На белых простынях.

- Смотри, это ты.       Взгляд Гэба, до этого погружённый в изучение едва заметного, а для него даже размытого узора на потолке комнаты валета треф, упал на экран смартфона, что ослепил своей яркостью ему правый глаз в столь слабо освещённой комнате.       Сфокусировав взор на фото собаки породы "чихуахуа", единственное чем мог ответить Габриэль, так это, протянув руку к лицу напротив, попытаться сделать Зонту сливу. - Хей, за домашнее насилие в тюрьмы сажают, - хихикнул Ларри, ловко перехватывая руку эльфа, укладывая её на своё лицо. - вон, потискай меня лучше.       Не долго думая, Гэб оттянул щеку трефа, заставляя показаться ровной линии зубов с неестественно длинными клыками за оттянутой верхней губой. Зонт на это лишь что-то невнятно похныкивал. - Из нас двоих - ты больше всех напоминаешь пса. - Эта комфлимент? - Мечтай.       Отпустив из плена собственной руки порозовевшую щеку, эльф продвинулся к трефу ближе, располагаясь шеей на вытянутой руке. Взглянув в экран зомбоящика с розовым чехлом, на него в ответ глянула мелкая псина из видео. Иногда эльф ловил себя на ревности к этой металлической коробке, но та быстро испарялась, будто её и не было, стоило трефу уделить ему даже малейшее внимание. В любом случае, Зонт вряд ли когда нибудь начнёт целовать экран смартфона, если, конечно, на нём не будет фотографии бубна.       Габриэлю очень хотелось верить в то, что его его мания целовать фотографии трефа в порывах одиночества взаимна.       Зонт тем временем хихикал как мышь, поддрагивая всем телом. Удивительно, насколько обычные видео с домашними животными могли его рассмешить. Хотя, этому вообще стоило удивляться? Если бы у эльфа были собачьи ушки, тот бы умер от умиления.       Пытаясь дотянуться левой рукой до лица, Зонт почувствовал тяжесть чужой головы у своего плеча. Кинув взгляд в сторону, он не сдержал смешок. - О, ну привет, мистер. - Ага, давно не виделись.       Потеревшись нетронутой щекой о эльфовую макушку, треф, повертевшись, расположился поудобнее на белоснежных простынях своего спального места. В итоге, оба лежали лицом друг к другу, опустив лопатки на кровать, чтобы в экран могли смотреть оба. - Ути, какой милый, Гэб, смотри!       Потупив взгляд куда-то в сторону груди Зонта, эльф ущипнул себя за переносицу, поднимая голову. - Как люди умудряются запихать новорождённых котят в носок? - Он не новорождённый, глупый. А как они это делают - хе, я не знаю. На лице Гэба потянулась кривая улыбка. - Ну, в деревнях от котят избавляться надо только так. - Ой-ой, замолчи! - Зонт, крайне возмущенный внезапным фактом о жизни в деревне, дёрнул Гэба за ухо. Тот же сжался в комок, прижимая уши к шее. - Всё! Ещё слово про котят в носочках - я тебя съем, понял? - ..по воде блинчиком поводить.. - Я всё слышу.       Потрепав эльфа по голове, тот уложил его обратно на прогретое место рядом с собой. Молча приняв предложение мира, эльф приобнял трефа за шею.       Вся мирная идиллия бесконфликтых, образцовых отношений рухнула через мгновение после того, как Зонт прыснул с очередной собачонки. - Смотри-смотри! Чихуяшка вылитый ты! - Ах ты сука! - рявкнул бубен скорее от копившегося стыда и возбуждения, нежели от обиды, притягивая лицо трефа к своему за щёки, их лбы стукнулись, - я нос тебе щас отгрызу, нимфетка малолетняя. - сурово заявил Габриэль, сужая глаза в хищном прищуре и озлобленно хмуря лоб. Хотя, странное обращение и сам контекст ситуации делали его скорее не озлобленным, а крайне смущённым.       Зонт, потупив взор куда-то сквозь эльфа, вдруг натянул довольную ухмылку. Лицо выражало радость победы, пусть эльф даже не знал что они всё ещё воюют.       Приподняв голову на перинах и изогнув шею, треф столкнулся губами с эльфийским носом, оставляя смазанный поцелуй в качестве утешительного приза. Уши Гэба от сие подарка подлетели вверх, а глаза расширились как у совы. - Я тоже тебя люблю, Гэб, - промурлыкал Зонт, закончив своё признание крайне информативным словом: - мур.       Габриэль, поняв что действительно проиграл - щёки и кончики ушей горели огнём, смачно выругался по-эльфийски, назвав Зонта чем-то средним между "трактирной шаболдой" и "невоспитанным хулиганом". Послав бубну воздушный поцелуй, тот резво заявил: - Ничего не понял!       Поймав его на мгновение раскрытой ладонью, тот пробубнил себе что-то под нос, подставляя голову для поглаживаний.       Погружённый в глубины собственных мыслей, окунаясь в пространство белого шума в голове, Гэб отдыхал, прижавшись в Зонту поближе. Казалось, что теплота столь любимого тела исходила от самого сердца. Ритмичные звуки под щекой убаюкивали, а нежные слова, откуда-то сверху, радовали слух. да, насчёт слуха: - Ути боже, Гэб! Ушки аж зашевелились, ты прям как пёсик! - ..чего-чего? - Смотри!       Почувствовав вибрацию собственных ушей на скулах, Габриэлю уже не было дела ни до ускорившегося убаюкивающего стука сердца, ни до мягких ладоней на щеках и уж точно ни до поцелуев в лоб. - Что.. блять, Зонт, нихрена они не шевелятся! И меня просто галлюцинации заразные.. - оправдываясь на ходу тараторил бубен, отползая от трефа в надежде на то, что тот не заметит как его уши метаются из стороны в сторону. - М-м, да что ты? А если вот так? - рукой притянув эльфа к себе в объятья, по ходу возможно ломая тому несколько хрупких рёбер, Зонт со смаком поцеловал Габриэля в скулу, ближе к мочке. А гэба будто ток пробил. Электрический разряд под двести вольт прознил всё тело, заставляя сердце чуть ли не выпрыгнуть из груди, а челюсти сомкнуться с такой силой, что послышался скрежет зубов друг об друга.       Бубен спустя мгновение закрыл лицо руками в визге стыда и смущения, кое как отполз от Зонта, перекатившись от него подальше. Треф же, еле сдерживая смех, чуть ли ни кинулся на того сверху. Обнимать агрессивного и сопротивляющегося эльфа - достаточно тяжелое занятие, но Ларри и не с таким сталкивался.       Сковывая тушу в крепких объятьях, треф покрывал нежными, насколько это было возможно поцелуями всё, до чего мог дотянуться. Тыльная сторона ладоней, скулы, шея, ушки в конце концов!       Лёгкими укусами пройдясь от мочки до кончика, он взял в рот самую чувствительную часть - опять же самый кончик, согревая его тёплой слюной до эльфийских судорог.       Гэб сопротивлялся, брыкался и кусался, но Зонт - не тот противник, которого можно победить ударом ноги по горбу. Когда он чересчур перевозбуждён, единственный способ остаться в живых - принять окончательное поражение. Плюс такого исхода был в том, что одним из способов избавления от остаточной энергии Зонт мог выбрать что нибудь эротическое. Бубен на секунду сосредоточился на ощущениях губ на своих ушах. Снял пирсинг. И славно. А затем гэб завопил: - А-ай, ладно! Ладно, сука! Сдаюсь! Прекрати сейчас же, Зонт! - эльф, как по команде, задрал голову вверх в несдерженном стоне после того, как треф вынул кончик уха из-зо рта и подул на него. Внезапный контраст температур и тихое хихикание заставили Габриэля окончательно принять поражение и обмякнуть на простынях.       Услышав мольбы о пощаде и заметив что бубновый перестал оказывать какое либо сопротивление, отдавая предпочтение тяжёлым вдохам и выдохам, треф, который раз за вечер почувствовав на языке вкус победы над неприступным эльфом, тихо хмыкнул.       Хотя, он не отрицал что это мог быть и обычный вкус пота. - Гэбик, - самым мурлыкающим тоном на свете протянул зонт, обнимая ещё неотошедшее от ментального оргазма тело за плечи. - так быстро сдаёшься? - Сука, - выдохнул эльф, дотягиваясь рукой до переносицы, потирая её. - ты время мне дай, я оклемаюсь и сожру тебя нахуй. - Звучит круто, - хмыкнул треф, наваливаясь телом на тощую тушу под собой. Руками он обвил эльфийскую грудь, заставляя последнего измучено выдохнуть воздух из спресованных лёгких. Определённо, пару рёбер сломаны. Потеревшись о чужую щеку своей, Зонт с вызовом заявил: - начни сейчас, мяу.       Кое как собрав всю волю в кулак, бубен сжал чужие щёки в ладонях, притягивая к себе покрасневшее личико, сталкиваясь с чужими губами своими. Острые клыки царапнули искусанные губы, заставляя Гэба мято ругнуться в поцелуй, проходясь языком по чужим дёснам. По-доброму усмехнувшись, Зонт заботливо погладил Габриэля за ушами, и, открыв рот, впустил чужой язык внутрь.       Эльфийские руки вцепились в бирюзовые, растрёпанные волосы, к ушам прилило столько крови, что казалось в них уже полопались капиляры и гэб залил кровью всю трефовую постель. Звуки причмокиваний и томных выдохов заполнили до этого пустую комнату.       На отброшенном в сторону экране смартфона потухло фото чихуахуа.       Сплетая языки в узел, у валетов начал заканчиваться кислород. И если у Зонта это не вызывало каких-то видимых проблем, то Гэб уже через секунд двадцать начал синеть.       С чмокающим звуком разорвав поцелуй, эльф начал судорожно хватать воздух лёгкими, параллельно с этим захлёбываясь своей и чужой слюной во рту. Тело слегка поддрагивало от судорожных выдохов и непонятного, похожего на лёгкую панику чувства. Что-то среднее между беспокойством и чувством превосходства; над кем?       Раскинувшись на постели без сил, он измучено выдохнул в пустоту накалённый углекислый газ, правой рукой пытаясь нашарить чужое лицо. Зонт тем временем вытирал об простыни вспотевшие ладони, облизывая в миг пересохшие губы. Его растрёпанные волосы распластались по подушке, в ложбинках ключиц скопились капли холодного пота. Надо упростить Клео вырубить отопление, он же тут как в духовке.       Взгляд упал с потолка на эльфа. Его тёмная, не видящая солнечный лучей долгое время кожа казалась тёмно-бордовой от прилившей к щекам крови, уши время от времени дёргались, будто сами не знали куда себя деть.       Что-то зонт в этом находил. В этих резных от истощения скулах, в пигментных пятнах на его теле, в немытой голове и белых, белых, как чистых лист бумаги глазах. Каждый раз, в такие моменты близости, Зонту хотелось.. утешить его. Обнять, сказать что он любит его таким, какой он есть, поцеловать, и ещё раз, и ещё.. Он знал: Габриэль не нуждается в жалости, его устраивает его жизнь и он не намерен её менять, максимум, начнёт мыть голову чаще, но это максимум.       Но не смотря на это треф испытывал к нему то же самое чувство, что испытывают люди к бездомным котятам, забирая их домой: Желание защитить.       Неважно, хочет этого эльф или нет, Зонт хочет и будет о нём заботиться, даже если тот делает вид что ему это не нужно. "Это, наверное - думал треф, - и есть любовь."       К конце концов, гэб нашарил: уткнуться изрезанными пальцами в тёплую щеку. Хмыкнув что-то на своём, треф сделал потягушки, упираясь руками в стену и изгибая спину в идеальной дуге. Гэб невольно сглотнул остатки слюны, внезапно испытытав необъяснимо сильную жажду.       Как бы бубен не отзывался о Зонте при валетах, королях, дамах, он никогда не говорил больше нужного: "Он? У него просто другой склад мышления, и он, на удивление, умеет не быть кретином, иногда."       Он никогда не договаривал им о том, что когда он видит его рядом, когда тот смотрит на него своими синющими глазами, когда улыбается ему, его сердце пропускает удар. Его тело стрясёт, а мозг плавился от тактильного контакта. Зонт был.. чем-то настолько далёким от эльфа, что манил к себе как заморское сокровище, как необычный артефакт, как сама концепция красоты синего моря, что Габриэля одновременно и пугало до ужаса, но и притягивало к себе одновременно. Словно сам зов предков звал его окунуться, зайти по плечи, задержать дыхание и закрыть глаза, чувствуя тепло, обнимающее его со спины.       Зонта хотелось заполучить себе, не допустить попадания лишнего взгляда на него. Быть рядом, трогать его, чувствовать его запах и получать его прикосновения. Хотелось стать с ним одним целым.       Неважно что Зонт думает о нём, считает ли его манию странной, считает ли его самого плохим человеком, Габриэль не может ничего с собой поделать. "Я просто.. - думал эльф, - ..я просто схожу с ума."       Габриэль с досадой скривился, одной рукой почёсывая переносицу, которая уже начала болеть от постоянного хмурого эльфийского лица, другой рукой же вновь взял в плен многострадальную щеку трефа. Тот устало прыснул: - Аув, пвеквати. - мямлил зонт, мило потряхивая головой в надежде отцепить от себя руку. - Не, ты заслужил. - Непвавда, - зонт в какой-то момент даже захотел ущипнуть гэба за щеку в ответ, но потом вспомнил про его худощавое лицо и передумал. - пуфти, я больше не буду на тебя кидаться. - Точно? - Точно, пуфти. - Ладно, всё на твоей совести.       Гэб действительно отпустил уже покрасневную трефовую щеку, что была атаковала уже второй раз за вечер. Не удержавшись перед милым личиком, бубен погладил розоватое лицо, тихо извиняясь. Достаточно тихо чтобы Зонт не услышал. Вечер.. стоп, сколько времени?       Мурлыкая и слегка двигая плечами от утешительных поглаживаний, треф нащупал свой смартфон, желая глянуть время. Скривившись от яркого света экрана, он, щурясь, произнёс: - Восемь вечера. - Серьёзно? Так поздно? - искренне удивился эльф, убеждённный в том что сейчас и семи нет. - мне.. мне, я так полагаю, пора.       Только эльф оторвал руку от розовой уже не от поддёргиваний, а от лёгкого смущения щеки, Зонт схватил эльфийское запястье, да так мощно и быстро, что рука аж прохрустела в тех местах, где обычно она не должна этого делать. Гэб на сия перформанс встрепенулся от удивления, после чего болезненно выдохнул от лёгкой боли в измученых ушах. - Зонт? - ... - треф как-то смущённо глянул сначала вниз, затем в потолок и только потом на бубна. Его обычные, человеческие уши зарумянились как и щёки, а сам он будто пытался подобрать слова для какой-то просьбы. Габриэль в ожидании преподнял одну бровь. - ..ты, ну типо, не хочешь остаться сегодня? Поздно уже. - Оу, - гэб расслабился, уже рассчитывая на какую-то то за рамки выходящую просьбу эротического характера перед его уходом, но обошлось. Зонт просто не хочет его отпускать.       "Это по своему мило." - думал гэб, где-то в глубине своей гнилой души ликуя и плача от радости. Ведь, как тут не радоваться, когда твоя любовь держит тебя за кисть руки, чуть ли не выворачивая её не от злости, а от чувства симпатии? Но нужно держать лицо ровно. - Раз ты хочешь, - гэб, под пристальным взглядом трефа, убрал руку с его лица, принимая положение сидя. Размяв спину и потрепав свой сколиоз, исправить который от сможет только корсетом, он глянул в сторону окна.       "Вечереет." - думал эльф, и был прав. Жёлто-рыжие лучи солнца, уходящего за размытый горизонт многоэтажек вдалеке, слепили ему глаза. - "неужели летом солнце заходит настолько поздно?"       Отбросив лишние мысли в сторону, он глянул на трефа сзади него.       От картины перед ним у него вновь, как и всегда, сердце пропустило удар, дрожь прошлась по телу и у сердца стало неестественно тепло. Он невольно улыбнулся, заметив что Зонт убрал смартфон на прикроватную тумбу.       Треф тем временем лежал рядом с ним, приподнимаясь на локтях. В золотистых, тёплых лучах его бирюзовые волосы напоминали отражение солнца на воде бесконечного океана, что неизменно тянутся в даль, затягивая за собой. Он улыбался, как котёнок, греющийся на солнышке в летний денёк, с любовью поглядывая на эльфа в ответ.       Сделав глубокий вдох, бубен кивнул в сторону окна, как бы спрашивая, стоит ли его закрыть. А то как эльф залез к нему, так никто о нем и не вспоминал. Зонт отрицательно покачал головой. Гэб согласно хмыкнул, тихо шепча, что только Ларри смог бы его услышать: - Душ?.. Ой, то-есть, пойдёшь мыться? - Хотел бы, но мне лень, - хмыкнул треф, садясь на кровати и присаживаясь поближе к бубну. - к тому же, - он потёрся щекой о чужую, слегка поглаживая по голове непутёвого эльфа. - что-то мне подсказывает, что если я оставлю тебя одно, то клео украдёт тебя у меня. - Гэб прыснул со смеху. - Ха! Да ладно! Серьёзно, нахрен я ей сдался? - Она просто любит портить веселье.       На том и порешав, валеты легли обратно на постель, прижимаясь к друг другу достаточно близко, чтобы чувствовать чужое дыхание на коже. - Устал? - спросил треф, замечая, что эльф начинает кумарить. - Немного. Давай подремаем чуть, а потом.. не знаю, что ты хочешь? - Хм, хочу потом поиграть с тобой в приставку. - Неплохо. Разбуди меня если что, - прозевал Гэб, укладываясь на тёплых простынях. - Хорошо, Гэбик. - улюлюкнул Зонт, гладя бубна по спинке. - Ах да, пока не забыл, - вдруг, на удивление бодро, заявил эльф, протягивая руки к трефовому личику. На его румяном, тёмной лице воцарилась сонная, но злобная ухмылочка. - иди ка сюда, нимфетка.       Зонт, хохотнув от столь странного обращения, которое эльф использовал буквально два раза и все эти разы были сегодня, наклонился к Гэбу навстречу, намереваясь получить смазанный, сонный, но такой приятный поцелуй. Габриэль же тянется за поцелуем, да?       Воображаемые шипастые розы вокруг них опали, анатомически правильные сердца повзрывались, а купидончики прострелили друг друга насмерть, стоило челюсти Габриэля сомкнуться на зонтовском носу. Каков жук!