Хочешь еще?

Сон никак не желал приходить. Рудо ворочался в кровати уже который час, когда наконец решил встать, чтобы немного размяться и хоть чем нибудь себя занять. Руки чесались и тело будто свело судорогой — хотелось выплеснуть это, но, как назло, вокруг не нашлось ни одной сломанной вещи, ждущей своей починки. Тогда Рудо привычно надел перчатки и вышел из комнаты. Зайдя на кухню, он, не включая свет, полез к холодильнику, где обнаружил кусок сливочного пирога. На лице вспыхнула радость вперемешку с предвкушением, но вдруг кто-то подкрался сзади и, прямо на глазах Рудо, схватил блюдце с пирогом. Опешивший Рудо вмиг обернулся и увидел перед собой Тамзи. С этим человеком он был мало знаком, видел пару раз и, он точно помнил, был с ним на одном задании. Сейчас он смотрел сверху вниз и как-то странно улыбался, словно радовался тому, что отобрал сладость у ребенка. — Хочешь его? — спросил Тамзи и поднял пирог повыше, с хищным интересом наблюдая как взгляд Рудо следит за его перемещением в пространстве. — Хочу. Рудо напрягся, не зная чего стоит ожидать от этого человека, но заранее был готов подраться. — Тогда садись, я тебе его дам. В поварской не оказалось стульев — только большой металлический стол. Рудо с подозрением покосился на сумасшедшего, когда он серьезно произнес: — На стол и садись. Честно говоря, Рудо не хотел будить никого из уборщиков, устраивая потасовку из-за куска сладкого теста. Поэтому недолго подумал, но послушался и забрался на стол. Ноги едва доставали до пола, зато теперь его глаза оказались практически на одном уровне с Тамзи. Тот, отламывая ложкой кусочек, невероятно довольный собой, подносит ее к Рудо. Наблюдает как смыкаются мальчишеские губы и сливочный пирог исчезает во рту. — Жуй не торопясь. Так ты сможешь полностью прочувствовать вкус. — Угу. Рудо мычит и глотает, замечая как исчезает судорожное напряжение. Тогда он попробовал выхватить ложку у Тамзи, чтобы съесть все самому. Но уборщик опять поднял вверх руки, отдаляя такую желанную сладость. Когда пирог был полностью съеден, Тамзи провел большим пальцем по уголкам губ Рудо, стряхивая крошки. А потом самолично, взяв за подмышки, опустил его на пол. Послевкусие от пирога осталось сухим, как пустыня, но принесло странное спокойствие. — Ну все, иди. Или хочешь еще?