***
18 марта 2026 г., 13:00
Люди боятся конца света. Даже несмотря на то, что представляют его как один короткий миг — вспышку, взрыв, что-то, что наступает быстро и заставляет всё смолкнуть навсегда. Но правда в том, что конец света не происходит за один день. Он может длиться годами.
Мы живём в нём уже давно. С того дня, как океан разверзся и из его глубин вышли монстры. Мы называем их кайдзю — гигантские ящеры со светящимися глазами и непреодолимой жаждой разрушения. Они выходят из воды, стремительно и неумолимо, словно сама планета извергает их на поверхность, чтобы напомнить нам о нашей хрупкости.
После первых же атак мир изменился навсегда. Не сразу, но правительства смогли создать мехи — огромные человекоподобные машины, способные противостоять кайдзю. А вместе с ними появилась технология дрифта — нейросинхронизация с напарником — потому что одному человеку не под силу управлять мехой. Войти в дрифт — значит открыть напарнику свою память, все свои мысли и страхи, стать с ним единым целым. Он увидит всё, что видел ты, почувствует то же самое, а еще в дрифте невозможно солгать.
Тогда мы с Юнги неожиданно обнаружили своё новое призвание. Мы стали пилотами мехи — КОТаклизма. Сначала мы были для всех героями. А потом, когда люди привыкли к новой реальности, мы все чаще становились крайними. Ведь в битве невозможно не разрушить ни одного здания и избежать человеческих жертв тоже невозможно.
Кайдзю всё ещё приходят. Они всё так же разрушают города, как бы мы ни старались, потери колоссальны, и будущее выглядит всё более расплывчатым. Люди всё ещё боятся конца света. А я боюсь совсем другого. Я боюсь, что однажды с очередной вылазки КОТаклизм не вернётся на базу. Что моё сердце остановится где-нибудь посреди разрушенного города. И тогда я так и не успею сделать одну важную вещь. Наконец увидеть тебя и сказать, что люблю.
***
Мы познакомились в одну из ночей нападения. Маршал сказал, что сегодня справятся без нас, и мы с Юнги остались на базе. Я не находил себе места. Пока мой напарник спокойно лежал на кушетке, закинув руки за голову, я мерил шагами комнату, чувствуя, как внутри нарастает знакомое раздражение. Беспомощность — самое отвратительное чувство на свете. Ещё немного — и я бы начал крушить стены. Или, что вероятнее, совершил бы несанкционированный рейд на КОТаклизме. Юнги тяжело вздохнул. — Дай мне свой телефон, — тихо сказал он. Я остановился. — Чего? — Телефон. Дай. Он посмотрел на меня так, что даже без входа в дрифт я мог почти услышать его мысли: «Могу сейчас встать и заставить тебя силой, но мне лень». Я закатил глаза и протянул ему телефон. Юнги взял его и начал что-то усердно печатать. Потом на мгновение поднял взгляд, прищурился и внимательно всмотрелся в меня. После чего снова уткнулся в телефон. Через минуту он протянул его обратно — на экране было открыто приложение под названием Harbor. — Что это? — Создал тебе аккаунт в соцсети, — спокойно ответил Юнги. — Люди там помогают друг другу справляться с последствиями нападений, делятся опытом… иногда просто пишут, чтобы не поехать крышей после сигнала тревоги. Я посмотрел на имя профиля и приподнял бровь. — «Кролик Переросток»? Серьёзно? Юнги даже не повернул голову. — А в чем я не прав? — Вообще-то, я профессиональный пилот… — Ты гиперактивный кролик, который прыгает по комнате и не даёт мне уснуть, — лениво уточнил он. Я открыл рот, чтобы возразить… и закрыл. С этим недовольным котом спорить было бесполезно. Мало того что он упрямый, так ещё и знает меня слишком хорошо — ещё с тех времён, когда мы даже не входили в дрифт. Иногда Юнги понимал, что мне нужно, раньше, чем я сам. Он потерял интерес к разговору и отвернулся к стене. — Спокойной ночи, Чонгук-и. — Ага, — пробормотал я. Забравшись на верхний ярус кровати, я уставился в экран. Некоторое время просто смотрел, а потом, сдавшись, поставил на аватарку первого попавшегося кролика и начал листать ленту. Harbor оказался странным местом. Чем-то похожим на старые соцсети, только тема у всех была одна: кайдзю и разрушения. Кто-то писал о новых нападениях, кто-то вспоминал старые. Одни рассказывали, как изменилась повседневная жизнь, другие искали потерянных близких, третьи скорбели по ним. Конечно, попадались и посты о том, что во всём виноваты пилоты. Их я даже не открывал — чего я там не видел. Я уже собирался закрыть приложение. Если честно, легче от него не становилось. Чужая боль только сильнее напоминала, что, даже управляя мехой, невозможно спасти всех. Но тут мне попался новый пост. Плюшевый Мишка Что делать, если звучит сигнал тревоги, а вы начинаете паниковать? Не паникуйте. Не помогает? Странно. Ладно, спуститесь в убежище и сделайте глубокий вдох на четыре счёта. Потом такой же длинный выдох. И повторяйте, пока не станет легче. Посмотрите вокруг. Найдите пять предметов и назовите их. Пять запахов. Пять звуков. Пейте воду. Заземлитесь. Почувствуйте, что вы живы. Это состояние уже покруче, чем у кайдзю — ведь их там сейчас наверху знатно метелят. И главное, помните: вы не одни! Вы всегда можете написать комментарий под моим постом и найти незнакомца, с которым можно поговорить. Я улыбнулся и сразу перешёл на страницу этого пользователя. У него было много подписчиков и ещё больше воодушевляющих постов. В море чужого горя этот аккаунт выглядел как маяк, который тихо направляет людей, чтобы они не разбились о собственный страх. Я прочитал ещё несколько записей. Везде парень старался шутить: рассказывал, что брать с собой в бункер, как понять, что у вас паническая атака, как развлечь ребёнка, если он потерял родителей и вы случайно оказались с ним в одном убежище. И меня не отпускало странное ощущение. Посты были немного сумбурными. Появлялись почти всегда после атак. Будто человек писал не теорию, а реальные истории. Но при этом его спокойствие и лёгкость… подкупали. Я сам не заметил, как открыл личные сообщения для Плюшевого Мишки и застыл. Чувствовал непреодолимое желание написать человеку, который нашёл способ помогать другим, не имея ни мех, ни сверхчеловеческой силы, но понятия не имел, что написать. Несколько раз набирал сообщения: просто здоровался, писал о своих наблюдениях, хвалил его посты и каждый раз стирал. Пока палец случайно не соскользнул, когда я удалял очередную недомысль, и сообщение отправилось.Кролик Переросток
Пр
Он ответил почти сразу. Плюшевый Мишка ?Кролик Переросток
Простт
Я быстро выключил телефон. Сердце бешено колотилось. В жизни мне никогда не было сложно начать разговор. Лёгкая улыбка, пара комплиментов — и люди обычно начинали таять. Я знал, что внешне произвожу очень хорошее впечатление. Но в переписке… В переписке мне нечем было крыть, или прикрыться, и я почувствовал себя почти голым. И в тот момент одновременно хотелось двух противоположных вещей: чтобы он продолжил разговор, и чтобы он никогда не ответил, а мой позор был забыт в череде тысячи входящих сообщений, которые, я уверен, он получает. Через минуту телефон завибрировал. Я несколько секунд медлил, прежде чем всё-таки открыть сообщение. Плюшевый Мишка Классное имя. Ты поставил его просто так или за этим стоит какая-нибудь смешная история? Я моргнул. Вот такого вопроса я точно не ожидал.Кролик Переросток
Друг придумал. Он уверен, что я
буквально воплощение этого вида кроликов.
Плюшевый Мишка Я рад, что ты умеешь общаться полными предложениями. Я перевёл взгляд на своё сообщение выше и тихо выругался. Даже извинение умудрился написать криво.Кролик Переросток
Обычно я не такой. Но сегодня,
кажется, день моего тотального позора.
Плюшевый Мишка Не переживай, мне показалось это милым. Ты сейчас в бункере? Я машинально осмотрел нашу с Юнги комнату. На базе пилотов всё было предельно функциональным. Мы называли это домом, но на самом деле здесь почти ничего не принадлежало нам. Металл, бетон, провода и воспоминания, переплетающиеся в дрифте. Но даже это не шло ни в какое сравнение с тем, что чувствуют люди, сидящие в сырых подвалах, когда над их головами гремит бой.Кролик Переросток
Нет. До того места, где я нахожусь, сражения редко доходят.
Плюшевый Мишка Везет. Тогда что привело тебя сюда среди ночи? Обычно люди заходят в Harbor, когда им страшно. И делятся на два типа: те, кто это признаёт, и те, кто храбрятся. К какому типу относишься ты?Кролик Переросток
К третьему?
Плюшевый Мишка Хитро. И что же это за третий тип такой? Кролики Переростки? Я тихо рассмеялся, и Юнги недовольно заворочался. Я понизил в телефоне яркость и ответил:Кролик Переросток
Те, кто не могут усидеть на месте.
Плюшевый Мишка Скачут как кролики? Может, в поисках морковки? Я невольно вспомнил слова Юнги и усмехнулся. Что же это за медвежонок по ту сторону экрана такой забавный?Кролик Переросток
Ты даже не представляешь.
Плюшевый Мишка Так расскажи. В тот вечер всё изменилось. Сначала мы переписывались только во время атак. Потом начали писать друг другу по ночам, когда я не мог уснуть. А со временем переписка стала частью моей жизни — чем-то таким же привычным, как тренировки или вход в дрифт. С Медвежонком было легко. Наверное, потому что он изначально был незнакомцем. Иногда проще выложить всё как на духу человеку, которого никогда не видел. Сказать то, что не скажешь друзьям, напарнику, людям вокруг. В самом начале мы договорились: никаких имён, никаких фотографий, никакой личной информации, по которой можно было бы узнать, кто мы в реальной жизни. Тогда это казалось правильным. Правило помогало расслабиться. Можно было говорить честно, не думая о последствиях. Но со временем эти правила превратились в оковы. Особенно остро я это ощутил, когда Медвежонок вдруг написал, что любит меня. Это было так неожиданно. Но самое странное то, что у меня даже не возник вопрос, как можно полюбить человека, которого почти не знаешь. Потому что я тоже любил. Во время нашего общения между строк сообщений я научился улавливать перемены его настроения. Я обожал его шутки в постах, а потом невероятные истории в личных сообщениях. Мне безумно нравилось то, что не считая первого раза, мне никогда не нужно было придумывать темы для разговора, ведь с Медвежонком было так хорошо и естественно. После того признания он пропал на неделю. Самая длинная неделя в моей жизни. Сначала я просто писал сообщения, пытаясь начать разговор. Потом, не получив ни одного ответа, спрашивал, все ли у него хорошо и просил выйти на связь. И вдруг понял одну неприятную вещь: если с ним что-то случится, я никогда об этом не узнаю. Я не знал ничего такого, что помогло бы найти его и спасти. И от этого внутри становилось холодно. Но через неделю он вернулся. Оказалось, ему стало стыдно за свою «выходку» — он написал признание, когда они выпивали с другом. Он боялся, что после этого я не захочу с ним разговаривать. Хорошо, что мои непрекращающиеся сообщения его успокоили. Он долго извинялся за то, что заставил меня волноваться. А потом мы приняли простое решение: больше не делать вид, что между нами ничего нет, не боятся высказывать свои чувства и посмотреть, во что всё это выльется. Мы по-прежнему ничего не знали друг о друге, но в наших сообщениях появился флирт и свобода в чувствах. Возможно, это звучит странно. Но нас всё устраивало. В реальности апокалипсиса, в которой мы жили, наша переписка стала тихим островком счастья. Чем-то, что принадлежало только нам двоим. И мне не хотелось никому рассказывать об этом. Но, конечно, Юнги не мог не узнать. Иногда во время дрифта он видел обрывки наших переписок в моих воспоминаниях. Но Юнги - тот человек, который чувствует границы лучше любого на этой планете, и он понимал: делиться этим я не намерен. Я не хотел делиться своим Плюшевым Мишкой. Поэтому мы никогда не говорили о нем вне дрифта и негласно делали вид, что Юнги ничего не знает. С природной молчаливостью моего друга это было совсем не сложно. А потом у моего напарника появился парень. Юнги каждый вечер уходил в бар, где работал Хосок. Ходил с ним на свидания. Целовал его. И самое ужасное, что я это тоже чувствовал. В дрифте воспоминания Юнги проскальзывали в моё сознание: его спокойствие рядом с Хосоком, тёплые прикосновения, тихий смех. И я понял, что безумно хочу того же. Хочу видеть Медвежонка. Хочу слышать его голос. Хочу знать, как он смеётся. Держать за руку и целовать. Но предложить сделать этот шаг было страшно. Потому что для этого нам пришлось бы нарушить единственное правило, которое защищало нас целый год. Нужно было узнать друг о друге всё то, что мы так долго держали в тайне. Я не сомневался что готов к этому, что не могу больше быть вдали от него. Но захочет ли этого он?Кролик Переросток
Привет, у меня к тебе серьезный разговор.
Плюшевый Мишка Я не крал твою морковку, честное слово!Кролик Переросток
А, ну тогда разговора нет.
Плюшевый Мишка Ты обиделся? Не уходи! Я слушаю. Сердце выпрыгивало из груди, руки потели так, что телефон норовил выскользнуть. Я устроился на кровати поудобнее, облокотившись спиной на стену.Кролик Переросток
На следующей неделе 20 марта…
Я судорожно печатал объяснения, что обычно за датами не слежу, а эта как бы важная, да и проверить ее в чате можно. Но не успел я оправдать свою сентиментальность, как пришло ответное сообщение. Плюшевый Мишка Приглашаешь на виртуальное свидание в честь нашей годовщины?Кролик Переросток
Не совсем. Я хотел предложить встретиться.
Медвежонок сразу же прочитал мое сообщение, но прошло несколько минут, а ответа все не было. Когда я уже начал печатать, что это было глупо, давай забудем, он написал. Плюшевый Мишка О, это волнительно, но я согласен.Кролик Переросток
Правда?
Плюшевый Мишка Правда. Но у меня два вопроса.Кролик Переросток
Готов ответить на любые!
Плюшевый Мишка Как насчет того, чтобы каждый день, начиная с завтрашнего, давать какую-то информацию о себе? Сначала менее очевидную, например, возраст, и в день встречи — имя?Кролик Переросток
Я давно хочу узнать все о тебе, так что я только за!
Плюшевый Мишка А второе: это же свидание?Кролик Переросток
С любимыми вроде нужно ходить на них.
***
Сегодня четырнадцатое марта, и я узнал, что ему двадцать пять. Мы, считай, ровесники. Хотя, если честно, я был уверен, что он окажется младше меня, а не старше на два года. Информация, конечно, не самая личная, ведь она никак не выделяет его из сотен других людей, живущих в нашем городе. Но от этого первого кусочка пазла в груди всё равно разлилось тепло. Правда, это всё, что мы успели обсудить. Потому что у меня сегодня были дела. Несколько недель назад сегодняшняя дата была помечена в моём календаре как день, когда мой ворчливый кот умрёт от инфаркта. Потому что ему разрешили привести на базу своего парня. Сегодня Хосоку проведут экскурсию. Если повезёт, даже выдадут пропуск, почти как родственнику пилота. Я, если честно, не знал, как Юнги собирался уломать маршала, но он был настроен очень серьёзно. Я радовался за Юнги, они с Хосоком были счастливы. Вот только я не думал, что мне придется участвовать во всём этом цирке. Хосок собирался прийти с другом, и Юнги вознамерился притащить меня, чтобы тому вдруг не стало скучно, если они с Хосоком слишком увлекутся друг другом. Или какая там была официальная версия. В итоге мы должны были ходить по базе дружной компанией из четырёх человек. Лично я предпочёл бы переписываться с Медвежонком в свой законный выходной. Но отказывать Юнги я никогда не умел. Несмотря на свою вечную хмурость, он каким-то образом научился делать те самые просящие глазки кота в сапогах из мультика. Чистая манипуляция. Лучше бы я отказал. Потому что друг Хосока оказался дьяволом в ангельском обличии. С Хосоком Тэхён щебетал, мягко улыбался, будто светился изнутри. Даже с Юнги у них находились общие темы. И, если покопаться в памяти, я припоминаю, что этот парень уже мелькал в его голове. А вот со мной… Сначала он залип, и мне показалось, что он нагло меня разглядывает. Потом… уж лучше бы продолжал раздевать взглядом. Он вроде бы продолжал улыбаться и смотреть, но улыбки и взгляды стали холодными, отстраненными. Юнги с Хосоком почти всё время шли впереди. Хосок, загоревшись энтузиазмом, то и дело утаскивал его за собой, засыпая вопросами. Юнги ворчал, но лишь для виду, на самом деле сгорая от удвольствия (его парень так воодушевлен его работой). Все-таки Хосок со своим хорошим отношением к пилотам — редкое исключение из правил. Мы с Тэхёном плелись позади, лавируя между пилотами и механиками в узких коридорах. Когда мы зашли в смотровой отсек, перед нами за окном раскинулся ангар и открылся вид на огромные и устрашающие мехи. Хосок уже прилип к стеклу, разглядывая их с таким восторгом, будто перед ним предстало чудо света. Тэхён стоял чуть позади. Он реагировал спокойнее, но его глаза загорелись точно так же. — Ими правда управляют только два человека? — спросил он, не отрывая взгляда от мех. — Нет, — лениво отозвался я. — На самом деле это троянский конь, и мы скрываем это от простых смертных, чтобы нас меньше ненавидели. Я привычно изобразил невинную улыбку. Обычно после моих шуток люди секунду недоумевают, потом смеются, и все напряжение спадает. Но видимо, не в этот раз. Тэхён медленно повернул голову в мою сторону. Из его глаз исчезли смешинки, которые я успел заметить, когда он разговаривал с другими. Он просто посмотрел на меня и отвернулся. — Очень смешно, — холодно бросил он. Я на секунду завис. Вообще-то, я искренне хотел, чтобы он улыбнулся. Разговор у нас с самого начала не клеился. Я уже почти решил, что остаток дня пройдёт в молчании, когда он вдруг снова заговорил: — Я представлял тебя совсем другим. Я хмыкнул. — О, так ты меня представлял? — Хосок и Юнги много о тебе говорили, — спокойно ответил он. — Видимо, приукрашивали. — В самое сердце, — я улыбнулся, притворно хватаясь за грудь. — Ранил. Он резко повернулся ко мне всем корпусом. Серьезно посмотрел в глаза, словно надеясь там что-то найти. — Мне интересно, — тихо сказал он, — ты всегда ведёшь себя как самодовольный осёл или только когда нервничаешь? Моя улыбка не дрогнула, но внутри не осталось и капли прежнего дружелюбия. — А кто сказал, что я нервничаю? — Значит, всё-таки первое. Внутри неприятно кольнуло. Я правда не понимал, чем заслужил такое отношение. Будто я с ним переспал и не позвонил на следующий день, и теперь он просто решил отыграться. Вот только, во-первых, я так не делаю. А во-вторых… Я снова посмотрел на него. Тэхён был… слишком запоминающимся, чтобы его можно было просто не вспомнить. Раздражение поднималось где-то под рёбрами, но я всё равно удержал улыбку. — Ты всегда делаешь вид, что читаешь людей, как открытую книгу? Он чуть наклонил голову. — О, не обольщайся. Ты максимум на брошюру тянешь. Поэтому тебя читать несложно. Я медленно выдохнул. — Обидно. — Правда? — без тени сочувствия. — Ребят, вы идёте? — донёсся голос Хосока от двери. Солнечный парень Юнги, оказывается, уже успел налюбоваться видом и утащить его дальше. Мы переглянулись, словно закрепля результат боя, и молча пошли следом. Оставшаяся часть экскурсии прошла в тишине. Я всё ещё был уверен, что меня незаслуженно невзлюбили. А что думал Тэхён — я не имел ни малейшего понятия. И, если честно, мне не было до этого никакого дела. Я очень надеялся, что больше никогда его не увижу.***
Пятнадцатого марта, отдыхая после тренировки в пустой комнате — ведь кто бы мог подумать, Юнги опять ушёл в бар (молока ему там Хосок в миску наливает что ли?) — я вдруг забыл обо всех невзгодах. Потому что узнал новый факт о Медвежонке. Мы с ним одного роста. Да, странный факт, чтобы узнать друг друга поближе. Но, если бы он был ниже или выше меня на голову, это определённо выделяло бы его из толпы. Плюшевый Мишка Как вчера прошёл твой день? Ты говорил, что будешь с чем-то помогать другу.Кролик Переросток
Друг доволен. А вот для меня день был тяжёлым.
Плюшевый Мишка Что-то случилось?Кролик Переросток
Ничего такого. Просто, знаешь, старался как обычно
быть приветливым, а наткнулся на человека, который
немного не понял мой юмор.
Плюшевый Мишка Хочешь, отгрызу ему голову? Мне лично твой юмор очень нравится.Кролик Переросток
Не задумывался, что я щажу тебя
и шучу менее жёстко?
Плюшевый Мишка Тогда мне стоит откусить голову тебе и пожалеть того несчастного?Кролик Переросток
Никакой поддержки. Вам, медведям, лишь бы головы откусывать.
Плюшевый Мишка Хахахах. А вообще, позволю себе смело заявить, что не важно, что думают другие. Главное — что я люблю твой юмор и тебя.Кролик Переросток
Ты заставляешь меня краснеть, а кроликам это не положено.
Но я тоже люблю тебя и с нетерпением жду нашей встречи.
Плюшевый Мишка Я тоже жду! Мне кажется, что я тебя сразу узнаю, когда увижу.***
Понедельник, шестнадцатое марта, начался с цвета каштана. Именно такие волосы у Медвежонка. Прямо настоящий медведь. Я же со своими чёрными, как смоль, на кролика в реальной жизни точно не похож. Разве что на переростка. Но утренние несколько сообщений остались единственным хорошим, что произошло за день. Потому что после изнурительных тренировок мы с Юнги пошли в дрифт. Нападения не было. Просто нужно было хотя бы раз в неделю входить в него, чтобы связь оставалась стабильной. А учитывая, что в прошлый раз КОТаклизм остался в резерве, пришлось делать это в «домашних условиях». Капсула встретила нас запахом стерильности, от которого Юнги, как обычно, сморщил нос. Бедное кошачье обоняние. Как он терпит запах спирта в баре, не понимаю. Мы устроились каждый на своём месте. Сейчас калибровку проводить не нужно, только наладить связь, и мы свободны. Запуск нейросинхронизации. Три. Два. Один. И добро пожаловать. Перед глазами резко пробегают воспоминания Юнги. Наше детство, когда всем было плевать на двух мальчишек, которые стали семьёй друг для друга. Наши тренировки на пути к становлению пилотами. Я глазами Юнги вижу себя маленького и щуплого, и слышу, как он строго говорит со мной, хотя внутри него разливается братская нежность. Научным фактом это не доказано, но я думаю, что при входе в дрифт я ярче вижу не только те воспоминания, которые у Юнги вызывают сильные эмоции, но и те, что цепляют меня самого. Перед глазами всплывает вчерашний вечер. Юнги в баре, где работает Хосок. Я, то есть Юнги, вхожу, и на меня сразу же налетает солнечный ураган любви. Я (Юнги) пришёл после закрытия, чтобы была возможность спокойно говорить, не озираясь на косые взгляды пьянчуг. Ну или, как их называл Хосок — постоянных клиентов. Но мой взгляд, или взгляд Юнги, цепляется за Тэхёна. Он сидит за столом, облокотив на плечо метлу, и вместо уборки что-то печатает в телефоне. — Тэ, ты чего так лыбишься? — спрашивает мой, то есть Юнги, парень. Тот вздрагивает и быстро прячет телефон в задний карман джинсов. — Я всегда улыбаюсь, Хосок! И в этот момент я чувствую тепло, которое испытывает к Тэхёну Юнги. Что-то похожее на то, которое он испытывал ко мне, когда мы были маленькими. Я знаю, что Юнги относится к нему, как к младшему брату. Особенно, когда тот буквально заглядывает ему в рот, в то время как Юнги что-то рассказывает. Неважно что. Но потом к этой теплоте примешивается шутливое недоверие. — Чего же ты тогда вчера такой хмурый с Чонгуком ходил? Тэхён на секунду становится растерянным, но потом словно начинает защищаться. — Нет, ну а чего он так тупо шутит? Это вы там шли, миловались, а мне его приходилось слушать! Самовлюблённый индюк. Я бы разозлился. Но Юнги вся эта ситуация забавляет, и я чувствую несвойственную лёгкость и слышу его низкий смех. — Так о Чонгуке ещё никто не говорил! Я самоотверженнее и заботливее него людей не встречал. Да и шутит он так же, как я. А с моих шуток ты смеёшься. — А ты когда последний раз шутил, кот? — встревает Хосок. — Ауч! — восклицает Юнги и прикладывает руку к сердцу. Тэхён разражается смехом. Но я ведь так же шутил с ним вчера. Что не так? Юнги выжидающе смотрит на Тэхёна. Тот мнётся, а потом виновато спрашивает: — Мне же могут не нравиться твои друзья? — Могут. Но ты тогда будешь первым человеком, которому не нравится Чонгук. В этот момент меня выкинуло из дрифта. Я сидел на полу капсулы, а Юнги склонился надо мной. — Гуки, ты в порядке? Ты долго не приходил в себя. — Да, я… всё хорошо. — Что случилось? Свои воспоминания ты прошёл без проблем. Что тебя так затянуло в моих? Я издал какой-то неопределённый звук. Говорить ни о чём не хотелось. Хотелось сначала отделить свои эмоции от эмоций Юнги. Чужая тёплая привязанность к Тэхёну всё ещё сидела в груди, и с ней не получалось здраво обдумать то, что произошло. И то, что я услышал.***
Семнадцатое марта.Кролик Переросток
По какому предмету одежды я смог бы узнать тебя в толпе?
Плюшевый Мишка В смысле, в чём я приду на наше свидание?Кролик Переросток
Нет. Это скорее про то, что в твоей одежде тебя выдаёт. Понимаешь?
Я, например, в гражданском почти всегда хожу в кожанке.
Плюшевый Мишка В гражданском? Чёрт! Я понял, что спалился. За целый год не было ни одного эксцесса. А тут, за три дня до встречи, так глупо выдать себя. И учитывая, что мы всё это время играли в эту странную игру с правилами, стало даже обидно. Будто я просто взял и проиграл. Но Медвежонок, как обычно, понял, что мне нужно. Плюшевый Мишка Сделаю вид, что не заметил этого. И постараюсь не думать. Чтобы было интереснее играть. Я невольно улыбнулся.Кролик Переросток
Обожаю тебя. А что в одежде выдает тебя?
Плюшевый Мишка Не знаю, можно ли это считать предметом одежды, но, наверное, наушники. Я не могу выйти из дома без музыки, даже в магазин за углом. Я попытался представить его: высокий молодой парень, шатен. На голове наушники с какой-нибудь необычной музыкой и… . Почему-то в голове всплыл Тэхён, идеально вписавшись в этот образ. Вчерашний дрифт, похоже, оставил больше последствий, чем я думал. Я резко тряхнул головой, отгоняя наваждение. На экране уже появилось новое уведомление. Плюшевый Мишка Мне пора бежать. Сегодня иду на фестиваль в городе. Ты собираешься? Может, со своим другом?Кролик Переросток
Нет, на самом деле не люблю толпы.
Но хорошо тебе провести время!
Я с нетерпением ждал нашей встречи. Но меня не отпускала одна мысль. Почему в голове всплыл Тэхён? После дрифта какая-то странная нежность к нему так и не исчезла. И, судя по тому, сколько времени прошло, это уже не могли быть эмоции Юнги. — Ты почему ещё не готов? — раздался удивлённый голос Юнги от двери. — К чему? — спросил я, приподнимаясь на локте. — Для человека, который живёт в моей голове, ты подозрительно часто забываешь то, о чём я тебе говорю, — он тяжело вздохнул, как будто разговаривал с ребёнком. — Мы идём на фестиваль. С Хосоком и Тэхёном. Чего? Когда это он мне об этом говорил? — А я тебе там зачем? — нахмурился я. — Тэхён явно дал понять, что ему комфортнее с вами двумя. Без няньки в моём лице. — Едва ли ты мог бы стать его нянькой. Он тебя старше. Я только закатил глаза. — Гук, — Юнги чуть мягче посмотрел на меня, — если вам некомфортно общаться, можете этого не делать. Но ты когда выходил с базы в последний раз? Когда ходил в бар проверять, жив ли Хосок после нападения? С тех пор уже несколько месяцев прошло. Пошли, развеешься. И пока он снова не состроил глазки, я нехотя спрыгнул с кровати. Накинул первые попавшиеся вещи. И, конечно, свою любимую кожанку. Юнги уже стоял у выхода, и уголки его губ довольно приподнялись. Он стал мягче с тех пор, как у них с Хосоком всё наладилось. Иногда даже непривычно. По дороге я зашёл в чат с Плюшевым Мишкой и написал, что всё-таки еду на фестиваль. Но, к сожалению, сообщение осталось непрочитанным. Мы встретились с Хосоком и Тэхёном. Я машинально убрал телефон в карман, чувствуя неприятную тяжесть где-то внутри. Хосок, оторвавшись от Юнги, тепло обнял и меня. И в этот момент я заметил, что Тэхён внимательно прожигает меня взглядом. Не так, как в первый раз, тогда он скорее смотрел изучающе. Сейчас же он прищурился, словно подозревал меня в чём-то. Но это длилось всего секунду. Потом его внимание переключилось на Юнги, и на лице тут же расцвела его привычная светлая улыбка. Что я такого сделал этому лохматому бармену? Чего и следовало ожидать, Хосок с Юнги снова куда-то убежали вперёд, оставив нас с этим демонёнком наедине. Можно было бы и дальше идти молча, продолжать вглядываться в незнакомцев и на каждом высоком шатене задумываться, а мог ли это быть Медвежонок. Но тишина начинала давить. Я посмотрел на Тэхёна. Он увлечённо рассматривал ярмарочные развлечения, и в его глазах отражались огни гирлянд. Я проследил за его взглядом и увидел аттракцион: огромная бочка с водой, в которой плавали яблоки. — Пойдём сыграем, — сказал я и легко подтолкнул его к очереди. — Зачем? — он даже не посмотрел на меня. — А что ты теряешь? — пожал я плечами. — Будет весело. — Ну ты хоть на какое-то время перестанешь шутить. Это уже плюс, — сухо отозвался он. Я выдохнул. — Тэхён, скажи мне, что не так? — В смысле? — он наконец посмотрел на меня, спокойно, без раздражения. — Юнги после экскурсии пошутил точно так же, как я. И тебя это рассмешило. Чем же я тебя так злю? Он нахмурился, будто не сразу понял, о чём я. А потом распахнул глаза. — Забыл, что у вас с ним ментальная связь, — пробормотал он и вдруг посмотрел на меня внимательнее. — Слушай… а ты Хосока тоже любишь? — Да, конечно. Мы вообще втроём на свидания ходим. А ты как четвёртый лишний мешаешь. — Опять твой тупой юмор? — он выгнул бровь. И… мне не показалось? Уголки его губ чуть приподнялись. — Какие вопросы — такой и юмор, — отозвался я. — Конечно, я не люблю Хосока. Он парень Юнги. Это его чувства, не мои. Очередь сдвинулась. — Следующие! Мы подошли ближе к бочке. — Правила простые, — лениво кивнул парень за прилавком. — Руки не используем. Кто быстрее достанет яблоко — тот и победил. Я закатал рукава. — Готов? — И почему я согласился на это? — буркнул Тэхён, но уже наклоняясь вперёд. — Три, два, один! Мы одновременно приблизили лица к воде. Холодная поверхность коснулась кожи, яблоки разбежались в стороны, как будто издеваясь. Я попытался зацепить одно зубами — мимо. Сбоку раздалось тихое ругательство. Я повернул голову и увидел, как Тэхён пытался поймать яблоко с таким же успехом. Его волосы чуть намокли и прилипли ко лбу. — Чонгук, будешь на меня пялиться, я у тебя выиграю на раз два, — пробормотал он, не поднимая головы. Но его жалкие попытки противоречили словам. — Это мы еще посмотрим, — ухмыльнулся я и резко нырнул лицом в воду, наконец зацепив яблоко зубами. — Шмотри! — победно демонстрировал добычу я. Тэхён поднял голову, отплевываясь от воды и, когда наши взгляды пересеклись, он звонко рассмеялся. — Ты выглядишь ужасно, — сказал он сквозь смех. — Завидуй молча, — пробормотал я, откусывая яблоко. — Дай сюда, — он потянулся ко мне. — Даже не думай. — Ты же не съешь его один! — А ты разве заслужил? — мы начали отходить от бочек, когда толпа вокруг нас сгустилась. Я резко остановился, уперевшись в чью-то спину, а Тэхёна, наоборот, толкнули, и он полетел прямо на меня. Я поймал его за локти и, подняв глаза, понял, что мы оказались в непозволительной близости друг от друга. Он испуганно посмотрел мне в глаза, а потом его взгляд скользнул вниз к моим губам, блестящим от сока яблока. Я тяжело сглотнул. Мы больше не смеялись. Между нами снова повисло напряжение, но совсем иного рода. Мне стыдно признаться, но если бы не голос Хосока вдалеке, я бы его поцеловал. Мы резко отпрянули друг от друга, и он сразу же скрылся в толпе. Кажется, на его глаза набежали слёзы.***
Восемнадцатое марта началось с того, что я отчаянно пытался забыть семнадцатое. И поначалу это выходило из рук вон плохо. Перед глазами стоял испуганный Тэхён, и я злился на себя за то, что поставил его в такое положение. А ещё злился на то, что, если бы нас не прервали, я бы изменил Медвежонку. Медвежонку, которого наконец-то увижу уже послезавтра. Медвежонку, который как раз написал мне. Плюшевый Мишка Я придумал, что мы следующее раскроем друг другу.Кролик Переросток
И тебе доброе утро! Даже не расскажешь,
как вчера погулял на фестивале?
Плюшевый Мишка Да нечего рассказывать. На него это было не похоже. Обычно он в красках рассказывал мне обо всём, что с ним происходило, пусть и осторожно, меняя детали, чтобы его нельзя было вычислить. Я снова погрузился в воспоминания, от которых пытался избавиться всё утро, и понял, что и сам не хочу говорить о ярмарке, поэтому не стал настаивать.Кролик Переросток
Так и какая идея пришла в твою очаровательную ушастую голову?
Плюшевый Мишка От ушастого слышу! Предлагаю записать голосовые. Хм. Прикольно. Голос из динамика телефона вроде бы ничего не раскрывает… но образ Медвежонка сразу становится ближе. Я вдруг поймал себя на мысли, что никогда не задумывался об этом, а ведь голос действительно важная часть человека. Плюшевый Мишка Только просто что-то говорить скучно. Давай споём отрывок песни. Я — твоей любимой, а ты — моей. Как подарок друг другу. Вот это уже неожиданно. Я, конечно, пою в душе, но насколько хорошо, судить может только… — Юнги, я хорошо пою? — я свесился вниз с кровати. — А мне-то почём знать? — Ты единственный слышал моё пение. — Слышал и слушал — это разные вещи. Но, думаю, сносно. Раз я ни разу не захотел вытащить тебя из кабинки и отправить на тот свет в чём мать родила. Не самый воодушевляющий ответ, но что поделать. Плюшевый Мишка Скинешь трек, который мне надо спеть? Ниже моя любимая песня. Я быстро отправил песню, которая давно стала ассоциироваться у меня с ним — хотя бы по названию: Winter Bear. Сам же надел наушники и включил трек, который прислал он. «Telepathy». Он попал в меня, даже не зная этого. Песня была красивая. Вкус у Медвежонка оказался безупречным. Я пошёл в ванную и даже не стал включать воду. Юнги либо в своей манере проигнорирует моё неожиданное пение, либо, даже если я попытаюсь скрыться, всё равно увидит это в моих воспоминаниях. Я прокашлялся и включил диктофон. Каждый раз в один и тот же день Я больше всего счастлив, когда встречаю тебя Каждый раз, даже в другой повседневной жизни, Ты для меня самый особенный человек. Голос иногда срывался на хрип, но я старался петь от всей души, старался звучать красиво для Медвежонка. Я не решился переслушивать. Сразу отправил. И в ту же секунду получил ответное голосовое. Когда я его включил, мне показалось, что земля уходит из-под ног. У Медвежонка низкий, мягкий голос. Такой, который я бы никогда не смог представить. Он обволакивал, как тёплое одеяло. Эта песня идеально ему подходила. Я лёг на кровать, включая его голос снова и снова. Глаза сами собой закрылись. И я не заметил, как провалился в сон. Где мне пел парень с этим глубоким, красивым голосом. Издалека не было видно его лица. Но когда я подошёл ближе… Передо мной, как змей-искуситель, с красным яблоком в руке, стоял Тэхён. И пел этим голосом.***
Девятнадцатое марта началось хуже, чем восемнадцатое. Я резко проснулся, будто меня вытолкнули из собственного сна, и несколько секунд лежал, не понимая, где заканчивается сон и начинается реальность. Перед глазами всё ещё стоял Тэхён — с этим дурацким, невозможным яблоком в руке, с чужим голосом, которым он не должен был петь, но почему-то пел. Я начал объяснять себе, что это игра моего воображения. Тэхён появился недавно в моей жизни и мозг просто использует его как визуальный образ. Ведь это ничего не значит. И я, мое сердце, мое сознание, мы любим Медвежонка. И все же странные ощущения от Тэхёна и мысли, вечно возвращающиеся к нему, не давали мне покоя. Я мог оправдываться сколько угодно, но смысл врать самому себе. У него был красивый смех, и я был рад, когда он впервые засмеялся для меня. У него было прекрасное лицо, с родинками, он был шатеном, и моего роста. Боже, в своей новой увлеченности я стал подгонять факты так, чтобы не оказаться мудаком, который встречаясь с парнем по переписке, хочет поцеловать совсем другого парня. Телефон завибрировал, и я сразу схватил его. Мне безумно хотелось напомнить себе о том, кого я по настоящему люблю. Плюшевый Мишка Привет, какое открытие о тебе ждёт меня сегодня? Я знал, что есть один вопрос, который меня волновал. А точнее, меня волновало то, как Медвежонок отреагирует на мой ответ.Кролик Переросток
Что насчет того, чтобы рассказать, кем мы работаем?
Не то, чтобы я и вправду верил, что тот Медвежонок, которого я знал целый год, будет на стороне общественного мнения по поводу пилотов. Но подстраховаться хотелось. А еще, ожидая сообщения, я старался заглушить дурацкую надежду, что его ответ сложит пазл так, как мне удобно. И виновник моих кошмаров окажется… Плюшевый Мишка О, мой ответ навряд ли тебе поможет. Я работаю в баре. Простой бармен. Сердце пропустило удар. За что мне все это? Это все еще могло быть очередным дурацким совпадением? Плюшевый Мишка Твой черед, кролик. Удиви меня! О, Медвежонок, думаю, ты и вправду будешь удивлен.Кролик Переросток
Я пилот.
Несколько минут от него ничего не приходило. Я пытался не думать, потому что, что бы я ни придумал, всё равно получалось что-то ужасное. Я постоянно обновлял переписку, пока в какой-то момент там не появилось заветное сообщение. Плюшевый Мишка Давай завтра встретимся на Мостовой площади в 12? Я до вечера не выдержу. И ещё, давай напишем друг другу имена ровно в 12, когда окажемся на месте? Он просто проигнорировал мою профессию? Это значит, что его это не волнует или… чёрт, я не знаю. Со всем этим я окончательно запутался. Но, слава богу, завтра всё закончится. И я наконец-то обниму своего Медвежонка. Я чувствовал мандраж и предвкушение. А ещё — страх. Только не мог понять, чего именно боюсь: того, что завтра увижу перед собой Тэхёна… или того, что не увижу его.***
Двадцатое марта. 11:55. Я стоял как истукан на Мостовой площади и просто смотрел себе под ноги, боясь поднять глаза и внезапно, раньше времени, увидеть в толпе ответ на вопрос, который мучил меня. Раньше этот вопрос звучал иначе: какой же ты, Медвежонок, которого я люблю? Теперь же он он звучал как: кто же ты? Я заранее напечатал своё имя, чтобы, как только стрелка перейдёт на новый час, быстро, почти не думая, отправить сообщение. 11:59. Руки тряслись, а я не отрывал взгляда от телефона и одной рукой нервно теребил рукав кожаной куртки. 12:00.Кролик Переросток
Чон Чонгук
Не знаю, зачем я написал фамилию. Я дико нервничал. Ответ не приходил. На часах 12:02. Не такая уж и долгая задержка, но для заведённого сердца это ощущалось как конец света. Я оторвал взгляд от экрана и осмотрел толпу. Страх узнать, кто это, мерк по сравнению со страхом не узнать. Люди сновали туда-сюда, совсем не замечая моей растерянности. И вдруг краем глаза я уловил движение в свою сторону. Я повернулся и увидел лохматый ураган, несущийся прямо на меня. — Боже, как же я хотел, чтобы это был ты, — выдохнул он тем самым низким голосом, кидаясь в мои объятия. Я прижал его к себе, вдыхая запах волос и, наконец, позволяя себе расслабиться. Спустя долгие, почти нереальные минуты я отстранился и взял его лицо в ладони. Вглядывался в эти родинки, с трудом сдерживая желание прямо здесь, посреди улицы, поцеловать каждую из них. Я жадно всматривался в то лицо, которое, как оказалось, больше всего на свете хотел держать в своих руках. Глаз зацепился за яркие наушники, висящие на его шее. — Тэхён… — прошептал я. — Я испугался, что если ты поймешь, что это я, то уйдешь... Ты не рад? — Это я тебя должен спрашивать. Из нас двоих ты вечно колючки выставлял. — Потому что ты мне понравился. — Чего? — я в шоке отстранился, но в глазах Тэхёна мелькнул испуг, и он тут же притянул меня за куртку обратно. — Нет, ну представь себя на моём месте. Ты в виртуальных отношениях… а тут в реальности появляется живое воплощение твоего идеала. Да ещё и твой лучший друг пытается вас свести, не зная о твоём парне. — Поэтому меня вечно звали к вам четвёртым? — Угу. — И как я не увидел этого в воспоминаниях Юнги? — Думаю, Хосок ему не рассказывал. В общем… я решил, что проще злиться на тебя. Чтобы, не дай бог… — он сбился и тихо добавил: — Прости. Ощущение, будто я в измене признаюсь. Тэхён опустил глаза, но я мягко приподнял его подбородок, заставляя снова посмотреть на меня. — Не извиняйся. Я, если честно, думал, что сойду с ума, если не ты окажешься моим Медвежонком. Глаза Тэхёна вспыхнули. Совсем не так, как когда он смотрел на Хосока или Юнги. Сердце болезненно сжалось от того, что теперь его взгляд, обращенный на меня, совсем не холодный, и абсолютно не отстраненный. А потом оно сорвалось в бешеный ритм, когда я вдруг понял: я могу сделать то, что сделает незначительным любой апокалипсис. Я вижу своего Плюшевого Мишку. И… — Я люблю тебя, — сказал я и наклонился к его губам, встречая их в долгожданном, почти спасительном поцелуе.
