Глава 3. Дурсли отъезжают
18 марта 2026 г., 16:38
Гарри смотрел на дядю Вернона, и на мгновение ему показалось, что он ослышался. Абсурдность ситуации была почти осязаемой: мир стоял на пороге катастрофы, древнее зло собирало силы, чтобы стереть саму память о маглах, а человек перед ним всерьез опасался за рыночную стоимость недвижимости в Литтл-Уингинге.
— Дядя Вернон, — спокойно произнес Гарри, медленно поднимаясь с кресла. — Мне не нужен ваш дом. У меня есть наследство от Сириуса, которого хватило бы на десяток таких домов, как этот. Если бы я хотел «убрать» вас, мне не нужно было бы придумывать сказки про Пожирателей смерти.
Он сделал шаг вперед, и дядя Вернон невольно отшатнулся, едва не наступив на ногу Дадли.
— Вы не понимаете, — продолжал Гарри, и в его голосе зазвучали холодные нотки, которые он перенял у Дамблдора. — Защита, которая оберегала это место шестнадцать лет, падет через несколько дней. Мой мир — мир магии — сейчас в состоянии войны. Те люди, о которых я говорил, не просто преступники. Они пытают и убивают таких, как вы, ради забавы. И единственный способ для вас выжить — это уехать с людьми из Ордена.
Тетя Петунья, бледная как полотно, судорожно сжимала воротник своего розового пальто. Она знала. Глубоко внутри, под слоями отрицания и ненависти к «ненормальности», она помнила сестру и то, что случилось с их родителями.
— Они придут за вами только потому, что вы — моя семья, — добавил Гарри, глядя прямо в глаза дяде. — Неужели вы думаете, что я стал бы тратить время на эти уговоры, если бы мне было всё равно?
Дадли, который до этого момента молча рассматривал свои ботинки, вдруг поднял голову.
— Послушай, папа, — глухо произнес он. — Те люди... они ведь придут, да? Тот дементор в переулке... это было по-настоящему.
В гостиной повисла тяжелая тишина. Дядя Вернон открыл рот, собираясь что-то возразить, но слова застряли у него в горле. В этот момент за окном послышался странный нарастающий гул, а затем — серия негромких хлопков, похожих на выстрелы.Гарри стоял посреди пустой гостиной, в которой еще витал запах цветочных духов тети Петуньи и дешевого лосьона дяди Вернона. В доме воцарилась противоестественная тишина, прерываемая лишь далеким рокотом двигателя отъезжающей машины.
Странное чувство комом застряло в горле. Он ожидал окончательного разрыва, холодного презрения или яростного крика, а получил неуклюжее рукопожатие Дадли и этот невысказанный, дрожащий взгляд тети Петуньи. На мгновение ему показалось, что под маской добропорядочной домохозяйки с Тисовой улицы мелькнула та маленькая девочка, которая когда-то стояла на платформе 9 ¾ и с завистью смотрела вслед уходящему поезду.
Но мгновение прошло. Дверь захлопнулась, и связь, державшая его здесь шестнадцать лет, окончательно истончилась. Амулет на его груди потеплел, словно подтверждая: старая магия крови начала обратный отсчет.
Гарри медленно поднялся в свою спальню. Он подошел к окну и увидел, как машина Дурслей скрывается за поворотом. Теперь он был здесь один. Совсем один.
— Ну что ж, Букля, — тихо сказал он сове, которая беспокойно ухнула в своей клетке. — Пора и нам.
Он бросил прощальный взгляд на пустые полки, на пятно от чернил на столе. Это место никогда не было его домом в полном смысле слова, но оно было его крепостью. Теперь крепость пала.
Внезапно воздух во дворе задрожал. Раздалась серия хлопков, похожих на лопающиеся пузыри, и из пустоты начали возникать фигуры в темных дорожных мантиях. Грозный Глаз Хмури, Кингсли Бруствер, Хагрид, Рон, Гермиона... Все те, кто готов был рискнуть жизнью ради него.
