В конце все умрут

      Если сегодня я вскрою себе вены, то никто этого не заметит. Я устал жить в вечной зависимости, существуя от ломки до ломки. Но я просто ёбаное животное, которое не может ничего с собой поделать. Хватает на месяц чистоты, на большее, видимо, я не способен. Меня начинает внутри разрывать от желания выкурить хотя бы косяк. А лучше понюхать. Раньше был мефедрон, теперь кокаин.       Собственно, по этой причине я нахожусь в доме самого ебучего района LA. Хороший знакомый сказал, что поделится со мной стаффом. В этот раз я держался две недели.       В такие моменты ненавижу себя больше всего. Ничтожество, которое заслуживает только сдохнуть нахуй под забором. Так, чтобы не опознали. Маме всё равно похуй на меня. С тех пор, как я переехал в США. Не помню, сколько прошло времени.       Вроде, последний раз звонил ей на рождество... в 24 году. Всё равно у неё есть дети, что "не позорят ни её, ни всю нашу семью". Пошла нахуй.       Мне нужно выпить. Поворачиваюсь к чуваку, с которым сюда пришёл. Как же его... Тодд или Тэдд. Блять.       – Бро, – громко начинаю я, чтобы обратить на себя внимание, – а есть что-то типа... выпить?       Никогда не подводило.       – М, конечно, – отвечает мне чел, так улыбаясь, что хочется дать ему в ебало – на кухне пиво есть, ничего крепче не могу предложить.       – Кул, спасибо, – мямлю уже больше для себя и иду за живительным.       А какой он Тедд нахуй... На индуса какого-то похож, и пахнет от него так же ебано, как в кафешке индийской кухни. Хотя я бы сейчас поел карри.       Открываю холодильник и по привычке окидываю взглядом его содержимое: полупустая банка кетчупа, какие-то остатки еды и куча пива. Мда, не самое моё любимое, но для затравки и это сойдёт. Беру три бутылки – хочу хоть немного напиться, чтобы не винить себя в срыве. Руки трясутся так, будто бухаю первый раз, боюсь, что спалит мама. Ага, не ебалась бы она с нашим соседом тогда, может, сейчас я бы и не долбил.       Прохожу обратно в скудно обставленную гостиную, попутно открывая первую бутылку зубами. Краем глаза замечаю, как морщится мой компаньон на сегодняшнее путешествие в мир "кайфа". Интересно, кто вообще сказал, что наркота вводит тебя в состояние эйфории? Хотелось бы взглянуть на этого пиздабола.       – Ты не боишься за свои зубы? – спрашивает то ли индус, то ли хуй пойми кто. Лицо такое, будто перед ним стоит самый мерзкий педофил.       – Нет. – отчеканиваю я в ответ и залпом осушаю бутылку.       Видно, что тот хотел сказать что-то ещё, но его отвлекло уведомление из, кажется... фейсбука? Почему американцы вообще им пользуются...       Чувак какое-то время вчитывается в сообщение, а затем поднимает на меня глаза, начиная:       – Слушай...       О, вот оно. Так точно звучит облом.       – Дэни, который должен привезти стафф, пишет, что возникли какие-то проблемы с дилером, поэтому он опаздывает... – видно, как он сам сидит как на иголках, а на лбу проступает испарина. Тут и до системы недалеко. Значит, в отличие от некоторых, я ещё не на самом дне.       – Сколько? – выдыхаю я, присаживаясь на диван.       – Что сколько?       Никогда не думал, что услышу такой тупой вопрос. Тот-чьё-имя-я-не-помню постепенно начинает раздражать.       – А... – догадался он сам, – думаю, около часа.       Просто мычу что-то про себя и достаю телефон. Что ж, убью этот час гниением мозга в ТикТоке. Нет особого желания поддерживать диалог с этим нервным. Не знаю, почему я вообще не съебу отсюда.       Открываю вторую бутылку по той же схеме и невольно задумываюсь над его вопросом о зубах. Не знаю, у меня никогда не было с ними проблем. Хотя это удивительно, у какого-нибудь другого наркомана они бы давно уже посыпались. Наверное, удача на моей стороне. Почему-то же я до сих пор жив, даже несмотря на большое количество попыток покинуть этот мир нахуй. Видимо, кому-то в прикол наблюдать за моими страданиями.       Листаю видео за видео, растягивая "удовольствие" от последней бутылки пива. Всё-таки, на вкус оно чуть лучше мочи. Мозг уже устал обрабатывать тонны ии-пересказов не существующих аниме, которые мне, сука, всегда интересно досматривать.       Невольно бросаю взгляд на время: прошло уже полтора часа, а чела так и нет. Что ж, похуй, я не хочу находиться здесь ни минутой больше. Наверное, мне посылают знак, что надо держаться от употребления дальше. Были бы силы на это.       Буквально заталкиваю в себя остатки пива, ставлю пустую бутылку на пол, и, хлопая себя по коленям, встаю с дивана.       – Ну, бро, я больше ждать не хочу, сорян, завтра работа, сам понимаешь.       Протягиваю ему руку, чтобы попрощаться, когда тот непонимающе смотрит на меня. Какой же затупок, бля.       – Не, это ты извини, подвёл тебя, – суетливо говорит он, пожимая мне руку, – может, в следующий раз?       – Ничего не могу обещать.       Разворачиваюсь на своих двоих к выходу, салютуя ему, и выхожу на крыльцо. Какой-никакой свежий воздух ударяет в нос, отчего начинает слегка кружиться голова, а внутри нарастает тревога.       Вызываю убер и сажусь на ступеньки в ожидании. Наверное, можно и перекурить.       В кармане толстовки открываю пачку сигарет, выуживая из неё одну. Поджигаю её, зажимая в зубах, и, наконец, втягиваю в себя едкий дым. Может, хоть это поможет снять тревогу.       Смотрю на уходящее за горизонт солнце, изредка бросая свой взгляд на экран телефона. Вот же трудно уехать из этих ебеней.       Когда докуриваю, остаётся 5 минут до приезда такси. Встаю со ступеней и отряхиваю задницу. Просто на всякий случай. В глазах немного темнеет, а тревога комом подкатывает к горлу. Вот же бля.       Хватаюсь за перила и перегибаюсь через них, смачно сблёвывая на какое-то подобие газона этого несчастного дома. Пусть считает это моим отзывом.       Запрыгиваю в подъехавшее такси и валю отсюда нахуй. Не сегодня.

***

      Вся поездка прошла в полудрёме. Только вспоминаются редкие отрывки города, медленно погружающегося в сумрак и зажигающего свои огни.       Открываю глаза, когда водитель подъезжает к знакомому району, и резко выпрямляюсь на сидении, смыкая ноги. Прочищаю горло, прежде чем выдавить:       – Не могли бы Вы остановить у ближайшего магазина?       Водитель молча кивает и выполняет мою просьбу. Перед выходом бросаю тихое "спасибо, хорошего вечера", но закрываю дверь раньше, чем мне что-то скажут в ответ. Извини, чел, дело не в тебе.       Мне нужны сигареты. И что-то перекусить. Я уверен, что дома в холодильнике нет нихуя.       Захожу в круглосуточный магазин и встречаю взглядом его владельца за кассой. Здороваюсь с ним, проходя в глубь магазина к полкам с полуфарикатами. Ночью я точно не буду готовить что-то сложнее, чем закинутые в микроволновку наггетсы.       Как же болит горло. Именно по этой причине я ненавижу блевать. Дебил, сам в этом и виноват. Знал же, что пиво хуёвое.       Беру привычный бренд наггетсов, по пути прихватывая парочку упаковок бичпакетов. Интересно, кто-то их так ещё называет?       Прохожу мимо полок с алкоголем и зависаю на время. Лицо в момент кривит гримаса отвращения. Ну его нахуй. Разворачиваюсь на 180 градусов и торопливо иду к кассе.       – Вернулся откуда-то? – завязывает разговор владелец, когда я складываю продукты на прилавок.       Я мычу, подверждая его догадки, а следом добавляю:       – Хотел отдохнуть от работы, но... хуёво как-то получилось. – собеседник усмехается моим словам, пробивая товар, – И сигареты ещё посчитай, пожалуйста.       – Мда, сочувствую тебе, братец. Тоже хотел бы отдохнуть от работы. – он отворачивается от прилавка к полке с табаком и хватает пачку сигарет, которые я постоянно беру здесь. Сука, до чего ж память хорошая.       – Так оставь магазин на работников. Сгоняй на денёк-другой с женой куда-нибудь. – предлагаю я. Как бы хуёво себя я не чувствовал, никогда не могу отказать ему в смол-токе. Хороший, всё-таки, мужик.       – М, хорошая идея. – он пробивает сигареты и озвучивает сумму всей покупки, – с тебя $29,50.       – Охуеть, – говорю больше про себя и достаю кошелёк из кармана джинс. Отсчитываю необходимую сумму и кладу её на прилавок. – мелочь оставь себе.       Он улыбается и благодарно кивает мне. Я же забираю пакет с продуктами и, попрощавшись, выхожу из магазина.             Останавливаюсь ненадолго, чтобы перевести дыхание и закурить. Делаю первую затяжку и неспешно направляюсь домой.       Пару раз проворачиваю ключ в замочной скважине, упираясь головой в дверь. Четыре этажа, пройденных пешком, дают о себе знать. Снова ебучий лифт не работает.       Квартира встречает меня своей темнотой. Тихо закрываю дверь, автоматически проворачивая засов, и щёлкаю выключателем. Тяжело вздыхаю, то ли от усталости, то ли от собственной жалости.       Снимаю кроссовки, наступая носком на их задники. Мне слишком лень делать это "правильно". Ставлю в обувницу к другим кроссовкам и кедам, чтобы не запнуться о них позже.       Небрежно оставляю пакет на барной стойке в кухне, выкладывая туда же всё содержимое карманов: телефон, наушники, сигареты, ключи... Ключи? Не знаю, почему постоянно кладу их обратно в карман по возвращении домой.       Нужно смыть с себя позор этого дня. И мерзкий запах запущенного дома того индуса. Кажется, будто он проник под кожу вместе с мерзким пивом, которое я случайно пролил на джинсы.       Стягиваю с себя толстовку, пока направляюсь в ванную. Не думая, закидываю её в стиралку и отправляю следом за ней футболку. Джинсы оставлю на потом. Засыпаю порошок и включаю стирку.       Снимаю остальную одежду и бросаю рядом с корзиной для белья, попутно цепляясь взглядом за своё отражение в зеркале.       Разглядываю своё тело и руки. Стоит хотя бы подкачаться, что ли. Останавливаюсь на каждой татуировке, которую я набивал в попытке скрыть свои шрамы от неудачных попыток суицида. Кто-то говорит, что шрамы красят мужчину. Но не меня: они все выпуклые настолько, что ощущаются под лёгким прикосновением подушечками пальцев, постоянно напоминая мне, какой я слабый мудак, который никогда не мог довести дело до конца.       Чуть горблюсь, опираясь на раковину, чтобы разглядеть лицо. Круги под глазами подчёркивают их безжизненную серость, а щетина на вытянутом лице подсказывает, что пора бы уже побриться. Мда, ну и уёбок.       Резко выпрямляюсь, будто отталкивая другого себя, что смотрит на меня из зеркала, и ныряю в душевую, включая воду. Холодный поток заставляет поёжиться и вслух возмутиться моему похуизму. Мог бы и настроить температуру заранее.       Расслабляюсь под душем, запуская пальцы в намокающие волосы. Я часто слышу комплименты моим вьющимся волосам, но сам же их ненавижу за то, какой небрежный вид они мне придают. Хотя, может, в этом что-то и есть. Всё лучше стрижки под ноль, с которой я ходил в первый год после переезда в США.       Принимаю душ, тщательно вымывая шампунем и гелем для душа запах специй, который точно ещё несколько дней будет казаться мне везде. Постояв под тёплыми струйками ещё какое-то время, наконец, выбираюсь из ванной комнаты, спешно направляясь в спальню. Натягиваю на себя чистую одежду и ещё раз прохожусь полотенцем по мокрым волосам. Так-то лучше.       Прихватываю с собой ноутбук и размещаюсь на кухне, чтобы сделать поздний ужин и уделить немного времени работе. Сил хватило только закинуть разогреваться наггетсы. В холодильнике же проредил свой запас энергетиков.       По привычке мою крышку жестяной банки, перед тем как открыть её. Хрен знает, кто эту банку лапал до меня.       Микроволновка мерзким писком оповещает о готовности моего перекуса. Кидаю упаковку на стол рядом с ноутбуком и стараюсь удобно усесться на барном стуле. Открываю с характерным щелчком банку энергетика и, делая первый глоток, захожу на почту, чтобы проверить имейлы от заказчиков.       Растягиваю ужин на час, отвлекаясь на внесение коротких правок в дизайны. Понимаю, что лучше ложиться спать, только когда бросаю взгляд на время. Три часа ночи.       Быстро убираю за собой беспорядок и, забирая с собой ноутбук и телефон, возвращаюсь в спальню. Стягиваю с себя футболку, прежде чем плюхнуться в кровать, и практически сразу вырубаюсь, успевая только поставить свой телефон на зарядку. Какой жалкий день.