно, пока в круг не вышел Шинсо Хитоши. Он выглядел так, будто физические упражнения - это личное оскорбление его достоинства. - А нам обязательно использовать причуды? - спросил он. - Не обязательно, - отрезал Шота.       - М-да... У него причуда промывки мозгов, - прокомментировал я. - В силовом тесте он труп.       - Все можно, пока ты находишься в круге и кидаешь мяч, - добавил Тошинори, внимательно наблюдая за парнем.       Шинсо обвел взглядом одноклассников и остановился на Мидории. Тот лишь наклонил голову и ободряюще улыбнулся, будто подначивая.       - Ой-ой, - я в сознании Яги насторожился.       - Можешь мне помочь? - обратился Шинсо к Изуку.       - Конечно, что надо сделать? - отозвался тот, и в ту же секунду его глаза остекленели.       Ночноглаз, стоявший рядом с Тошинори, замер. Его аналитический ум уже просчитывал варианты.       - Тошинори, - тихо спросил он, - напомни, сколько раз можно кинуть мяч?       - Три, - ответил Айзава вместо него, прищурившись.       Мидория, ведомый чужой волей, вошел в круг. Его движения были механическими, но пугающе мощными. Он замахнулся и... раздался хруст. Вместо полета на табло высветилась «Ошибка». Изуку просто раздавил мяч в кулаке, не рассчитав давление под контролем Шинсо.       Мидория, к которому вернулось сознание, растерянно посмотрел на ошметки резины в руке.       - Сенсей... есть еще мяч? - вежливо спросил он. - Кажется, этот был бракованный.       - Разве можно ставить вместо себя другого студента?! - возмутился Иида, выходя вперед и размахивая руками.       Изуку повернулся к нему.       - Э... Прости, пожалуйста. Как тебя зовут?       - Тенья Иида!       - Мидория Изуку. Ты ошибся, Иида-кун. Шинсо-кун использовал свою причуду. Она, по всей видимости, психическая? - Изуку посмотрел на Шинсо, и тот молча кивнул.       - Я не вижу нарушения правил, - подал голос Бакуго, ухмыляясь. - Сенсей сам же сказал, что разрешено всё, пока он находится в круге. Использование другого человека как «инструмента» своей причуды, это тоже стратегия.       Толпа зашумела. Ночноглаз сделал пометку в своем блокноте. - Эффективное использование чужих ресурсов, - пробормотал он. - Очень в твоем духе, Тошинори.       Мидория тем временем подозвал Шинсо поближе.       - Слушай, - прошептал он так, чтобы слышал только одноклассник, - в следующий раз просто дай мне команду «Бросить на 50%». Если ты просто говоришь «кидай», моё тело реагирует слишком буквально...       Шинсо посмотрел на него с нескрываемым интересом.       - Ты странный, Мидория. Но... полезный.       ==       Мидория глубоко вздохнул, стараясь унять дрожь в руках. Контроль под «Промывкой мозгов» был грубым, но теперь ему нужно было показать тонкую настройку, которой они добивались на пляже.       - Вторая попытка, - сухо напомнил Айзава.       Изуку сосредоточился. Пять процентов распределились по телу, но основной импульс он направил в плечо. Рывок! Мяч взмыл в небо. - 703 метра, - объявил робот. Мидория выдохнул и показал классу «большой палец», не скрывая облегчения. Он обошел почти всех, уступив только Бакуго с его взрывными 705 метрами.       - Неплохо для задрота, но я всё еще впереди. - пробормотал Бакуго, глядя на результат.       - Следующий, Мидория, - голос Айзавы был ровным, но он не сводил глаз с Изуку.       Мидория замер, чувствуя, как по телу разливается привычное тепло «Одного за Всех». В голове билась только одна мысль: «Бакуго на первом месте. Я не могу подвести Всемогущего и... Нужно просто чуть-чуть добавить».       Изуку присел, аккумулируя энергию. Он попытался мысленно приоткрыть «кран» ровно настолько, чтобы превзойти результат Кацуки. Но в момент броска, когда адреналин ударил в голову, рука дернулась чуть резче, чем планировалось. Воздух вокруг него буквально взорвался от давления, создав небольшую ударную волну, поднявшую пыль с земли. Мяч превратился в едва заметную точку, исчезая в небе.       - 710 метров, - бесстрастно произнес датчик в руке Айзавы.       Класс замер в гробовой тишине. Изуку официально занял первое место, обойдя Кацуки на пять метров. Бакуго на мгновение остолбенел, а затем его лицо исказилось в сложной гримасе, смесь ярости от проигрыша и странного, неохотного уважения.       - Перестарался, парень, - проворчал я внутри Тошинори, наблюдая за тем, как Мидория судорожно схватился за правую кисть. - Слишком много дури в один сустав. Это тебе не холодильники на пляже таскать.       Айзава окинул взглядом притихших студентов и убрал планшет. - Что ж... Результаты приемлемые. На сегодня никто не будет отчислен. Это была лишь рациональная уловка, чтобы заставить вас выложиться на полную.       По полю пронесся коллективный вздох облегчения, переходящий в радостный гул. Но Мидория не праздновал. Он медленно подошел к преподавателям, стараясь не кривиться от пульсирующей боли.       - Сенсей, а где здесь медпункт? - виновато спросил он, протягивая руку. - Я, кажется, палец сломал.       Средний палец на правой руке выглядел скверно: он заметно посинел и начал отекать.       - Я могу его проводить, Шота, - тут же вызвался Тошинори, делая шаг вперед. - А ты пока раздай бланки с учебным планом остальным. Мидория, тебя будет кто-то ждать?       Изуку обернулся к одноклассникам. Бакуго стоял поодаль, пиная камешек и делая вид, что ему глубоко плевать на происходящее.       - Бакуго! Подождешь меня? - крикнул Изуку.       Кацуки замер, медленно повернулся и посмотрел на сломанный палец Деку с видом человека, чей IQ только что оскорбили.       - Боже. Мы только первый день в академии, а ты уже что-то учудил, - прорычал он, скрещивая руки на груди. - Вали давай, пока я не добавил тебе еще пару переломов для симметрии.       Мидория неловко улыбнулся Тошинори: Ну, он согласен.       - Идем, юноша, - Тошинори повел его к главному корпусу.       Ночноглаз, до этого хранивший молчание, проводил их долгим взглядом. Он достал свой телефон, который вибрировал от новых уведомлений.       - Тошинори, - негромко позвал Сасаки, догоняя Яги. - Тебе не кажется, что твоему подопечному не хватает не только контроля, но и чувства самосохранения? Он поставил рекорд, но вывел себя из строя. Это не самый «аналитический» подход.       - Он просто учится, Сасаки, - ответил Тошинори, не сбавляя шага. - Иногда, чтобы понять, где находится предел, его нужно случайно перешагнуть.       - Ай, даже не начинай, - хмыкнул Лев. - Он просто азартный задрот. Весь в тебя.       Они шли по длинному светлому коридору академии. Шаги Тошинори отдавались гулким эхом, а Изуку шол рядом, стараясь не задевать травмированной рукой края пиджака.       Тошинори взглянул на распухший палец ученика и вздохнул. Семь лет преподавания научили его распознавать этот взгляд - смесь триумфа от выполненной задачи и осознания, что тело опять не успело за амбициями.       - И как давно ты начал ломать кости, юноша? - мягко спросил он.       Мидория замялся, разглядывая свои ботинки. - Я сломал палец на экзамене... и сейчас. Всего два раза.       - Будем считать это прогрессом, - усмехнулся Тошинори. - Хотя Исцеляющая Девочка, скорее всего, со мной не согласится. Послушай, тебе нужно учиться распределять нагрузку. Я попрошу Айзаву о помощи в твоих тренировках. Или, если хочешь, можешь спросить ты сам. Он, правда, будет ворчать про «нерациональность» и «проблемных детей», но обязательно поможет. Он ценит тех, кто осознает свои пробелы.       Изуку решительно кивнул, несмотря на боль. - Я сам. Я должен научиться просить о помощи, если хочу стать достойным преемником. - Он помолчал секунду и хитро взглянул на наставника. - Всемогущий-сан... Вы ведь специально подсказали Шинсо, что можно использовать других студентов?       Тошинори замер на мгновение, а затем приложил палец к губам, заговорщицки подмигнув. - Ну, скажем так, я просто напомнил правила. Но если бы он сам не догадался, Айзава бы тоже помог. Шота присматривался к нему еще со вступительного экзамена. Он любит таких... «неудобных» учеников. Эх... жаль, что я пропустил всё самое интересное, пока оформлял документы в учительской.       Мидория залился краской до самых корней волос и замахал свободной рукой. - Это даже к лучшему! Стыдно было - ужас!       - Всё настолько было плохо? - рассмеялся Тошинори.       - Хуже! - простонал Изуку. - Я ведь даже не понял, как раздавил тот мяч. Это было максимально неловко перед всем классом.       - Зато эффективно, - прокомментировал я внутри Тошинори. - Скажи ему, что в реальном бою злодеи не будут ждать, пока он перестанет стесняться. Шинсо сделал отличный тактический ход, а Изуку стал идеальным инструментом. Это и есть работа в команде.       Тошинори лишь покачал головой, глядя на смущенного подростка.       - Не переживай. В Юэй ты еще не раз окажешься в неловких ситуациях. Главное - результат. И то, что Бакуго сейчас сидит на скамейке и переваривает тот факт, что ты его обошел.       Они подошли к двери медпункта. Тошинори уже взялся за ручку, как вдруг остановился. - Кстати, Мидория. Постарайся не говорить Исцеляющей Девочке, что я поощрял твой бросок. Я еще хочу дожить до пенсионного возраста без дырки в голове от её трости.       Изуку хихикнул: - Могила, Всемогущий-сан.       Ночноглас идущий сзади прохрипел. Он явно смеялся с этой ситуации.       ==       Следующее утро началось для класса 1-А с грохота. Дверь кабинета распахнулась так, будто её вынесли направленным взрывом, и в проеме появился Яги-сенсей. На этот раз он не был в строгом костюме аналитика - на нем красовался его легендарный супергеройский наряд Серебряного века.       - Я ЗДЕСЬ! - прогремел Тошинори, сияя голливудской улыбкой. - Вхожу в класс как обычный человек!       - Боже... - простонал я в его подсознании. - Тоши, ты работаешь тут семь лет. Семь! Обычные люди не выбивают двери ногой, когда заходят на работу.       Тошинори, не обращая внимания на мой внутренний ворчливый монолог, прошествовал к трибуне. - Сегодня у нас особенный день, юные герои! - он щелкнул кнопкой на пульте. - Мы проверяем ваши костюмы!       Из стен с мелодичным лязгом начали выезжать пронумерованные чемоданчики.       - Ваши пожелания, поданные в заявках, были воплощены в жизнь лучшими мастерами факультета поддержки. Так что берите их и приходите на площадку Альфа! А Айзава-сенсей вас проводит. Жду вас на месте!       С этими словами он картинно выпрыгнул в окно.       - Тоши, там есть дверь! - рявкнул я.       ==       Изуку дрожащими руками открыл свой чемодан под номером 18. Внутри лежал костюм, который они обсуждал с мамой и Всемогущим несколько вечеров подряд. Никаких «ушек» на капюшоне, имитирующих прическу Всемогущего - Инко-юрист настояла, что её сын должен иметь собственное лицо, а не быть тенью кумира.       Костюм был темно-зеленым, из усиленного волокна, с укрепленными вставками на голенях (для того самого «стиля ног») и широким поясом для инструментов. Единственное, что осталось от первоначальной идеи - металлическая маска-респиратор, напоминающая улыбку.       - Эй, Деку, - Бакуго вышел из своей кабинки, застегивая оранжевые вставки на предплечьях. Его костюм выглядел агрессивно: огромные гранаты-накопители на руках внушали трепет. - Надеюсь, твой прикид не порвется в первую же минуту, как вчерашний мяч.       - Это разработка поддержки, Каччан, - Изуку поправил перчатку. - Должен выдержать.       ==       Студенты выходили из туннеля один за другим. Айзава стоял у входа, сложив руки на груди. Он выглядел еще более хмурым, чем вчера - видимо, отчет для Недзу о «сломанном пальце Мидории» дался ему нелегко.       Шото Тодороки шел последним. Его костюм был верхом функциональности: терморегулирующая ткань, способная выдерживать как экстремальный холод, так и запредельный жар, плотно облегала тело. На этот раз никакой ледяной корки, скрывающей левую сторону - Шото выглядел как молодой герой, полностью принявший свое наследие.       Зато на балконе мониторной комнаты послышался отчетливый щелк затвора.       - Поймала! - довольно прошептала Полночь, рассматривая свежий снимок на экране смартфона. - Тошинори в костюме Серебряного века на фоне сияющего Мидории. Это же готовая обложка для журнала «Учитель года»!       - Отправляй в общую группу, - буркнул Айзава, через коммуникатор, - Недзу просил фиксировать все «нестандартные взаимодействия». Хотя, по-моему, это просто очередной повод для Яги попозировать.       В закрытый чат преподавателей «Архив наблюдений за Символом» улетело сообщение: «Объект Яги сменил маскировку на классическую. Вероятная цель: психологическое давление на оппонентов. Ученик №18 демонстрирует критический уровень обожания. Айзава ставит на то, что здание не достоит до конца урока».       ==       На полигоне Альфа к 1-А присоединился класс 1-Б во главе с Кан Секиджиро (Владом). Атмосфера мгновенно накалилась: два класса начали присматриваться друг к другу, попутно тестируя подвижность суставов, прочность ткани и работу встроенных механизмов своих костюмов. Кто-то проверял систему охлаждения, кто-то - аэродинамику плащей.       Тошинори расхаживал между студентами, делая пометки в планшете и время от времени поправляя кому-то ремень или давая совет по балансировке веса.       - Тоши, глянь на них, - хмыкнул я. - Они выглядят как рождественские елки, которые пытаются научиться драться. Половина этих рюшечек отлетит при первом же серьезном столкновении.       - Не порть праздник курсам поддержки. Они больше всех ждут первогодок. - Обреченно вздохнул он мысленно. - Но ты прав, большую часть костюмов переделают в течение 2х занятий. Так что фиксируем изменения.       - Давай поменяемся. Ты опять смажешь кадры.       - Как скажешь.       Под конец урока, когда студенты, вспотевшие и слегка помятые после тестов, выстроились в общую шеренгу, Тошинори вышел в центр.       - Итак! - прогремел он, и его голос отразился от бетонных стен. - Теперь, когда вы на практике поняли, что мешает движениям, а что стоит переделать, составьте подробный список корректировок и отправьте их в отдел поддержки. Ваши классные руководители помогут вам с оформлением заявок. Но помните: костюм - это не только защита.       Он сделал эффектную паузу, и даже Айзава перестал что-то строчить в своем планшете, подняв голову.       - Что касается вашего вооружения, - продолжил Тошинори, - это может быть всё что угодно, включая пистолет с транквилизаторами.       С этими словами он легким, отработанным движением извлек из кобуры на бедре тяжелый тактический пистолет. По полигону пронесся коллективный вздох ужаса. Студенты застыли, как вкопанные. Мидория округлил глаза, а Бакуго даже перестал жевать свою жвачку.       - На огнестрел нужна лицензия и справка у психолога, - спокойно пояснил Всемогущий, даже не глядя на оружие.       Бах! Бах! Бах!       Три пластиковые пули с сухим стуком вогнали центр мишени в дальнем конце комнаты внутрь металлического каркаса. Кучность была идеальной.       - И на холодное оружие - тоже.       Одним слитным движением, которое невозможно было отследить глазом, он выхватил из-за спины боевой нож. Короткий взмах - и лезвие с сочным звуком вошло в ту же мишень, аккурат между пулевыми отверстиями.       - На этом урок окончен. Сдавайте инвентарь и свободны.       Тошинори развернулся и зашагал к выходу, оставив за спиной два застывших в шоке класса и Айзаву, который прикрыл лицо рукой.       - ХА-ХА-ХА! - я буквально задыхался от хохота в глубине его сознания. - Тоши, это было легендарно! Ради этого я семь лет назад зудел тебе на ухо, чтобы ты пошел и сдал на все эти лицензии! Только ради этих лиц! Ты видел челюсть Ииды? Она чуть бетон не пробила! А Мидория? Он же сейчас начнет конспектировать марку твоего пистолета! ХА-ХА-ХА!       - Ты просил меня быть современным учителем, - мысленно отозвался Тошинори, пряча оружие. - Кажется, современность - это очень громко и немного пугающе.       - Это эффективно, Тоши! Это чистое доминирование аналитического ума над подростковым пафосом. Пять баллов!       В чат преподавателей «Архив наблюдений за Символом» мгновенно прилетело видео от Полночи с подписью: «Объект Яги перешел к демонстрации огневой мощи. Студенты 1-А и 1-Б коллективно ушли в астрал. Недзу, выделите бюджет на психолога для детей... и на новый стол для меня, я свой только что от удивления коленкой подбила».       ==       В учительской стояла та самая атмосфера «послебури», когда преподаватели наконец-то могли выдохнуть и обсудить безумства первого дня. Айзава, всё ещё не снимая своего спального мешка, привалился к стене и задумчиво вертел в руках пустую чашку из-под кофе.       - Знаете, я, конечно, сам говорил, что детям нужно показать все ужасы и тяготы героики... - Шота сделал паузу, и его глаза на мгновение расширились. - Но когда Символ Мира, даже не глядя в сторону мишени, пускает три пули ровно в центр, а следом вгоняет туда нож - становится реально страшно. Причем не только студентам.       Влад (Кан Секиджиро) тяжело опустился в кресло напротив, вытирая пот со лба. - Мне кажется, или он стал ещё более метким после той демонстрации три года назад? Тогда он хотя бы целился дольше секунды. А сегодня... это было похоже на какое-то сверхъестественное предчувствие.       Немури (Полночь) довольно закинула ногу на ногу, перелистывая на планшете те самые фотографии, сделанные на полигоне. - Это каждый раз впечатляет, - промурлыкала она. - Тошинори в амплуа «тактического спеца» - это особый вид эстетики. Вы видели лица детей из 1-Б? Они теперь будут спать с учебником по баллистике под подушкой.       Айзава резко выпрямился, уставившись на коллег: - Стойте... Вы хотите сказать, что это не первый раз происходит? Он что, каждый год устраивает это шоу с пушками?       Цементос, до этого тихо перебиравший отчеты, издал короткий смешок: - Не надо было отчислять три года подряд всех своих учеников в первый же день, Шота. Может, тогда и ты бы это увидел раньше. Он проводит такие «уроки реальности» регулярно, просто ты обычно к этому моменту уже сидел в пустом классе и заполнял документы об исключении.       - ХА-ХА-ХА! - Я в голове Тошинори буквально задыхался от восторга, пока сам Яги мирно заваривал себе чай в углу комнаты, делая вид, что не слушает коллег. - Тоши, ты слышал? Цементос тебя официально оправдал! «Уроки реальности»! Шикарный термин для того, чтобы оправдать твое желание пострелять пластиком по железкам!       - Это часть программы, - мысленно отозвался Тошинори, хотя уголки его губ невольно дрогнули. - Герой должен быть готов к тому, что его причуда может отказать. И тогда нож и транквилизатор - его лучшие друзья.       - Да-да, рассказывай это Айзаве, - хмыкнул я. - Смотри, он на тебя так смотрит, будто хочет стереть твою меткость одним взглядом. А Сасаки-то как был прав... ты действительно становишься опасным наставником.       Тошинори обернулся к коллегам, лучезарно улыбнувшись: - Коллеги, я просто считаю, что современный герой должен быть многогранным! Кстати, Шота, у тебя в этом году очень перспективные ребята. Особенно тот мальчик, Мидория... Он так внимательно смотрел на марку пистолета, что я почти уверен - к завтрашнему утру у него в тетрадке будет чертеж затворной задержки.       Айзава только вздохнул и снова залез в мешок по самые уши. - Помяните мое слово, - пробурчал он оттуда. - С твоими методами и его фанатизмом мы к концу семестра будем закупать патроны ящиками.       - Нет. Когда они увидят требования на получение лицензии, то будут плакать кровавыми слезами из-за объема данных. - хмыкнул я, а Тошинори, а тот повторял. - На следующем занятие у половины будет взгляд полный обреченности, так как сложность экзамена выше, экзамена ЮЭЙ на 120 процентов.       ==       Тошинори стоял на краю центральной площади USJ, и хотя его лицо озаряла привычная белоснежная улыбка, внутри него бушевал шторм. Ястреб, лениво парящий рядом и удерживающий целое облако перьев, которые пригвоздили рядовых злодеев к земле, бросил на напарника любопытный взгляд.       - Знаешь, Тоши-сан, - протянул Кейго, поправляя наушник, - твой «сюрприз» оказался на редкость своевременным. Если бы не твои транквилизаторы, этот парень с руками на лице успел бы натворить делов. Да и портальщик выглядел опасным.       Айзава, который только что приготовился прыгать в толпу врагов, медленно опустил очки на шею. Его взгляд метался от спящего Шигараки к Тошинори. - Ты привел второго героя из топ-3 на обычную тренировку по спасению, - констатировал Сотриголова. - И при этом «не знал» о нападении? Яги, ты либо худший лжец в мире, либо ванга.       - Скорее, у него есть очень ворчливый навигатор в голове, - хмыкнул я. - Тоши, не расслабляйся. Курогири спит, Шигараки спит, но где-то тут должен быть их главный «сюрприз». Тот самый, которого готовили специально под тебя.       Тошинори едва заметно кивнул, продолжая мысленный диалог: «Лига злодеев... Прикрытие для Все За Одного. Ты сказал, что он жив. Если это так, то мир в гораздо большей опасности, чем мы думали все эти семь лет».       - Именно поэтому мы здесь, - отозвался я. - Смотри на ту гору мышц с открытыми мозгами возле фонтана. Это Ному. Он не спит от транквилизаторов, потому что его нервная система - это каша. Ястреб, займись мелкими, Ному оставь нам.       Мидория, стоявший в группе учеников, восторженно и одновременно испуганно смотрел на учителей. - Сенсей, с вами всё в порядке? Вы... вы выглядите очень серьезным.       Тошинори вздрогнул, возвращаясь в реальность. Он посмотрел на Изуку, на Бакуго, который уже рвался в бой, на Шото, готового заморозить половину купола. Он глубоко вздохнул, и его плечи расправились, заполняя пространство той самой аурой непобедимости.       - Не волнуйтесь, юноши и девушки! Всё будет хорошо, потому что я здесь! - Его голос прогрохотал под куполом, мгновенно успокаивая панику.       - Ты... Боже, забудь, - я мысленно закрыл лицо руками. - Семь лет преподавания аналитики, лицензия психолога, пистолеты, ножи... и всё равно «Я здесь!». Ладно, пафос - это тоже оружие. Давай закончим с этой птицей-переростком, пока она не решила, что пора ужинать.       - Ястреб! - скомандовал Тошинори, срываясь с места. - Обеспечь эвакуацию детей к выходу! Айзава, прикрой тыл! Я займусь этим существом!       Ястреб коротко свистнул: - Понял, босс! Эй, молодежь, за мной, если не хотите попасть под раздачу!       Тошинори летел к Ному, и в его кулаке уже концентрировалась мощь, которую он сдерживал годами. «Раз он жив... - подумал он, - значит, мне нужно быть еще сильнее, чем раньше».       - Вот это правильный настрой, - одобрил я. - Бей его в челюсть, Тоши! На вылете добавь пять процентов импульса. Сделаем из него образец для твоего класса по теме „Анатомия поражения сверхмощных целей“!       ==       Воздух в палате был стерильным и тяжелым, пропитанным резким запахом антисептика и озона. Единственным звуком в этой белизне был мерный, раздражающий писк монитора, фиксирующего пульс (пик... пик... пик...) ритм, под который Томура Шигараки медленно возвращался в сознание.       Он открыл глаза. Потолок слепил. Тело казалось налитым свинцом, а в сгибе локтя ощущалось холодное жжение капельницы. Томура попытался пошевелить пальцами, но рука была зафиксирована.       - Не двигайся, - раздался спокойный, глубокий голос. - Капельница слетит, замучаюсь ставить.       Шигараки резко повернул голову. В углу, в глубоком кожаном кресле, сидел Тошинори Яги. На нем не было геройского костюма - только строгий серый жилет и белая рубашка с закатанными рукавами. На коленях лежала раскрытая книга, а на переносице поблескивали очки для чтения. Он не смотрел на Шигараки, он просто перевернул страницу. Шлепок бумаги о бумагу в этой тишине прозвучал как выстрел.       Для Томуры это было страшнее любого удара. Всемогущий, который не улыбается, не кричит о справедливости, а просто... читает. Как будто злодей на больничной койке - лишь досадная пауза в его расписании.       - Где... Курогири? - голос Томуры треснул, как сухая ветка.       - С ним всё хорошо. Сидит под охраной, - Тошинори наконец поднял взгляд. Его глаза, скрытые за стеклами очков, казались бездонными. - Тебе вкололи сыворотку правды в малых дозах. Не для допроса, скорее для того, чтобы ты не тратил силы на ложь. Тебе сейчас нужно беречь энергию.       Тошинори заложил страницу ленточкой-закладкой и снял очки. - Сколько тебе лет, Томура? Выглядишь слишком молодым для главы такой группировки.       - Двадцать, - невольно ответил Шигараки, поморщевшись.       - Мне будет пятьдесят в этом году, - Яги чуть подался вперед, облокотившись на колени. - Разница в тридцать лет. И ты пришел в мою школу, чтобы «выяснить, насколько я слаб». Знаешь, это почти комплимент. В пятьдесят лет любой человек слабее, чем в двадцать. Но твой Сенсей... он ведь не предупредил тебя, что я перестал быть просто бойцом семь лет назад?       Тошинори замолчал, давая тишине снова заполнить палату. Писк монитора участился - пульс Шигараки начал расти.       - Тебя используют, Томура. И я даже знаю, кто. Твой Сенсей... он ведь убил мою наставницу, Нану Шимуру.       Шигараки дернулся, его пальцы впились в простыню. - Бабушка... - сорвалось с его губ. Это был выдох, полный детской, нерациональной боли, которая хранилась глубоко под слоями злобы.       Тошинори не вскочил. Он даже не изменил позы, но его лицо стало еще бледнее. - Значит, Котаро Шимура всё-таки был твоим отцом, - прошептал он. - Он нашел тебя. Нашел единственного выжившего из семьи Наны и превратил его в оружие против меня. Какая изощренная жестокость... даже для него.       Шигараки смотрел на свои руки, на которых теперь были аккуратные пластыри вместо расчесанных ран.       - Я их убил, - мертвым голосом произнес он. - Всех. Когда причуда проснулась. Он спас меня и дал имя.       - Он дал тебе поводок, - Тошинори встал. Его фигура на мгновение закрыла свет из окна, отбрасывая длинную тень на кровать Томуры. - Ты считаешь это выбором? Считаешь, что всё, что ты делаешь - это твое желание? Посмотри на эти пластыри. Даже сейчас ты хочешь чесаться от тревоги, которую он в тебя вложил.       Яги подошел к тумбочке и положил на нее пару специальных перчаток с открытыми кончиками двух пальцев. - Я выйду через пятнадцать минут. Пойду за чаем. Мои коллеги в это время будут «заняты» оформлением документов в другом крыле. Курогири знает, где ты.       Шигараки недоверчиво уставился на него…       - Вы... даете мне уйти? После всего?       - Я даю тебе шанс подумать, - Тошинори остановился у двери. - В твоем возрасте я только начинал понимать, что такое ответственность. А ты уже возглавляешь легион теней. Это мой провал как Символа, Томура. Я позволил такому ребенку, как ты, остаться в темноте.       Он на мгновение закрыл глаза, и я почувствовал, как он передает мне управление. Осанка Тошинори стала жестче.       - И передай своему «благодетелю», - сказал я его голосом, но с моими интонациями. - Что я уже передал свою причуду. Он опоздал. Я выстроил систему, которая выживет и без меня. Символ - это больше не один человек с большой улыбкой. Это механизм.       Я посмотрел на Томуру через плечо: - Найди Даби и Тогу Химико. Они потерянные дети, такие же, как ты. Присмотри за ними. Не как лидер злодеев, а как человек, у которого теперь есть выбор. Выздоравливай.       Дверь тихо закрылась. В палате снова остался только мерный писк монитора, но теперь Шигараки Томура слушал его, глядя на перчатки на тумбочке.       ==       Малый конференц-зал Юэй казался слишком тесным для такого количества героев. Воздух был тяжелым, спертым, пропитанным запахом остывшего кофе и дешевого мела. Недзу сидел во главе стола, постукивая когтем по фарфору чашки. Ритмичный, раздражающий звук. Цок. Цок. Цок.       - Приветствую. Сегодня без протокола, - голос директора был лишен привычной игривости. - Вопрос безопасности. У нас шпион.       В комнате будто выкачали кислород.       - Предатель? - Тошинори выпрямился, его плечи под пиджаком напряглись так, что ткань затрещала.       - Информатор среди учеников, - отрезал Недзу. - Данные из USJ ушли изнутри. Это факт.       За столом взорвалось.       - Да это бред! - выкрикнул Сущий Миг, ударив ладонью по столу. - Дети? Это же дети!       - Рациональнее предположить утечку через серверы, - прохрипел Айзава, но его глаза, красные от недосыпа, бегали по лицам коллег. Он уже проверял в уме списки своего класса.       - Мои камеры ничего не зафиксировали, - подал голос Эктоплазм. - Либо он профи, либо...       - Либо мы им слишком доверяем! - отрезала Полночь.       Тошинори не слышал их. Перед его глазами поплыли лица. Изуку. Шинсо. Урарака. Бакуго. Дети из его класса. Из других классов. Каждый из них. Он видел, как они смеются, как вытирают пот после тренировок, как искренне стремятся стать героями. И теперь кто-то из них... продает их жизни?       Паника поднялась из глубины его сознания, как ледяная волна.       -Кто? Кто из них? Я семь лет учил их стратегии, я давал им ключи к пониманию мира... Неужели я сам вооружил врага?!       Его пальцы, лежавшие на дорогой ручке «Монблан», побелели.       - Тоши, дыши, - мой голос в его голове прозвучал как удар хлыста. Холодный. Ровный. Чужой.       - Они подозревают детей! Моих учеников! - мысленно крикнул он.       - Прекрати, - я буквально заставил его ментально «сесть». - Твоя паника - это подарок для шпиона. Смотри на факты, а не на эмоции. Твои подозрения сейчас - это просто страх ответственности. Успокойся. Анализируй.       - Как я могу анализировать, если...       ХРУСТЬ.       Звук лопнувшего пластика и металла заставил всех замолчать. Дорогая ручка в руке Тошинори разлетелась на куски, чернила густыми каплями потекли по пальцам, пачкая стол и манжеты.       Преподаватели замерли, глядя на побелевшего Всемогущего. В тишине было слышно только, как тяжелая капля чернил упала на пол.       Кап.       - Простите, - голос Тошинори был сухим, как пергамент. - Ручка была некачественной.       Он медленно разжал ладонь, высыпая обломки на стол.       - Директор, - Яги поднял взгляд. Его глаза снова стали холодными, аналитическими, какими они были последние семь лет. - Фестиваль через две недели. Если мы начнем проверку сейчас - мы сорвем его и покажем врагу, что мы напуганы.       - Правильно, - одобрил я. - Тормози их. Нам нужно время, чтобы я мог отсеять лишних.       - Мы проведем фестиваль, - продолжал Тошинори, игнорируя чернильное пятно на ладони. - Но мы изменим систему мониторинга. Я возьму на себя наблюдение за «нестандартными» действиями.       Недзу тонко улыбнулся. - Именно это я и хотел услышать, Яги-кун. Работаем.       Тошинори встал. Он чувствовал, как я внутри него уже начинаю перебирать досье, выстраивая логические цепочки.       - Мы найдем его, Тоши, - пообещал я. - Но не через гнев. А через математику вероятностей. Пошли. У нас много работы.       ==       Для Тошинори Фестиваль перестал быть праздником и превратился в гигантскую таблицу данных. Он сидел в застекленной лоджии для персонала, которую педагоги в шутку называли «аквариумом». Перед ним горела стена мониторов, транслировавшая каждый вздох учеников.       - Смотри на камеру четыре, - прошептал я, когда на экране Бакуго и Мидория столкнулись в финальных раундах. - Видишь? Кацуки перестал просто орать. Он выжидает. Он анализирует замах Изуку. Твои лекции по стратегии прорастают в них ядовитыми цветами.       Тошинори не ответил, он делал пометки в планшете. Его взгляд метался между показателями пульса студентов и тепловыми картами арены. Для него этот Фестиваль был проверкой не силы, а контроля. Изуку больше не ломал руки - он филигранно распределял пять процентов, работая на износ, но оставаясь в строю.       - Они растут, - тихо произнес Тошинори, поправляя очки. - Но я всё равно ищу того, кто смотрит в слепые зоны камер. Предатель не будет побеждать, он будет наблюдать.       Фестиваль промелькнул чередой ярких кадров: лед Тодороки, искры Один за Всех, триумфальный оскал Бакуго на пьедестале. Но для нас это была лишь прелюдия.       Темп сменился мгновенно.       20:14. Экран смартфона Тошинори вспыхнул сообщением от системы мониторинга героев. «Хосу. Нападение. Объект: Ингениум».       - Старатель уже там, - отрезал я. - Я зудел ему про «Убийцу Героев» последний месяц. Если он не идиот, он на месте.       20:16. Переулок в Хосу. Тенсей Иида (Ингениум) едва успел среагировать. Пятно выскочил из тени, как оживший кошмар. Металл меча лязгнул о броню героя. Тенсей почувствовал, как паралич начинает сковывать конечности - одна царапина, и всё кончено. Штейн занес клинок для решающего удара в сочленение доспеха.       20:17. Вспышка. Воздух в переулке мгновенно нагрелся до тысячи градусов. Это не был пожар - это был направленный огненный копьевидный удар.       Старатель не «прибыл на место». Он ворвался в него. Без лишних слов, без пафосных выкриков. Один мощный захват - и рука Убийцы Героев, сжимающая меч, оказалась в стальных тисках Энджи. Пламя охватило одежду злодея, заставляя его отпрянуть.       - Ты опоздал с приговором, - прорычал Старатель. Его лицо, подсвеченное огнем, выглядело пугающе спокойным. - Ингениум, уходи в сторону. Полиция за углом.       20:19. Все кончено. Убийца Героев, чей миф строился на внезапности и страхе, лежал на асфальте, прижатый к земле весом Номера Два. Без поддержки Ному, без хаоса в городе, он был просто сильным бойцом против абсолютного доминирования огня.