Звон бокалов, стук каблуков

Края бокалов соприкоснулись, раздался звон. Забылась. Так перед самой собой отчитывалась Лебедь после всего, но сейчас она искренне наслаждалась моментом. Лёгкая улыбка на губах, несколько приятных слов — и вот они ещё на шаг ближе друг к другу. Если бы только Лебедь могла прямо сейчас получить желаемое, аккуратно поддеть упаковку и заглянуть в скрытый от её глаз подарок. Так сложно удержаться от глупостей и не открыть его прямо сейчас. Но всему своё время, повторяла она себе, а горький напиток из чужих грёз волнами обжигал изнутри. Предвкушение приближающейся разгадки будоражило до кончиков пальцев, и лишь холодный бокал помогал ей сдержаться. Лёгкое прикосновение — будто бы случайное, но Лебедь всё равно успела ощутить тепло чужой руки, и как бы ей хотелось ощущать его чуть дольше. Намного дольше. — Что скажешь? — Ахерон не сводила с неё внимательного взгляда, цвет её глаз переливался синевой огней, заманивая окунуться в их бездонный омут. — М-м-м, — протянула Лебедь, распробовав её вопрос на губах. Как она могла отказать такой девушке? Её ладонь сама легла в протянутую тёплую ладонь, каблуки скрипнули по натёртому паркету. Всего один шаг, и они уже были так близко, что Лебедь невольно облизнулась. Где-то там, в этом бездонном омуте напротив, хранится столько сладких, желанных воспоминаний — только прильни и узнаешь. Мелодия вела их, заставляла прижиматься ближе, чтобы поспевать за ритмом, а тонкие каблуки стучали в такт их сердцам. Цок. Цок-цок. Цок-цок-цок. Тёплые пальцы скользнули по её спине, сжались на пояснице, заставляя выгнуться, и Лебедь подчинилась им, ведь в их игре выигрывает не тот, кто ведёт. К тому же, прикосновения Ахерон были до одури приятными. Жар в груди растекался по всему телу, мир грёз таял перед глазами, уступая место воспоминаниям. Чужим и столь желанным, что Лебедь не сумела сдержать вздох. Ахерон скользнула по ней взглядом, но и не подумала остановиться. Добыча, которая мнит себя хищником, и Лебедь не желала её в этом переубеждать. Дело Хранительницы памяти — всегда оставаться незаметной, как чёрный лебедь скрываться от чужих глаз и украдкой подбирать ключ к чужим воспоминаниям, чтобы сохранить их, познать и удовлетворить неуёмное к прошлому любопытство. А за те воспоминания, что таила в себе «рейнджер» Ахерон, Чёрный Лебедь была готова отдать всё что угодно. В пределах разумного, конечно, убеждала себя она. Их «рондо» почти подошёл к завершению. Времени на раздумья не осталось. В груди кольнуло, и Лебедь прижалась к Ахерон, будто желая согреться. Её губы невольно дрогнули, приоткрывшись, прижались к тонким, словно нить, губам. Целовать в её деле было необязательно, но Лебедь не смогла удержаться. Такие красивые девушки как Ахерон ей встречались не часто, и упускать недоступный редкий цветок не хотелось. Жар поцелуя будоражил так непривычно, что Лебедь не сразу заметила, как чужие воспоминания открылись ей. Не заметила она и того, что скрывалось за ними. Лебедь ошарашенно распахнула глаза. Ничего. Сладкая нега утекла вместе с отзвуками музыки. Тепло чужого тела, прижимающегося к ней, в миг исчезло, будто наваждение. Лишь страх холодной корочкой покрывал каждую клеточку тела, пробираясь до самого сердца. У Ахерон не было никаких воспоминаний. У неё попросту не могло их существовать. Пустота, да и только. Тело Лебедь дёрнулось, желая убежать как можно дальше, скрыться от опасности, но сильные руки не позволили ей этого сделать, лишая чёрных крыльев, спрятанных глубоко внутри. Бездонный омут вглядывался в неё, желая поглотить все воспоминания, что Хранительница памяти таила в себе. И страх, давно ей не знакомый, пронзал изнутри тонкими иглами, впиваясь под кожу, забирая то, чем она дорожила больше всего. Загадка, которую Лебедь так жаждала разгадать, в миг обернулась её роком. Женщина, которая впервые за долгие годы пришлась ей по сердцу, оказалась её роковой звездой. Чёрный Лебедь желала узнать её самые сокровенные воспоминания, но столкнулась лишь с тем, что существовало полной противоположностью Памяти, было её проклятьем и, своего рода, смертью. И имя ей — Небытие.