Вина под золотом

      Конечно, Артур знал, что Мерлин не в порядке. Хунит умерла меньше месяца назад, и Артур был бы более обеспокоен, будь иначе. Он был тихим и бледным и держался поближе к Артуру в течение дня, но Артуру удалось выдавить из него пару слабых улыбок, так что не считал, что у него есть причины для беспокойства. Пока однажды вечером Гвейн не вошел в его комнату, спустя несколько часов после того, как он отправил Мерлина обратно к Гаюсу.       — Что ты планируешь делать с Мерлином?       Артур уставился на него на мгновение, размышляя о причине, по которой ему нужно было бы что-то сделать с Мерлином, как выразился Гвейн, но ничего не смог придумать.       — О чем ты?       — Принцесса. — Гвейн говорил медленно, четко формулируя, будто обращался к слабоумному. — Тебе нужно вытащить Мерлина из его страданий. Он напивается до беспамятства каждую ночь с тех пор, как вернулся, и что бы мы ни говорили, до него не доходит. Как бы мне ни было больно это признавать, ты, вероятно, единственный человек, который может заставить его слушать.       Артур резко отвернулся, чтобы скрыть свои эмоции. Обычное раздражение на Гвейна, теперь было приправлено беспомощностью. Мерлин, идиот, только что храбрился перед ним, и он — как выразился Мерлин — болван, принял это с радостью. Было больно осознавать, что Мерлин не доверял ему настолько, чтобы показать, что что-то не так, и вместо этого решил утопить свои печали. Он нахмурился.       — Подожди, ты говоришь каждую ночь. Где он сейчас?       — В таверне.       Конечно. Артур шагнул к двери и жестом указал Гвейну следовать за ним.       — Я не думаю, что сейчас ты сможешь многое сделать для него, принцесса. Мы ведь говорили с тобой, чтобы ты поговорил с ним утром. — Крошечный намек на веселье прокрался в серьезный и обеспокоенный голос Гвейна.       — Заткнись, Гвейн, — огрызнулся Артур. Ему не нравилось, когда над ним смеялись, и беспокойство за Мерлина грызло его изнутри. Он знал, что Гвейн и Мерлин близки. Если Гвейну не удалось помочь Мерлину, что, по их мнению, он может сделать?

***

      Артур был удивлен, обнаружив, что все его рыцари прячутся в темном углу таверны и как бы незаметно смотрят на Мерлина, сидевшего в одиночестве. Они, правда, не казались удивленными, увидев его, несмотря на заверения Гвейна, что они не ожидали, что он что-то сделает сейчас.       Наблюдая за Мерлином, покачивающимся на стуле, тянущимся и не способным нащупать свою кружку, Артур был склонен согласиться, что Мерлин ничего не вспомнит об этом утром. Это не помешало ему бросить на своих рыцарей раздраженный взгляд и осторожно подойти к Мерлину.       — Я думаю, тебе хватит, Мерлин. Если ты не ляжешь спать сейчас, то не сможешь приступить к своим обязанностям завтра.       Мерлин поднял глаза от своего напитка и криво улыбнулся, узнав Артура.       — О, это принс Арфур. — Он заговорщически наклонился к Артуру. — Он важен.       — Верно. И поскольку я важный человек, тебе нужно сделать так, как я говорю, и оставить кружку.       Мерлин яростно покачал головой.       — Нет, нет. Он важен, потому что иначе все было бы напрасно. Все мертвы, мои друзья... все для него, он не может умереть... но они погибли, а я убивал нииии за что. — Артур широко раскрыл рот и быстро огляделся по сторонам на случай, если кто-нибудь был в пределах слышимости. Казалось, что несколько человек с любопытством наблюдали за ними, включая его рыцарей, поэтому он просто вытащил Мерлина, который продолжал яростно протестовать, из таверны.       — Мерлин, кого ты убил? — осторожно спросил он у Мерлина, который дулся на него, как только они оказались в безопасности одни. Мерлин закатил глаза, как будто Артур стал идиотом только от того, что спросил.       — Люди Лотши пытались убить Арфура, поэтому я убил их... не могу позволить им добраться до него. Нимуэ... да... много-много бандитов. — Мерлин глубокомысленно кивнул и чуть не упал. Артур поспешил поддержать его и повел в сторону замка. Им предстоял долгий путь. Он начал подозревать, что Мерлин галлюцинирует, выдумывает или говорит о сне. Мерлин никак не мог никого убить. Но Мерлин, похоже, не закончил.       — Я не могу сказать Арфуру, он думает, что я глуп. Но я скажу ему, как только он станет королем. Он все исправит. Я думал, что ненавижу его, но нет. — Глаза Мерлина расширились, он прижал руки к лицу с испуганным вздохом. — Нееет, я люблю Арфура, он будет величайшим королем! Но что, если это все не так, и он ничего не исправит... Тогда я отпущу его, даже если я этого не хочу, потому что они все умрут за него... но это моя вина. — Он умоляюще посмотрел на Артура и, казалось, был на грани слез. — Ты понимаешь?       Артур просто молча кивнул. Он был в смятении. Он понятия не имел, о чем говорит Мерлин, но, хотя он пытался убедить себя, что это не что иное, как пьяный бред, что-то холодное разлилось по его венам. Его невербальный ответ, казалось, был достаточно хорош для Мерлина, который продолжал:       — «Половина не может ненавидеть то, что делает ее целостной», говорит дракон. Если все полетит к черту, тогда я умру в любом случае, так что я не могу долго его ненавидеть, неееет... Этого не случится. Арфур благородный, очень красивый и хороший человек, он сделает все правильно... Другие мысли — это хорошо. — Он остановился, снова выглядя опустошенным. — Мать умерла. Я должен обезопасить Арфура и... не смог обезопасить ее, нет... нет. Я плохой, плохой сын, это все моя вина.       Это продолжалось и продолжалось, и Артуру приходилось активно бороться с тошнотой. Мерлин говорил о Ланселоте, Моргане, Мордреде и о ком-то по имени Фрейя, но, кроме имен, он мало что мог понять. Он обнаружил, что это принесло ему гораздо большее облегчение, чем он имел на то право.       Казалось, прошла целая вечность, прежде чем они наконец добрались до лестницы, ведущей из покоев Гаюса в комнату Мерлина. Мерлин некоторое время назад успокоился, но продолжал цепляться за руку Артура, как будто от этого зависела его жизнь. Артур на самом деле не возражал, он был просто рад, что им удалось пройти через комнату, не разбудив Гаюса. Каким-то образом ему удалось провести Мерлина по лестнице и уложить в кровать, куда он сразу же упал, как мешок с костями. Он убедился, что Мерлин лежит на боку, а не лицом вниз, и начал планировать.

***

      У него все было готово к тому времени, когда Мерлин, спотыкаясь, вошел в его комнату, выглядя как привидение. Он, казалось, не заметил, что Артур встал и подошел к окну, чтобы раздвинуть шторы. Когда он все же заметил, что они уже открыты, то остановился и, нахмурившись, посмотрел на них в замешательстве. Артур подавил смешок.       — Доброе утро, Мерлин.       — Артур! — взвизгнул Мерлин, резко поворачиваясь к нему лицом. — Почему ты не спишь?       — Потому что иначе мы, очевидно, не смогли бы уехать достаточно рано, — ответил он, ухмыляясь.       — Уехать?       — Да, постарайся не отставать, Мерлин. А теперь, если ты думаешь, что сможешь переварить что-нибудь после вчерашнего вечера, угощайся. — Он указал на еду на столе. — Я уже поел.       — Благодарю вас, сир. Я выпил средство от похмелья Гаюса, так что чувствую себя прекрасно. — Он потянулся за сосиской, но остановился на полпути, последние остатки краски сбежали с его лица. — Подожди — прошлой ночью?       Итак, Мерлин не помнил. Никаких сюрпризов.       — Да, Мерлин. Прошлой ночью. Когда ты напился до беспамятства, после того, как целый день притворялся, что все в порядке. — На самом деле он не хотел, чтобы его голос звучал сердито, но, должно быть, какие-то чувства отразились в его голосе, потому что Мерлин почти незаметно поморщился.       — Это не повлияло на мои обязанности, так что у вас нет причин жаловаться, сир, — угрюмо сказал он.       Артур едва сдержался, чтобы не швырнуть в Мерлина своим левым ботинком. Вместо этого он заставил себя успокоиться и говорить медленно нейтральным тоном.       — Ты знаешь, что дело не в этом. — Он сглотнул. Он ненавидел чувства. — Мне не все равно. И я знаю, что ты не в порядке.       Сначала Мерлин выглядел ошеломленным, затем задумчивым и, наконец, он просто посмотрел на Артура взглядом, который говорил «продолжай». Итак, Артур изо всех сил пытался найти больше слов.       — Я хотел, чтобы ты знал. Поэтому я подумал, что мы могли бы навестить могилу твоей матери. Она была хорошей женщиной, а я еще не отдал дань уважения. — Он осторожно ждал реакции Мерлина. На самом деле он не был так уверен в этой части своего плана. Он не хотел, чтобы Мерлин чувствовал, будто он вторгается, но, хотя он мало понял из того, что Мерлин невнятно говорил ночью, чувствовал, что ему нужно, чтобы Артур признал его и его потери. Это он и предлагал.       После минуты напряженного молчания Мерлин сделал шаг к Артуру. Затем он повернулся и направился к гардеробу. Артур почувствовал, как его сердце упало, но затем Мерлин достал его дорожный плащ и вернулся. Он молча опустил его на плечи Артура и оставил свои руки лежать на его плечах.       Артур почувствовал, как Мерлин наклонился ближе, так что их тела почти соприкоснулись. Он чувствовал, как дыхание Мерлина щекочет затылок.       — Спасибо, — прошептал Мерлин, и Артур почувствовал, как холод ночи обжигает.