ШГШ: Новая жизнь

G
Завершён
4
автор
Фэндом:
Размер:
33 страницы, 12 804 слова, 17 частей
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
4 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник

Вписка изменившая всё)

Настройки
Весь первый урок истории у Леопольда Арнольдовича прошел в такой тишине, что было слышно, как Орех на задней парте пытается незаметно развернуть вторую упаковку сухариков. Между Димоном и Дерзким искрило так, что воздух в кабинете казался наэлектризованным. Димон чувствовал спиной тяжелый, оценивающий взгляд новенького, а Дерзкий, лениво крутя в руках сломанную линейку Сани, не сводил глаз с затылка «авторитета». В середине урока дверь тихо скрипнула, и в класс вошла Рита. Она только что перевелась из параллели, и по школе уже ходили слухи о её непростом характере. Но стоило ей переступить порог, как вся её дерзость испарилась. Её взгляд встретился с глазами Ромы, который сидел у окна и безучастно смотрел на голые ветки деревьев. Это была вспышка, сравнимая со взрывом сверхновой. Рита, не дожидаясь указания учителя, прошла в конец класса и села прямо за Ромой. Весь оставшийся урок они не проронили ни слова, но исписали целую тетрадь записками, полностью утонув в этом внезапном, сбивающем с ног чувстве. На большой перемене, когда в коридорах началось привычное брожение, Дерзкий окончательно созрел. Он дождался момента, когда Наташа отойдет к Анжеле, чтобы обсудить новую помаду, и преградил Димону путь у лестницы. Даже Камран, семенивший рядом с бабушкой Софьей Андреевной, испуганно вжал голову в плечи, предчувствуя бурю. — Сегодня после уроков за гаражами. Один на один. Хватит играть в гляделки, — процедил Дерзкий, едва шевеля губами. — Буду, — коротко бросил Димон, не отведя взгляда ни на миллиметр. Разговор по-мужски За гаражами собралась добрая половина школы. Герман, эта классная крыса, уже занял стратегическую позицию на бетонном блоке, настраивая камеру телефона — он надеялся на кровавое зрелище, которое обеспечит ему сотни просмотров. Но всё пошло не по сценарию. Димон и Дерзкий сошлись в центре круга. Первые два удара были жесткими, проверяющими на прочность. Димон почувствовал вкус крови на губе, а Дерзкий слегка пошатнулся от точного удара в челюсть. Но в следующую секунду они оба замерли, тяжело дыша и глядя друг другу в глаза. В этом взгляде не было ненависти. Было только чистое, мужское уважение к силе противника. — А ты реально не из робких, — выдохнул Дерзкий, опуская кулаки и вытирая лицо рукавом школьного пиджака. — Ты тоже, — ответил Димон, выпрямляясь. — Ломать умеешь не только мебель. Они стояли друг напротив друга, пока толпа разочарованно гудела. Внезапно Дерзкий ухмыльнулся и протянул руку. — Слушай, Димон, забей. Нечего нам делить в этой дыре. У меня сегодня предки свалили на дачу, вписка будет такая, что стены рухнут. Приходи со своими пацанами. Пора познакомиться по-человечески. Димон крепко пожал протянутую ладонь. В этот момент иерархия школы навсегда изменилась. Ночь откровений К девяти вечера квартира Дерзкого превратилась в филиал безумия. Басы долбили так, что посуда в серванте жалобно позвякивала в такт трекам. Школьные пиджаки и галстуки были давно отброшены в сторону, уступая место расслабленной атмосфере свободы. Хозяин дома, уже изрядно «навеселе», вдруг замер у дверного проема. В квартиру вошла Юля. Грозный Дерзкий, который еще утром заставлял трепетать учителей, внезапно стал тихим и почти робким. Он подошел к ней, и было видно, как у этого «железного» парня дрожат руки. К середине ночи они уже сидели в обнимку на кухне, полностью погруженные в свой собственный мир. Дерзкий влюбился по уши. В гостиной творилось нечто невообразимое. Рита и Рома нашли самый темный угол и, кажется, вообще забыли о существовании других людей. Они сосались так страстно и долго, что даже проходящий мимо Орех деликатно прикрыл глаза ладонью. Сами же Соня и Орех стали главной сенсацией вечера. Скромная Соня, годами страдавшая по Димону, вдруг обнаружила, что за любовью Ореха к чипсам скрывается тонкая душа и потрясающее чувство юмора. В какой-то момент, подбадриваемые выкриками Сани, они слились в долгом поцелуе прямо на диване. Сам Саша (Саня) в это время на балконе окончательно ставил точку в ссорах с Анжелой, обещая ей, что больше никаких «крысиных» выходок с его стороны не будет. Последняя капля и новый берег Димон сидел в глубоком кресле, наблюдая за Наташей. Она вела себя всё более вызывающе. Весь вечер она крутилась рядом с Максимом Волковым, тем еще бабником и игроком. Димон видел, как они шептались, как Макс бесцеремонно клал руку ей на талию, и как Наташа, вместо того чтобы отстраниться, лишь смеялась, бросая на Димона колючие взгляды. Когда он увидел, как они вместе уходят в сторону ванной комнаты, внутри него что-то окончательно оборвалось. Годы отношений рассыпались в пыль. В этот момент к нему подошла Полина. В полумраке квартиры, освещенной только неоновыми лампами, она выглядела как наваждение. — Дима... тут слишком душно. Пойдем в ту комнату, там балкон открыт, — тихо прошептала она, и её пальцы нежно коснулись его ладони. Димон поднялся, чувствуя, как его ведет не столько от алкоголя, сколько от её близости. В дальней гостевой спальне действительно было прохладно и тихо. Как только дверь закрылась, отрезая шум вечеринки, Полина развернулась и прижалась к нему всем телом. Её руки обвили его шею, а взгляд был полон такого обожания, которого он никогда не видел у Наташи. — Я ждала этого с того самого момента, как вошла в холл и увидела тебя, — выдохнула она, прижимаясь щекой к его груди. — Ты единственный, кто здесь по-настоящему живой. Их поцелуй начался медленно, почти осторожно, но быстро перерос в жадное, неистовое пламя. Димон обнимал её так сильно, будто боялся, что она исчезнет. В её объятиях он забыл про предательство Наташи, про Волкова, про школьные разборки. Они очень долго сосались и обнимались в темноте, переходя от нежных касаний к страстным. В ту ночь в этой тихой комнате, под звуки далекой музыки, они переспали, окончательно закрепив свой союз. Утром школа встретила их привычным гулом, но для них всё изменилось. Димон и Полина вошли в здание вместе, уверенно держась за руки. Наташа, стоявшая у окна с Максимом Волковым, замерла, её лицо перекосило от злости и ревности, но Димон даже не взглянул в её сторону. Теперь у него была Полина, а впереди — совершенно новая жизнь.
4 Нравится 0 Отзывы 0 В сборник