ШГШ: Новая жизнь

Учеба в колледже с первых дней превратилась в проверку на прочность. Пока Димон и Дерзкий осваивали азы полицейской службы на плацу, София начала свою тонкую и ядовитую игру. Она не лезла в открытую драку, она действовала как змея. Весь день она буквально преследовала Диму: то «случайно» заденет его плечом в узком проходе, обдавая шлейфом дорогих духов, то принесет ему кофе, когда он стоит в карауле, нежно касаясь его пальцев. — Дима, ты слишком напряжен, — шептала она, заглядывая ему в глаза. — Ксюша ведь не понимает, какой груз на твоих плечах. А я понимаю... Но Димон был кремнем. Он молча забирал стакан и выливал его в ближайшую урну, даже не глядя на Софию. Его сердце принадлежало только одной — его Ксюшеньке. Ксюша за это время расцвела: её губки, всегда идеально накрашенные ярко-красным, манили его, а фигура стала настолько подтянутой, что поварская форма едва сдерживала её формы. Трагедия в туалете и "Семерка борзых" Но Михаил и его дружки не унимались. Миша собрал вокруг себя семь самых крутых и борзых чуваков курса. Эти подонки устроили настоящую охоту за Ксюшей. Когда Димон был на построение, они зажали её в коридоре у туалетов. Михаил, чувствуя поддержку своих семерых псов, преградил ей путь. — Ну что, повариха, покормишь настоящих парней? — оскалился он. В этот момент он резко и грубо схватил Ксюшу за грудь, а его рука бесцеремонно впилась ей в заднее место, сжимая её ягодицы. Остальные семеро начали ржать, отпуская мерзкие шуточки и пытаясь тоже дотянуться до неё. Ксюша закричала от ужаса и боли, пытаясь вырваться из этих грязных лап. Крик эхом разнесся по коридору. Димон, который как раз шел с плаца, услышал голос своей невесты. В следующую секунду дверь в туалетный отсек вылетела с мясом. Димон не стал спрашивать. Он увидел руку Михаила на Ксюше, и в его глазах потемнело. Он накинулся на эту семерку как разъяренный тигр. Первого он вырубил сразу, впечатав затылком в кафель. Второму сломал нос коротким ударом локтя. Миша попытался убежать, но Димон перехватил его, швырнул на пол и начал методично вбивать его лицо в плитку. — Ты лапал её?! Своими грязными руками?! — рычал Дима, нанося удар за ударом, пока костяшки не превратились в кровавое месиво. Ксюша рыдала в углу, а семеро «крутых» теперь скулили на полу, захлебываясь кровью. Женский кодекс: Камила и Алёна В это время на заднем дворе колледжа решались другие вопросы. Милкис, озлобленная на весь мир после расставания с Даней, подкараулила Алёну и начала издеваться над ней, называя её «половинкой человека» из-за отсутствия ног. Но за спиной Алёны возникла Камила. Сестра Димона не стала церемониться — она вцепилась певице в её крашеные патлы и жостко оттаскала её по бетонным ступеням. — Слышь, ты, звезда помоек! Еще раз рот на Алёну откроешь — я тебе его зашью! — прорычала Камила. Она буквально вкатала Милкис в грязь, заставив её на коленях просить прощения. С этого дня Камила и Алёна официально стали ЛП — неразлучными подругами, которые стояли друг за друга горой. Финальный замес: 40 амбалов против Семерки Друзей Но Михаил решил, что восьми человек ему мало. К вечеру он вызвал подмогу — 40 амбалов, нанятых его отцом. Черные джипы перекрыли выезд из колледжа. Эти быки вышли с арматурой, готовясь убивать. Михаил снова попытался подойти к Ксюше, прячась за спинами своих громил. Но Димон уже ждал его. По одному его звонку примчались братья: Камран, Орех, Давид, Дерзкий, Саня и Герман. — Работаем, пацаны! — скомандовал Димон. Началась тотальная бойня. Семь верных друзей против сорока наемников. Дерзкий проламывал ряды врагов как танк. Камран и Орех стояли спина к спине, вырубая каждого, кто подходил ближе метра. Давид и Саня работали технично, ломая руки амбалам. Димон прорвался к Михаилу сквозь град ударов. Он схватил мажора за волосы и потащил к парковке, где лежал свежий, пахнущий смолой асфальт. — Ты не понял в первый раз? — голос Димона вибрировал от ярости. Он с размаху впечатал лицо Михаила в этот самый асфальт. — Я тебя сейчас в эту дорогу закатаю заживо! Будешь тут лежать вечно, вместо разметки! Димон бил его головой об дорогу снова и снова, буквально вминая подонка в асфальт. Все 40 амбаллов в ужасе начали разбегаться, увидев, как семь пацанов превратили их «армию» в груду стонущего мяса. Вечером на хате было тихо. Ксюша обрабатывала раны Димы, прижимаясь к его плечу. Она знала: за эти руки и за эту любовь Дима закопает в асфальт хоть весь город.