Осколок Апокалипсиса: Серафим пустоты

Тяжелые своды катакомб дрожали от отголосков недавнего обвала. В центре зала, перед величественными и пугающими воротами, застыла группа Шиноа. Юи бережно удерживал Венди, чье дыхание было едва заметным, когда тишину подземелья нарушил совершенно неуместный звук. Хруст. Мерный, аппетитный хруст свежего багета. Из густой тени туннеля, лениво потирая затылок, вышел Шинья Хиираги. В одной руке он держал недоеденный бутерброд, а на его лице сияла такая беззаботная улыбка, будто он прогуливался по парку, а не спустился в бездну за «Осколком Пустоты». — Ой, ребята, извините за опоздание! — Шинья весело махнул рукой. — Представляете, в туннелях такая пробка из обломков, еле пробрался. Он подошел к Глену, который стоял мрачнее тучи, и по-дружески хлопнул его по плечу. — Глен, ну чего ты такой кислый? Мы же нашли их! Затем Шинья перевел взгляд на Юичиро и, как ни в чем не бывало, протянул ему свободную от еды руку для рукопожатия. — Юи-кун! Рад видеть тебя в добром здравии. Отлично выглядишь, если не считать того, что от твоей куртки остались одни воспоминания. Юи ошарашенно пожал руку, не зная, как реагировать на этот внезапный прилив дружелюбия посреди катастрофы. Но Шинья уже потерял к нему интерес. Его взгляд приковала Венди. — Ой, а кто эта очаровательная дама? — он склонился над ней, бесцеремонно разглядывая бледное лицо. — Такая хрупкая, такая готичная... Прямо в моем вкусе! Красавица, а телефончик не оставите? Я знаю одно отличное кафе, которое еще не стерли с лица земли. Микаэла, стоявший рядом с обнаженным мечом, прищурился. Его губы искривились в брезгливой усмешке. — Этот тип всегда такой мерзкий, или мне одному так кажется? — холодно бросил он, обращаясь к Юи. Шинья картинно надулся, приложив руку к груди. — Блин, Мика-кун, как грубо! Я же само очарование. Не слушая протестов, Шинья начал вертеться вокруг Венди, которую Юи всё еще держал на руках. Он бесцеремонно пощупал её за плечо, затем за локоть, профессионально оценивая состояние. — Какая же ты худенькая, просто ужас! Одни кости да кожа. Так нельзя, — он вдруг залез во внутренний карман своего белоснежного мундира и извлек оттуда — буквально из ниоткуда — пластиковый контейнер. Прежде чем кто-то успел среагировать, Шинья выудил из него бутерброд и аккуратно, но настойчиво пихнул его прямо в рот Венди, которая только-только начала приходить в сознание. — Ешь-ешь, тебе нужны углеводы для генерации энтропии! Глен, наблюдавший за этим цирком, болезненно сморщился и потер переносицу. — Шинья... Какого черта? Откуда у тебя вообще здесь еда? — Утром сделал, — как ни в чем не бывало ответил тот, продолжая подпихивать хлеб ошарашенной девушке. — Завтрак — самый важный прием пищи, Глен. Тебе бы тоже не помешало, а то злой как собака. — Шинья, прекрати, — Глен сделал шаг вперед, его голос стал стальным. — Это вообще-то наш враг. Один из самых опасных объектов Братства. Шинья снова надулся, картинно отворачиваясь от подполковника. — Ну вот вечно ты всё портишь! Глен, уйди, не позорься. Как такая красивая и беззащитная дама может быть нашим врагом? Посмотри на эти глаза! Она просто хочет, чтобы её покормили и, возможно, обняли. Ты совсем разучился видеть в людях... ну, или в Серафимах... личность. Венди, с трудом проглотив кусок хлеба, в недоумении посмотрела на Шинью. Этот человек не излучал жажды убийства. От него исходила странная, хаотичная энергия, которая сбивала с толку её чувства. — Глен прав... — прохрипела она, отстраняясь. — Я не человек. Я... пустота. — Пустота на пустой желудок — это плохая идея, — подмигнул ей Шинья, наконец убирая контейнер. В этот момент ворота за их спинами издали низкий, вибрирующий гул. Голоса прошлого, запертые за печатью, начали просачиваться сквозь камень. На поверхности ворот проступили светящиеся буквы древнего архива Братства Хьякуя. — Кажется, завтрак окончен, — Шиноа подошла к воротам, указывая на текст. — Посмотрите. Здесь написано имя. «Проект: Элиза-Венди. Исходный код: Синхронизация с Юичиро Хьякуя». Юи замер. — Синхронизация... со мной?