Выжить.

      Дождь в трущобах Токио никогда не приносил свежести. Он смешивался с угольной пылью горящих кварталов, с копотью от взорванных подстанций и превращал землю в вязкую черную жижу, которая пахла ржавчиной и разложением.       Тошицугу Кудо прижался спиной к обломку кирпичной стены. Его левое плечо горело так, словно туда залили расплавленный свинец. Форменная куртка Сопротивления превратилась в лохмотья, пропитанные его собственной кровью и чем-то еще — скользким, серым, чужим.       — Лидер… — хриплый шепот заставил его обернуться.       Брюс сидел в тени перевернутого грузовика. Его лицо представляло собой сплошную багровую маску. Один глаз заплыл, из разбитого носа непрерывно сочилась темная, почти черная жидкость. Он судорожно сжимал винтовку, но его пальцы были переломаны — указательный палец правой руки неестественно выгнулся назад, обнажая белую щепку кости.       — Молчи, Брюс. Сохраняй силы, — отрезал Кудо, выглядывая из-за укрытия.       Там, в паре сотен метров, на площади, заваленной телами, происходил конец света. Их была часть их отряда, что отбилась. Человек 20 минимум. Цвет Сопротивления. Люди, которые первыми осознали, что «новые способности» — это не дар богов, а проклятие, если они попадают в руки одного человека. Они загнали его сюда. Зажали в тиски между разрушенными высотками. Им казалось, что плотный огонь и численное превосходство могут остановить стихию.

Они ошибались.

      В центре площади стоял Он. Все За Одного не использовал причуды издалека. Сегодня он был в настроении убивать лично. Его дорогой костюм был разорван на груди, обнажая бледную кожу, покрытую сетью вздувшихся вен. На его лице играла странная, почти нежная улыбка, от которой у Кудо волосы вставали дыбом.       — Достаточно! — голос злодея прорезал шум дождя и стоны умирающих. Это не был крик. Это был приказ самой реальности замолчать. — Достаточно. Вы забавные, правда. Как муравьи, которые решили, что если их много, они могут свалить слона.       Он наклонился и поднял с земли кусок двутавровой балки, вырванный из фундамента ближайшего здания. Металл весом в полтонны в его руках казался веткой ивы — наверняка за счёт какой-то из украденных причуд. Он обмотал его куском колючей проволоки, сорванной с забора, создав уродливое подобие палицы.       — Отступайте! У него оружие! - истошно закричал кто-то из бойцов в первом ряду. — У него ору– - второй крик превратился в хлюпающий звук.       Враг сделал один единственный выпад. Балка, усиленная причудой кинетического усиления, прошла сквозь строй солдат, как раскаленный нож сквозь масло. Первого парня просто распылило – его торс превратился в месиво из костей и тряпок, которое осело на щиты товарищей. Второго ударило обломком бетона, вылетевшим из-под балки, и его голова лопнула, забрызгав всё вокруг серым веществом.       — Что прикажешь делать!? — Брюс дернул Кудо за рукав, его голос сорвался на визг. — Лидер? Что нам делать?! Нас выкашивают! Лидер? Ли–       Ударная волна от следующего взмаха балки швырнула их обоих на землю. Брюс вскрикнул, когда его спина встретилась с острым углом арматуры. Кудо почувствовал, как во рту разливается вкус железа.       — Вы все насолили мне достаточно, — ВЗО шел к ним. Каждым шагом он втаптывал в грязь чью-то жизнь. Под его подошвой хрустнуло плечо раненого связиста, и тот забился в конвульсиях, захлебываясь рвотой. — Вы посмели пустить мне кровь. Вы ранили моё самолюбие. Знаете, сколько усилий мне стоило собрать этот город под своим крылом?       Он схватил за горло пробегавшего мимо парня. Тот вскинул руки, пытаясь активировать причуду воспламенения, но ВЗО просто сжал пальцы. Послышался сухой треск шейных позвонков. Злодей не отпустил тело — он использовал его как щит, принимая на него очередь из автомата.       — Я заберу шестьсот мета-способностей. Я сломаю шестьсот жизней, — нараспев произнес Первый, и его глаза вспыхнули алым. — Я пересчитаю каждого из вас. Каждый хребет, который я сломаю, станет ступенькой к моему трону.       — Назад! Все назад! — закричал Кудо, пытаясь поднять Брюса.       Но отступать было некуда. Все За Одного двигался быстрее мысли. Он был везде. Вот он вырывает челюсть одному бойцу, вот он бьет балкой по ногам другого, превращая коленные чашечки в пыль. Воздух стал настолько густым от испарений крови, что дышать стало физически больно.       — И когда я закончу с вами, — ВЗО замер в десяти шагах от Кудо. Он отбросил изломанную балку и просто протянул руки, — моя боль окончится. Это страна либо погибнет, либо встаёт передо мной на колени. Вы — моя боль. Мое препятствие. Моя ошибка, которую нужно исправить.       Он нанес удар воздухом. Кудо успел прикрыть Брюса собой. Удар пришелся по касательной, но этого хватило, чтобы содрать кожу с его левого бока до самых ребер. Тошицугу взвыл, чувствуя, как холодный воздух касается обнаженных нервов.       — Вы все сгинете здесь и сейчас. На побег шанса не дано. — Злодей схватил Кудо за волосы, заставляя смотреть на резню.       Повсюду лежали люди. Двадцать семь человек. Самые смелые, самые верные. Да, самые самоуверенные, но и не менее находчивые. Теперь они были просто кусками мяса. У кого-то не хватало конечностей, кто-то пытался запихнуть вываливающиеся кишки обратно в распоротый живот, судорожно дергая ногами в предсмертной агонии.       — Смотри, “лидер”, — прошептал ВЗО ему в самое ухо. Его дыхание пахло озоном и смертью. — Ты привел их сюда. Это ты убил их.       — Пошел… к черту… — выплюнул Кудо вместе с кровавым сгустком.       — Ни один из вас не переживет этого дня! — ВЗО взревел, и в этом крике не было ничего человеческого. Только животная ярость бога, которого посмели укусить смертные. — Умрите. Умрите!       Он занес кулак для финального удара. Брюс, едва дыша, каким-то чудом нашел в грязи обрез и выстрелил почти в упор. Дробь ушла в плечо ВЗО, разворотив его в кровавые лохмотья.       Это секундное замешательство спасло им жизнь. Брошенная кем-то из выживших светошумовая граната ослепила пространство.       Кудо схватил Брюса за шиворот и буквально ввалился в канализационный люк, который был приоткрыт под обломками грузовика. Они падали во тьму, в нечистоты, пока наверху раздавались крики тех, кого ВЗО продолжал методично превращать в фарш.

Они выжили. Потеряв часть отряда, но выжили.

      Лежа в зловонной жиже подземелья, Кудо слышал, как Брюс всхлипывает, пытаясь удержать свои сломанные ребра. Сам Кудо смотрел на свою изуродованную руку и понимал: мир изменился навсегда. Теперь это не война за свободу. Это война за право просто дышать в мире, где один человек решил стать смертью.       — Мы найдем способ… — прошептал Кудо, глядя в темноту тоннеля. Туда, где был ход к остальным, которых раньше всех направили в укрытие. Туда, где мерцала единственная надежда.       Но вкус крови на губах и крик «Умрите!», эхом отдающийся в ушах, говорили ему, что цена этой надежды будет исчисляться тысячами таких же растерзанных тел.